Глава 5
Pov Ева
— Ты же мне говорил, что его не будет! — произнесла я, до сих пор пытаясь придти в себя после всего что сейчас произошло.
— Так и должно было быть, — ответил Глеб, неловко почесав затылок, — извини, Ева.
Друг Глеба, Марк, вежливо открыл мне дверь своей машины, и я уселась на заднее сиденье, все еще находясь в ужасе. Яна тоже смотрела на меня достаточно виновато, но я понимаю, что они совершенно не причем. Это произошло случайно. Мне нужно было хорошенько подумать и не исключать такой ход событий.
— Ты в порядке? Может с тобой поехать?
Я улыбнулась блондинчику, пытаясь его убедить своим непринужденным видом, что сейчас все хорошо, пока саму внутри ужасно потрясывало. Передо мной до сих пор стоял его образ и глаза, так ужасно вонзившиеся в меня. Внутри все до сих пор ныло, при малейшем воспоминании о том дне, о том, что было после. И я действительно сейчас хочу просто убить его, но не могу обещать, что не поддамся его воле. В любом случае, какие бы я чувства не испытывала, со временем все пройдет. И эта встреча, она всего лишь послужила мне доказательством того, насколько опасно быть рядом с ним. Потому что контроль над своим телом и разумом перестает существовать. Но я же хорошо держусь, правда?
— Встретимся завтра, — Яна обняла меня на прощание, — веди себя прилично! — уже чуть строже ответила она.
Я закатила глаза.
— Я само приличие, о чем ты.
— А ты, — она ткнула взглядом на водителя, — не поддавайся ее уловкам и соблазнительным речам!
Марк засмеялся, и Глеб тоже.
— Давай выключай уже опцию мамочки, все нормально будет.
В этот момент с окна второго этажа послышался стук разбивающегося стекла и что-то упало из окна, со звоном разбившись об дорожку.
— Мне, кажется, пора идти, — нахмурился блондинчик, и поспешил в дом.
Яна вслед за ним, еще раз попрощавшись со мной, и мы тронулись с места.
В груди опять все отозвалось не самым приятным ощущением, при виде этих стекол. Он просто какой-то сумасшедший, травмированный человек, которому нужно показаться психологу. Потому что если это и дальше будет так продолжаться, он испортит жизнь не только себе, но еще и многим людям. А некоторым уже.
— Что с ним не так, — усмехнулся кудрявенький, будто бы рассуждая вслух.
Я решила промолчать.
— Вы с ним встречались, да? — спросил он, посмотрев на меня через зеркало заднего вида.
Я сглотнула, чувствуя, как в горле пересохло. Мы встречались? Можно ли назвать наше времяпровождение тайком от Киры, и его работу на два фронта отношениями? Я всего лишь помню, как нам было хорошо с ним, и он был совершенно другим в эти дни. Очень теплым и настоящим. Но в конце по итогу, выбравший человека ничего не стоящего. Вместо чистой и искренней любви.
— Нет, — ответила я, направляя взгляд в окно.
Я сама виновата, что полезла в это, и получила то, что было очевидно получить. Глупо было с моей стороны бросаться в спасение человека, который этого не стоит и не выбирает. Я просто слишком много на себя взяла и возомнила.
Марк посмотрел на меня не скрывая того, что мой ответ вызывает у него сомнения.
— Сколько бы я с ним не пересекался, он всегда такой. Агрессивный и эгоистичный. Как он живет до сих пор питаясь только этими чувствами.
Я глубоко вздохнула.
— Я не хочу о нем разговаривать...
— Вообще в шоке, что он еще и женится. Егор женится. Мне когда Глеб сказал об этом, я чуть не умер от смеха. Еще и на Кире, — парень пропустил мои слова мимо ушей, разгоняясь, крепко сжимая руль и продолжая свои рассуждения, — хотя, они наверное стоят друг друга, не мне судить конечно. Чем он вообще мог тебя привлечь?
Мне перестал нравиться его тон.
— Кажется, ты лезешь не в свое дело.
Марк удивился моей реакции.
— Не знал, что ты до сих пор его защищаешь, ладно.
— Я вижу тебя в первый раз в своей жизни и с чего я должна с тобой разоткровенничаться, поддерживая твою сторону? — хоть я и была немного немало пьяна, но когда меня доводят до злости, я готова метать даже в таком состоянии. — Мне глубоко насрать на все что происходит в их жизни.
С моей стороны конечно немного неразумно грубить человеку, который везет меня домой. А кругом все еще лес.
— Раз у тебя сохраняются такие эмоции, значит не очень-то и насрать.
Я поняла, что этот диалог бессмысленен.
— Я пьяна и единственное, что хочу сейчас немедленно, это спать. А уж точно не уделять внимание... этому человеку.
Марк кивнул, наконец смирившись с моей позицией.
Я откинулась на спинку сиденья, еще более расслабившись, и продолжая наблюдать глазами за проносящейся картинкой. Мыслями я продолжала находиться не здесь.
Парень сделал музыку погромче, и лишь продолжал изредка касаться меня взглядом. Погружаясь в размышления, меня начало клонить в сон. Я не заметила, как мы доехали до моего дома, но уже рассветало. Был тот самый приятный свежий утренний холодок, чуть слышное щебетание птиц и полное затишье.
— Я тебя провожу, — парень открыл мне дверцу, и встав на ноги, я чувствовала себя гораздо лучше. Не считая только того, что ужасно хотелось спать.
— Спасибо, но дальше я справлюсь сама, — начала рыться в сумочке, чтобы найти ключи.
— Ты уверена?
— Конечно, ничего страшного не успеет произойти, — я все таки их нашла.
— Нет, давай лучше я все таки тебя провожу.
Упертости у этого парня не занимать, но такое мне было очень не по душе.
— Марк, все правда хорошо. Давай мы лучше с тобой завтра созвонимся и ты убедишься, что правда все хорошо, — повторила я опять, начиная злиться, но умело скрывая это.
— Ну ладно, — немного озадаченно ответил он, и после того как записал мой номер, наконец-то отпустил меня восвояси.
В последнее время настойчивость от людей меня начинает только бесить. Ну что непонятного в том, что я говорю? Обязательно приходится сохранять вежливость.
Когда я вошла в квартиру и учуяла запах домашней еды, вспомнила, что оказывается приехали родители. Я совсем забыла про это. Точнее с утра помнила, но к этому моменту уже совершенно забыла. Значит, придется вести себя тише обычного. А мне так хотелось посидеть в ванной, слушая музыку, а затем смотреть на просыпающийся город.
Но вместо этого, я послушно умылась, переоделась и нырнула под одеяло.
Я давно перестала видеть сны, и не помню, когда в последний раз сладко спала. Почти каждая моя ночь, это череда судорожных пробуждений, а под утро полная разбитость от беспокойного ночи. Под алкоголем это дело выглядит намного лучше. Я конечно все равно не высыпаюсь, но хотя бы не просыпаюсь каждый час с тревогой внутри, а потом ворочаясь и пытаясь успокоить свое стремительно бьющееся сердце.
Сегодняшнего утро было не исключением. Чувство, что я спала всего лишь 5 минут, хотя время уже обеда.
— Ева, ты весь выходной проспишь, — голос мамы сейчас только раздражал.
Я перевернулась на другую сторону, пытаясь опять заснуть.
— Ну это же никуда не годится, — ее голос уже был ближе, — если ты будешь весь день так спать, я буду тщательнее следить за временем твоего прихода.
— Что за строгие нравоучения, — пробормотала я, открыв глаза и приходя в себя.
Сквозь дверь я учуяла запах готовящейся еды, и ради этого, была готова вскочить немедленно.
— Жду тебя на кухне, — мама ушла, прикрыв дверь.
Я с минуту еще лежала, сонно моргая глазами, умирая от того, что ужасно хочу пить, и от самоощущения внутри. Представляю еще, какой у меня видок. Взяв телефон в руки, вижу в телеграмме сообщения от неизвестного номера.
«Доброе утро, как ты?».
«Ева, уже 12, все хорошо?»
«Наверное ты спишь, но как проснешься, ответь пожалуйста»
Я уже пожалела, что дала ему свой номер. Почему у людей так много самомнения о себе? Ты всего лишь проводил меня до дома, дальше уже не в твоей ответственности, что со мной и как я. Тем более, если я явно не показывала заинтересованность в наших взаимоотношениях.
Ничего не отвечая, я ухожу в сторону ванной и с большим наслаждением принимаю душ. Нужно привести себя в хоть какой-то приличный вид, чтобы не травмировать психику родителей. В зеркало я любуюсь татуировкой. Она ужасно мне нравится. Пусть я и получила сначала нотации, которые привычны их поколению, но в целом папа вроде оценил это искусство.
Теперь я выгляжу немного человеком. Хотя бы на одну долю точно. И голова, кстати, не так сильно болит, как я думала.
Закончив все свои водные процедуры, я наконец-то выхожу в свет. Перед тем как зайти на кухню, приветствую папу в гостиной. Он опять смотрит что-то неинтересное по телевизору и засев рядом с ним, мне даже становится лень продолжать свой путь. Тем более, когда он меня так увлек опять своими философскими разговорами.
— Как твоя учеба? — папа перевел тему.
— Все хорошо, — вздохнула я, — уже май, экзамены, через два месяца конец курса, и мне остается всего лишь год.
— Время летит, — изрек папа, снова увлекшись просмотром.
Я зашла к маме на кухню, которая усердно хлопотала над приготовлением обеда.
— И где ты была всю ночь? — спросила она улыбнувшись, нарезая овощи.
— У друзей загородом. День рождения Глеба, помнишь его? — я налила себе воду с кувшина в стакан и добавила туда несколько долек лимона.
— Парень Яны? Помню конечно.
Кто ж знал, что в тот день, когда я ляпнула это, то вообще-то сказала полную правду.
— А тот парень, который приходил к нам на Новый год, почему он больше не заходит за тобой? — мама опять хитро посмотрела на меня, прищурив глаза.
Когда я несколько недель лежала тюленем, думая о своей ничтожной жизни и не выходя из дома, из-за чего они, кстати, хотели привести психолога прямо в дом, они даже не знали, из-за кого это. Я не могла рассказать всю правду, потому что она для них слишком. А соврать, когда у меня от единого упоминания наворачивались слезы, было еще сложнее для меня.
«Я всего лишь устала. Я хочу побыть одна» — все мои отговорки и ни единого намека, что в этом кто-то виноват.
Так что от этого вопроса, я конечно впала в ступор. Она решила вспомнить о нем спустя столько месяцев? Передо мной опять возникли обрывки вчерашнего вечера. Я видела его и мое дыхание участилось. Он был так близок ко мне.
Я не помню, чтобы я страдала так, когда мне изменил Макс. Неделю грусти и апатии? Я бы с радостью сейчас отделалась только этим.
Звонок дверь вывел меня из оцепенения и задумчивости. Я вскинула бровь, спрашивая маму взглядом. Но и по ее лицу было понятно, что она никого не ждет.
Открываю дверь и вижу перед собой кудрявого парня с хорошеньким детским лицом. Я опешила и даже не скрыла свое удивление. Я что, вчера пригласила его в гости? Не припомню...
— Привет, — произнес он, смутившись. — Ты ничего не отвечала, я переживал.
— Как видишь, я стою перед тобой абсолютно живая.
— Просто немного перенервничал, мало ли что...
Я глубоко вздохнула, прокручивая в голове, что же тут можно сделать.
— Кто там? — крикнула мама с кухни.
— Ну, тебе не стоит так переживать, потому что все хорошо, — опять ответила я парню, даже не зная, что еще добавить.
Мама, не получив от меня ответа, сама вышла к нам. И увидев этого милого парня, сразу же добродушно улыбнулась ему.
— А чего мы стоим на пороге? Проходи-проходи.
— Спасибо, но я уже пойду.
— Да, мам, у него дела...
— На чашку чая всегда найдется немного времени, — перебила меня эта властная женщина, и под ее напористым взглядом, нам пришлось уступить.
— Это Марк. Мы вчера познакомились.
— Мне очень приятно.
Мы обменялись с парнем взглядами и прошли на кухню вслед за мамой. Она тут же принялась готовить чай для нашего незванного гостя. Мама любит всех, с кем я общаюсь и всегда с большим желанием принимает их в гости. Я не знаю, от чего это, но так есть. По-моему, она в сто раз счастливее от того, что видит его, чем я. Я вообще не в восторге от этой навязчивости, пусть и с его стороны очень мило, что он переживал о моем благополучии.
Снова звонок в дверь, и я окончательно теряюсь. А сейчас кого могло привести? Надеюсь это Яна.
— Пап, открой пожалуйста, — крикнула я, потому что Марк явно чувствовал себя неловко, а оставив его наедине, мама съела бы его некорректными вопросами.
Щелчок двери, еле слышные голоса, хлопок.
— Ева, это к тебе.
— Ну ты сегодня прям в ударе, — произнесла мама, подвинув к Марку еду с угощениями и возвращаясь к плите.
Парню как и мне, было интересно, кого там привело. Я неохотно встала, направляясь к двери, но не успела даже выйти, как встретилась с прозрачно-карими глазами.