𝙑𝙊𝙇𝙇𝙀𝙔𝘽𝘼𝙇𝙇 𝙇𝙄𝙈𝙄𝙏 ☄⚡︎

──────────────────────∘₊✧──────✧₊∘

- Мне... мне, наверное, пора, - пробормотал он, чувствуя, как предательски вспыхивают щеки. - Уже поздно, а завтра тренировка. Нужно выспаться.

Ханджи молча кивнула, принимая его решение. Она понимала, что он не готов к откровенному разговору, что между ними еще слишком много недосказанности. Она не хотела давить на него, заставлять делать то, к чему он не готов.

Дождь почти стих, лишь изредка срывались отдельные капли, словно прощаясь с этим днем, полным переживаний и откровений. Ни-ки поднял зонт и, молча, проводил Ханджи до двери ее дома.

- Все будет хорошо, - сказал он напоследок, глядя ей в глаза с нежностью и беспокойством. - Постарайся отдохнуть и не думай ни о чем плохом. Завтра увидимся на тренировке.

Ханджи слабо улыбнулась в ответ, стараясь скрыть свою печаль.

- Спасибо, что был рядом, - прошептала она. - Это много для меня значит. Твоя поддержка очень важна для меня.

Ни-ки слегка коснулся ее головы, боясь нарушить хрупкий момент близости, и, развернувшись, быстро ушел, опасаясь, что она передумает и попросит его остаться.

Ханджи долго смотрела ему вслед, чувствуя опустошение и смятение. Она не знала, что ждет их в будущем... больше не позволит никому управлять ее жизнью, диктовать ей, что делать и как чувствовать.

На следующее утро, вопреки ее ожиданиям, атмосфера на тренировке была наэлектризована. Словно невидимые искры летали в воздухе, предвещая надвигающуюся бурю. Ханджи чувствовала это кожей, ощущала тяжелые взгляды, полные скрытой агрессии. Она старалась не обращать внимания на перешептывания и косые взгляды, сосредоточившись на упражнениях и наставлениях тренера.

Ни-ки был молчалив и отстранен, словно его что-то грызло изнутри. Он избегал ее взгляда, стараясь не пересекаться с ней. Хисын, наоборот, был нарочито агрессивен и вызывающ, словно провоцируя кого-то на конфликт. Его движения были резкими и нервными, а взгляд полным нескрываемой злости. После окончания тренировки, когда все уже собирались расходиться по домам, Хисын, выжидавший удобного момента, подошел к Ни-ки.

- Нам нужно поговорить, - сказал он, глядя ему в глаза с нескрываемым вызовом. Его голос звучал холодно и угрожающе.

- Мне не о чем с тобой разговаривать, - ответил Ни-ки, стараясь избегать конфликта. Он понимал, что Хисын ищет повод для ссоры, и не хотел поддаваться на его провокацию.

- Ты трус, - бросил Хисын, словно выплеснув яд. - Ты боишься признаться в своих чувствах к Ханджи. Ты боишься сделать первый шаг. Ты просто жалкий слабак.

- Это не твое дело, - огрызнулся Ни-ки, сжимая кулаки. - Занимайся своими делами, и не лезь в чужую жизнь.

- Я и занимаюсь, - ответил Хисын с усмешкой. - Я забочусь о Ханджи. Она заслуживает большего, чем твое молчание и нерешительность. Она достойна любви и счастья, а ты ей этого дать не можешь.

- Замолчи, - прорычал Ни-ки, чувствуя, как внутри закипает ярость. - Не смей говорить о ней в таком тоне. Ты не имеешь на это права.

- А что ты сделаешь, а? - усмехнулся Хисын, приближаясь к нему вплотную. - Ударишь меня? Ты же слишком труслив для этого. Ты предпочитаешь прятаться за спиной Ханджи, вместо того, чтобы бороться за нее.

Ни-ки не выдержал. Ярость вскипела в его крови, словно лава в жерле вулкана, готовая извергнуться наружу. Он не смог сдержаться и со всей силы ударил Хисына кулаком по лицу. Тот пошатнулся, но устоял на ногах. В его глазах вспыхнул гнев, затмевающий все остальные эмоции.

- Ты сам напросился, - прорычал Хисын, вытирая кровь с разбитой губы.

Началась драка. Парни осыпали друг друга градом ударов, не щадя ни себя, ни соперника. Ярость ослепила их, превратив в диких зверей, жаждущих крови. Они не обращали внимания на боль и усталость, не слышали криков и мольб. Их целью было лишь одно: уничтожить противника. Ханджи, увидев происходящее, бросилась к ним, пытаясь разнять.

- Прекратите! - кричала она, захлебываясь слезами и хватая их за руки. - Что вы делаете? Вы с ума сошли? Остановитесь, пока не поубивали друг друга.

Но они не слышали ее, их ярость была слишком сильна, чтобы ее остановить. Они словно оглохли и ослепли, не замечая ничего вокруг. Ханджи, рискуя собой, вклинилась между ними, пытаясь развести их в разные стороны.

- Хватит, - закричала она во все горло, толкая их, как двух дерущихся котов. - Вы что, не понимаете, что творите?

Хисын, услышав ее крик и увидев ее заплаканное лицо, словно очнулся от гипноза. В его глазах мелькнуло раскаяние, сменившее ярость.

- Прости, - прошептал он, отступая назад. - Я не хотел... я не знаю, что на меня нашло.

Он развернулся и, опустив голову, быстро ушел, оставив Ни-ки и Ханджи одних посреди разгромленного спортзала. Ни-ки стоял, тяжело дыша, с разбитой губой и кровоподтеком на щеке. Его лицо было искажено болью и раскаянием. Ханджи подошла к нему и осторожно коснулась его лица, боясь причинить ему еще больше боли.

- Больно? - спросила она, глядя на него с тревогой и сочувствием.

- Неважно, - ответил Ни-ки, стараясь казаться сильным и невозмутимым. - Это ничего не значит.

- Пойдем, - сказала Ханджи, беря его за руку и ведя к выходу из спортзала.

Она отвела Ни-ки в медпункт и достала аптечку. Аккуратно, стараясь не причинить ему боль, она промыла его раны перекисью водорода и наклеила на щеку пластырь.

- Спасибо, - прошептал Ни-ки, глядя на нее с благодарностью. Его глаза были полны раскаяния и вины.

- За что? - спросила Ханджи, стараясь отвлечь его от мрачных мыслей.

- За то, что остановила нас, - ответил Ни-ки, опустив голову. - Я не знаю, что на меня нашло. Я потерял контроль над собой.

- Он спровоцировал тебя, - сказала Ханджи, стараясь его оправдать. - Я знаю. Он хотел вывести тебя из себя.

- Это не оправдание, - ответил Ни-ки, качая головой. - Я не должен был поддаваться на провокацию, должен был быть сильнее, сдержаннее. Я разочаровал тебя.

Они замолчали, погруженные в свои мысли. Ханджи смотрела на Ни-ки, на его разбитое лицо, и чувствовала, как ее сердце разрывается от жалости и любви. Она хотела обнять его, прижать к себе, сказать, что все в порядке.

- Пойдем, прогуляемся, - сказала она, нарушив тягостное молчание. - Тебе нужно развеяться, отвлечься от всего этого кошмара.

Ни-ки кивнул, соглашаясь с ее предложением. Он понимал, что ему действительно нужно сменить обстановку, чтобы прийти в себя после произошедшего. Они вышли из школы и направились в ближайший парк. Дорожки были почти пусты, лишь изредка встречались прохожие, спешащие по своим делам, не обращая внимания на гуляющую пару.

Они шли молча, наслаждаясь тишиной и спокойствием. Солнце приятно пригревало, птицы весело щебетали в кронах деревьев, словно и не было никакой драки, никаких ссор, никаких переживаний. Наконец, они остановились возле небольшого кафе, расположенного в самом центре парка. Аромат свежесваренного кофе и свежей выпечки манил и привлекал посетителей.

- Хочешь мороженое? - спросила Ханджи, стараясь разрядить обстановку и вернуть на лицо Ни-ки улыбку.

- Почему бы и нет? - ответил Ни-ки, слабо улыбнувшись в ответ. - Звучит довольно заманчиво.

Они купили по большому рожку ванильного мороженого и уселись на скамейку под огромным раскидистым деревом, чьи ветви дарили приятную тень в этот теплый день.

- Вкусно? - спросила Ханджи, глядя на Ни-ки с надеждой.

- Очень, спасибо. Ты всегда знаешь, как поднять мне настроение.

- Не за что, это ведь просто мороженое.

Они молча ели мороженое, наслаждаясь каждым мгновением этого простого удовольствия. Ханджи чувствовала, как напряжение постепенно отступает, уступая место теплу и умиротворению. Ей казалось, что они вернулись в те счастливые времена, когда между ними не было никаких проблем и недоразумений.

- Знаешь, - сказал Ни-ки, нарушив тишину и пристально глядя на нее. - Я не знаю, что на меня нашло вчера, когда я сказал, что хочу чего-то большего.

- Я знаю, - ответила Ханджи, опустив глаза. - Тебе было больно видеть, как я страдаю, как мать давит на меня. Ты просто хотел защитить меня.

- Не только это, - возразил Ни-ки, качая головой. - Я... я ревновал. Я не мог видеть, как Хисын смотрит на тебя, как заботится о тебе. Мне казалось, что я теряю тебя.

Ханджи удивленно подняла на него глаза.

- Ревновал? - переспросила она, не веря своим ушам. - К кому? К Хисыну, что ли?

- К Хисыну, - подтвердил Ни-ки, глядя в землю и смущенно переминаясь с ноги на ногу. - Я видел, как он смотрит на тебя, как заботится о тебе, и мне стало... страшно. Я подумал, что ты можешь полюбить его.

- Страшно? - повторила Ханджи, словно примеряя на себя это слово.

- Я испугался, что ты можешь полюбить его и все твое внимание будет только на нем. Я не знаю, что бы я делал без тебя.

Ханджи не знала, что сказать. Она была тронута его признанием до глубины души. Она понимала, как тяжело ему было произнести эти слова.

- Ни-ки, - прошептала она, протягивая руку и касаясь его щеки. - Мы же просто друзья. Между нами ничего нет.

- Я знаю, но я хочу, чтобы было. Я хочу большего, чем просто дружба.

Они снова замолчали, погруженные в свои мысли. Ханджи чувствовала, как между ними нарастает напряжение, как слова, которые они не произнесли, давят на них, словно груз.

Внезапно, словно повинуясь внезапному порыву, Ни-ки приблизился к ней и нежно коснулся ее губ своими. Ханджи замерла, словно пораженная электрическим током. Она не ожидала этого. Она мечтала об этом, грезила ночами напролет, но никогда не верила, что это произойдет на самом деле. Поцелуй был легким и невинным, но в нем было столько нежности и тепла, что у Ханджи перехватило дыхание, а по телу пробежали мурашки. Она ответила на его поцелуй, отдаваясь своим чувствам, не сдерживая эмоции.

- Прости, я не должен был этого делать.

- Я люблю тебя...