Чёрная роза

О роза, ты больна!
Во мраке ночи бурной
Разведал червь тайник
Любви твоей пурпурной.

И он туда проник,
Незримый, ненасытный,
И жизнь твою сгубил
Своей любовью скрытной

Уильям Блейк

Спустя какое-то время, Майкл нехотя поднял голову, перехватывая женскую ладонь и поднося ее к губам. От столь горячего прикосновения девушка вздрогнула.

– Тебе холодно?

Она кивнула.

– Хочешь разожгу камин или отведу тебя обратно?

– Мне нравится смотреть, как горит огонь, – шепотом ответила она.

Сняв жену с колен, он поднялся и направился к камину, находившемуся в другой части комнаты. Синель не хотела снова возвращаться в комнату, из которой не выходила последние несколько дней. Подойдя к Майклу, она бесшумно сняла балетки и наступила на широкий ковер с большим белым ворсом. Подобрав платье, она села, скрестив ноги, перед загоревшимся камином, в который мужчина продолжал подкладывать щепки.

– Ты заболеешь. Зачем сняла обувь? – недовольно покосился на нее Майкл, продолжая стоять на одном колене.

– У тебя такой красивый ковер, – она провела пальцами по ворсу, – Сейчас будет тепло.

Согнув левую ногу в колено, девушка оперлась о нее подбородком, устало прикрывая глаза и подставляя лицо горячему дыханию огня. Краем уха она услышала, как Майкл чертыхнулся и поднялся отходя. Послышался звук открывающихся шкафчиков и звон стекла, и, спустя пару мгновений, на плечи Си упал плед, а мужчина уселся, чуть позади нее, оперившись спиной о небольшой диван, стоявший довольно близко к камину. Сидеть на полу ему было непривычно, но отчего-то по-другому сделать Майкл не мог.

– Спасибо, – улыбнулась она, укутываясь с головой в мягкую ткань, что не могло не вызвать у мужчины смех. Послышался звук откупоренной крышки, и Си инстинктивно повернула голову, – Дай!

Ее рука потянулась, желая взять бутылку, но Майкл поднес горлышко ко рту, делая глоток.

– Нет, принцесса. Это мой способ согреться. Плед только один, – помахав темным стеклом перед ее ладошкой, он опустил бутылку.

Какого было удивления мужчины, когда Синель без задней мысли, подбирая одеяло, на коленках подошла к нему, устраиваясь рядом. Плед красиво спадал с ее плеч, открывая острые ключицы, на которых залегли глубокие тени, а теплый свет огня в полумраке подсвечивал рыжие кудри; Майкл невольно засмотрелся. Плюхнувшись рядом с ним, она случайно задела его плечо, и подняв край пледа, накрыла мужа, а после протянула ладонь к его лицу, сжав и разжав несколько раз пальцы. Цокнув, он нехотя протянул ей бутылку.

– Теперь мне не кажется это настолько отвратительным, – улыбнулась она, возвращая бутылку, и откинула голову назад, устремляя свой взгляд на огонь.

Майкл усмехнулся, делая еще один глоток. Он вытянул длинные ноги, закинув одну на другую, так, что черные лакированные ботинки переливались на огне.

– У моего отца правда так много долгов и врагов? – тихо сказала Си, поворачивая голову к мужу.

– Больше, чем я думал, – холодно бросил он, делая очередной глоток, и протягивая ей бутылку, которую девушка взяла, – Ты не против, если я закурю?

Она удивленно поглядела на него.

– Да. Раньше тебе мое разрешение не нужно было, – тихо добавила она.

– Не думал, что тебе столь неприятно, пока ты не выдернула сигарету прям у меня изо рта и не накричала, – усмехнулся он, прикуривая. Огонек красиво осветил его острый профиль, что Си невольно засмотрелась.

– Ты просто очень много куришь.

– Знаю.

Выдохнув табачный дым, он протянул руку к подлокотнику дивана, снимая оттуда пепельницу и ставя рядом с собой.

– Почему ты до сих пор называешь его отцом? – неожиданно серьезно спросил мужчина.

Синель подняла голову; тень удивления пробежала по ее лицу.

– Потому что он мой отец. Он любил меня, знаю, что любил, и маму тоже. Не хочу думать о том, что мы не родные, – она взяла бутылку, делая глоток, а Майкл заметил вновь те узоры на руках.

– Но ведь он...

– Ты прав, – закивала она, прерывая собеседника, – Но он заменил мне всех, и у меня не получается ненавидеть его, как бы я не хотела. Жалею, о последних, сказанных мною, грубых словах, что если бы его видела мама, то не простила никогда. Помню, как лицо отца стало белее полотна, – откинув голову назад, она посмотрела в потолок, – А твой отец? Я не помню, чтобы видела твоих родителей на свадьбе.

– Они умерли, – Си повернула голову и разомкнула губы, желая извиниться, но Майкл махнул рукой, – Не стоит, принцесса, это было очень давно. Отца убили, когда мне было восемь, а после дядя забрал меня от матери в свою семью, большее я ее и не видел. Она, вроде, живет в бостоне с новым мужем. Моим и Финна воспитанием занималась Лиз – его новая жена. У них с дядей была разница больше сорока лет в возрасте, и ему было особо не до детей, – брови Синель взлетели вверх, – Да, Финн, Ричи и Джереми, его сыновья, ставшие мне, как родные братья, ну, пожалуй, кроме Джереми, он был нам с Финном скорее, как старший наставник.

– Этот мужчина тоже твой кузен? Но как? Ведь он выглядел старше Лиз... – Си повернулась всем корпусом к говорившему; плед слетел с ее плеч, упав на колени. Закинув руку на сидение дивана, она подперла ей голову, внимательно слушая.

– Это так. У них разница больше пять или семи лет, – усмехнулся Майкл, делая глоток, – Джереми был первенцем дяди от первой жены, с которой они поженились довольно рано, после ее смерти появилась Мэри – вторая супруга, которая родила ему Ричи и Финна. У них с Джереми были очень теплые отношения, но после ее смерти, насколько я знаю, дядя очень быстро привел Лиз в дом, вроде на тот момент не прошло и года, – он задумчиво почесал шею, – Они сразу невзлюбили друг друга. Из-за чего он часто ругался с дядей, а после одного из скандалов молча собрал вещи и уехал в Америку на несколько лет, а дядя просто вычеркнул его имя из завещания и запретил показываться на глаза. Так и было до самой его смерти.

– Ничего себе, – прошептала девушка, – Твой дядя был очень жесток.

Майкл кивнул.

– Да, Джеймс любил говорить, что без силы не будет подчинения, – он перехватил у жены бутылку, делая несколько глотков, – Правда, применял это правило ко всем без исключенья, и к жене, и к детям.

Облокотившись щекой о кисть, она задумчиво посмотрела в пол. Синель чувствовала, что алкоголь уже действует на нее, даря приятную истому и тяжесть в конечностях, говорить становится проще и легче; все становилось таким неторопливым вокруг, пока языки пламени сплетались в безудержном плясе. Майкл повернул голову, внимательно рассматривая жену и не удержавшись, двумя пальцами поднял ее подбородок, заглядывая в блестящие глаза.

– Принцесса, я не знал, что мой рассказ вызовет в тебе грусть.

– Все в порядке, – встрепенулась она, забрав у него бутылку, – Расскажи мне еще о Лиз.

– Ну и что ты хочешь знать? – нехотя ответил он, переводя глаза на огонь.

– Все, что возможно. По правде сказать, она пугает меня. Есть в ней что-то, что настораживает меня, но не знаю почему. Тогда, в кабинете отца, в ее лице было столько злобы и холода ко мне.

– Лиз не всегда была такой стальной леди. Я помню ее заботливой и нежный с красивыми ямочками на щеках. О ее прошлом мне известно немного, лишь то, что она не была любимой дочерью в семье, а после их свадьбы с дядей Джеймсом, они и вовсе перестали ее навещать, – он замолчал на несколько мгновений, глядя на огонь, – Она очень любила твою мать. Когда Сара умерла, я помню, что тетя много плакала и часто закрывалась в своей комнате. Дядя не разрешал нам тревожить ее. Она многое мне дала и много сделала для того, чтобы я стал тем, кем я стал, – жестче продолжил он, – и мне никогда этого не забыть. Ричи было почти шестнадцать, когда она стала его мачехой, и он люто ненавидел ее, дрался, убегал из дома. Дядя был скор на расправу, но Лиз всегда защищала его перед ним и помогала в любых начинаниях, пыталась стать ему другом и стала. Второй матерью ей никогда не быть, но он любит ее. Я знаю, принцесса, что она кажется тебе холодной, деспотичной и злой, но жизнь ее закалила настолько сильно, что броня стала неотъемлемой частью существования. Тем не менее она никогда не забывала о тебе, стремилась вытащить тебя из объятий лжи. Лиз часто показывала нам с Финном твои детские фотографии, которые, видимо, тайком присылала твоя мать. Ты была такой хорошенькой в том красном платье в горошек, – Синель обескураженно глядела на мужа, перенимая неосознанно его заразительную улыбку, – Я многое узнал о тебе из ее рассказов. Лиз даже обещала познакомить нас однажды и познакомила.

– Не может быть, но, когда?! Я...я совсем тебя не помню, – глаза ее забегали, она силилась вспомнить сама, но не могла.

– Не трудись, милая, не вспомнишь, – загадочно сказал он, взяв ее длинный локон, пропуская между пальцев, – Мне было девятнадцать, когда я с Ричи впервые оказался в доме твоего отца. И до и после смерти твоей матери, которой также запретил общаться со всеми, мало кого принимал у себя, но Ричи казался ему весьма перспективным, и он стремился подмять его под себя одно время, – ядовитая усмешка слетела с губ мужчины, – Тогда мы с Финном стояли у входа и ждали; помню, он что-то мне рассказывал, пока я не услышал грохот на лестнице и смех, и в следующую секунду маленькая девочка врезалась в ноги. Сзади слышались крики молодой девушки, видимо, няни, но, подняв голову, малышка не слушала их и посмотрела на меня своими большими синими глазами, небрежно убрав с лица пушистые рыжие кудряшки, рассмеялась. Это была ты, – он поднос ее локон к носу, втягивая аромат волос.

– Я ведь совсем не помню этого.

– Ты была в точности, как Лиз описывала, и я сразу узнал тебя, – он помедлил, но потом все же продолжил, – Она любит тебя, Синель, но из-за Рокшильда не могла быть рядом. После того, как их разлучили с твоей матерью, психологическое состояние Лиз стало более изменчивым, – туманность в общности его слов и отсутствие конкретики, заставили нахмуриться Си.

– Он не говорил мне ни слова ни о ней, ни о ком вообще. Давно ты знал? – Майкл понял, что она говорит о своем настоящем отце. Глаза его смотрели куда в толщину черного стекла.

– Не то, чтобы очень. Я не думал, что так получится. Лиз обещала рассказать все тебе, когда ты придешь в более-менее стабильное состояние. Не знаю, зачем она это сделала, – устало потерев лицо, он сделал последнюю затяжку и потушил сигарету о пепельницу. Си поджала под себя замерзшие ступни, пока Майкл не перехватил ее голые ноги и не перекинул себе на бедра, грея руками, – Ты не хочешь увидеть его? – осторожно начал он, поглаживая ногу от голени до щиколотки.

– Не уверена, что сейчас хочу этого, может, позже. К тому же мы виделись, – поерзав на ковре, она теперь хотела убрать ноги, но длинные мужские пальцы сжили ее икры, притягивая к себе.

– Не понял.

Мужчина нахмурился, непонимающе уставился на нее. Синель икнула и, стыдливо прикрыла рот рукой; щеки ее раскраснелись еще больше. Непривычно большое количество алкоголя сильно расслабило девушку, и, откинув плед в сторону, она, подобно кошечке, вытягивая руки и подбородок, потянулась, ловя блуждающий взгляд Грея. Рассказ ее был сбивчив, а язык начинал заплетаться, но общую суть мужчина смог уловить. Он был гораздо трезвее жены, но все равно сосредоточиться было сильно сложно: навязчивые мысли лезли в его голову отвлекая от сути.

– Знаешь, что, принцесса? Дать бы тебе по заднице за такое.

Синель, которая, опиравшись на одну руку, другой уже тянулась к бутылке, изумленно перевела на него глаза, но в следующую секунду заливисто засмеялась. Указательным пальцем она ткнула его в грудь, забирая виски:

– Ну вот ты опять такой же!

Надув губки, Си плюхнулась назад, а Майкл резко выхватил у нее треклятую бутылку, внезапно злясь, что девушка изрядно пьяна и не может вести нормальный диалог. Она недовольно айкнула и потянулась было за выпивкой, но Грей убрал руку за спину.

– Верни!

– Хватит с тебя, – издевательски хмыкнул он и в один мах хотел допить остатки алкоголя, но Синель схватилась за горлышко и выдернула заветную добычу из его рук, вскакивая на ноги. Он был в шоке от того, сколько силе в этой маленьком пьяном существе, тело которого от столь резкого движения предательски пошатнулось, пытаясь удержать равновесие, – Принцесса, верни бутылку. Это был мой гребанный глоток, да и к тому же ты ели на ногах стоишь! – придавая тону наигранной угрозы Майкл, вскинул голову вверх, подняв правую бровь вверх, протянул руку, но не пытался встать.

– Знаешь, что я поняла? – она, пошатываясь, указала на него бутылкой, – Ты противный злой дракон, мешающий мне веселиться!

– Отдай по-хорошему, красавица, – он начал вставать и идти на нее.

– Попробуй отбери ее у меня!

Она серьезно показала сейчас ему язык?

С этими словами Си бросилась бежать. Майкл пару мгновений пытался понять, что произошло; мысли продолжали немного путаться, но он быстро среагировал и пустился в погоню за девушкой. Выбегая из кабинета, он услышал заливистый смех и топот босых ног. В конце коридора промелькнула ее спина в белоснежном платье, а рыжая копна волос, подобно тем языкам пламени из камина, красиво танцевали и закручивались.

– Вот же маленькая дрянь, – усмехаясь себе под нос, Майкл побежал за женой.

Удивленная Жаклин, которая только закончила раскладывать белье и шла по коридору к себе в комнату, потерла глаза несколько раз, когда увидела пробежавших мимо сначала смеющуюся миссис Грей с бутылкой в руках, а потом и самого хозяина.

Майкл нагнал жену в кухне. Обогнув стол, она демонстративно при нем выпила содержимое до конца. Глаза красавицы горели, а на лице все еще пылал румянец. Он было двинулся в одну сторону, но девушка тут же отскакивала в другую.

– Ты же понимаешь, что я тебя поймаю? – усмехнулся он, продолжая пытаться достать девушку.

– Ты же понимаешь, что я не сдамся без боя? – передразнивая Майкла, она засмеялась.

– Ты пьяна, принцесса, и тебе пора спать.

– Конечно! Я в жизни не пила столько, – она показала пустую бутылку, – Мне в кое-то веки весело, а ты опять все портишь. И хватит укладывать меня спать! Ненавижу, когда ты обращаешься со мной, как с ребенком! – его брови удивленно взлетели вверх от такого откровения.

– Я? Что я такого сказал?!

– Ты постоянно говоришь в приказном порядке, что мне надо делать, будто я – ребенок или необъезженная кобыла какая-то! – на последнем, Майкл засмеялся, – Перестань указывать мне: я давно выросла! Не смей смеяться, кретин! – на последних словах ее язык особенно сильно начал заплетаться.

– Миссис Грей, мистер Грей?

Чарли удивленно вошла на кухню встала, удивленно глядя на хозяев. От Майкла не укрылся ее потрепанный вид и следы жестких поцелуев Лукаса на шее, которые она старательно прикрывала.

– Чарли, – Си улыбнулась ей; служанка встрепенулась, переводя глаза на Синель.

– Могу я чем-то помочь?

И в тот момент, когда Си собралась ответить, Майкл обогнул стол и, не теряя времени, закинул жену на плечо. В один миг картинка перед глазами Синель перевернулась вверх тормашками, а крепкие руки мужчины оплелись вокруг ее бедер и колен.

– Ты совсем?! Поставь меня на место!

Бутылка упала из ее рук, с глухим стуком ударяясь о кафель, но не разбилась. Майкл невозмутимо прошел к выходу и поравнялся с Чарли. Глядя служанке в глаза, он приложил указательный палец к губам, полностью игнорируя Синель, колотившую его по спине. Чарли кивнула, находясь в шоке и лишь безмолвно смотрела вслед удаляющейся паре.

– Немедленно отпусти меня, Майкл, или я тебя укушу!

– Что - что, дорогая? – он наигранно повернулся назад, когда они были на середине лестницы, и Синель взвизгнула, поглядев вниз, и чуть не треснулась головой о перила, – Мне спустить тебя?

– Нет-нет! – засмеявшись, он подкинул девушку на плече, на что она ойкнула и, вцепившись одной рукой в его рубашку, другой со всей дури влепила ему смачный шлепок по заднице.

– Эй!

– Совсем страх потерял, засранец!

– Как ты меня назвала, маленькая дрянь?

– Засранец, который опять испортил все веселье. Я хотела погулять еще, а ты все испортил, – устало бубнив себе под нос, Си тряпочкой повисла на плече мужа; в руках больше не было силы, и вдруг очень сильно захотелось спать, но, когда она попыталась закрыть глаза, ее мутило, – Ты обнаглел?! А ну-ка убери от моей пятой точки свои мерзкие руки!

Майкл лишь сильнее заулыбался, весело насвистывая себе что-то под нос. Его и так качало, но из-за брыкающейся Синель, идти было еще труднее. Еще раз подбросив на плече свою ношу, мужчина, расставив пальцы, положил левую кисть четко на ее задницу, немного погладив, вызывая у красавицы мурашки и еще большей визг. Другой рукой он покрепче сжал дрыгающиеся ноги, намеревавшиеся так и лягнуть. Наконец дойдя до спальни, Майкл демонстративно скинул ее на кровать, как мешок картошки, устало потирая шею.

– Ай, поаккуратнее! – сев на матрац, она застонала.

– Ты такая тяжелая, принцесса.

Она хотела было ответить ему, но вдруг зажала рот рукой и с грохотом побежала в ванную, оставляя Майкла ошарашенно смотреть ей в след, но после того, как оттуда послышались неприятные звуки, он устало закатил глаза. Неторопливо подойдя к дверному проему, мужчина облокотился он него и, скрестив руки на груди, покачал головой, разглядывая тонкий силуэт девушки, которая скрючилась у унитаза.

Слезы хлынули из ее глаз, пока желчь неумолимо выходила из организма. Неприятно мешавшие волосы, рассыпавшиеся по всему ободку сиденья, вдруг кто-то собрал хвост, держа над головой. Не поднимая красного лица, Синель смыла воду, но потом все же посмотрела на мужа. Тот снисходительно хмыкнул, заправляя длинные рыжие пряди за уши.

– Ты все еще хочешь веселиться?

– Не надо было меня трясти, – захныкала она, убирая уставшее лицо от его пальцев.

– Я виноват?

Ее неловкие попытки подняться вызвали у мужчины смех, который почему-то тоже вызвали у нее ухмылку. Включив в умывальнике воду, она наклонилась, подставляя горячее лицо ледяным струям воды, после чего прополоскав рот, почистила зубы.

– Смешно тебе?

Плюхнувшись на кровать в спальне, она закрыла глаза, раскинув руки. Голова гудела, но стало значительно легче.

– Очень.

Мужчина склонился над ней, задумчиво глядя и, когда красавица засмеялась ему в лицо, открыв свои синие глаза, губы его тронула улыбка.

– Почему ты всегда не можешь быть таким?

– Каким? – склонившись над ней и поставив руки по обе стороны от ее лица, он непонимающе глядел на девушку, – Пьяным?

– Да не-е-т! – шутливо толкнув его в плечо, она повернулась, подтягивая тело, чтобы достать рукой подушку. Майкл заинтересованно наблюдал за ее действиями, поставив колено на кровать, и теперь его глаза находились в районе ее живота, – Веселым, общительным и не таким жестоким, как обычно. Человеком, одним словом, – откинув голову на подушку, которая теперь лежала в центре кровати и закинув за нее руку, а другую положила ему на щеку, поглаживая тыльной стороной ладони, – Мне не хочется бояться тебя, как после побега, на свадьбе или в машине, когда ты убил... – тихо прошептала она, убирая черные пряди с его лба.

– Я обещаю тебе, что не сделаю тебе больше больно. Хорошо, принцесса? – она кивнула и, не удержавшись, мужчина поцеловал девушку в живот, ложась рядом и устало прикрывая глаза.

За окном стояла глубокая ночь, а они так и лежали,отдавшись сну, пришедшему быстро. В глубокой дремоте Майкл уткнулся девушке в живот, а она, повернувшись на бок, закинула ногу на его торс.

***********************************************************************************************

Две главы за одну ночь, ахахах.

Надеюсь, вам понравится)))