XVII
— Как ты?
Спросил Хенджин не отводя взгляда от дороги.
— Чувствую облегчение, будто стало проще дышать.
— Рад за тебя.
Он слегка улыбнулся, чем заставил улыбнуться и меня. Фонари проносились в окне яркими вспышками и Хёнджин, увидев, что они слепят мне глаза через лобовое стекло молча опустил солнцезащитный козырек.
— Спасибо.
— Не за что.
Мы продолжили ехать в молчании. Кожаный запах сидений, тихая музыка на фоне, дорожные фонари и свет фар, проезжающих по встречке одиноких машин создавали комфортную атмосферу, но нарушили ее мысли о том, что мне все-таки предстоит возвращение в университет, а там меня будут ждать тонны невыполненной домашки и лицо, которое я видеть не хочу.
— О чем задумалась?
— О том, что я не знаю как мне быть с университетом.
— А что долго думать? Возьми и пойди.
— Ты так говоришь, будто это проще простого.
— Хочешь я буду отвозить тебя туда и обратно? Думаю настала моя очередь побыть твоим личным водителем.
— Да дело даже не в этом...
— Я отлично понимаю, что дело еще и в том, чье имя нельзя называть, но я не думаю, что ты должна перестать учиться только из-за того, что он учиться там же, тем более он ведь на два курса старше, особо пересекаться не будете.
То как Хёнджин назвал Уёна немного рассмешило меня и я улыбнулась, на что Хёнджин вопросительно посмотрел на меня.
— Господи, не делай из него Лорда Волдеморта и вообще это не единственная причина.
— Скажи тогда что еще?
— Домашка. Я не смогу сделать все то, что я пропустила... А если честно, то я даже не особо понимаю сколько именно я пропустила.
— Ты хоть знаешь какое сегодня число?
— Ну-у-у... Как тебе сказать... Какое-то там марта... Двадцать...
— Сейчас апрель.
— Что?
— Девятое апреля, но если учитывать, что уже половина четвертого утра, то десятое.
— Ты меня озадачил...
— А про домашку тебе волноваться не стоит.
— В смысле, в Корее что как-то по-другому?
— Нет.
— А как тогда?
Тут мне в голову стрельнула мысль. Я конечно могу быть не права, но зная их все возможно. Опять я создала кому-то трудности.
— Кто-то сделал ее вместо меня, не правда ли?
— Да, а это имеет значение?
— Не говори, что это был ты...
— Хорошо, это были Ликс, Оливия и не я.
— А тот проект по литературе? Его вообще приняли? Мы ведь сдали его с опозданием.
— Н-у-у... Если быть точным, то наш проект был принят вовремя.
— Что? Мы ведь делали его уже после окончательного срока.
— Да.
— Тогда каким образом мы сдали его вовремя?
— Таким, что я сделал его за нас и самостоятельно представил преподавательнице.
— То есть ты хочешь сказать, что тогда в библиотеке ты притворялся, что понятия не имеешь о той книге?
— Ну вообще я ее уже читал, при чем не раз)
— Тогда к чему было твое "я абсолютно не ориентируюсь"?
— А это не очевидно? Ты ведь у нас умная сообразительная девушка.
— Просвети, я тебя не понимаю.
— Просто хотел провести с тобой время. Наедине.
Эти слова пронзили меня электрическим током. От кого-либо странно и непривычно слышать такое, но от Хёнджина... Либо я неправильно его поняла, либо я ему... нравлюсь?
Тут он начал быстро тараторить, будто ища самому себе оправдание:
— Ну мы же теперь друзья, а Ликс и Лив хорошо с тобой общались, вот и мне захотелось узнать тебя получше. Не думай, что я такой уж кретин, чтобы отбивать чью-то... Короче забыли.
Зависла неловкая пауза. Слышно было только почти беззвучный шум мотора и тихое звучание радио.
— Так ты вернёшься к учёбе?
Я слегка призадумалась. Стоит ли? Идти туда, видеть его. Что мне делать? Проще всего игнорировать, и я, наверное, так и сделаю. Зачем растравлять едва затянувшиеся раны? Но проигнорировать проблему не значит решить её... Когда-нибудь таки придётся с ним поговорить, что таить, мне интересно что стало причиной его резкой смены отношения ко мне. Подумаю об этом завтра...
— Кэти-Скарлетт.
— А? Ах да... А это уже завтра нужно идти.?
— Если ты хочешь пойти в воскресенье, то там скорее всего закрыто. Но в понедельник я тебя отвезу, если соизволишь.
— Мне нужно обдумать это...
— Думай, никто не торопит, просто помни, что ты чудесная. Кхм... В искусстве я имею ввиду. Не стоит зарывать свой талант. Вот о чём я.
— Спасибо... Я подумаю.
Тут я заметила знакомый поворот на улицу, где я живу и в сердце затрепетала какая-то непонятная тревога. За тот темный период я превратила свою зону комфорта в клетку и, наконец выбравшись оттуда, я вновь возвращаюсь обратно. Дыхание перехватило и стало труднее дышать, легкая дрожь в пальцах заставила сжать руки в кулаки, я не хочу, я не могу вновь остаться там наедине, ведь мне только стало легче и...
— Эй, ты в порядке?
— Да...
— Ты уверена.?
— Нет... не совсем.
— Что с тобой?
Чем ближе автомобиль приближался к дому, тем сложнее было дышать. Что со мной и почему так происходит?
Вдруг мы остановились. Сердце продолжало громко и быстро стучать, разные мысли начали возвращаться и отравлять сознание.
— Кэти-Скарлетт, посмотри на меня.
Я неуверенно повернула голову в сторону парня. Его лицо взволновано смотрело на меня в полумраке я старалась сосредоточится на нем, чтобы прийти в себя, но у меня это не совсем получалось.
— Дыши вместе со мной. Вдох выдох, теперь опять — вдох — задержи дыхание — выдох. Ещё раз.
Мое дыхание начало медленно восстанавливаться и дрожь в ладонях немного приутихла.
— Ну вот, умница... А теперь вкратце спокойно расскажи что тебя так встревожило, не вдавайся в подробности, тебе это может навредить.
— Я... Я не могу там находиться. Я не хочу вновь испытывать то, что я там чувствовала. Я боюсь одиночества, оно поглощает меня.
— Тогда я пойду с тобой.
Хёнджин взял меня за руку и вопросительно посмотрел. Я кивнула.
Сложно было представить что когда-нибудь у меня будет ночевать Хёнджин. Скажи мне кто такое месяц назад, я бы ни за что не поверила в это, хоть, если уж говорить на чистоту, то внешне он мне всегда нравился, а внутренне... А внутренне я его совсем не знала. Он казался мне Дорианом Греем - красивым, но холодным. Сейчас он держит меня за руку и его рука и правда немного холодная. Когда-то давно я слышала фразу "у людей с холодными руками теплое сердце" и смеялась с нее, говоря что-то типа: "значит в морге много хороших людей". Но, убрав шутки в сторону, у Хёнджина и правда теплое сердце.
Пятнадцать метров, десять, пять. Как же не хочется туда идти, но я смогу, это ведь не Кольцо в Мордор нести. Мы вышли с автомобиля и направились ко мне в квартиру. Когда я снова смогу назвать это место домом?