25
После концерта / 29.09
(Сегодня вечером намечается вечеринка. Ты с нами?) – пишет Бри, когда я собираюсь на занятия утром, выполняя свои ритуалы по уходу за кожей.
Отвечаю согласием – за последний месяц я не пропускала вечеринки, даже если не выпивала на них – и с голубой маской для лица захожу к Лили, зная, что она давно проснулась. Она так и осталась ранней пташкой, несмотря на то, что работает по своему графику, а за участком больше не нужно следить – как минимум, пока она в Нью-Йорке.
- Пойдёшь на вечеринку сегодня? – заглядываю в комнату с умоляющей улыбкой.
- Нет, сегодня я не настроена на это... - отвечает она и немного нервозно возвращается к рисованию новой работы, быстро выбирая на планшете одну функцию за другой. – Может, и тебе пора пропустить вечеринку сегодня?
- Не думаю. – Как же тогда мне не чувствовать реальность? Ей я, конечно, отвечу иначе. – Мы же просто узнаём друг друга и веселимся.
- А я думала, вы уже неплохо знаете друг друга, особенно с Итаном.
Я округляю глаза, услышав намёк Лили:
- Всегда недостаточно.
Эта фраза стала всё больше напоминать мою жизнь: я мчусь куда-то на бешеной скорости, достигаю целей, но сразу же хочу совершенно другого. Когда очередная вершина покорена, я больше не наслаждаюсь видом, а готова снова свалиться в пропасть, лишь бы что-то почувствовать – именно поэтому в сентябре я пару раз попробовала довести себя до бессознательности.
В первый раз всё вышло случайно: после лекций я не успела пообедать и отправилась на вечернее выступление, которое немного затянулось, а, добравшись до квартиры, я поняла, что ещё чуть-чуть – и я потеряю сознание, а сил на приготовление ужина не было... Тогда я почувствовала себя очень близко к Майку, будто он физически стоял рядом. Последние семь лет я бежала даже от мыслей о нём, а сейчас смогла ощутить рядом, словно ничего и не происходило.
Я понимаю, что калечить себя – плохо, и я люблю свою жизнь.. временами, но не могу упустить это приятное ощущение из прошлого, которое я никогда не смогу почувствовать по-настоящему. Вот и то самое сильное слово «никогда». Обычно мы говорим его, не задумываясь, но бывает, что это слово весит слишком много. «Я больше никогда не увижу своего брата», - слишком тяжело, чтобы принять это, несмотря на то, что прошли годы.
В последнее время я часто задумываюсь о том, было ли правильным моё решение о переезде. Быть может, жить в Фолкстоне всегда (да-да, и снова «сильное» слово) не так уж и плохо? Мне кажется, переезд в Нью-Йорк можно превратить в небольшое приключение... в любом случае, покинув его, я ничего не теряю. Но мои проблемы тоже не решатся, если я захочу уехать – они, определённо, последуют за мной в любую точку мира. Такая преданность...
. . .
- Готова к сегодняшнему выступлению? – аккуратно интересуется Бри, а я лишь киваю. – У тебя всё в порядке?
- Да, просто длинный день... Пара песен – и я буду собой.
- Тогда возвращайся скорее, - произносит подруга и обнимает меня за плечи.
- Зажжём сегодня! – торжественно объявляет Кэл, и с ним не поспоришь. Мы даём друг другу «пять» и выходим на сцену.
Как я и обещала Британи, после медленного и душераздирающего исполнения «Creep» и «Before you go»* я возвращаюсь в свой мир, где меня окутывает одеяло спокойствия, любви и приятной боли от последней – страданий влюблённого, от которых тошно, но хочется больше. Мои руки бегают по пианино, а изо рта изредка вырываются вздохи, что делает выступление более чувственным. Мы все – наша импровизированная группа – сливается воедино, а голоса дополняют друг друга, мы проживаем одно и то же в это мгновение, мы не одиноки.
Я растворяюсь в музыке, закрывая глаза и играя аккорды, уже выученные наизусть, прерываясь, чтобы взглянуть на публику или переглянуться украдкой с Итаном, когда слова песни выходят из-под контроля.
Мы прерываемся, а затем играем снова и снова, и я точно знаю, что это мгновение – именно то, где я должна быть. Я знаю, что, возможно,
многие решения не были правильными, но этот миг, без сомнений, самый правильный в моей жизни, как и все минуты, когда я в группе.
А потом я замечаю его... Сначала мне кажется, что это «Arcade»** действует на мои воспоминания, воскрешая их, но, вглядевшись, я чётко понимаю, что в зале находится Ривен. Он смотрит на меня с лёгкой ухмылкой, но вскоре отводит взгляд, чтобы не сильно меня смущать.
После концерта я нахожу его:
- Что ты здесь делаешь?
- Сморю на твоё выступление, а ты что подумала? – скрывая иронию, говорит он. – Прогуляемся?
- А ты надолго в городе?
- В восемь утра улетаю. Если у тебя планы, я найду, чем заняться, не волнуйся.
- Нет, но.. мне надо предупредить друзей.
- Без проблем.
Впервые я решила уйти с предстоящей вечеринки ради реальности, и, я думаю, это хороший знак. Я не хочу испортить этот вечер, поэтому стараюсь дать «отбой» навязчивым мыслям и остаться в моменте.
- Что ж... что ты забыл в Нью-Йорке, Ривен? – вновь спрашиваю я, когда мы выходим в вечерний город.
- Мне сообщили, что вы не играете в пив-понг, и я приехал исправить это! – я закатываю глаза. – Ладно-ладно, я приехал, чтобы разобраться с некоторыми учебными вопросами.
- Хочешь поступить в университет?
- Вообще-то, я уже на третьем курсе, хоть по мне и не скажешь. В сущности, никто и не говорит, и не знает. Только ты.
- Я польщена! Ты просто молодец, честно. На кого ты учишься?
- Педагог по музыкальному образованию. Отчасти, я приехал, чтобы узнать, нет ли доступной работы или стажировки.
- Хочешь переехать сюда? – всё так же удивлённо и излишне громко спрашиваю я.
- Пока не решил, - Ривен украдкой поглядывает на меня, а затем снова устремляет взгляд вперёд.
Мы продолжаем идти по сумрачному городу, минуя спешащих куда-то людей, а между нами сохраняется небольшое расстояние, которое мы время от времени заполняем словами.
- Значит, ты и пианист? – прищурившись, спрашивает Рив.
- Не совсем. Мы просто развлекаемся, ничего серьёзного. А это так заметно?
- Заметно, что ты ему небезразлична – он так и пялился на тебя, - я лишь фыркаю в ответ. – Адам там тоже развлекается с Алексой, если тебе интересно.
Маленький укол ревности – и сразу выдох... Мы уже не вместе и вольны делать всё, что захотим, и с кем захотим.
- О, неожиданно.
- Ревнуешь? – сверкает глазами Ривен.
- У нас с Адамом всё в прошлом.
Юноша изображает кашель, подглядывая за мной, и сквозь хрип говорит:
- Ты не ответила на вопрос, - затем ускоряется, а я спешу за ним.
. . .
Ривен останавливается у какого-то заведения в переулке, и я не успеваю сообразить, где мы находимся прежде, чем он спрашивает с серьёзным видом:
- Значит, это правда, да? – замечая моё недоумение, он продолжает. – Вы так и не поиграли в пив-понг?
- Ещё не успели, мы только-только обживаемся.
- Прошло почти два месяца, Трина, - и его голос, словно удар током, возвращает меня к мыслям. И правда, прошло два месяца, а я так ничего и не сделала... стоящего. Кроме группы, конечно.
Ривен открывает передо мной дверь и я захожу в тёмное маленькое заведение, где нас с дружелюбной улыбкой встречает парень в белом халате. Пока Рив что-то обсуждает с ним, я осматриваюсь и понимаю, что мы в баре с химической тематикой: на стенах неоновой краской выведены формулы, повсюду колбы и учебники по химии.
Мой спутник следует в соседнюю комнату за официантом, а я с сомнением плетусь за ними. Мне показалось, что этот бар – одна переполненная людьми комнатушка, но сейчас мы остались там, где никого нет.
Ривен уже разворачивает стол, а официант приносит напитки в прозрачных одноразовых стаканчиках. Музыкант достаёт из кармана белый шарик для пинг-понга, который буквально светится в этой тусклой неоновой комнате.
- Сюрприз! Предлагаю сыграть на желания, что скажешь? Проигравший выполняет желание победителя. Либо на вопросы – после каждого хода... - он задумывается.
- Давай на вопросы, - неуверенно улыбаюсь я.
Ривен кидает шарик и попадает в стакан.
- Пей! – кричит он.
- А правила разве такие? Мне кажется, ты должен выпить, если...
- А это важно? – перебивает он. – Здесь и сейчас свои правила.
Я выпиваю напиток с арбузным вкусом и промахиваюсь, когда пытаюсь попасть шариком в цель.
- Что ж, что ж, что ж... - Ривен убирает руки за спину и ходит по своей части комнаты, но потом резко останавливается, придумав вопрос. – Ты всё ещё любишь Адама?
И снова – бам! – реальность. Я старалась не задумываться об этом, но сейчас мне пора ответить на вопрос хотя бы себе.
- Если честно, я не знаю – всё так запутанно... Я думаю, что люблю его, как очень близкого человека, но уже не в романтическом плане.
Я, правда, сказала это?!
Ривен принимает прежнюю позу и поправляет воображаемые очки:
- Занятно...
Через несколько удачных и менее удачных партий Ривен, наконец, промахивается. Свой вопрос я придумала сразу, как увидела юношу в ресторане, поэтому без промедлений озвучиваю его:
- Как ты узнал, что я буду в «Эфире»?
- Лили упоминала, - весь его ответ.
- Вы общаетесь?! – я помню, в августе Лили говорила, что они переписывались, но я не знала, что это продолжается до сих пор.
- Это уже следующий вопрос! – подмигивает Ривен и мы продолжаем игру.
. . .
- Пора нам уже двигаться дальше, - отмечает Ривен, когда мы задали все волнующие вопросы и перекусили сэндвичами с курицей.
- Ты о чём?
- Пошли в какой-нибудь парк, а то я скоро задохнусь здесь.
Когда он озвучивает своё предложение, я понимаю, что в баре, и правда, очень жарко. И как я не ощущала этого раньше?
Оказавшись на улице, я жадно хватаю ртом воздух, словно не дышала всё это время.
- Так, что насчёт Лили? Я не знала, что вы продолжаете общение.
- Ничего такого – просто обмен сообщениями пару раз в неделю. Так же, как у тебя с Адамом.
- Он рассказал?
- Ну, я точно не был ревнивой подружкой, смотревшей в его телефон при любой возможности в поисках того самого злополучного сообщения, - я только улыбаюсь на это, немного грустнее, чем хотела бы. – Боже!.. Не говори, что ты была такой...
- Нет-нет, расслабься. Я никогда такой не была – мне все всегда рассказывали тайны, даже если я не просила. Как там Адам, кстати? Я имею ввиду, как он на самом деле.
- Вроде, всё налаживается: он заменил тебя в пекарне, часто общается со мной, Алексой, иногда даже с другими ребятами из нашей тусовки. А если тебя интересует, говорит ли он о тебе..
- Нет! – чуть ли не выкрикиваю я. – Не хочу знать об этом.
- Как скажешь...
Мы пересекаем ночной Нью-Йорк и оказываемся на пустой детской площадке, где садимся на качели, не прекращая разговор. Я украдкой смотрю на полностью чёрное небо, которое освещает только одна звезда.
- Здесь почти не видно звёзд, - прослеживает направление моего взгляда Ривен.
- Это точно...
- Скучаешь по Англии? – юноша вскидывает брови, на его губах появляется притворная улыбка, а он смотрит в мои глаза.
- Немного... Сложно сказать. Всё слишком запутанно. Я как будто хочу быть в Нью-Йорке и в Фолкстоне, но в то же время не хочу быть нигде. Я думала, в Америке я начну жить ярко – в принципе, я нашла компанию и попала в группу, значит, это так, но мне всё же не хватает чего-то. Когда я смотрю в будущее, я так же вижу пустоту, - вероятно, мы слишком долго играли в пив-понг, если я рассказываю всё это Ривену. – Извини, не хотела тебя грузить.
Он внимательно слушал меня, а, как только я договорила, отвернулся, задумавшись, и окинул взглядом площадку.
- Знаешь, некоторые имеют отличное будущее и перспективы, стремятся к этому, но совершенно не находятся в настоящем – они только и мечтают о том, чтобы быть здесь и сейчас. А те, кто всегда в настоящем моменте, конечно же, мечтают о будущем. Но что, если первые и вторые объединятся? Ты скажешь, что получится идеал – так почему же не создать его? Быть в настоящем и ценить это, а будущее появится само.
- Это имеет смысл, но понимаешь.. из-за того, что я не вижу будущего, я не чувствую мотивации быть в настоящем.
- Дай угадаю: вы с Адамом поэтому сошлись? Из-за общего взгляда на жизнь?
- Не совсем. Когда я помогала ему, я не думала ни о чём плохом и просто жила. Но так не могло продолжаться, потому что я никуда не стремилась – прожигала дни.
- Или проживала... А как же универ? Ты хочешь работать по специальности?
- Я уже не уверена.
- И ты вообще не знаешь, чего хочешь? Или знаешь?..
- Не знаю... Точнее, есть моменты, когда у меня возникают желания: мне хочется найти любовь, создать семью и где-то зарабатывать на жизнь. И потом я возвращаюсь к этому «где-то» и понимаю, что сначала нужно понять, чего я хочу, а потом уже появится остальное. И так по кругу...
- Похоже, тебе нужна помощь, детка. Я бы сказал, что помогу тебе, но не хочу быть спасателем в твоей жизни. Да и зачем эти лишние привязанности? Тебе лучше пойти к психологу. У тебя есть деньги?
- Есть. Я и сама уже думала об этом, - возможно, алкоголь сыграл свою роль, или сама ситуация вела к этому, и я спросила именно то, что желала. – А кем ты хочешь быть в моей жизни?
Ривен рассмеялся и, оттолкнувшись, встал с качели, отойдя на некоторое расстояние. Затем с улыбкой повернулся и посмотрел на меня:
- Я мог быть лучше пианиста, - и добавил, когда мы уходили с площадки, - в вашей группе, конечно.
* – речь о песнях исполнителей Radiohead и Lewis Capaldi соответственно
** – песня исполнителя Duncan Laurence. Ранее упоминалась в книге