10
Последнюю пару помню с трудом, если честно, все мои мысли были там, с Сашей. И очень кстати оказался звонок Арины, как раз, когда я в начале четвертого выходила из корпуса.
— Привет, давай кофе выпьем, не против? — раздался ее непринужденный голос.
— Да, конечно, — воодушевилась я, спускаясь по ступенькам с крыльца.
— Где встретимся? — уточнила мама Саши.
— Там, где в прошлый раз, — предложила, скользнув взглядом по стоявшему внизу мужчине в широкополой шляпе, весьма странной для зимней погоды, и в плаще.
— Хорошо, я скоро буду, — пообещала Арина и отключилась.
А мужчина, едва я шагнула с последней ступеньки, приблизился ко мне, глядя бесстрастным взглядом.
— Госпожа Булгакова? — уточнил он, и я вспомнила, что точно такой же избавил меня от внимания Кожина.
Беспокойство улеглось, осталась лишь легкая настороженность. Наверное, Саша их имел в виду, когда говорил о проверке вчера.
— Да, — я кивнула, сунув руки в карманы, покосившись на него.
— Давайте отойдем в сторонку, — предложил незнакомец, и мы зашли за высокое крыльцо. — Я не задержу вас надолго, — успокоил он, поднимая голову и одаривая пристальным взглядом.
Заметив вспыхнувшие багровые огоньки, невольно вздрогнула, едва не шарахнувшись в сторону, но удержалась. Понятно, что это тоже демон, куда же без этого. Всего несколько мгновений пришлось выдержать тяжелый взгляд, а потом мужчина наклонил голову.
— Все в порядке, госпожа Булгакова, — так же бесстрастно произнес он. — Хорошего вам дня.
После чего, развернулся и скрылся за поворотом. Поправив рюкзак, я покосилась ему вслед, а потом поспешила на остановку, решив на этот раз не идти пешком — меня же Арина ждала. Транспорт тут ходил часто, и до кафе я добралась быстро, а там и гостья подоспела. Она опустилась на свободный стул, одарила быстрой улыбкой, и я невольно восхитилась ее выдержке: по ней ни за что не скажешь, что волнуется за сына.
— Ну, как ты? — осведомилась она, когда мы сделали заказ.
Я вздохнула и помешала сахар в чашке.
— Переживаю, — честно призналась.
— Все хорошо будет, поверь, — заявила Арина, и тонкие пальцы легли на мою ладонь. — Сашка справится, он молодец. Хочешь, расскажу, как я с Русланом познакомилась? — прищурившись, спросила она с лукавой улыбкой.
С радостью ухватившись за возможность отвлечься, я согласилась послушать историю, не сомневаясь, что она будет весьма занимательной.
Ровно к трем Ал подъехал к месту встречи — большому спортивному комплексу в южной части города. Именно здесь проводились подобные мероприятия, и просторный зал специально оборудовали под поединки демонов. Поскольку на них зрителей не предполагалось, то и сидений тоже не было, только несколько кресел для судий и свидетелей с обеих сторон. Арену отгораживали от стен прозрачные щиты, на первый взгляд, казавшиеся хрупкими, но на самом деле, их не расколоть даже очень сильным ударом. Саша приехал один, отец сказал, что подойдет раньше, осмотреть все и проследить, чтобы без неожиданностей.
Он был совершенно спокоен и собран. Смешная угроза Кожина ничего не стоила, пусть он и являлся владельцем банковского холдинга и имел определенный вес в этой среде. Руслан тоже не со вчера бизнесом занимался, так что, можно не переживать. Саша оставил машину на стоянке и направился в зал упругим, легким шагом, азарт уже щекотал в крови пузырьками, и пальцы чесались надавать Кожину по физиономии. Едва Сашка вспоминал привязанную Аделину в его доме, как перед глазами все темнело от ярости, и эмоции удавалось усмирить с трудом. Голова ему нужна холодная, Кожин — та еще хитрая тварь. Во втором облике, в самом деле похожий на большую, отвратительную жабу, он имел неприятную особенность: мог плеваться сгустками слизи, и его кожа ее тоже выделяла. Субстанция вполне могла отравить, и какое счастье, что на Сашку в демоническом облике практически никакие яды не действовали. Такая вот полезная особенность организма.
Саша сразу зашел в раздевалку, к счастью, пустую, выбрал шкафчик и быстро разделся, покрутив шеей и подвигав плечами. Глубоко вздохнул, прикрыл глаза, выпуская внутреннюю сущность, и через мгновение в помещении стоял мускулистый демон с бордовой чешуей и полыхающими злостью, холодными ртутными глазами. Самое то состояние перед боем, не слепая ярость, а именно злость и желание наказать того, кто протянул свои грязные лапы к его женщине. Глухо рыкнув, Ал направился к выходу в зал, надеясь, что все собрались, и он покончит с этим делом быстро. Там в самом деле за ограждением уже стоял наблюдатель, как всегда, бесстрастный и отстраненный, рядом — отец, невозмутимый и спокойный, и тот самый неприметный мужчина, которого Ал видел в злосчастном ресторане с Аделиной. Видимо, подручный Кожина. Сам соперник, тоже в истинном облике, стоял поодаль, и мясистые губы растягивала широкая ухмылка. Зрелище не для слабонервных, но демона она ничуть не впечатлила.
Не сводя с Кожина тяжелого взгляда, Ал приблизился, остановился в нескольких шагах, сжимая и разжимая когти и чуть согнув ноги, готовый в любой момент отреагировать на малейшее движение соперника. Наблюдатель, видя, что все в сборе, заговорил:
— Инициатор поединка, Аркадий Кожин, выбрал драку до поражения. Как только прозвучит гонг, запрещается продолжать поединок. Начало сражения — сразу после сигнала.
Алларэн презрительно вздернул верхнюю губу: ну кто бы сомневался, что этот трус побоится поставить условие выигрыша — смерть. Знает, падла, что не ему тягаться с соперником. А Кожин, между тем, хмыкнул, подошел почти вплотную, распространяя вокруг себя неприятный запах тины и болота. Ал даже фыркнул, демонстрируя свое пренебрежение.
— Ну ш-ш-што, обдумал мое предложение? — зашлепал губами Кожин, окинув Ала взглядом.
Тот лишь расправил мощные плечи и рыкнул.
— Я твою поганую пас-сть пор-рву до затылка, — отрывисто произнес Алларэн, мягким движением отступив на шаг.
Прерывая их обмен любезностями, прозвучал гулкий удар гонга, возвещая начало поединка, и Ал молниеносно увернулся от полетевшего в его сторону сгустка воняющей слизи, а потом бросился на врага сам, выставив бритвенно-острые когти перед собой и оскалившись в предвкушении доброй драки.
Я была очень благодарна Арине за то, что она грамотно отвлекла меня от тревожных мыслей и переживаний. История их с Русланом непростых отношений завораживала ничуть не хуже сказки.
— Представляешь, как он был ошарашен, когда узнал, что у нас двойня будет? — со смешком говорила Арина, помешивая сахар в чае. — Потом на руках носил и пылинки сдувал, иногда даже раздражало, если честно.
После ее слов отчего-то в голове мелькнула мысль, а как бы Сашка отнесся, если бы я от него забеременела… И следующий вопрос вырвался прежде, чем успела поймать себя за язык.
— Арин, а если я захочу детей от Саши, мне придется с ним… ну… — я запнулась, смутилась, чувствуя, как вспыхнули щеки, запоздало пожалела, что вообще заикнулась, но мужественно продолжила. — В настоящем виде?..
Собеседница задумчиво улыбнулась, поставила локоть на стол и подперла подбородок, глядя на меня.
— А вот не знаю, — весело отозвалась Арина. — Видишь ли, в Сашке течет кровь Изначального демона, и чем это может грозить, непонятно. Слишком редкий случай. С Настей — там понятно все, а вот с ним — нет. У тебя есть отличный шанс проверить, — ее улыбка стала лукавой.
А я смутилась еще больше, поспешно отпив почти остывшего чая.
— Да ну глупости, какие дети, мы же и не встречаемся еще толком, — пробормотала я, не глядя на Арину.
— Лина-а, — мягко позвала она, и я осторожно покосилась на женщину. — Демоны своего не отпускают, — хмыкнула она. — И если Сашка согласился за тебя драться, значит, поздравляю, девочка моя, никуда ты от него уже не денешься, — весело закончила Арина, откинувшись на спинку стула.
Ответить я ничего не успела, зазвонил мой телефон, и номер высветился знакомый. В мыслях воцарился сумбур, сердце радостно заметалось в груди, и я торопливо ответила.
— Саш, ты в порядке?
В трубке послышался довольный смешок, и мой демон бодро отозвался:
— Малыш, все отлично. Мама с тобой, да? Передавай ей привет, я минут через двадцать буду.
Сжав в повлажневших пальцах телефон, я посмотрела на невозмутимую Арину.
— Сашка? Ну я же говорила, что все в порядке, — она улыбнулась уголком губ. — Когда он будет?
— Сказал, минут через двадцать, — послушно ответила я.
— Отлично, — она достала кошелек и оставила деньги. — Ну тогда не буду вам мешать, — Арина широко улыбнулась и поднялась. — И ждем вас в гости, вдвоем, — добавила она прежде, чем уйти.
Я же осталась ждать Сашку, взволнованная, немного нервничающая и в то же время странно счастливая. Чем закончится сегодняшний вечер, я тоже знала, и это лишь добавляло бабочек в животе и щекочущих мурашек на спине. Пока не хотела думать, что это может означать, слишком мало времени мы знакомы, и… Да кого я обманываю, черт. Кажется, я ухитрилась влюбиться, накрепко и безоглядно. В демона. Поздравляю, дорогая Ада, и что теперь будем делать? Коротко вздохнув, я бросила взгляд на дверь и попыталась успокоить скачущее в груди сердце, но безрезультатно. Эмоции штормило нещадно, меня слегка потряхивало, и я настолько углубилась в сумбурные размышления, точнее, их попытки, что даже не поняла, когда в кафе появился Сашка, хотя вроде бы и посматривала на дверь. Все равно пропустила момент, и очнулась только, когда чьи-то ладони легли на плечи, и уха коснулось теплое дыхание.
— Привет, малыш, — прозвучал около уха знакомый голос, и я едва не подскочила от неожиданности.
Поперхнувшись вдохом, резко повернулась, наткнулась на пристальный взгляд серых глаз, мягкую улыбку, и внутри все перевернулось. Тихо всхлипнув от облегчения, я обхватила его за шею, наплевав на остальных посетителей, уткнулась в плечо, вдыхая знакомый запах. Саша выпрямился, обняв и легко подняв со стула, прижал к себе, коснувшись губами шеи.
— Со мной все в порядке, — успокаивающе произнес он, поглаживая по спине. — Поехали? — Ивлев отстранился, ласково улыбнулся и провел тыльной стороной ладони по щеке.
— Ага, — я кивнула, утопая в серебристой глубине его взгляда и уже ни о чем не думая.
Он здесь, живой и невредимый, со мной. Все в порядке. Очень хотелось лично убедиться, что никаких серьезных ранений Сашка не получил, но не ощупывать же его при всех, прямо на улице? Он оставил деньги за чай на столе, мы вышли из кафе, и усадил меня в машину. И прежде, чем тронуться с места, притянул к себе, прижавшись к губам в нежном, долгом поцелуе. Ласкал мои губы языком, заставляя раскрываться их, как лепестки цветов, поглаживал затылок пальцами, зарывшись в волосы, отчего я едва не мурлыкала, цепляясь за плечи Сашки и плавясь от нахлынувших эмоций. Отвечала ему, дразня и играя, чуть прикусывая и посасывая, льнула к моему мужчине, как блудливая кошка, ощущая знакомый жар внизу живота.
Саша шумно выдохнул мне в губы, прервав восхитительное безобразие первый, и я едва не застонала от разочарования.
— Ада, машина — не самое подходящее место для первого секса, поверь, — с хриплым смешком произнес он, обхватив мое лицо ладонями, и чмокнул в кончик носа. — Но я рад, что наши желания совпадают, — чуть понизив голос, добавил он, и в глубине зрачков вспыхнул красноватый огонек.
Я задохнулась от восторга, улыбнулась в ответ чуть припухшими губами и послушно кивнула.
— Хорошо, — кротко отозвалась.
Хотя, по словам той же Арины, в машине тоже вполне можно этим заниматься… Смутившись собственных откровенных мыслей, я устроилась на своем сиденье боком, забравшись с ногами и глядя на профиль Сашки. Честно говоря, мне было все равно, куда он меня везет, к себе домой, в гостиницу или к черту на кулички. Главное, он рядом. Остальное не имеет значения. Даже то, что мой мужчина — не совсем человек.
— Что на ужин будем? Предлагаю заехать в магазин, — непринужденно произнес Сашка, выруливая на дорогу. — Есть особые пожелания?
— Нет, — я покачала головой. — Доверюсь твоему вкусу.
Он покосился на меня с задумчивой улыбкой.
— Хорошо, как скажешь, — последовал ответ.
Во мне тут же завозилось любопытство: что задумал? Благо, завтра выходной, только в школу надо съездить, а сейчас время еще не позднее, всего-то пять часов. Мы завернули в "Ленту", закупились и поехали дальше, домой к Сашке. Я то и дело прятала нос в букет тигровых лилий, купленный в цветочном, и тихо, мечтательно улыбалась. Он купил ароматических свечек, длинных, витых и красных. И бутылку белого вина. А еще, лимоны. Кажется, меня ждет настоящий романтический ужин и долгий, волнующий вечер, плавно переходящий в ночь… Прерывисто вздохнув, я зажмурилась, моя улыбка стала шире. Ну, демон и демон, с кем не бывает. Не вампир, и не оборотень, слава богу. По улице не шляется в непотребном виде, себя контролирует, и вообще, Арина вон тоже замужем за демоном, и все хорошо.
Мы приехали, Саша забрал пакеты из машины и вручил мне ключи.
— Открывай, — кивнул на дом, как ни в чем не бывало. — У меня руки заняты.
Как-то уютно, обычно это прозвучало, и вообще, все выглядело так, будто мы давно уже вместе, и подобные вечера в порядке вещей. Сердце взволнованно дернулось, я облизнула пересохшие губы и поспешила к двери. В памяти всплыли слова Арины о том, что демоны свое не отпускают, и если влюбляются, то раз и навсегда, и пальцы дрогнули, когда вставляла ключ в замок. Нет, не буду раньше времени фантазировать, пусть все идет своим чередом. Я распахнула дверь, включила свет, сбросила ботинки и повесила пуховик, Сашка зашел за мной и сразу направился на кухню. Ну, я за ним, конечно.
Поставив пакеты на стол, он покосился на меня и вдруг хитро усмехнулся.
— Ну что, будем готовить ужин? — неожиданно предложил мой мужчина.
Я растерянно хлопнула ресницами.
— Саш, я не умею, — напомнила ему. — У меня же вечно что-то пригорает, недоваривается…
— Стой, — ласково прервал он, накрыв мой рот ладонью. — Вместе у нас все получится. Начнем? — Саша выгнул бровь, и меня охватило радостное предвкушение.
Готовить вместе — что может быть романтичнее. И я кивнула, доверяя моему мужчине. Мы разобрали пакеты и принялись за готовку. Саша занялся мясом и гарниром, а мне поручил взбивать миксером тесто для кекса — я угадала, он собирался печь мои любимые, лимонные. Под его чутким руководством смешала нужные составляющие, а потом взялась за миксер, и на удивление, справилась. Было так здорово что-то делать вместе, и я в самом деле забыла, что у меня что-то там не получалось. Вместе с Сашей все оказалось так легко и просто, я ничего не уронила, не разбила, не порезалась — хотя, нож он мне так и не доверил, — не рассыпала и не пролила. И сама не заметила, как десерт полностью сделала сама. Даже глазурь, которой надо было поливать готовые кексы.
— Ну вот, а ты переживала, — Саша подошел сзади и обнял, прижав к себе, его губы прошлись по изгибу шеи, вызвав волну колких мурашек, прокатившуюся по спине. — М-м-м, вкусно пахнет, хозяюшка моя, — он шумно втянул воздух, я и сама ощущала тонкий, ванильно-лимонный аромат от готовящихся в духовке кексов.
Смущенно заулыбавшись, я чуть повернула голову и потерлась щекой об его щеку, чувствуя, как сердце забилось чаще. Во второй духовке запекался картофель с начинкой и мясо, и вскоре у меня рот наполнился слюной от витавших в кухне ароматов. Мы так и стояли, Саша обнимал, прислонившись к краю стола, и время от времени оставлял на шее легкие поцелуи, отчего я млела и таяла, как кусочек масла на солнце. Эта особая, тонкая атмосфера домашнего уюта и тепла окутывала нас невидимым покрывалом, делая еще ближе, и не хотелось сейчас ничего большего. Ни страсти, ни огня, а просто впитывать каждой клеточкой эту тихую нежность, наслаждаться ею, смаковать, как изысканное вино. И, кажется, Сашка тоже это чувствовал, потому что не торопился проявлять активность.
— Знаешь, мне ни с кем не было так хорошо, — тихо произнес вдруг он, положив подбородок мне на плечо. — И ты первая, кого я привел сюда.
Ой. А вот это неожиданно, правда. Я повернулась в его руках, обвила шею и, поднявшись на цыпочки, чмокнула куда достала — в подбородок.
— Спасибо, — шепнула, прижавшись всем телом.
— Тебе спасибо, — Саша сжал меня крепче, зарывшись пальцами в волосы. — Что не испугалась. Ну что, будем накрывать? — резко сменил он тему, мягко отстранив и подмигнув. — Скоро все будет готово.
Вскоре посуда красиво стояла на столе, Саша принес тяжелый старинный подсвечник и зажег свечи, выключив свет. И сразу настроение, как и атмосфера, изменились, таинственно-волнующий полумрак разгонял кроме огоньков только горящий в гостиной камин. Мое дыхание участилось, я не отводила взгляда от красиво разложенных тонких ломтиков ветчины, облизнув ставшие сухими губы. Тишина в кухне сделалась густой, вязкой, однако нарушать ее не хотелось. Саша достал из духовки наш ужин, разложил по тарелкам и отодвинул мне стул — я всей кожей чувствовала, как он на меня смотрит, но почему-то сама поднять глаза отчаянно стеснялась. Внезапно напала робость, и к своему месту я подходила на подкашивающихся ногах. Мелькнула нелепая мысль, что для такого ужина слишком просто одета, всего лишь джинсы да теплый свитер — сегодня погода радовала легким морозцем и иногда снежком. Я едва не рассмеялась, но сдержалась.
Саша опустился напротив, открыл бутылку, поглядывая на меня, и я снова отметила притаившийся в глубине багровый огонек. От легкой улыбки по телу прогулялась волна теплой дрожи, и когда я взяла наполненный бокал, рука слегка дрожала.
— За нашу встречу, — серьезно произнес Саша, коснувшись края моего бокала, и по кухне разнесся мелодичный звон. — И за тебя, Ада.
Я пригубила вино, оценив приятный, мягкий вкус, и отправила в рот кусочек запеченного мяса в подливке, довольно промычав и по достоинству оценив кулинарные таланты моего демона. А поскольку рот пока был занят, просто показала большой палец, изобразив неподдельный восторг на лице. Сашка довольно хмыкнул.
— Рад, что тебе понравилось, малыш, — отозвался он.
Некоторое время я утоляла голод, а потом завозилось любопытство.
— Саш, а вот Арина говорила, что среди… демонов не приняты чувства, — все-таки слегка запнувшись на еще непривычном слове, спросила я, покосившись на собеседника.
— Не приняты, — спокойно согласился он. — Союзы заключаются, как сделки, только ради детей.
Я вздохнула, покачав головой.
— Странно это, — задумчиво обронила, жуя мясо. — И как-то даже жалко…
— Большинству не нужны чувства, Ада, — не дал мне договорить Саша и поморщился. — Им и так неплохо живется. Заводят любовниц или любовников среди обычных людей, этого хватает. А те, кому посчастливилось так, как моему отцу или мне, — при этих словах сердце испуганно-радостно трепыхнулось, и я замерла, забыв о еде, — не афишируют свое счастье. Сама понимаешь, кто-то может позавидовать.
Намек более, чем прозрачный, и я поспешила сменить тему, не желая портить вечер нехорошими воспоминаниями.
— Отвезешь меня завтра на работу? — попросила, потянувшись к бокалу и отодвинув пустую тарелку.
— А может, ты отпросишься? — сделал встречное предложение Саша, подперев кулаком голову и глядя в глаза. — Или у тебя что-то важное есть?
— Н-нет, — я покачала головой. — Встреч точно никаких, а тесты я все подготовила…
— Отлично, договорились, — он потянулся за кексами на тарелке. — Ну, давай попробуем, что у тебя получилось? — Сашка усмехнулся и подмигнул, а потом вдруг позвал. — Иди ко мне, малыш.
Я не заставила просить себя дважды и приблизилась. Он тут же усадил на колени, обнял одной рукой, а другой поднес к моим губам десерт. И вроде бы ничего особенного, но есть из рук Сашки, особенно под его пристальным, внимательным взглядом было особенно волнительно. Мы смотрели в глаза друг другу, и между нами как будто протянулась невидимая нить. Я медленно прожевала кекс, рассыпчатый, в самом деле вкусный, и слизнула крошки с губ, и его ноздри хищно раздулись, а глаза чуть прищурились, блеснув в полумраке. Ладонь на пояснице скользнула под свитер и коснулась обнаженной кожи, заставив вздрогнуть. Кровь быстрее побежала по венам, я, все так же не сводя взгляда, мягко забрала надкушенный кекс и поднесла к губам Саши. Так, в полной тишине, мы и кормили друг друга, и это простое действие вызывало целую бурю ощущений и эмоций.
Горячая ладонь гладила спину, чуткие пальцы легко проводили вдоль позвоночника, заставляя слегка выгибаться, и я далеко не сразу осознала, почему же мне не совсем удобно сидеть… Саша как раз доедал последний кусок кекса из моих рук, и его язык нежно скользнул по подушечке, пощекотал, отчего я слабо ахнула и едва не отдернула руку от неожиданности. Ивлев тут же перехватил, придержав второй рукой за талию, и его губы мягко коснулись середины ладони, а потом провели до самого запястья. Завороженная, я едва слышно всхлипнула и заерзала, чувствуя, как по коже разбегаются горячие змейки до самого локтя. Объятия тут же стали крепче, Саша шумно выдохнул, а я внезапно поняла, что же такое твердое упирается в мое бедро, и отчаянно покраснела, поперхнувшись воздухом. Кажется, ужин закончился…
А в следующее мгновение Сашка поднялся, и я оказалась у него на руках, тихо пискнув и вцепившись в его шею. Он же, усмехнувшись, потерся носом о кончик моего и проникновенно сказал:
— Да, Линочка, я очень тебя хочу и совершенно не скрываю этого. И сейчас я буду долго и со вкусом соблазнять тебя. Ты ведь не против? — от последнего вопроса я едва нервно не захихикала, смутившись еще сильнее, и спрятала лицо на его плече.
— Нет, — едва слышно ответила, только крепче обняв его.
Внутри все трепетало от предвкушения и ожидания, в голову лезли воспоминания о вчерашнем вечере здесь же, в этом доме, в гостиной… Мышцы внизу живота свело болезненно-сладкой судорогой, между ног жарко запульсировало, и я сильнее сжала коленки, чувствуя, как разгорается в крови желание. Течет по венам вязкой патокой, туманит голову и заполняет каждую клеточку, отчего по телу то и дело прокатывались волны дрожи. Краем сознания отметила, что мы поднимаемся, но головы не подняла, занятая собственными переживаниями. Саша прошел еще немного, наверное, по коридору, и толкнул ногой дверь, входя в помещение. Аккуратно поставил на ноги, придержав за талию, и тихо шепнул на ухо:
— Включить свет?..
— Н-не надо, — поспешно отозвалась я, замотав головой, снова проснулась стеснительность.
Подозреваю, ненадолго, и скорее всего, для Саши темнота не представляла сложности, но… Черт, мне комфортнее без света, да. Я стояла, прижавшись к нему, чувствуя, как тяжело, неровно бьется его сердце, и как отчаянно колотится мое собственное, и чутко прислушивалась. От напряженного ожидания нервы натянулись, как струны, и несколько мгновений показались вечностью. А потом Саша медленно отвел мои волосы с шеи, скользнув горячими подушечками по изгибу, и тут же на их месте оказались губы, оставляя легкий, невесомый поцелуй. От деликатного прикосновения по спине прошлась волна тепла, я прерывисто вздохнула, а ладони Саши скользнули под свитер, медленно поглаживая поясницу. Кожа отозвалась россыпью искр, моментально став слишком чувствительной, и я невольно прогнулась, прильнув теснее к Саше.
Руки начали неторопливо подниматься, задирая свитер, губы продолжали исследовать мою шею, заставляя дышать чаще, и голова сама откинулась, открывая простор для действий. Я зажмурилась, охваченная неожиданно яркими ощущениями, хотя меня даже еще толком не раздели. Что же будет дальше… Вспомнился снова вчерашний вечер, и горло моментально пересохло, я судорожно вздохнула, чувствуя, как пальцы Саши нежно обводят каждый позвонок, потихоньку поднимаясь все выше. Я и не знала, что моя спина настолько чувствительная, что от каждого прикосновения тело вздрагивало, а мурашки безостановочно волнами прокатывались от шеи до пяток. Коленки ослабели настолько, что я цеплялась за плечи Саши, серьезно опасаясь осесть на пол, если он вдруг отпустит. Перед глазами в бархатной темноте медленно кружились целые созвездия, а теплые губы накрыли мой рот, язык провел по ним, мягко надавив, и я послушно приоткрыла, впуская внутрь и включаясь в игру.
Ох, боже, уже через несколько мгновений я совершенно потеряла голову от этого томительного, дразнящего поцелуя, длившегося, казалось, целую вечность. Меня пробовали на вкус, посасывали, как карамельку, легонько прикусывали и тут же зализывали, и губы горели от нежной ласки, а воздуха перестало хватать. Я даже не заметила, как Саша почти полностью задрал свитер, и когда отстранился, едва не застонала от разочарования, широко распахнув глаза и уставившись на него шальным, пьяным от эмоций взглядом. В темноте блеснули зубы в улыбке, раздался хриплый смешок, и низкий, бархатистый голос:
— Подними руки.
От прозвучавших властных ноток восторг взметнулся огненными языками, обняв тело, щекоча низ живота и заставляя кости плавиться. Я подчинилась, послушно позволив Саше стащить свитер, мужчина небрежно отбросил его на пол и положил руки мне на талию, окинув пристальным взглядом. Как и подозревала, отсутствие света его совершенно не напрягало. Хотя, вчера он и так прекрасно все рассмотрел… Смущение добавило перчинки в бурливший в крови коктейль, с моих припухших губ снова сорвался прерывистый вздох, а руки Саши скользнули на спину, нащупав застежку. Тихий щелчок прозвучал в тишине оглушительно, сердце скакнуло к пересохшему горлу испуганным зайцем, и следом за свитером полетел и бюстик.
Горячие пальцы медленно провели по моим плечам, оставляя за собой огненный след на коже, погладили ключицы, обрисовали ямочку. Спустились вниз, обвели вокруг напрягшихся вершинок, и пришлось прикусить губу, сдерживая короткий стон: от такой простой ласки тугая пружина внутри сжалась еще сильнее. А Саша, как назло, не торопился, словно испытывая мое терпение, хотя я слышала его тяжелое дыхание и видела, как отливают красным глаза в темноте. Перед внутренним взором мелькнула картинка, как по коже скользят уже совсем не пальцы, а длинные, острые когти, однако не оставляют на ней ни следа, и я вздрогнула. Только не от страха, нет. Мимолетное видение вызвало внутри острую вспышку предвкушения, от которой дыхание на миг пресеклось, а пульс зачастил с удвоенной силой.
— Ты такая нежная, Линочка… — снова раздался хриплый шепот Саши, а его пальцы продолжали кружить по ареолам, дразня и лишь иногда мимолетно касаясь болезненно нывших тугих горошин. — Так чутко реагируешь…
Одновременно он мягко сжал затвердевшие соски, и я охнула в голос, подавшись вперед и широко раскрыв глаза. Боль вспыхнула, впившись острыми иголочками, и смешалась с удовольствием, молнией прошившим до самых пяток, отчего я покачнулась, чувствуя себя слабой и беспомощной в руках опытного соблазнителя. И это было чудесное, потрясающее ощущение. Саша шумно выдохнул, его ладони обхватили полушария и легонько помассировали, а потом мой демон, обняв одной рукой за талию и без труда приподняв, шагнул вперед. А в следующий момент меня бережно уложили на спину, и умелые пальцы принялись исследовать мое тело дальше, и за ними следовали губы. Мне оставалось лишь жмуриться, стискивать покрывало и выгибаться навстречу, ловя звезды перед глазами, и хватать воздух ртом, неожиданно ставший густым и колким.