Между двумя мирами
Пока Алан набирал скорость, мимо него пронёсся Матеус, поднырнул под раскалённую палку и сбил с ног сумасшедшего. Тот был заторможен, видимо под действиями каких-то препаратов. Палка отлетела, а малыш взобрался на него сверху и лупил по лицу со всей дури.
- Хватит, хватит! - Алан, сначала обалдевший от такой прыти, пытался оттащить Матеуса, который с криками вырывался и надеялся нанести ещё удары. - Пойди лучше к Рею, посмотри что с ним.
Юноша тут же успокоился и побежал к любимому. Оказалось, его тело было парализовано, изрезано и обожжено. Матеус отвязал его и поймал, когда тот безжизненным кулем свалился прямо в руки. Не удержал и они вместе повалились на пол. Юноша снял с себя куртку и прикрыл любимого.
- Я уже вызвал скорую, - сказал Алан, связывая Криса который что-то всё время бормотал и смеялся сам с собой. - И полицию.
Рей мог только вращать глазами, но в них было столько чувств. Он смотрел на Матеуса не отрываясь, а юноша наконец-то заплакал, держа на коленях голову любимого. Заплакал как ребёнок...
***
- У него в организме обнаружено вещество которое парализует мышцы, - говорил Алану, Матеусу и только что прибывшему Марку доктор Морис. - Мы уже ввели соответствующие препараты и обработали раны. Так что остаётся только ждать когда он проснётся и всё придёт в норму.
- Где мой мальчик! - послышался громкий, хорошо поставленный женский голос, и все обернулись, это была мама Рея.
По коридору больницы «неслась» царица! В компании молодого секретаря-референта и двух охранников. Когда мадам «донеслась», всех окутало облаком дорогого эксклюзивного парфюма.
- Я вас спрашиваю! Где мой сын и что, чёрт побери, с ним случилось?! - властным голосом мадам начала пытать весь медперсонал.
Матеус отстал от группы которая пошла в сторону палаты Рея, и сел. Время как будто остановилось, все суетились вокруг, куда-то спешили.
«А может и правда, ну что я к нему привязался? - думал Матеус. - Мы же совсем из разных миров... Вот и этого всего могло бы не быть... Если бы не я...»
Просидев так какое-то время, юноша побрёл в сторону выхода из больницы...
***
На следующее утро Рей проснулся от шёпота многих голосов. Он осмотрелся, жутко болела голова. В палате были какие-то столы, сновали какие-то люди, которыми, по всей видимости, руководила госпожа Алария Холл - его маман, собственной персоной. Он закатил глаза и нажал на кнопку вызова врача. Через некоторое время явился доктор Морис, сам с опаской поглядывая на все эти развёрнутые военные действия.
- Доктор Морис, и как вы позволили случится сему хаосу? - слабым, но вполне себе ироническим голосом спросил Рей.
- Ну, вы долго не просыпались, профессор, - прошептал в ответ доктор Морис.
- О! Проснулся мой драгоценный сын! - госпожа Алария подошла и обняла сына. - Как ты, сынок?
- Мама, мне очень плохо! - маман засуетилась и уже было открыла рот, чтобы призвать в помощь доктора. - От суеты, которую ты тут создала, - спокойным голосом сказал Рей и посмотрел на мать проницательным взглядом.
- Но тебе нужен был присмотр! - возмутилась госпожа Холл, приглушая свой громкий голос. Руки ее заметно тряслись, что выдавало крайнюю степень переживания у столь сильной духом мадам.
- Я понимаю, дорогая маман, но сейчас я уже пришёл в себя. И очень порошу тебя, снять полевой штаб с места дислокации.
При этом он ещё взял её за руку и слабо улыбнулся. Материнское сердце дрогнуло и она пошла выгонять всех обратно в офис, сотрудники тоже были заметно рады возвращению из полевых условий обратно в комфортабельные.
- Где Матеус? - спросил Рей у друга, как только кампания по освобождению больницы была запущена.
- Тот мальчик, который тебя привёз? - с интересом спросил доктор Морис.
- Да, это Матеус, я его люблю. Он меня спас, - профессор смотрел на дверь, надеясь, что сейчас войдёт его мальчик.
- Ну, когда я рассказывал о твоём состоянии он ещё был, - задумался доктор Морис. - А потом приехала твоя мама, и ты же понимаешь, что сложно следить за общей ситуацией когда она заполняет собой всё пространство.
- Понимаю. А где мой телефон? - доктор Морис подал ему телефон и он тут же набрал Матеуса, номер был вне доступа. - Сколько мне ещё тут валяться? - спросил Рей.
Внешне он как всегда был спокоен, а внутри нарастало чувство тревоги. Профессор опять вернулся воспоминаниями в тот ужасный подвал. Совершенно обезумевший Крис и его любимый мальчик, который как тигр бросился на его защиту, снял его с этого позорного креста и плакал...
- У тебя остались только поверхностные раны, - доктор Морис внимательно посмотрел на своего пациента и друга, пытаясь понять с какой целью этот интерес. - Мы почистили твой организм от этой дряни, которой накачал тебя тот ненормальный. Куда ты уже собрался? Раньше чем через три дня ты отсюда не выйдешь.
Чётко и ясно сказал доктор, чтобы Рей сразу понял. Он его услышал, а потом повернулся на другой бок, дав понять, что будет отдыхать.
Так он и пролежал, в обнимку с телефоном эти три дня. Приходила маман, приходили друзья. Он отделывался простыми фразами приличия, провожал гостей и опять поворачивался на бок и что-то писал в телефоне.
Наконец-то прошли эти три злосчастных дня!
Физически Рей чувствовал себя уже совсем хорошо, по его мнению, его можно было бы выпустить вчера. Но и времени рассуждать у него тоже не было. Рей рванул к себе домой! Ему казалось, что Матеус там что-то должен был оставить, Алан сказал, что дал ему ключ. Но он нашёл только те самые ключи, в почтовом ящике, заваленном письмами. Он через две ступеньки рванул наверх, потому что ему казалось, что лифт едет слишком медленно. Забежал в квартиру, огляделся, ничего, никаких следов. Постучал костяшками пальцев по столу, подумал и кинулся на поиски в универ.
Он ехал и рассуждал - как же ужасно, что он ничего о нём не знает. Ни где он живёт, ни кто его родители. По сути, он просто позволял ему себя любить. И только сейчас, после всего случившегося, и после трёх проведённых без него дней, он осознал, насколько этот малыш ему на самом деле дорог.
Так, размышляя, он домчался до универа. Там ещё объяснения с охранником, что уважаемому профессору понадобилось в университете. Используя небольшой период времени между сессией и началом следующего учебного года, руководство устроило ремонт. Поэтому никого не должно было тут быть. Но, придумав какой-то предлог, он всё-таки пробился в свой кабинет и добыл адрес.
Теперь, он уже нёсся по трассе к «Частной католической школе для мальчиков имени св. Бенедикта». Рей был удивлён адресом дома Матеуса, а ещё более удивлён информации о его родителях. Отец священник, св. отец Бернард Риклид, директор частной католической школы, а мать домохозяйка, хотя в прошлом известная художница Мария Малоу, теперь домохозяйка Мария Риклид. Конечно про то, что мама Матеуса бывшая художница, не было сказано в документах, но Рей помнил, как в детстве ходил с мамой на выставки этой талантливейшей женщины, и как мама не могла его уговорить уйти. Он мог часами стоять у её картин, пока длилась выставка. Мама даже начинала за него беспокоиться, потому что он стоял перед ними и плакал. Советовалась с психологами, но они рекомендовали не трогать ребёнка, возможно через восприятие цветов его душа ищет исцеления.
Знаменитая художница была ученицей последователей самого Марка Ротко, и в технике чистого сюрреализма была одна из лучших. А свои самые знаменитые работы — мультиформы и абстракции — художница отказывалась объяснять и пресекала всякие попытки интерпретации, говоря в тех не многих интервью, что давала, словами великого учителя:
«Суть искуства — само искусство, вещественное проявление мироощущения художника»
Последователи великого учителя, были своего рода хиппи в мире искусства, их лозунгом так же была бессмертная цитата великого мастера:
«Трагический опыт катарсиса есть единственный источник любого искусства... Мне не интересны цвета и формы или что-то в этом духе. Мне интересны только выражения основных человеческих эмоций — трагедии, экстаза, отчаяния»
Это она тогда вытащила маленького Рея из той ямы отчаяния в которую он падал.
Но потом, художница как исчезла. Не было больше ни выставок, ни картин и даже позже, когда Рей вырос, он искал её картины, чтобы приобрести и не мог нигде их найти.
А сейчас он едет к ней, и как оказалось к её сыну, который пришёл как посланец от своей матери и спас его опять. Чем так обязана была ему эта семья, что спасала его в самые сложные периоды его жизни. Когда он находился на грани…
В этих размышлениях Рей приехал к «Частной школе св. Бенедикта».
Сама школа имела очень интересный, нестандартный вид. Церковь, на пригорке имела только треугольные формы в своих выступах и углублениях, а шпиль с крестом начинался у основания фасада и сужающейся стрелой устремлялся ввысь, было ощущение, что её сложили из отдельных частей, как лего домик, только все кубики имели треугольную форму. А за церковью открывался вид на небольшую впадину, где были большой учебный корпус, три поменьше, видимо где жили ученики, и самый дальний, видимо это был дом директора. Все дома имели похожую архитектуру с церковью. Вдалеке виднелось озеро, а на территории клумбы с розами. Очень оригинальный вид имела вся школа и что интересно, не было ни ворот ни охраны, хотя ближайшие жилые дома были достаточно далеко. Рей прошёлся по территории, всё было очень ухоженно, дорожки из брусчатки и клумбы.
И тишина, которая завораживала.
Рей подошёл к небольшому домику и постучал, так как звонка он не увидел. Какое-то время никто не реагировал, но потом послышались шаги и дверь открыл Матеус.
Время остановилось, они оба не могли проронить ни слова, только стояли и смотрели. Рей увидел любимые глаза, как много в них было чувств. Эмоции, словно старый кинофильм на увеличенной скорости, сменялись одна за другой, казалось он готов был сначала кинуться на любимого, потом оттолкнуть, потом опять обнять, потом непонимание, а потом страх. Рей не понял... Почему страх?
- Марк — Матеус Риклид! - из глубины дома послышался зычный мужской голос и в глазах у юноши на момент промелькнул ужас. - Кто там пришёл? Ты забыл что нужно доложить?!
- Зачем ты здесь? - прошептал в каком-то непонятном страхе Матеус.
- Я приехал за тобой, - тоже, почему-то переходя на шёпот, ответил Рей. - Ты почему пропал?
- Потом, - одними губами прошептал юноша. И уже громче и повернувшись. - Это приехал мой профессор, из университета.
- Зачем? - послышался тот же голос.
Матеус, в отчаянии быстро взглянул на Рея, потом опять внутрь дома.
- Он привёз мне книги, которые понадобятся в следующем году, - юноша вжал плечи и как будто стал ниже ростом.
- Пусть заходит.
Матеус впустил Рея и ему навстречу вышел очень статный и высокий мужчина в возрасте, но это его не портило, а наоборот придавало солидности. И этот взгляд, такой бывает только у директоров школ, было ощущение, что он пронизывает тебя насквозь. Вытаскивает на поверхность все твои грязные мыслишки, и за каждую из них тебе сейчас придётся ответить. Но, этот взгляд был направлен не на того, у Рея с детства отсутствовало чувство страха и, в принципе, не было чувства субординации. Поэтому, он нацепил самую обворожительную из комплекта своих улыбок, с которой он обычно встречал самых важных из своих клиентов.
- Святой отец, я профессор Рей Холл, простите, я не совсем осведомлён как прилично здороваться в ваших кругах, - и протянул руку для приветствия.
- Можно и без рук, - ответил святой отец, а его лицо исказила гримаса праведного презрения...