Глава 9
Я не чувствую ни холода, ни звука падающего снега. Всё странно тихо. Но ведь лавина должна была нас уже накрыть?
Открываю глаза - вокруг нас полупрозрачный купол, мерцающий в свете, пробивающемся сквозь вихрь снега. За пределами купола - белая бездна. Лавина уже обрушилась.
Ефимия стоит, подняв руки. Лицо её искажено напряжением, зубы сжаты, по лбу течёт пот.
- Я больше... не выдержу... - шепчет она и падает.
Купол трескается, как мыльный пузырь. Снежная масса обрушивается на нас сверху. Мы быстро встаём, отряхиваемся. Всё вокруг становится ещё белее, снег слепит глаза.
- Виолетта, о чём ты вообще думала?! - голос Виктора резкий, полон тревоги.
- Я... - начинаю, но не успеваю договорить.
- Она решила сразиться с этими тварями одна, - холодно замечает Лука.
- Тебя никто не спрашивал! - рявкаю я, оборачиваясь к нему.
- Вместо «спасибо» ты снова кричишь? - Лука хмурится, скрестив руки. - Вот и помогай вам потом.
- Хватит, - вмешивается Виктор, но я уже не слышу его.
- Мне не нужна была твоя помощь! - выкрикиваю.
- Правда? - Лука усмехается. - Я бы с удовольствием посмотрел, как ты героически проигрываешь.
- РЕБЯТА! - рявкает Алёша.
Мы все замолкаем. Алёша держит на руках Ефимию - она без сознания. Из её носа струится кровь.
- Ей плохо, а вы только и делаете, что орёте друг на друга! - Алёша зол, по-настоящему зол. - Вы оба виноваты.
Я опускаю взгляд. Лука отвернулся, молча пинает снег носком ботинка. Алёша аккуратно укладывает Ефимию на руки и идёт вперёд. Мы идём за ним, не говоря ни слова. Снег по колено, идти тяжело. В какой-то момент я едва не проваливаюсь в яму. Повозка завалена снегом - она уже бесполезна.
Ефимия приходит в себя. Пытается встать, сбросить с себя заботу Алёши, но мы уговариваем её не вставать.
- Нет... Я замерзаю, - твёрдо говорит она.
Алёша нерешительно протягивает руки, словно предлагая обнять её, чтобы согреть. Ефимия бросает в его сторону раздражённый взгляд, и он опускает руки, не настаивая.
Она выпрямляется, всматривается в пространство перед собой. Потом вытягивает руки вперёд и начинает говорить на незнакомом языке - быстро, сбивчиво, почти на грани шепота. Одной рукой чертит круг, будто рисует его в воздухе.
Снег поднимается. Вихрь закручивается вокруг неё, сначала белый, затем золотистый. Воздух гудит.
Ефимия едва стоит. Её трясёт, руки дрожат. Алёша подходит, кладёт руку ей на плечо. Что-то говорит - едва слышно. Она смотрит на него, кивает. И они вместе входят в сверкающий портал.
- Виолетта, - окликает меня Виктор.
Я оборачиваюсь. Он кивает на портал:
- Твоя очередь.
Я делаю шаг вперёд и будто проваливаюсь в мягкие облака. Свет, тепло, невесомость. Всё исчезает - и вот я уже в знакомой гостиной. Но на этот раз я не падаю - приземляюсь на одно колено, легко встаю.
Ефимия лежит на диване. Алёша только что вернулся с бокалом воды. Виктор и Лука появляются вслед за мной. Портал медленно исчезает, оставляя после себя только шёпот воздуха.
Кто-то вошёл в дом. Знакомый голос тихо напевал. Мы с Виктором вышли в коридор.
Жозефина стояла в прихожей, держа в руках красивые коробки с бантиками. Завидев нас, она ахнула:
- Ну и напугали вы меня!
- Жозефина, где ты была? - нахмурился Виктор.
Она хмуро посмотрела на него.
- А вы не думаете, что могли бы хотя бы предупредить? - всплеснула она руками.
- Тише! - шикнул Алёша, появляясь в коридоре. - Ефимии плохо.
- Что с ней? - лицо Жозефины стало тревожным. Она прижала ладонь к груди.
- Долгая история, - вздохнула я.
Жозефина вскинула юбку и поспешила в гостиную. Подбежала к дивану, опустилась на колени и нежно провела рукой по волосам Ефимии.
Затем встала и решительно сказала:
- Надо отнести её в нашу комнату. Там ей будет спокойнее.
Алёша молча подхватил Ефимию на руки и пошёл наверх. Жозефина пошла следом, но вдруг остановилась и повернулась ко мне:
- Виолетта, принеси графин и бокал. Вдруг она захочет пить.
Я кивнула и выполнила просьбу. Поднялась по лестнице, постучала и вошла. Алёши в комнате уже не было. Ефимия лежала на кровати, а Жозефина сидела в кресле рядом. Я поставила графин и бокал на тумбочку.
- Как она? - прошептала я.
- Пока нормально, - кивнула Жозефина, но тут же взглянула на меня с упрёком. - А ты почему сбежала, а?
Я опустила голову, не зная, что сказать.
- Я знала, что ты бы меня не отпустила, - пробормотала я.
Жозефина встала, подошла к двери и положила руку на ручку.
- Ладно, сбежала - бывает. Но не могла хотя бы записку оставить? Я чуть с ума не сошла от страха!
- Я вообще-то оставила записку, - фыркнула я, приподняв бровь. - Под подушкой.
Жозефина задумчиво уставилась на кровать.
- Ой, я такая рассеянная! - вздохнула она, махнув рукой. - Ладно, пошли. Я такое тебе покажу!
Мы взяли её красивые коробки и прошли в другую комнату. Внутри оказались невероятно красивые платья, шляпки, чулки и туфельки - всё разное, всё словно из сказки.
- Если бы ты не сбежала, пошла бы со мной, - сказала Жозефина, присев на диван. - Я не знала твой размер, поэтому выбрала то, что, по моему мнению, тебе подойдёт.
Она взяла коробку с жёлтым бантом, открыла её и достала оттуда восхитительное синее платье.
Оно было просто чудо - пышное, многослойное, с кружевами, с большим бантом на талии и бежевыми розами сбоку. Я за любовалась. Настоящее сокровище!
Жозефина с прищуром смотрела то на платье, то на меня, прикусывая губу.
- Кстати, в комплекте ещё есть элегантная шляпка и чокер, - добавила она.
Она бережно положила платье на кресло и вытащила из коробки маленькую синюю шляпку, украшенную тёмно-синим бантом и бежевыми розами.
Превосходно!
Чокер был не менее изысканным - синий бархат, те же нежные розы.
- Ну что скажешь?
- Что скажу?! - воскликнула я, поднимая руки, а потом смущённо опуская их. Подошла к Жозефине и схватила её за плечи. - Ты сумасшедшая!
Жозефина рассмеялась:
- Значит, понравилось.
- Ты не можешь просто так это мне подарить!
- Почему не могу? Могу! Берёшь и носишь.
Я отступила, словно от огня, недоверчиво качая головой.
- Но это же не твои деньги... А что скажет Виктор?
- Во-первых, мой брат не жадина, - сказала она, убирая шляпку и чокер обратно в коробку. - А во-вторых, он будет рад, что я не жадничаю.
Я улыбнулась и шагнула к ней, обняв крепко-крепко. Она ответила на объятие, но вдруг вздрогнула и ойкнула, быстро отстранившись.
Я тревожно посмотрела на неё.
- Я совсем забыла! - ахнула она. - Бал!
- Бал? - нахмурилась я.
- Бал! - повторила Жозефина и, подняв юбку, стремглав помчалась вниз по лестнице. Я бросилась следом.
***
Виктор, Лука и Алёша сидели в гостиной, погружённые в мрачное молчание. Настроение у всех было подавленным, особенно у Алёши. Он переживал за Ефимию и с тоской смотрел в бокал с водой, как будто пытаясь разглядеть в нём ответы. Лука развалился в кресле, закинув ногу на ногу и рассеянно покачивал ступнёй. Его взгляд был устремлён в пустоту, в одну точку.
Виктор, напротив, не находил себе места. Он ходил из угла в угол, останавливаясь у окна, затем снова начинал метаться по комнате. Это раздражало Луку.
- Ты можешь не ходить туда-сюда?! - рявкнул он, не выдержав.
Виктор остановился, словно очнувшись от мыслей. Он нахмурился и скрестил руки на груди.
- Не могу. Проблемы...
- У нас общая проблема! - вскочил с кресла Лука. - И нам нужно принимать серьёзные меры!
Виктор закатил глаза.
- И что ты предлагаешь?
- Во-первых, убрать Виолетту, - сказал Лука.
Виктор резко обернулся, глаза расширились от возмущения. Даже Алёша отвлёкся от бокала.
- Лука, ты понимаешь, что несёшь? - процедил Виктор сквозь зубы.
- Прекрасно понимаю, - усмехнулся Лука. - Я, между прочим, думаю не о себе, а о ней. По крайней мере, она будет жива и здорова. Спасать мир - это не её роль.
- Но меч выбрал её, - тихо заметил Алёша.
Лука открыл рот, чтобы возразить, но слов не нашлось.
- Лука, пожалуйста, прояви уважение к Виолетте, - строго сказал Виктор. - Будь с ней вежлив.
- Уважение? - саркастически рассмеялся Лука. - Лучше посмотри на её манеры. Я её спас, а она орёт на меня!
- Она женщина. А женщины, как известно, эмоциональны.
Повисла напряжённая тишина, нарушенная лишь звуками приближающихся шагов. В комнату вошла Жозефина, лучезарно улыбаясь.
- Брат, я хотела тебе кое-что рассказать.
- Что ещё? - нахмурился Виктор, скрестив руки.
- Когда я ходила за платьями, встретила мистера и миссис Джонс. Они пригласили нас на бал двадцать пятого марта.
- Жозефина, какой ещё бал?! - вспылил Виктор. - Мы даже не знаем, где Повелитель, а ты о балах думаешь?
- А что, ты хочешь, чтобы я им отказала? Это было бы неприлично. У меня не было выбора - я приняла приглашение, - с вызовом ответила она и скрестила руки.
Виктор покачал головой и тяжело вздохнул.
- До марта ещё далеко, зачем так волноваться? - воскликнула Жозефина.
- Если Ефимия поправится, мы уедем в Майкхал. Алёша, Лука, - повернулся Виктор к ним, - вы поедете в столицу Эркара.
- А ты, брат?
- Я с вами.
***
Завтра, когда Ефимия немного поправилась, мы поехали в Майкхал, но она упрямо настояла, чтобы Алёша и Лука отправились в столицу Эркара, а она осталась с нами. Виктору не оставалось ничего, кроме как согласиться.
Майкхал не изменился. Снег всё так же укрывал землю, его белизна была ослепительной, а на небе не было ни одного луча солнца.
В саду я тренировалась, а Жозефина сидела рядом, наблюдая за мной и потягивая чай. Она рассказывала, как провела последний бал в городе Кэн, но я никак не могла сосредоточиться. Все мысли занимал только этот клан. И к тому же я злилась на свои неуклюжие удары мечом. В какой-то момент я случайно отрубила несколько роз. Лезвие меча срезало их так легко, что я даже не заметила. Жозефина замолчала, а потом, пытаясь меня поддержать, захлопала в ладоши.
- Так держать, Виолетта! Розы - это как головы этих животных, ты отрубила их чётко и быстро. Молодец!
Её слова не утешили меня, а наоборот, испортили настроение. Я нахмурилась и бросила золотой меч на землю.
- Что с тобой, Виолетта? - Жозефина тревожно посмотрела на меня.
- Я просто... Просто...
- Просто что?
- Просто не знаю, что делать! - воскликнула я, кулаком стукнув по столу. Чашки на столе вздрогнули от удара.
- Не знаю, что делать? О чём ты? - не поняла она.
- О том, как узнать о своём прошлом! Я знаю только чуть-чуть, и не больше! - вырвалось у меня. Я прижала ладони к лицу, чувствуя, как отчаяние захлёстывает.
Жозефина открыла рот, но ничего не сказала, только молча закрыла его, не зная, как ответить. После чая мы решили немного почитать, но вскоре она уснула прямо на диване и начала храпеть.
Я улыбнулась при мысли о том какая она милая, а потом, осторожно укрыв её одеялом, тихо вышла из её комнаты. Во дворце была гробовая тишина. В холле тоже не слышалось ни звука, что было для этого места совершенно привычным. Я решила, что лучше поднимусь на второй этаж. Когда я ступала по лестнице, мне вдруг послышались шаги из кабинета.
Наверное, Виктор занят, - подумала я, - Я просто спрошу его, добрались ли ребята до столицы Эркара или нет.
Я постучала в дверь. Виктор, ходивший из угла в угол, остановился и сел в кресло.
- Войдите, - произнёс он.
Когда я вошла, его лицо озарила тёплая улыбка. Он тут же поднялся.
- О, Виолетта. Что-то случилось?
- Ничего, - покачала я головой. - Жозефина уснула, и я решила...
Он кивнул в сторону второго кресла - пригласил сесть. Я с благодарностью опустилась.
- Хотела узнать, добрались ли ребята до столицы Эркара?
- Слава Богу, добрались, - ответил он, взяв со стола письмо и протянув мне. - Хочешь прочитать?
Я потянулась за письмом, но случайно коснулась его пальцев. Мгновение застыло. Я подняла глаза - и мне показалось, будто в его голубых глазах промелькнули искры. Или это только моё воображение?..
Я поспешно взяла письмо, прочистила горло и уткнулась в строчки, делая вид, что сосредоточена.
Подумаешь, прикосновение пальцев. Чего ты так смущаешься? - буркнул внутренний голос.
Мельком взглянула на Виктора. Он что-то писал в блокноте - с обычной сосредоточенностью.
С первой нашей встречи он вызывает во мне странную тревогу. Его дружелюбная улыбка, ясные жизнерадостные глаза, благородные манеры... Всё это одновременно смущает и притягивает.
Отогнав мысли, я глубже вдохнула и сосредоточилась на письме. Почерк Ефимии оказался красивым, ровным. Она писала, что они добрались в целости и сохранности. Правда, Алёша отравился едой, но уже оправился. Лука, как всегда, не теряет времени: нашёл следы клана «Души Зверей», и теперь они идут по его следу.
Я положила письмо на стол, но в груди защемило.
- Виолетта, ты как будто погрустнела? - заметил Виктор.
Я подняла взгляд. В его лице читалась тревога. Я опустила глаза.
- Ничего.
- Ничего? Ты уверена?
Я кивнула, не в силах выдавить ни слова.
«Конечно, ничего! Я не знаю, кто я. Кем была? Кто были мои родители? Почему я выжила? И что, чёрт побери, я могу сделать сейчас?» - голоса в голове кричали, как на перебой.
Лицо Виктора стало серьёзным.
- Если ты расстроена из-за Луки, прости за его поведение.
Я удивлённо посмотрела на него.
- Виктор, о чём ты? Во-первых, он тут ни при чём. А во-вторых - ты не обязан извиняться за него.
- Лука не умеет извиняться. Кто-то должен делать это за него. Он слишком...
- Грубый, - подсказала я.
- Прямолинейный, - мягко поправил он.
Внезапно за дверью раздался глухой стук, будто кто-то споткнулся и врезался прямо в дверь. Виктор резко встал, подошёл к шкафу и достал оттуда кремневый пистолет. Его лицо стало каменным. Он подошёл к двери, сжал ручку.
Кто это? - пронеслось в голове. Кроме меня, Виктора и Жозефины, в доме никого не было...
- Останься здесь, - велел он твёрдо.
Я кивнула и замерла на месте, сердце застучало в висках.
Виктор распахнул дверь...