Глава 4
Грейн
От неё пахнет мятой и карамелью.
Существует два вида карамельных сиропов, которые вам добавляют в напитки. Один — со вкусом жжёного сахара, насыщенный вкус карамели. Второй, как бы паранормально это ни звучало, — на вкус как кофе. И на запах тоже. Сладкий американо.
От неё, спасибо всевышнему, пахнет именно карамелью. Ненавижу кофе.
А ещё, вы когда-нибудь видели женщин с разным цветом волос в одно и то же время? Блять, я не знаю, как это объяснить, но у неё тёмные, почти угольно-чёрные волосы, но когда она делает хвост или пучок, под ними — абсолютно белый, пепельный цвет.
Я не знаю, как это возможно. Не понимаю.
Нет, понятное дело, что я понимаю, как это делают в салонах, я не идиот. Но прям белый. И чёрный.
А ещё она высокая. На мой взгляд, около ста семидесяти пяти сантиметров, может, чуть ниже. Тут я тоже не профессионал, просто заметил.
И глаза. Блять, они серые, но не просто серые. Может, серо-зелёные. Как лесной туман утром, как зимние горы, как пасмурное утро меграполиса.
Не в моём вкусе, конечно. Я просто сторонний наблюдатель.
Может показаться, что Ривьера Миглас выглядит иначе, и я просто выдумал что-то. Но она сидит здесь, буквально в метре от меня. Думает, злится, улыбается. Она реальна. Такая, как я описал.
Интересно, чем пахну я?
— Грейн, что там со студенткой?
Точно, мы же заняты делом.
— В итоге до конца не известно. Это было в середине прошлого года, у них с Финчем не заладилось с самого начала, но тогда было особенно странно. Наорал на неё, чуть не ударил, потом заставил извиняться за своё поведение. Никто так ничего и не понял, через пару дней она отчислилась и больше не появлялась.
Ривьера выдыхает. Наверняка, как педагога, её задевает поведение профессора Финча. Меня, скорее всего, тоже задело бы, он был аморальным уродом.
— Ты думаешь, это как-то связано с Клаундом?
— Я не знаю. Говорю же, знал бы — давно бы этого урода наказал.
— Понятно...
Тут что-то не так, это любому ясно. Вопрос в том, что именно?
— Мисс Миглас, вы сами как думаете?
— Ривьера. Просто Ривьера.
— Хорошо, Ривьера. Что думаете?
— Я не знаю, Грейн. Мне буквально не хватает данных. Дай секунду подумать...
В тишине слышно, как по карнизу стучит дождь. Не ливень, но вполне ощутимо.
Зима без снега для тех, кто живёт здесь с рождения, — совсем не редкость. Скорее, обыденность. Сейчас февраль, а на улице ни разу не было минуса. Стабильные пять–десять градусов. И дождь.
Я помню, как ребёнком впервые увидел снег. Мы поехали с родителями в горы, отец тогда работал инженером-геологом в крупной компании, часто ездил в командировки. В этот раз и нас с мамой взял.
Как это было красиво. Заснеженная равнина, ледяные разломы и огромные, просто гигантские скалы. Они поднимались так высоко, что мне приходилось задирать голову, чтобы разглядеть верхушку. И всё равно, как бы сильно я ни щурился, верх был окутан туманом. Серым, густым туманом.
И вот в прошлом году мне наконец удалось самому выбраться в горы. Детям, к несчастью оставшимся без родителей, до двадцати пяти лет выплачивают неплохую пенсию, её хватает, чтобы жить без излишеств. Но её не хватит на путешествия или развлечения, поэтому я устроился на работу.
Ночные смены охранником на складе, работка не пыльная, и можно совмещать с учёбой. Платили немного, но я откладывал. И вот, накопив достаточно, поехал.
Почувствовал ли я всё то, что ощущал в детстве? Конечно нет. Рядом не было мамы, которая поправляла вечно спадающую шапку, папы, который рассказывал про разные породы камней. Но были горы. Все так же заснеженные, угрюмые и ледяные. И туман.
Я не скучаю по снегу. Я скучаю по теплу.
Надеюсь, в Тейтоне скоро станет теплее. Хотя бы немного.
Кажется, Ривьера тоже недолюбливает дождь. По крайней мере, ей точно не нравится обилие луж.
— Придумали?
Мисс Миглас кладёт руки на стол.
— У нас нет возможности побеседовать с этой студенткой? Проще всего узнать о случившемся из первых уст.
План объективно неплохой. Но.
— Мы не успели с ней подружиться. Девчонка не особо общительная была...
— А адрес? Ведь адреса всех бывших и нынешних учеников и преподавателей есть у директора. Меня предупреждали, что данные будут храниться ещё два года после окончания моей работы здесь. Не спрашивал?
— У мисс Плинт? Кто ж разбрасывается конфиденциальной информацией просто так? А за неудачную попытку взятки можно попрощаться с карьерой военного раз и навсегда.
Глаза Ривьеры сверкнули. Понятно, она уже всё решила. И стала уговаривать...
— Ну пожалуйста!
— Нет, вы же понимаете, что взлом такого рода карается по закону. Заметят, и меня без вопросов посадят!
— Ну ты же можешь сделать так, чтобы не заметили, мы же уже выяснили это!
Я не знаю, как с ней спорить.
С одной стороны, если найти адрес этой девушки, можно выяснить, что действительно произошло. И если это как-то связано с Клаундом, я убью гада.
Но с другой стороны, это может ничего не дать. И тогда я рискую своим обучением здесь, карьерой и свободой ради непонятной авантюры. Прекрасно.
И как поступить?
Возможно, при любых других обстоятельствах, я мог бы отказаться. Но, к сожалению, речь идёт не только о Клаунде. Речь идёт и о моей подруге.
Мы с Аллистой были знакомы ещё до училища. Так вышло, что её отец работал тренером в моей школе борьбы. Так и познакомились.
Мы с семьёй жили не бедно, но после трагедии на шахтах мама осталась одна. Мне не хотелось быть для неё «лишним ртом, который невозможно прокормить», и я попросился на кружок по боксу. Пропадал там сутками.
А вечерами заглядывал к семье Крип. Меня угощали сладостями и всегда давали немного с собой. Надо сказать, сам я ничего никогда не просил, но мать семейства наполняла мои карманы до отвала.
Наверное, сейчас я бы многое отдал, чтобы провести с мамой побольше времени. Но её больше нет, а Аллиста есть.
И я хочу помочь.
— Ладно.
Я наверняка об этом пожалею. Но если Аллиста может стать следующей студенткой, которую просто вовремя не спасли, — я на всё готов.
Ривьера мгновенно встаёт из-за стула, огибает стол и заключает меня в объятия.
— Спасибо! Спасибо огромное!
...
Что происходит?
Нет, конечно, я не против, чтобы меня обнимали. Больше того, я сам кладу свои руки на спину Ривьеры. Рефлекторно.
Но то ли мне кажется, то ли это не педагогично. Скорее всего, второе, потому что Ривьера быстро отпускает меня.
— Прости. Не стоило.
— Ничего страшного, Рив, всё в порядке.
Рив? Серьёзно? Идиот.
Хотя, если мне позволено называть её просто Ривьера, может, и «Рив» подойдёт? Нет, всё равно не буду. Мы не друзья. Мы учитель и ученик. Не больше.
Обсуждаем детали плана и выходим из кабинета. Не знаю, чего ожидала Ривьера, закрывая дверь, — мне хватило бы одного толчка плечом, чтобы выбить её. Это военное училище, построенное около сорока семи лет назад, а не Алькатрас, тут всё на соплях держится.
Но в целом, само училище немного похоже на крепость, да. Метров двести до пропускного пункта тянется лесок. Он, правда, ограждён забором из колючей проволоки, чтобы никто посторонний не залезал, но всё же. Там даже грибы какие-то растут.
Пропускной пункт состоит из шлагбаума и будки с турникетами. Охранник, мистер Шилс, вечно спит за стеклом, но мы стараемся его не будить лишний раз. Старику семьдесят четыре года, но он устроился сюда ещё до революции и верно служит зданию вне зависимости от его директоров.
А ещё у него недавно родилась правнучка, так мы купили торт и поздравили всем училищем! Мистер Шилс так расчувствовался, что даже пускал весь день учеников, забывших карточки. Но в тетрадку всё же записывал.
Ну и, конечно, само здание.
Выглядит как два кубика с мостом между ними, один побольше, второй поменьше. Первый курс вне зависимости от специальности учится в большом, главном здании. Остальные учащиеся перемещаются в зависимости от предметов и дней недели.
КСиТУ было построено до революции, в лучшие годы. Поговаривают, что здание было сделано такой формы не случайно. Вроде как, заказ бывшего правителя в честь его жены и маленькой дочки. Не помню, рассказывали на паре по истории в том году. Нужно бы обновить знания.
Из собственных мыслей меня вырывает дождь. Как вернусь домой, первым делом напишу петицию для его отмены. Надоел.
— Грейн, а сколько времени тебе понадобится на это? Я не представляю, насколько задача сложная, пару недель хватит?
— Не беспокойтесь. Завтра суббота, весь день будет свободен. При худшем раскладе в воскресенье утром сведения уже будут у меня на руках.
— Ого. Признаться честно, это невероятно быстро... Я могу попросить тебя о кое-чём ещё?
Мы стоим под козырьком, не решаясь выйти под воду. Мисс Миглас держит руки в карманах пальто, наверняка ей холодно. Может, хочет попросить перчатки?
— Конечно, что требуется?
— Давай на «ты», ладно? Конечно, я твой педагог и буду благодарна за уважительное отношение ко мне во время учёбы. Но до или после — я просто девушка. Ривьера Миглас, двадцать шесть лет, знак зодиака Лев. И хочу простого общения, без формальностей.
— Но...
— Да. Ты прав. Глупая идея. Прости, Грейн, можем оставить всё как есть.
С этими словами девушка отрывисто машет головой и быстрым шагом выходит под дождь. Мне даже приходится прикрикнуть, чтобы остановить её.
— Ривьера! Подожди!
— Что такое, Грейн?
— Я хотел сказать, что согласен!
Подбегаю к ней и протягиваю вперёд руку, которая мгновенно покрывается мелкими каплями.
— Грейн Краун, двадцать два года, Овен. Приятно познакомиться с тобой, Ривьера Миглас.
Она так странно посмотрела. Я сделал что-то не так?
Нет, показалось. Ривьера улыбается и жмёт мою ладонь. У неё такие горячие руки, я был не прав, когда сказал, что она замёрзла. Она буквально пылает.
Мы бегло прощаемся, и девушка ускоряет шаг. Могу понять, мы не друзья и не соседи, чтобы прогуливаться под дождём до автобуса, а потом неловко прощаться на остановке. Правильный выбор.
Я иду чуть медленнее, давая ей фору. Всё же, остаться сухим сегодня не получится. Ладно, переживу, не маленький.
Это так странно. В плане, ситуация в целом нестандартная. Ещё вчера познакомились с новым педагогом, а сегодня уже договорились о совместном раскрытии треугольника «Клаунд, Финч и студентка».
Эта женщина принесла глоток жизни в этот тихий городок. Посмотрим, не поперхнёмся ли мы все.
Придя домой, я первым делом повесил куртку в сушилку. Очень удобное приспособление, особенно для такого города, как Тейтон. Зимой — вечные дожди, летом — невыносимая жара, потеешь ежесекундно, стираешь ещё чаще. Купил её на деньги, оставшиеся после путешествия.
На ужин сегодня рис с отбивной. Не могу сказать, что хорошо готовлю, но думаю, чуть лучше большинства среднестатистических мужчин. Ну, рис сварить и мясо себе пожарить я точно смогу.
После ужина впервые за долгое время сажусь за компьютер.
Сам я редко занимаюсь взломами сайтов или другой незаконной работой, почти никогда. Прошу старых знакомых. Не хотелось посвящать этому сегодняшний вечер, но, может, если сделаю всё побыстрее — спасу Аллисту. Нельзя затягивать.
Беру в руки телефон и набираю нужный номер. В училище пользоваться телефоном строго запрещено, хорошо, что дома таких ограничений нет.
— Алло?
— Привет, Грейн. Как ты? Как обучение?
— Всё хорошо, Кэш, спасибо. Дело одно есть, поможешь?
Кэш — мой давний друг. Не помню, откуда взялась кличка, но уже около трёх лет все называют его именно так.
— Чем смогу, помогу, братик. Выкладывай.
Я вкратце рассказал, в чём дело. Думаю, это единственный на планете человек, которому можно доверить абсолютно всё. Чужой секрет он не откроет даже под угрозой смерти, проверено.
Кэш выводит на мой экран картинку со своего компьютера и принимается за работу. Я не профи, но вполне могу что-то посоветовать. Парень так в себе уверен, что забывает запятые и точки в коде, а потом удивляется, почему ничего не работает. Теория на пять, практика на четыре с плюсом.
Через час на компьютере высвечивается информация обо всех обучающихся в училище, в том числе и нужный мне адрес.
Вот только одна проблема. Это не тот адрес.
По адресу на экране живёт милая бабушка лет девяносто. Знаю, потому что однажды помог ей донести сумки с продуктами до дома. Она, кстати, после этого благословила меня на все прелести жизни. Удивительно, что у меня до сих пор нет личного джета, судя по количеству её молитв, я должен был неплохо обогатиться.
Спустя ещё полчаса мы находим нынешний адрес девушки. Наконец-то.
Я переписываю всё на листочек и кладу в карман спортивок. Информацию, полученную таким путём, лучше хранить только в бумажном варианте. Взломают — проблем не оберёшься.
— Кэш, спасибо. Ты меня знаешь, я в долгу не останусь, чуть что — обращайся.
— Ничего мне от тебя не нужно, брат. На связи только будь. И пиши иногда.
Совсем перестали общаться. Скучает...
— Обещаю, я всегда здесь. До связи?
— До связи, родной!
Я обещаю, как закончу с делом, — наберу ему и позову в бар на выходных.
Ну, хоть с одним пунктом покончено. Завтра мы наконец узнаем правду. А сейчас время просто отдохнуть. По крайней мере, меня рубит спать. Всё завтра.