Плохая привычка

Чонгук

Я поворачиваю лежащий на бедре телефон вверх экраном и проверяю время уже, наверное, раз пятнадцатый за последние три минуты. Одиннадцать двадцать восемь. Лиса отсутствует уже пять часов. Какой, мать вашу, ужин может длиться пять часов? Когда она впервые озвучила свои планы, я лишь рассмеялся. Девушка ждала реакции, но я, конечно же, остался равнодушен. Ее попытки заставить меня ревновать были уморительны.

Позднее появился вчерашний придурок. Я надеялся, что после предупреждения Мингю, она будет держаться от него подальше. Парень на пару лет младше нас, но его старший брат учился с нами в одном классе. Он состоял в школьной команде по плаванию и у него был свой список. Это даже больше походило на систему баллов. Каждая девушка оценивалась от единицы до ста. Чем тяжелее ее заполучить, тем выше балл. Я никогда не участвовал в этом, не чувствовал необходимости хвастаться тем, в ком побывал мой член. Но ходят слухи, что Джексон перенял и возродил традицию старшего брата. И прямо сейчас он с Лисой.

То, что по моим предположениям должно было длиться часа два-три, переросло в четыре, а затем и в пять. Я не мог озвучить свои догадки. Я уже облажался ранее, когда прокомментировал выбор наряда девушки, ну или его отсутствие.

Заметив ее, спускающуюся с лестницы и выглядящую настолько аппетитно, что хотелось ее съесть, я подавился пивом. Помимо этого, мое внезапное паршивое настроение и несвойственное желание постоянно проверять телефон заставили Мингю весь вечер подозрительно коситься. А что мне было сказать? Прости, мужик. Твоя маленькая сестренка умоляла меня трахнуть ее в твоей кровати, но я бросил ее. О да, и после этого она разрушила мою долбаную жизнь.

В конце концов, я сказал Мингю, что иду спать, потому что утром планирую начать поиски работы. И это не совсем неправда. Если я хочу задержаться в городе, мне придется это сделать. Но реальная причина заключалась в том, что мне нужно было время, чтобы разобраться со своими мыслями.

Я нахожусь здесь всего лишь один день, но уже начинает твориться всякая хрень. Моя ненависть начала притупляться. Тяжело поверить, что такое ангельское создание с большими невинными глазами способно на месть. Мне нужно держаться подальше от нее. Я смотрю на ее пушистое розовое покрывало и сжимаю его в кулаке, испортив идеально заправленную кровать.

Завтра. С завтрашнего дня я буду избегать ее.

Тихий щелчок входной двери извещает меня об ее прибытии. Наконец-то, черт возьми. Я быстро прижимаюсь к стене за дверью как раз в тот момент, когда девушка входит в комнату и аккуратно закрывает ее пинком ноги. Она снимает обувь и начинает стягивать с себя платье. Залитая лунным светом, струящимся в окно, Лиса стоит ко мне спиной, и я не могу не заметить ее изменившиеся формы. Круглые, подтянутые ягодицы. Ямочки на пояснице. Ее платье уже миновало бедра, когда я нарушаю тишину.

— Повеселилась сегодня?

Лиса вскрикивает и одергивает ткань, прежде чем развернуться.

— Веселилась, пока за мной снова не начал шпионить какой-то извращенец уже второй раз за эти несколько дней.

— О, и это я извращенец? — дразню ее я, подходя ближе. Она хочет отстраниться, но не делает этого. Девушка застыла на месте, и это еще больше заводит меня. — Поправь меня, если я не прав. Вроде бы это ты сегодня утром смотрела, как я дрочу.

Я тут же жалею, что свет выключен и мне не удастся разглядеть, как зарделись ее щеки. Я нависаю над ее крошечным телом, и она вынуждена задрать голову, чтобы взглянуть на меня.

— Временное помутнение рассудка. — Она пожимает плечами. — Ничего такого, чего бы я ни видела раньше.

Эти слова вертятся в моей голове буквально секунду, прежде чем я буквально кидаю ее на кровать. Девушка приземляется на спину, широко раскрыв рот от шока и невольно раздвинув ноги, тем самым задрав ткань платья. Я устраиваюсь между ее бедер и прижимаю ее руки к кровати.

Черт, это была плохая идея. Она приятно пахнет — сладко, как и ее крем для тела — и ощущается еще лучше. Я борюсь с неистовым желанием погрузиться в нее.

— Ничего такого, чего бы ты ни видела раньше, да?

— Нет, — отвечает она сквозь стиснутые зубы.

— Кто это был? — требую я. — Тот вчерашний золотой мальчик?

— Не твое дело.

— Скажи мне, Лиса, — шепчу я, приближаясь к ее уху. — Он заставил тебя кончить от поцелуя, как это сделал я? Он знает, какие звуки ты издаешь во время этого? Потому что я все еще слышу тебя. Все еще вижу тебя.

Если ее резкий вздох не убедил меня, что девушка шокирована, то ее неистовое трение о мой член говорило само за себя. Я неподвижно нависаю над ней, руками удерживая ее запястья.

— Он знает, что я первый, кто заставил это маленькое тело достичь оргазма, еще до того, как ты сама научилась это делать? — я сдвигаю ее запястья и обхватываю их одной рукой. Указательным пальцем я прокладываю дорожку от ее груди к трусикам.

С губ девушки срывается стон, и ее бедра снова трутся об меня.

— Нет, — шепчет она.

— Что, нет?

— Нет — ответ на все твои вопросы.

Лиса высвобождает руку и притягивает меня к себе, грудь к груди. Я чувствую под собой ее маленькие упругие сиськи и до боли хочу того, что мы не смогли сделать три года назад. Почувствовать ее изнутри. Но затем я вспоминаю, что еще произошло той ночью, когда мы были в аналогичном положении. И все, что последовало потом.

— Хорошо, — просто отвечаю я и встаю с кровати прежде, чем я совершу то, о чем потом буду жалеть… например, пересплю с врагом.

Лиса резко сводит ноги и поправляет платье с выражением абсолютного скепсиса на своем милом личике.

— Следи, чтобы оно на этом месте и оставалось. — Я разворачиваюсь, чтобы уйти и поставить точку в разговоре. Но вдруг ее дерзкий рот снова наносит удар.

— Пошел на хрен, Чонгук, — полным яда голосом выплевывает она

***

Лалиса

— Я зомби. Это официально, — плавая на огромном надувном матрасе, я жалуюсь Розэ, пока она, опершись на журнальный столик, красит ногти на ногах красным лаком.

— Может тебе пора перестать теребить свою вишенку, всю ночь мечтая об Чонгуке, — смеется подруга.

Резко вынув ногу из воды, я обдаю еë фонтаном брызг, и она, дернувшись, капает лаком себе на кожу.

Если бы она только знала, насколько оказалась права. Разве что не только мысли об Чонгуке не дают мне уснуть, сколько он сам. Сегодня я его еще не видела. Я вертелась всю ночь, прокручивая слова парня в голове, пока не пришло время вставать в школу. «Да ты уже жестко подставила меня, крошка». Я была слишком озабочена тем фактом, что Чонгук находился меж моих бедер, вместо того, чтобы внимать его словам. Но сейчас это все, о чем я могу думать. Что это вообще могло значить? Это он ушел. А я была тем, кто оказался сломлен.

Когда я наконец-то смирилась с тем, что заснуть уже не удастся, то как на иголках начала собираться, боясь наткнуться на Чонгука или Мингю. На Чонгука по понятным причинам. На Мингю, потому что он видит меня насквозь, как и я его. К счастью, оба парня, похоже, еще спят.

Последние несколько дней сильно измотали меня, потому что этим утром весь кофе мира не смог мне помочь, как не может и сейчас. Как только приехала Розэ, я сразу же переоделась в купальник и собрала волосы в высокий конский хвост. С тех пор прошло часа два, и сейчас солнце начинает садиться.

— Так ты собираешься рассказать, как прошло твое свидание с Джексоном? — спрашивает Розэ, вырывая меня из беспорядочных мыслей.

— Нормально. — Я пожимаю плечами и переставляю ноги.

— Нормально? — она перестает красить ногти и упирается подбородком в колена, устремив на меня взгляд. — Очень хорошо, да?

— Нет, все прошло неплохо. Было хорошо. Он был милым.

— Воу, осторожнее. Хорошо и мило? Этими прилагательными ты поставила крест на всем.

— Заткнись. На самом деле было весело. — Я закатываю глаза.

Джексон повел меня в ресторан фондю. Так как был шоколад, то жаловаться мне особо не на что. После мы отправились в кино смотреть «Тора», насчет которого я так же не сожалею. Это же Тор. Честно говоря, я провела время лучше, чем могла рассчитывать. Парень был учтив, очарователен и вежлив.

— Ты собираешься снова с ним встретиться? — скептически спрашивает Розэ.

— Я не уверена. Если только он позовет. — Снова пожимаю плечами.

— И ты не думаешь, что возвращение того, чье имя нельзя произносить, как-то повлияло на твое безразличие?

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь, — отвечаю я и рассматриваю свои ногти, чтобы избежать зрительного контакта.

— Ври, ври, да не завирайся.

Мы смеемся, но нас прерывают выходящие из двери Чонгук и Эдриан, еще один лучший друг моего брата.

— Так-так, помяни дьявола… — произносит Розэ с самым ужасным южным акцентом, который я когда-либо слышала.

— Где мой брат? — спрашиваю я и бросаю предупреждающий взгляд в сторону Розэ, вынуждающий ее заткнуться.

— Готовит на кухне. А что? Тебе нужна помощь, чтобы намазаться солнцезащитным кремом? — спрашивает Эдриан и делает шаг в мою сторону, но Чонгук останавливает его, вытянув руку перед грудью парня.

— Что такое, бро? — невинно спрашивает он. — Я лишь забочусь о младшей сестренке. Мы же не хотим, чтобы эта красивая светлая кожа сгорела, верно?

— Я в порядке. — Я смеюсь и трясу головой.

От Эдриана всегда много шума, но в целом он безобидный. Пока я росла, рядом всегда был брат, Чонгук и Эдриан. Три пьяных ловеласа, господствующих над всей школой и учениками. Мингю и Эдриан — обольстители, богатенькие мальчики, творящие бесчинства с улыбкой на лице. В то время как Чонгук главенствовал со своим негласным авторитетом. Они уже давно не ученики старшей школы, но город все еще принадлежит им.

Эдриан — мексиканец американского происхождения или, как он любит себя называть, секси Мекси. Он высокий и привлекательный, с золотистыми глазами и ямочками на щеках. Его все любят. Невозможно не любить.

— А теперь я серьезно. — Эдриан понижает голос, убирая от груди руку Чонгук. — Мне нужно поговорить с вами насчет субботы.

В субботу день рождения Мингю и ежегодно за день до него мы с родителями идем в какой-нибудь модный ресторан, где все начинают ссориться еще до того, как принесут десерт. После этого мы с Мингю всю ночь смотрим фильмы и объедаемся всевозможной вредной пищей. В то время как его настоящий день рождения принадлежит друзьям. В этом году наши родители не смогут присутствовать из-за важной сделки отца. Они предложили прилететь к ним, но Мингю отказался, сославшись на работу, когда на самом деле он попросту не хотел никуда ехать. И слава Богу, потому что я тоже не горела желанием этого делать.

— Что такое? — я приподнимаю свои персиковые солнечные очки.

— Мы собираемся взять понтон и ДжетСкай на озеро. Ничего сверхъестественного, людей будет не так много, но это сюрприз. Вы, девчонки, с нами?

— Я пас, — подавленно отвечает Розэ.

— Что, почему? — спрашиваю я и рукой подгребаю к бортику. Она обожает ездить на озеро, и мы уже давно там не были.

— Эх, работа, — говорит он так, будто ее ответ был очевидным.

Она ведет себя так, что кажется, будто работа ей в тягость, но, втайне от всех, она ее любит. Она проводит на ней большую часть своего времени, и когда она не там, то постоянно говорит о работе, мечтая о путях ее улучшения или охоте на новые тренды.

— Бррр, — отвечаю я, вылезая из бассейна. Мой взгляд падает на Чонгука, который до сих пор молча стоит со скрещенными на груди руками, и я хватаю свое полотенце с лежака.

Его взгляд исследует меня с ног до головы, прежде чем он разворачивается и возвращается в дом.

— Ему просто нужно поесть. Вы же знаете, какой он засранец, когда голоден, — пожимает плечами Эдриан

— Увидимся через несколько дней? — спрашивает парень, рукой опираясь на дверь.

Прежде чем я успеваю ответить, появляется рука Чонгука и хватает Эдриана за майку, затаскивая в дом. За парнями раздается лишь веселый смех Эдриана.

— Так мы собираемся вести себя будто ничего не произошло? — спрашивает меня Розэ, глядя из-под опущенных солнечных очков.

— Ага.