Глава 29
В субботу вечером решаю снова встретиться с друзьями. В баре «Асенсио» выпиваем немного пива, затем ужинаем в пиццерии, после чего отправляемся в «Амнезию» выпить еще пару бокальчиков. Я оглядываюсь по сторонам в поисках шпиона, которого Юнги, сто процентов, подослал следить за мной. Но, естественно, никого не вижу, кроме развлекающихся, как и я, людей.
Через час вдруг появляется Намджун. Я удивлена. Он улыбается.
— Что ты здесь делаешь?
— Без тебя в Ханой очень одиноко.
Всматриваюсь в него.
— Юнги... ты ошибаешься насчет меня. Я никогда тебе не лгала и...
Он прикладывает к моим губам палец, заставляя замолчать.
— Я знаю, но ничего не могу с собой поделать. Лиса... поехали ко мне в отель, нам нужно поговорить.
Прощаюсь с друзьями и обещаю что скоро вернуться. Я знаю, что произойдет. Разговор с Намджуном будет коротким и, конечно, не очень приятным.
Приезжаем в отель. Напряжение в воздухе такое, что его можно пощупать рукой. Я отказываюсь подняться в его номер, и мы идем в бар. Целый час мы разговариваем, спорим, объясняемся. И когда, кажется, мы расставили все точки над i, я собираюсь уйти, но он берет меня за руку.
— Дай мне шанс, пожалуйста. Ты сама только что сказала, что не знаешь, хочешь ли чего-нибудь большего. Позволь мне показать, что я могу тебе подарить. Ты красивая, ты нравишься мне, я схожу с ума от того, с каким воодушевлением ты что-либо делаешь, и ради тебя я готов на все.
Я сейчас нуждаюсь в ласке, и его слова — словно бальзам на мои раны. Никак не могу перестать думать о своем проклятом шефе.
Закрываю глаза, и передо мной возникает властный и интригующий взгляд Мин Юнги. Сама не знаю почему, целую Намджуна. Я целую его с таким эротизмом и страстью, что сама себе удивляюсь.
Не говоря ни слова, Намджун тащит меня к лифту. Я знаю, чего он хочет. Знаю, куда он ведет меня, и разрешаю ему это. Поднимаемся к нему в номер и молча входим. Начинаем целоваться, и я позволяю ему ласкать свое тело. Но я чувствую себя предательницей, ведь не могу выбросить из головы Юнги. Когда Намджун задирает мне юбку, я вздыхаю и, к его удивлению, сама кладу его руку себе между ног.
Намджун, возбужденный моей пылкостью, опрокидывает меня на кровать, ложится сверху и трется своим твердым членом, зажатым в джинсах. Он слишком осторожный. Он всегда был таким. То, как он занимается любовью, не имеет ничего общего с тем, как это делает Юнги. В сексе Намджун неторопливый и деликатный. Юнги — властный и грубый.
Это двое совершенно разных мужчин, и любовью они занимаются тоже по-разному.
Сердце вырывается из груди. Я думаю об Юнги, и меня это возбуждает.
Уверена, что если бы он увидел, что я делаю, то возбудился бы так же или еще больше, чем я. Его игра стала моей игрой. В этот момент ласкающий меня Намджун — Юнги.
Достаю мобильный телефон и, пока Намджун меня целует, тайком делаю пару фотографий.
Доведенный до безумия тем, как я ему отдаюсь, он снимает с меня трусики. Его удивлению нет предела, когда я раздвигаю перед ним ноги, и он сразу же впивается ртом в мою киску. Мгновение спустя комната наполняется моими стонами. Намджун пожирает меня, облизывает, приникает в меня пальцами.
Мои глаза закрыты, и я представляю взгляд Юнги. Его жгучие глаза упрекают меня, но в них горит желание. Я не хочу открывать глаза. Не хочу видеть Намджуна. Хочу остаться с закрытыми глазами. Хочу, чтобы Юнги оказался рядом со мной.
Вдруг Намджун останавливается, и я открываю глаза. Он расстегнул джинсы и надевает презерватив.
— Ты уверена? — спрашивает, снова забравшись на кровать.
Киваю. Я не в силах говорить.
Он улыбается, но ничего не говорит. Затем осторожно начинает в меня входить. Немножко... еще чуть-чуть... и еще, но я не выдерживаю и сама нанизываюсь на него, желая, чтобы он спустил на мне всю свою сексуальную мощь. Он в шоке от такой атаки и, тяжело дыша, хватает меня за бедра и начинает бомбить своим снарядом еще и еще. О, да... продолжай... продолжай... мне нужно еще больше. Моя киска раскрывается, чтобы принять его, но это вовсе не тот мужчина, которого я жажду. В ожидании еще большего проникновения и напора моя киска сжимается, но Намджун после нескольких толчков в оргазме падает на меня.
Закрываю глаза. Хочется плакать. Я хочу Юнги. Хочу, чтобы именно он заставил меня дрожать от наслаждения. То, что я делала месяц назад с Намджуном или кем-то другим, было чудесно; теперь все это стало пресным и скучным. Мне нужно намного больше, и только Юнги может мне это дать.
Голова Намджуна лежит у меня на шее, и я слышу его тяжелое дыхание. Отстранившись, он спрашивает, понравилось ли мне. Я лгу, говоря, что да. Не хочу его огорчать.
Он помогает мне встать, и я иду в ванную комнату. Закрываю дверь и умываюсь. Смотрю в зеркало и, вспомнив об Юнги, шепчу:
— Что же ты сделал со мной, скотина?
Освежившись, выхожу из ванной. Намджун сидит на стуле. Мы смотрим друг на друга.
— Я ухожу.
Его лицо напрягается:
— Нет, Лалиса... не уходи.
Понимая, что веду себя как злая стерва, что я худшее из худшего, подхожу к нему и целую в губы.
— Намджун, прошу тебя, продолжай жить своей жизнью и позволь мне жить своей. Увидимся в Ханой.
Разворачиваюсь и ухожу. Захлопываю за собой дверь, закрываю глаза и глубоко вздыхаю. Как же гадко я себя чувствую... Спускаюсь на лифте и, оказавшись на улице, звоню подруге. Она подсказывает, где ее искать, и я отправляюсь туда, чтобы напиться до умопомрачения и забыть о том, что я только что сделала.