Лёд

На парах, которые были после "увлекательного" собрания, я думала над тем, как мне вести себя при Евгении. Из-за этого не могла нормально сосредоточиться на учёбе, за что получила пару косых взглядов от преподавателей и замечаний вроде "Что это сегодня с вами". Я знаю, что Евгений Алексеевич думает обо мне. В этом и проблема. Глупая маленькая девочка, с которой можно поиграть и отшить, когда надоест. Я понимаю, моей вины в этом нет, но от такого отношения чувствую себя жалкой.
Пока жду начала следующей пары, слышу разговоры студентов о том, как волнующе будет происходить подготовка к проекту.

Мне совершенно неинтересно слушать, о чем они там болтают, пока кто-то не произносит моё имя. Пытаюсь уловить хоть часть разговора.
— Почему ему в пару досталась она? Я бы всё отдала, чтобы поменяться с ней местами, — девушка явно возмущена моим положением в связи с конкурсом.
— Забей, должно же ей хоть где-то повести, а то с внешностью явно проблемы, — группа учеников тихо хихикает.
Вдруг одна из девушек замечает, что я смотрю в их сторону. Она тихо шепчет что-то другим, и они отходят ещё дальше. Прекрасно, шпионом мне явно не быть. Зато их разговор навёл меня на тему моего... Грустно вздыхаю и поправляю себя в мыслях. На тему нашего проекта. Буллинг будет отличной проблемой, которую можно раскрыть достаточно подробно. Сомневаюсь, конечно, что она оригинальная, но вдруг может заинтересовать преподавателей.
Снова отвлекаюсь на мысли о своём поведении перед учителем и выбираю тактику деловой встречи. Я просто коротко буду отвечать на его вопросы и вести себя так, будто заинтересована только в проекте. Никаких неловкостей, только официальный разговор.
Я уже собираюсь выходить из университета, как вспоминаю о том, что мне нужно отдать администрации заполненный бланк с информацией о проекте. Но не могу же я решить всё самостоятельно. Хоть партнёр у меня тот ещё придурок, но это не значит, что я могу вести себя как эгоистка. Впрочем, думаю, Евгению всё равно, о чём будет проект, ему бы отделаться побыстрее и всё. Решаю быстро уточнить, согласен ли он с выбранном темой и названием, и отнести документ в канцелярию. Поднимаюсь на второй этаж. Вижу, что кабинет не закрыт. Аккуратно стучусь. Слышу за дверью громкое "Проходите". Надеваю на себя маску безразличия и вхожу. Преподаватель сидит в кресле и что-то пишет.
— Прошу прощения, я уточнить по поводу проекта, — спокойным тоном говорю я. Евгений просто смотрит на меня, ожидая, что я буду продолжать.

— Кхм, я подумала, что хорошей темой для проекта будет буллинг, а называться он будет — «Как справиться с буллингом».
Учитель строго смотрит на меня снизу вверх, но ничего не говорит. Не понимаю, что я опять не так сделала?!
— У вас всё нормально? — серьёзно произносит Евгений. Я не сразу могу уловить о чём это он, но вскоре до меня доходит, что преподаватель думает о том, что студенты издеваются надо мной. Хотя отчасти это и правда, но говорить я об этом не собираюсь.
— Да, конечно, просто подумала, что сейчас это актуально, — пытаюсь улыбаться максимально невинно.
— Ладно, мне всё равно, закройте дверь, когда будете уходить, — он лениво указывает мне на выход.
— Хорошо, до свидания, — прощаюсь и ухожу. Как только я выхожу из аудитории, прислоняюсь к стене и перевожу дыхание. Что происходит? Такое ощущение, что если я скажу одно неверное слово, то он тут же взбесится и убьёт меня. Может, какие таблетки попить от нервов? Успокаиваю себя и быстрым шагом иду в канцелярию. Отдаю листок и уезжаю домой. По дороге прикидываю, куда мне впихнуть работу над проектом, ведь мне нужно работать и учить хоть какие-то лекции. Мест на бюджете не так много.

Дома

Думаю, как скоро нужно будет начать делать проект. Администрация института дала нам 2 месяца на подготовку. Мне кажется, что это даже много, всё равно всё в последний день делать буду. Размышляя о том, как будет идти подготовка к нашему проекту, наверное, стоит спросить Евгения о его участии в процессе. Я хочу подготовить теоретический материал, а он пусть занимается презентацией и практической частью. Открываю переписку и быстро набираю сообщение.
— Здравствуйте, прошу прощения за беспокойство, хотела разделить обязанности в отношении проекта. Я могу взять на себя теоретическую часть.
Осталось дождаться ответа. Тем временем разбираю рюкзак, ставлю чайник и сажусь переписывать лекции, которые я записала на диктофон на парах. Слышу звук уведомления.
— Ок. На мне практическая и презентация.
Я счастлива, неужели получилось нормально договориться, теперь можно забросить проект на полтора месяца и заниматься своими делами. Но вижу, что Евгений опять что-то печатает.
— Подготовьте теоретический материал за две недели, не хочу долго возиться с проектом.
Что?! За две недели? Я конечно хотела делать всё за один вечер, но то, что он мне ставит рамки выбешивает больше. Решаю выдвинуть условия, на которые невозможно согласиться. Пусть знает то, что он не может просто указывать что мне делать.
— Боюсь за две недели я могу не успеть, только если кто-нибудь решит мне помочь...
Довольная собой включаю запись и продолжаю писать конспект.

Меня прерывает очередное уведомление.
— Ок. Воскресенье 12:00. Адрес вы знаете.
Я просто не могу в это поверить. Он что, с ума сошёл? Евгений реально согласился встретиться со мной. Видимо, я недооценила его желание отделаться от проекта так быстро. Интересно, на каком моменте мне стоит сообщить, что я хочу оригинальный материал, а не скачанный из Интернета? И не пристрелит ли он меня за такие новости?
Продолжаю переписывать конспект, хотя мои мысли сейчас совсем в другом месте. Я понимаю, куда Евгений зовёт меня. Очевидно, место нашей встречи не меняется. Где-то я видела фильм с таким названием... Паб, где я работаю, отлично подходит для написания проекта, ведь в такое время там никого нет. Да и встреча приобретает формальность, когда мы собираемся не у кого-то дома. Работа над проектом ещё не началась, а я уже устала от него. Ну, у меня хотя бы есть одна неделя на отдых.

В это же время, в другом месте

Буллинг. Откуда такая тема проекта? Всё ли в порядке у Соколовой? Я видел взгляды тех девушек, когда объявляли нашу пару. Они явно были недоброжелательные. Может, студентки ей что-то сказали? Администрация может обернуть против меня то, что я якобы знал о проблеме, но не обратил внимания. Сейчас с этим довольно строго. Всё, что Соколовой нужно было сделать, это попросить помочь, но она этого не захотела.
Понимаю, что теперь придётся дополнительно работать над долбанным проектом. Абсолютно идиотская идея — этот конкурс. Никого он не сблизит, только наоборот, принесёт ещё больше разногласий. Администрация могла хотя бы поинтересоваться у меня, как данное мероприятие может повлиять на отношения между студентом и преподавателем. Тема проекта, название, кто какую часть будет выполнять, сроки. Столько тем для споров. Как это должно поспособствовать кооперации?
Не знаю, радоваться ли мне или нет, что моей парой оказалась Соколова. С одной стороны, хорошо, что не одна из тех сумасшедших девушек, которые строят мне глазки на парах. Она хотя бы пытается это делать скрытно. С другой же я отчётливо осознаю, что она совершенно непонятный мне человек. Женя пугается меня и старается аккуратно подбирать слова. Но выглядит это просто смешно. Ей стоит носить шапку на случай, если она не хочет, чтобы ее уши выдавали истинное настроение. Может, как-нибудь сказать ей об этом? Интересно посмотреть, как исчезнет напускная маска безразличия на её лице. В любом случае, о ней и проекте можно забыть до следующего воскресенья.