Глава 4
Pov Егор
Сегодня мы планировали навестить родителей Киры, которые гостили в другом городе в честь какой-то их торжественной даты. Если Кира безумно ждала этого дня, то я наоборот хотел найти лишний повод никуда не ехать.
Во-первых, изображать любезности перед ее родителями уже перестало меня увлекать, во-вторых у меня достаточно дел на работе и я мог бы уделить время этому, и в третьих — день рождения Глеба! Но даже последнее не останавливало девушку перенести эту «необходимую поездку».
— У нас уже свадьба на носу, а ты до сих пор не наладил отношения с ними!
Я закатил глаза, не желая слушать ее капризы, которые лились на меня с самого утра.
Но словно по какому-то знаку свыше, во всеуслышании вселенной, случилось непредвиденное — наш рейс отменили.
— Этого не может быть, — произнесла Кира в растерянности.
Пока она негодовала по этому поводу и разбиралась с администратором, я спокойно выкурил сигарету, злясь только на то, что пришлось сюда тащиться с вещами, а теперь еще и ехать обратно домой. Но сам факт того, что мы никуда не летим, ничто по сравнению с этим.
— Сделай что-нибудь, я же знаю, что ты можешь! — ее психи переключились на меня.
— Я ничего не смогу сделать, — ответил я ей, изображая великую беспомощность, — тебе же объяснили, Кир.
Ей безумно не нравилась возникшая ситуация и она точно не хотела отступать, рассчитывая получить, то что хочет.
Я чмокнул девушку в лоб и крепко прижал к себе, обнимая, чтобы хоть как-то ее успокоить. Она легко поддалась моему нежному порыву и послушно зарылась головой в мое плечо, смиряясь с произошедшим.
Ее достаточно легко успокоить всего лишь предоставив возможность понежиться со мной, что происходит очень и очень редко.
Пока мы добирались обратно домой, прошло достаточно времени. Можно сказать, я целый день только и делаю, что мотаюсь с места на место. С утра на работу, с работы в аэропорт. Кира уже почти заснула на моем плече, но водитель остановился возле дома в самое подходящее время.
Из ворот как раз выезжали родители, и увидев меня, мама сразу же вышла из машины мне навстречу. Кира недовольно буркнула тому, что ее сон так нагло прервали, и мило улыбнувшись матушке, поспешила в дом с кипой вещей.
— Ты все таки смог, — она крепко обняла меня и я то ли от усталости, то ли от того что был слишком занят мыслями, позволил ей это сделать, притянув в ответ, — но почему так поздно?
Она волнительно посмотрела на меня погладив по щеке и я отмахнулся, рассказывая ей произошедшую ситуацию.
— Как жаль, — ответила она.
— Ты уверена?
Мама шутя толкнула меня в плечо, видя мое довольное нахальное лицо, и я решил все таки подойти к отцу, чтобы поздороваться с ним. Обменявшись банальными новостями, он не удостоил меня даже своим хоть чуточку приветливым настроением. Опять масса строгости и равнодушия, так что я поспешил скорее закончить наш диалог.
Мама чмокнула меня на прощание, и обещала, что заедет к нам на неделе в гости.
Они уехали и я закурил, прислонившись к своей машине. Никотин приятно наполнял легкие и оставлял после себя красивые узоры, вместе с облегчением и безмятежностью. Я услышал голоса, доносившиеся с сада, звуки музыки.
Праздник подошел к концу, гости ушли, а я не успел никуда. Не цепляясь ни за что искренне, потерял оба варианта. Хотя второй конечно был дороже.
Но, по крайней мере, пусть и начался новый день, это не помешает мне повеселиться за Глеба. Он все таки мой любимый братец. А кого я еще буду любить сильнее, чем его?
Я двинулся прямо на звук голосов, видя издалека лишь силуэты. По мере приближения распознал Глеба, Яну, а вот еще двух никак не мог различить. Пока я уверенно шел к ним, мимо меня прошла Диана. По ее лицу было понятно, что что-то случилось, потому что она не удостоила меня даже приветствием, а лишь на секунду коснулась взглядом.
Я в непонимании обернулся на ее уходящую фигуру, прикидывая примерно в голове, что ей мог сказать Глеб. А когда продолжил путь, встретил удивленное лицо Глеба. Это заставило меня натянуть улыбку до ушей.
— Я конечно без подарка, но...
Он пошел ко мне навстречу и мы обнялись по-братски так, будто не виделись сто лет.
— Что ты тут делаешь? — он разглядел меня с ног до головы, будто видит в первый раз.
—Наплевал на все, чтобы быть с тобой, — произнес я драматично, снова приближаясь к беседке, где сидели еще несколько человек.
Я узнал друга Глеба, Яну, ее шокированное лицо, и как сквозь ее фигуру выплыло лицо... Евы? Улыбка тут же исчезала с моего лица, когда я встретился с ее огненно-зелеными глазами. Ее губы были чуть приоткрыты от недоумения, она шумно дышала и не отводила глаз. Она была пьяна и ее взгляд сменился негодованием и злостью.
Девушка сорвалась с места и быстрыми шагами прошла мимо меня, оставляя после себя сладкий запах. Я обернулся, смотря на ее исчезающий силуэт.
Я не ожидал ее увидеть. Я не видел ее несколько месяцев.
— Почему ты не сказал? — резко спросил я блондина, который хотел мне что-то ответить.
— Вали-ка ты обратно, — зло произнесла Яна, находясь в растерянности, — что с ней сейчас делать?
— Вообще-то я пришел к себе домой, если что! — произнес я, хватая бутылку виски и крепко сжимая в руках, не в силах сделать глоток.
«— Я знаю, что ты тоже меня любишь. И мы будем вместе счастливы. Мы уже вместе счастливы» — ее слова снова заполнили мою голову, оглушая сознание и не давая думать о чем-то другом.
Я снова видел ее лицо в слезах, когда она касалась моего лица и шептала эти слова, как она коснулась моих губ, но не получила ответа, как она отчаянно искала малейшую надежду в моих глазах. Этот образ преследует меня каждый день. Открывая глаза, я вижу ее лицо, я трогаю Киру и ощущаю ее тело, проваливаясь в сон я чувствую вкус ее губ. Сейчас увидев ее в реальности эти чувства обострились в сто раз, не давая мне и шанса вдохнуть без боли. Меня раздражала моя беспомощность и бессилие, невозможность владеть собой, своими мыслями. Она опять будоражила все мое тело, проникая в каждую клеточку. Не оставив ничего не зараженным. Я не мог себе позволить быть таким. Но я уже не могу по-другому. Она въелась в меня и убрать ее невозможно.
— Я сейчас схожу за ней, и ты отвезешь ее домой, договорились? — сказала Яна, обращаясь к другу Глеба.
Ну уж нет, этого я допустить не могу. Чтобы она пьяная села в машину к человеку, которого знает первый день?
— Что ты несешь? — я схватил Яну за запястье, не в силах унять свою агрессию.
Девушка недовольно поморщилась, а рядом с ней тут же оказался Глеб.
— Егор, перестань.
Я посмотрел на этого растерянного парня, испепеляя его взглядом.
— Никуда она с тобой не поедет, сваливай отсюда по-быстрому!
— А тебя видимо манерам не учили?
Он весь побагровел от растерянности и страха, но продолжал уверенно тявкать.
Глеб положил руку мне не плечо, загораживая его спиной, и убрав сжатую руку девушки, про которую я успел забыть.
— Не начинай, Еву в любом случае нужно проводить, а он единственный из нас не пил.
— Она с ним не поедет, — я еще раз отчеканил это прямо ему в лицо, и открыл виски, который все это время держал в руке, сделав глоток, моментально обдавший меня сжигающим отчаянием.
Если она поедет с ним в таком состоянии, она опять вляпается в какую-нибудь ситуацию.
Почему меня это волнует? И почему я беру на себя ответственность? Об этом даже не обязательно задумываться. Все что происходит последние несколько месяцев и без этого не подлежат объяснению.
Я молча разворачиваюсь и ухожу в сторону дома, игнорируя все слова, которые Глеб кричал мне вслед. Я просто хочу посмотреть на нее еще раз. Звучит как чистое безумие, но я и не собираюсь утверждать, что с моей адекватностью все хорошо. Все что было до этого момента можно назвать просто существованием. Я будто только сейчас сделал тот самый вдох чистого кислорода, и теперь наслаждаюсь этим ощущением, пока его снова не перекрыли и не оставили меня дышать дерьмом.
Как я сразу не додумался, что Глеб обязательно пригласит к Еву. В моей голове это оставалось невозможным, потому что я, вообще-то, остаюсь его братом, и с того дня я ни разу не видел, чтобы они контактировали. По крайней мере на моих глазах. А то что она придет. Сюда. Я даже не мог этого представить. Меня скорее раздражает, что она снова пьяная. В принципе каждый раз, когда мы случайно встречаемся.
В доме была абсолютная тишина. И только по туфлям, брошенным у входа я вспомнил, что оказывается есть еще и Кира. Надеюсь, они не пересеклись. Я прошел в сторону кухни, но там никого не было. Не было слышно ни единого звука. Будто она сквозь землю провалилась.
И только поднявшись на второй этаж, я увидел свет сквозь дверь ванной. И только в этот момент ужасно растерялся. А что, собственно, делать? У меня есть право вот так нагло вторгаться в ее пространство, после всего, что произошло? Ну а по сути, что произошло такого, чтобы я не мог этого сделать?
Я аккуратно коснулся двери и приоткрыл его, на что она издала предательски скрипучий звук. Девушка опрятнула от раковины и посмотрела на меня глазами испугавшегося зайца. На которого напал бедный лис. Или волк. Выбирайте сами.
— Не подходи, — пискнула она, и сделала несколько шагов назад.
Я остался стоять на месте.
Ее лицо сменилось гневом и ненавистью. Будто хотела выцарапать мне глаза, достать все кишки маленькой пилочкой, и похоронить где-нибудь за домом в коробке от холодильника не удостоив меня даже одним цветочком гвоздики. Это выглядело немного смешно, учитывая, в каком положении она находится.
Ее волосы стали короче, взгляд жестче, я вижу даже кусочек татуировки. Лучше бы ее изменения коснулись и ее образа жизни. Потому что, может она и зла на меня, но вот алкоголь точно сейчас ей не союзник, судя по тому, как она стоит из последних сил и смотрим на меня пьяным взором.
Я улыбнулся и опустил глаза на ее приоткрытые губы и такое изящное тело, которое она умело подчеркнула коротким платьем.
— Егор, уйди пожалуйста, — она шумно дышала, продолжая смотреть на меня настолько мучительно, будто я какой-то самый опасный злодей в этом мире.
— Я тебя не трогаю, я просто смотрю, — ответил я, чувствуя, что умираю от того, что хочу просто коснуться ее.
И не надо надо мной потешаться. Я ненавижу это чувство. Чувство, которое столько времени зарывал себе, снова вспорхнуло и билось в груди в таком яростном порыве от осознания, что она стоит напротив меня, а не во сне под утро.
Все оборвалось, когда за мной послышался стук каблуков и из ниоткуда восстала Яна. Поняв ее намерения, я загородил вход собой, не давая ей пройти к девушке.
— Не твори херню, пожалуйста, и уходи, — сказала она, недовольно скрестив руки на груди.
— Мы просто поговорим.
— Нет! — отрезала она, смотря на меня гордо вскинув голову.
— Давай ты не будешь тут командовать и повышать на меня голос. Мы взрослые люди и сами разберемся, — я смотрел на нее испепеляющим голосом и уже начинал закипать. Все так идеально складывалось в моей идеальной ловушке.
— Дай мне пройти.
— Егор, ну блять, ты адекватный? — подал голос Глеб, появившись за спиной Яны. И сейчас на меня смотрели уже два огнедышащих дракона.
— Идите вы нахер, не мешайте, — мои эмоции были на пределе.
Глеб хотел ворваться сквозь меня внутрь, но его пыл прервал голос принцессы, которая должна была уже заснуть, учитывая, как она держалась на ногах.
— Может это ты пойдешь нахер?
Я обернулся к ней, и встретился с зелеными лучами направляющими желчь.
— Отойди, или я тыкну в тебя ножиком.
Я посмотрел на нее вскинув бровь.
— В трусах носишь? — съязвил я, улыбаясь.
Смотреть на нее с таким играющим порывом ненависти в ее лице одно удовольствие.
— Так, мне это надоело, — Яна снова собралась ворваться внутрь, но ее хрупенькое тело касающееся меня не заставило шевельнуться ни один мускул.
— Что здесь происходит?
Ну все, теперь полное собрание всех, кого я не желал видеть всем нутром.
Кира устремила взгляд сзади меня, и увидев там очевидно что, явно была не в восторге.
Глеб воспользовавшись тем, что я ослабил хватку, и понимая, что бой итак закончен провалом, легко прошел внутрь к Еве.
Брюнетка ушла, громко стуча каблуками вниз по лестнице, и мне даже не нужно догадываться, что сейчас начнется истерика. Я в бешенстве закусил нижнюю губу и прислонился к стене, смотря на то, как блондчинчик уводит Еву, притом смотря на меня так, будто я конченный человек. Может быть.
Послышался хлопок двери. И снова воцарилась тишина. Я крепко сжал руки в кулаки, не зная, куда деть все то, что так просится наружу. Ее едва ощутимый аромат опять вторгся в мои легкие. И я готов был разнести эту стену и сжечь этот дом.
Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, я уперся руками об раковину смотря на себя в зеркало. Но даже в этом отражении я видел ее лицо.