Совершенство

[Здесь должна быть GIF-анимация или видео. Обновите приложение, чтобы увидеть их.]

Я обезумел, мои мысли перемешались, а в голове только одно: Ким Дженни.
Психически больной, стал более неуравновешенным психически больным.
Это уже прошло, хотя этого ещё нет. Это происходит, но где-то в другом месте. Как мне примериться с этим, когда все это выглядит таким реальным? Так кто ты? Мой соперник, мой враг, ты то что я должен контролировать? Найти выход, можно лишь через вход в себя. И чем глубже я погружаюсь, тем свободнее становлюсь. Ты тот самый, ты - проводник. Я тот кто поведет меня обратно, к самому себе.
Помешанного на науке, влюблённого безумца, достигшего континуума.

Мы дружили, мы часто встречались, мы стали чаще выходить гулять. Мы больше не целовались, мы больше не проявляли влюбленный интерес к друг другу. По крайней мере она, чье имя неустанно вертелось у меня на языке, день ото дня. С каждой встречей, с каждым разговором, я чувствовал что теряю себя.

— Чимин? - нежно прозвучало из уст моего предмета воздыхания.

— да? - остановил я детские качели, на которых сидела Дженни в легком узорчатом в горошек, платье.

Девушка встала, мило улыбнувшись в мою сторону и подойдя ко мне поближе, красавица медленно укуталась в мои объятия.
Сплошное, долгое молчание, пока Ким смело облокотилась своей головой на мою грудь и потянулась к шее. Она её обвила руками и взглянула в мои светлые глаза.

— тебе кто-нибудь нравится? - задаёт неожиданный вопрос, хоть я и понимал её непредсказуемость.

— нравится. - улыбнулся я удивлённо, глядя на её мягкие, блестящие волосы.

— и кто же она?

Недолго думая, я ответил ей.

— мой идеал.

Она ухмыльнулась, после чего я вновь перестал контролировать своё тело. Мои губы потянулись к её губам, но вот провал... Девушка громко хихикнув, резко отстранилась от моего уже напряжённого тела, и побежала прочь предварительно вскрикнув:

— догоняй!

Она быстро убежала от меня, ещё громко и звонко посмеиваясь, пока я обломившись последовал за игривой Ким Дженни...

И стало к месту проявляться выражение:
«Безумно люблю тебя».
Только я молчал, продолжал молчать, в муках извиваясь сидя на полу, возле своей кровати, каждый раз после того, как возвращался с прогулки с ней.
Выкрикивал запрещенные матерные слова, как только вновь видел в одной из твоих тысячи соц сетей и фотографий, новую...
С твоим новым возлюбленным.

Я материл твоих ухажеров, свою жизнь, я материл свои чувства, себя и даже тебя, саму Джен. Хватаясь за голову, и пытаясь остановить своё безумие, я только задыхался от болезненной любви, ведь когда нас разлучило окончание учёбы, я продолжал за тобой следить.
И продолжал молчать.
Навсегда остановился на тебе, навсегда принял решение убивать себя - своим молчанием к тебе.

Когда у меня уже появилось собственное жилище и местечко, где я могу побыть с самим собой, улетев из маминого гнездышка, я всё равно часто приезжал к ней, в свой родной детства дом... Привозил ей дорогие и блистательные подарки, а мама откармливала меня, как всегда вкусными, поданными на стол блюдами. И когда она интересовалась моей личной жизнью, я старался рассказывать ей о том, что с этим у меня всё просто прекрасно. Я даже говорил ей о том, что с Дженни мы уже планируем детей, что пару дней назад я сделал ей предложение, и что совсем скоро у мамы будут внуки. Хоть это далеко не так, мама радовалась, и меня заставляло это широко улыбаться, наблюдая её только положительные эмоции, в чем она нуждалась всю свою жизнь.

И когда я покидал родной дом, приезжая снова в одиночество, я продолжал погибать.
Я пытался отвлечь себя, найти себя, но совсем забывал про самое главное, и то что могло бы мне помочь.
Формула была дописана, я воссоздал начатое, добавил то чего не хватало, но под носом находилось все эти годы.
Я воссоздал совершенство, добавив всего один элемент, и он являлся биохимическим. Жидкая красная форма, биологически живого организма, плавающего в кислотно зелёной пробирке.

Алая форма не умирала даже после того, как расплылась в ярком оттенке салатовой формулы. Продолжала жить, словно возродившись по-новому. Алая форма приняла новую, золотистую форму. Смешалась и помогла создать, то что вскоре было миром запрещено.
Я всего лишь добавил собственную плазму и собственные эритроциты, стоя в той пустой лаборатории и вырезая с улыбкой сердце на венах, что шрамом уйдёт вместе с моим телом в гроб.
Моя венозная кровь стала порождением чего-то нового, чего-то опасного, то что смогло полностью обезвредить серую крысу в маленьком аквариуме. То - на что мир однажды поставил крест раз и навсегда, ведь это могло погубить человечество, всё наше существование.
Не трепыхающейся крысы в аквариуме было достаточно, чтобы понять, что я достиг формулу совершенства, формулу Счастья.

В чем секрет той формулы, который доверил отец только мне?
Эта формула - технология поможет изменить восприятие человека и освободить от базовой программы. Можно стать кем-то лучше, более совершенным, более развитым.
Я смог достичь, как казалось бы другим невозможное, и то, чего мой отец пытался сделать годами, и то что пытались сделать многие.
Но ответ был так прост и близок...

— теперь ты гордишься мной, папа?

И безумие никуда не отступало, моя тяга к ней только росла, а желание сделать досягаемое наконец будет свершено.
Свершено, то что нужно было вовремя остановить, и даже не продолжать.
Но я хотел счастья. Я желал ей только добра, хоть и был слишком одержим ею.
Мне хотелось взять её силой, а может и спокойно завлечь, или просто сделать всё абсолютно молча.
Порой естественным образом, у безумца в голове возникают безумные мысли:
Ударить, Убить, изнасиловать и все это - порочно греху.
Я сделаю это тихо, невинно, словно так и должно было произойти, но это будет непредсказуемо, совсем как она... Непредсказуемая и загадочная женская особа.

Все эти мои проявления, все эти мысли. Как нам излечить их? Как мне объединить их? Как нам создать «мы» для «Я»? Каждое проявление зла с которым мы сталкиваемся - есть ни что иное как мир в идеальной гармонии с собой.
«Я» - всего лишь сосуд, который ты должен открыть. Я здесь, только ради себя. Поэтому когда у меня возникает конфликт, вселенная посылает мне гонца проявляющего этот конфликт, и облегающего форму, чтобы я мог его увидеть, чтобы я справился с собой внешним, чтобы воссоздать ту гармонию что потерял внутри. Но страх... Страх не иметь, страх не знать, страх безнадежно отстать.
Страх, страх, страх.
Он почти не оставляет места для любви. Любовь - это реальность.
Любовь - это единственная реальность.
И если бы я бежал от этого , я бы сбегал от того что меня исцеляет. Потому что мне нужно чувствовать себя сильным, ощущать полноценность. Я должен выразить эти слезы, которые у меня внутри. Потому что без них, кто я такой? Кто я?
Я - иллюзия. Меня вообще нет.
Именно поэтому, я больше не побоюсь любить тебя.

Нам нужен кто-то другой, чтобы добиться равновесия. Если бы мы знали, что такое баланс, мы бы просто его достигли. Но нет, ведь мы должны нащупывать свой пульс, как слепцы, идущие по огромной комнате в поиске стен, чтобы хвататься за них. И с помощью этих стен, найти выход.
Закройте свои глаза и подумайте о новом, другом себе: для которого нет границ, который может создавать новые миры, где всё возможно.
Только от вас зависит, в какой форме существует ваш разум.
Но все можно изменить, став рабом чьих-то решений.

***

Я следил за тобой, сидя в своей машине, заработанной благодаря своей замечательной, любимой работе. Я прославился также как и ты, благодаря определенным заслугам.
Ты - лучшая модель Сеула, а я тот чьи изобретения не прошли даром, и меня взяли в довольно прибыльную известную компанию, начальником целого лабораторного центра... Теперь мы оба с тобой успешны, но всё также далеки от друг друга, хоть и жили через квартал.

И из этой дорогой машины, последней модели Теслы, я мог с интересом, каждый день наблюдать, выкуривая сигареты, за тем как ты выходила из дома, и под конец тяжелого рабочего дня заходила обратно в свой дорогой особняк, чаще всего со слезами.
Два года формального проживания с тобой, мне понравились.
Не учитывая твои ласки с любимым супругом, которому так и хотелось свернуть шею, подвесить его голову на крючок в моей собственной лаборатории и проводить опыты, которые бы в очередной раз помогли добиться личного успеха. Я всё равно наблюдал.
И ты знаешь Дженни, ведь стоя возле той машины, выкуривая сигареты, я иногда с удовольствием мог слушать тебя, твои крики и истерии, вплоть до стонов удовольствия доносящихся из твоего дома.
Как хорошо, что дом по соседству был только через один квартал. Поэтому мы предпочли секс втроем: ты, твой муж и я стоящий на улице, с улыбкой слушающий твоё наслаждение, с сигаретой в зубах и успокаивающим дымом, плавно выходящим из них.

А ведь ты даже не могла предположить, что твой новый неподалеку живущий сосед - человек в чьи студенческие годы, ты часто просила подтянуть тебя по курсу химии.

Была ли у меня девушка за два года нашей разлуки с Дженни?
Только секс, но не отношения.
Я трахался с кучей девушек, подружек, моделей и проституток, представляя только одну девушку, стоны которой я порой записывал на диктофон своего телефона, возле её же дома, открытого окна, а поздним вечером наслаждался ими снова и снова.
Это легко - заниматься сексом с одной, а представлять в этот момент совсем другую.
И к сожалению большой процент мужчин так и поступают, во время полового акта с совсем другой «дамой сердца».

— да, Дженни...

— что прости? я Фибиана. - слезла с меня однажды, с недовольной рожей «девушка на ночь».

Да черт побери, ведь твоё имя продолжало вертеться на моём языке, даже когда я неимоверно испытывал удовольствие.

Дженни, я знал о тебе всё.

Я вторгся в твою жизнь без твоего разрешения ещё в студенческие времена, заканчивая сегодняшним днём, когда ты состоявшаяся девушка, разгуливающая по дорогим ресторанам, с мужем под руку.
Я вторгся в твою жизнь, но ты даже об этом не подозревала.
Я знал: где ты работаешь, кем ты работаешь, во сколько начинается и заканчивается смена, чем занимаешься в свободное время; с кем общаешься, с кем проводишь своё драгоценное время, с кем спишь находясь в браке, кто твоя лучшая подруга, кто твой лучший друг, кто твой босс, кто твой любовник, во сколько ты ложишься и во сколько чаще всего просыпаешься в свои выходные, какой чай ты предпочитаешь, также как и кофе.
Я знал каждую мелочь из твоей замечательной и яркой личной жизни.
А что ты сегодня наденешь, чем ты завтра позавтракаешь?
Мне не составит труда это знать, ведь прослушки, как и скрытые камеры давно отдают мне работу в твоём большом доме. Твоя ванная комната видна с разных ракурсов на моём ноутбуке, когда появляются свободные минутки у меня на работе.
В наполненной пеной ванне, ты можешь сидеть от часу и дольше. При этом особо ничем не занимаясь, ты просто спишь... Чаще всего, ты просто засыпаешь. А иногда занимаешься удовлетворением, что наблюдать ещё более занимательнее, конечно же.

[Здесь должна быть GIF-анимация или видео. Обновите приложение, чтобы увидеть их.]

Я всё ещё помню, как ты сильно поругалась со своим супругом, когда заметила одну из камер на кухне, свалившуюся с вытяжки, прямо тебе в сковороду с готовыми спагетти.

— какого хрена Хан!?

— слушай, если бы я установил камеры в нашем доме... А сейчас это теперь точно потребуется! - ходит за тобой по пятам. — Я бы во-первых предупредил тебя об этом, во-вторых...

— да заткнись ты! - крикнула истерически. — достаточно с меня твоих вечных оправданий.

Ты в панике покинула кухню, даже не слушая последующие слова своего «любимого» мужа.

— Дженни, мы установим камеры, чтобы такое больше не произошло. По всему дому будут заметные и нужные нам камеры. Но эти маленькие... Черт я даже предположить не могу! Как и с теми чертовыми стрингами! - суетится твой папочка, пока ты закрываешься с глубоким выдохом в спальне. — мы можем вызвать полицию.

Ну, а я же с довольной улыбкой следил за твоим сладким мальчиком, который и места себе теперь не находил.
Я довольно докурил сигарету и выкинул под колесо машины. Ещё недолго поглядел в ваши большие не зашторенные окна, наблюдая две разные эмоции, в двух разных комнатах: твоё отвращение к партнёру и
испуг, как и панику твоего партнера.
Данная ситуация вызывала у меня гордый смех и ненормальную мысль о том, какой же я самоуверенный и влюбленный безумец, способный на отвратительные поступки. Но так казалось бы только для других, ведь моё личное нутро, в отличие от других, каждый раз оставалось куда более чем сытым содеянным...

Знала бы ты, как глуп и невнимателен твой муж... Тогда бы ты вряд-ли остановилась на выборе своего предпринимателя, который толком то ничего и не знает в этой сфере. Тебя привлекли его деньги,
но только вот ум ему за деньги ты не купишь... Разве что только с накопительным эффектом процесса - годы учения и курсы, которые только зря будут приобретены на самом то деле.
Ведь твой папочка - безответственная бестолочь, даже не закрывающая входные двери хотя-бы банально на щеколду.
И пока ты на работе, а твой богатый пес сладко спит с ноутбуком в коленях, пуская слюни на грудак, в твой дом без каких либо проблем, пробираются такие безбашенные люди, как твой бывший однокурсник Пак Чимин.
И уже совсем скоро, в твоем особняке буквально на каждом углу, жучки и камеры прослушивающие и следящие каждые твои верные и неверные шаги.
Далее, твой муж открывает глаза ближе к вечеру, так и ни о чем не заподозрив. Кажется, его сложно пробудить?
В этом я тогда убедился. Убедился в этом также, как и в том, что твоего ходячего кошелька совсем не заботит зона безопасности в вашем доме. Ни камер, не сигнализации... Обыденно открытые двери и ворота? Ничего. Ни один из его полушарий мозга, к большому сожалению, не работают.
А ведь ваш особняк будет один из первых в списке проникновений... Дорого и богато.
Вот же случай... Так и произошло, но он даже не находится под охраной. А размышляла ли ты когда-нибудь на эту тему? Находишься ли ты в безопасности, проживая в доме ценой более 757 тысяч долларов? Думаю, тебе даже и в голову не приходила эта мысль, пока не произошли инциденты устроенные моими же золотыми руками.

И вот однажды под вечер, после моего проникновения, возвращаешься ты, и замечаешь, что твои любимые брендовые, красные трусики пропадают из ящика с бельем. А ведь ты так хотела надеть их завтра на работу... Ты перерыла все ящики и полки шкафов. Бесследно исчезли.
Но стоит тебе обернуться, как замечаешь чужие женские стринги на вашей постеле. Аккуратно, кончиками пальцев поднимаешь их с кровати, разглядываешь обескураженно иное в вашем доме, и ты всё также принимаешься винить своего вечно спящего безалаберного осла.
Безошибочно, настойчиво, ты обвиняешь его уже и в изменах.

А я со спокойным лицом продолжаю готовить дома любимые Токпоки, облизывая масленные пальчики и слушая ваш скандал о нашедшихся неизвестных стрингах в спальне.

Всё намного проще, чем вам двоим казалось.
Ведь ещё совсем недавно, очередная модель оставила у меня эти стринги на паркетном полу, после одной из страстных ночей наслаждения.
Теперь они твои и ничем не хуже тех красных трусиков, которые теперь неподвижно лежат на заднем сиденье моей спортивной машины. Думаю, если ты их найдешь однажды, полностью отдаваясь мне в салоне на заднем сиденье, ты будешь очень счастлива.

И из всего этого, я не знал только одного:
твоих чувств.
Что мучает внутри тебя? Что заставляет так часто плакать по ночам и не только?

За всё это время моей слежки, я так и не осмелился на какой-то определённый шаг, стоя с готовым, наполненным счастьем шприцом.
Да, в мыслях я буквально был готов воткнуть эту иглу со смесью из пробирки, в одну из твоих точек, в любую вену что на глаза попадётся... Словно это порция Героина, которой так и хочется накачать тебя.
Но нет, я останавливал своё безумное «я».

Где же «мы»?
Его не существует.

Единственную вещь, которую я четко понимал, что моя душа никогда теперь не уйдёт на покой.
Ведь ты была закрытым космосом для меня, хоть и была так близко.
Я должен был выйти в этот открытый космос, иначе, душа не уйдёт на покой.
И как я поступил?
Я решил взять свои силы в кулак, услышав о том, что с человеком с которым ты уже несколько месяцев пытаешься развестись, ты собралась с ним на премьеру и презентацию нового фильма. Вы были приглашены в качестве гостей, точно также как и я. Судьба? Очевидно.

Капли нежно стекали по телу, не спеша принимая определенную форму окраса, смешиваясь с другими яркого оттенка каплями. Моё тело омывалось кровью, а затем  проточной водой. Снова кровью, и снова проточной, кристально чистой водой. Открыв рот, прикрыв глаза, я наслаждался горячим потоком воздуха и обволакивающими десятками каплями воды. Громко посмеиваясь, и представляя, как бы мы здорово смотрелись под одной душевой лейкой вместе, полностью погружаясь в горячий поток воды и страсти, я не спешно смывал тогда с себя море крови. А она же в свою очередь, становилась прозрачной, незаметной, словно её и во все не было. Стекая в водопровод с остальной окутывающей моё голое тело H2O, смывалась ни оставляя за собой больше ни единого следа.

Я выехал со своей лаборатории, в дорогом смокинге, торопясь увидеть твои глаза намного ближе, чем просто через свои мониторы или окна твоего дома, продолжать наблюдать за тобой и нервно посасывать палец, пока имею возможность сделать это сегодня. И я воспользовался этой возможностью. прихватив с собой целый чемоданчик лаборанта.

— привет, Чимин.

Я снова находился рядом с ней, спустя три года разлуки. И последние три года, которые я отдал должное - изучению идеи формулы «Счастье».
Для неё же вряд-ли эти три года были так мучительны, как для меня. В терзаниях, в муках и в истощении.

Но взглянув в её маленькие глаза, я не увидал той юной радости, что меня могла привлекать ранее.
Что произошло с тобой и кем ты являешься сейчас? Меня интересует этот вопрос, хоть и был рядом с тобой все это время.
Сталкер, любящий свое дело, любящий эту девушку. Ненормальный сталкер. Но разве сталкер бывает нормальным?
Я знал каждый твой шаг, почти всю твою жизнь пролетевшую за эти три года.
Но не знал единственную вещь: счастлива ли ты с ним, с кем стоишь сейчас обнимаясь, на этом крупном мероприятии презентации фильма «Заря», где мы оказались снова на глазах у друг друга.
Естественно, снова отследив, узнав твой шаг, теперь я здесь, рядом, готов узнать всё, что у тебя накопилось внутри. Я не знал твои истинные мысли, чувства и эмоции, которые были связаны у тебя с супругом.
Но теперь я сделаю то, что возможно успокоит нас двоих.

— здравствуй, Дженни.

Девушка оставила своего партнёра, пока тот увлеченно мог наблюдать и слушать саму презентацию друга-режиссера.
Она с интересом смотрела в мои глаза, немного улыбнувшись, но точно не искренне, ведь в её жизни действительно что-то происходило излишне плохое. То что я мог возможно упустить, не знать, не учесть.

Мы остались наедине, в пустующем вестибюле.
Мы размышляли, вместе о друг друге, о нашей никчемной, хоть и богатой жизни.
И мне было интересно слушать Дженни.
Мне были интересны её чувства, её речь.
И так было всегда.
Меня всегда это интересовало, её жизнь и эмоции. Мне всегда было приятно тебя слушать, Дженни. Мне комфортно.
Я чувствую, как она полностью доверяет мне, даже спустя некоторое время разлуки. Открывается взглядом, языком болтая на разные темы.
Она просто открывается мне прямо сейчас, а я мог вечно смотреть в её глубокие и добрые, и уже такие родные глаза.
Когда она улыбалась или смеялась с моих историй, шуток, я с безумной любовью, не отводил от неё свой безумный взгляд.

— и у тебя до сих пор нет девушки? - вздохнула она, рассматривая меня с ног до головы.

— до сих пор. - усмехнулся я.

— ну не может быть, что у такого симпатичного и прекрасного душой парня, до сих пор не было серьезных отношений...

— ты права, не может быть... - с мягкой улыбкой произнёс я.

— почему же?

— наверное тебе стоит знать, что я был влюблен. Раз уже ты поинтересовалась моей личной жизнью. Хотя... Даже больше, чем был просто влюблен. Я безумно любил эту девушку.

— но она разбила тебе сердце? - увлеченно поинтересовалась, Ким.

— я бы сказал, что она даже и это не сделала...

— даже так? - задумалась девушка. — кажется она та ещё стерва... - мы посмеялись, представляя абсолютно разных девушек.
— Ну, а сейчас ты влюблен?

— я люблю её.

Она вновь широко улыбнулась.

— а она тебя? Как ты думаешь?

Я вздохнул, явно переводя тут же тему, и отвечая на её вопрос будто бы не ей, а самому себе... Вопросом на вопрос.

— Дженни, ты любишь своего мужа?

Она слегка улыбнулась, но точно о чем-то думая в тот момент. Точно размышляя над моим вопросом, либо вспоминая свои чувства к супругу, с которым буквально каждый день девушка собачится...

— да, определенно. - пожимает плечами.

— а если серьёзно? - взглянув в её глаза;
девушка сделала тоже самое.

Она взглянула в мои усталые, отчаянные глаза и тут же засуетилась.

— а если серьезно, я бы не очень хотела это обсуждать, Чимин. - поджав губы, она сама же и перевела моментально тему. — знаешь, я очень рада тебя видеть. - положив руку на моё плечо, я слегка улыбнулся ей.

— это взаимно, Дженни.

— ты всегда был красавчиком, хоть все и считали тебя чудным, но точно не я. Я видела в тебе, то что видят многие, и то чего наоборот не все смогут увидеть. Талант, способности и... Заботу обо мне. Поэтому я действительно рада видеть тебя. И хочу сказать тебе даже огромное спасибо.

— не представляешь насколько я рад видеть тебя.

Объятия, первые крепкие нежные объятия, за всё время нашего с ней общения. В них я почему-то чувствовал только её усталость...

— а твои глаза, они всегда для меня были зеркалом души. - проговорил я, взглянув снова напротив.

— знаю, ведь я всегда была открыта для тебя, Чимин. И даже сейчас.

— в твоих глазах, я видел каждую твою эмоцию, каждое слово. Я видел тебя.

Она улыбнулась.

— так что же ты видишь сейчас, Пак Чимин?

— боль.

Она улыбнулась шире, но теперь с понятными слезами на глазах.

— верно, мне больно. - кивает она, пока по её напряженным от улыбки щекам, скатываются ручьи. — но ты заставляешь меня улыбаться в этот вечер искренне, а не просто показывая свою очередную маску.

— может мы не будем закрывать ту тему? - поинтересовался я, снова обнимая Ким с жалостью, чей запах чувствовал сейчас с удовольствием. — я хочу знать всё.

— если ты о нем, мне хочется чувствовать счастье, но я его не испытываю с Ханом. Да и никогда не испытывала... Я кажется не знала никогда, что такое настоящее счастье, любовь. Только боль, пустота, скованность, страх и тревога. Я часто задаюсь вопросом, а кто я?

— ты человек, Дженни. - чуть отстранился я, взглянув снова в её молодые глаза. — человек, который умеет чувствовать.

— мне кажется, что со мной, что-то не так. У тебя бывает такое чувство?

— это чувство, оно возникает однажды у каждого. Порой это считают нормальным и говорят, что идеальных людей не существует. Совершенства не бывает.

Чуть улыбнувшись, я принялся вытирать пальцами с щек, её слезы . Умиротворение, наконец она его почувствовала, хоть и продолжала сидеть с той болью на душе.
Я не знал в чем именно причина её моментальной печали.
Но кажется - неудачный выбор Партнёра, и во все не любит его? Неудачи на работе тоже могут повлиять на её ментальное здоровье, или просто морально уставший человек, что мне пожалуй сильно знакомо.
Я не знал точной причины, но я мог дать понять ей, дать комфорт, дать заботу и ласку тогда, сидя в Холле огромного дворца.
Дать то, чего возможно ей не хватало всё это время. Банальная поддержка... А возможно даже и любовь... Счастье.

Она была так красива, юна, как и всегда, но сегодня ещё прекраснее:
Платье, шикарные ноги на шпильках, её уже слегка размытый макияж от слезившихся глаз, и мои любимые красные губы.
Разве эта замечательная девушка может быть несчастна? Разве можно это допустить?
Я хочу для неё стать тем, кто спасет её от вечных слёз.
Лишит зла, горя, отчаяния. Все негативные эмоции уйдут, и это было возможно.
Я хочу подарить ей этот подарок, над которым работал годами не только я.
Ведь это действительно подарок...

— но ты можешь стать совершенством.

— что ты имеешь ввиду? - с недопонимаем смотрела на меня, но всё также поддерживая диалог.

— да, совершенством. - утвердил свои слова я.

— ты думаешь это возможно? - ухмыльнулась мне девушка напротив.

— а ты мне доверяешь?

Она задумчиво промолчала, но слегка кивнув, Джен дала понять мне нужное. Наверное она не сильно была уверена в том, что может доверять мне.
Но я показал ей обратное.

Тогда я смело затянул её в кроткий поцелуй, и она совсем была не против. Правда слова которые прозвучали через некоторое мгновение, меня не сильно смутили:

— Чимин, у меня есть муж... - глядя мне в глаза, девушка страстно дышала мне в губы. Да... Ей точно не хватало настоящей ласки.

— а ты его любишь? - поинтересовался тем же вопросом у Ким, медленно захватывая своей ладонью её худые оголенные плечи.

— нет... - простонала тихонько девушка, прикрывая свои глаза кажется от накрывающего наслаждения, пока моя рука медленно спускалась к её упругой груди под платьем.

— тогда почему ты всё ещё с ним, солнце? - прошептал, уткнувшись носом в её гладкую шею, которая вскоре покрывалась моими поцелуями.

— черт, я не знаю. - прикусила губу, точно ощутив мою руку в её уже намокших от возбуждения трусиках. — я люблю тебя. - прошептала в губы Дженни, сотворив со мной что-то необычное.

Я слегка отстранился, удивился и разглядывая её темные глаза в растерянности и смуте. Всё просто, я не мог верить в эту правду. Но так сложилось, что в этой истории, правда - ключевое понятие, о котором я даже и подумать ничего толком не смог.

Я страстно принялся выцеловывать её красные, пухлые губы, попутно укладывая девушку в роскошном и богатом платье на диван, словно позабыв о её словах любви, которые как мне показалось, возможно по значительно большой ошибке, вырвались тогда из её уст. Но дело действительно в правде, которая приняла невидимую для меня оболочку.
Хотелось было уже задрать её подол, устроить беспредел буквально на этом диване, и от одной закрытой двери от всего народа людского, быть на своей сексуальной волне... Пока те искали увлечение в презентации какого-то там ущербного фильма, мы нашли увлечение поинтереснее - друг в друге.
И пока наши языки сплетались в горячем поцелуе, мои мысли заходили слишком глубоко:
«зачем ты это делаешь, Дженни?», «почему ты целуешься со мной, не имея ко мне каких либо чувств, и безжалостно записывая меня в список твоих дурачков, которые попались на твою ловушку френдзону?»
Я буквально терзался из одного состояния в другое; страсть и наслаждение до недопонимания и замешательства.

И тогда, в очередной раз, импульсивность захватила мою голову, словно попытавшись скрыться от целого букета эмоций и мыслей. Объятия после долгого поцелуя, которые продлились пару секунд, оказались обманчивыми для неё.
Теперь в её спину был воткнут шприц, со снотворным. Всё во благо науки, и как оказалось позже, только ради неё.
Именно так, я её и усыпил, даже не получив от неё прежде, какого либо предварительного соглашения.
Поступок отвратный, верно, но в тот момент, я думал только о том как хочу наконец завладеть любимым человеком.
Благо, благо, всё во благо.
Возможно я создал миф, впервую очередь для себя.
Но тогда, я просто решил попробовать.

***

Черный выход, моя машина, заднее сиденье, и вскоре долгая дорога.
Я держал путь до своей лаборатории, где всё пустует.

Там я мог бы снова остаться наедине с собой и заниматься той формулой, но сегодня всё иначе. Я не был одинок, и больше не разбирался с Счастьем, как раньше.
Теперь счастье наконец узнает своё настоящее предназначение.

Хризолита - это стадия куколки у бабочки. «Хризос» - с греческого «золото». Название произошло из-за того что, внутри кокона многие бабочки были золотистого цвета. Когда гусеница вырастает, она с помощью шелка прикрепляется к веточке, и затем сбрасывает свою кожу. Под этой старой кожей, твердое покрытие - Хризолита.

Она открыла глаза, она не понимает в чем дело.
Она смотрит на меня испуганным взглядом, кажется вспомнив последнее событие которое с ней произошло, пока она была ещё в сознании.
Объятия, шприц, сон.
Дженни моментально запаниковала, оглядываясь по сторонам.

— что происходит?

Я ей нежно улыбнулся.

— иногда мы становимся рабами неверных решений других людей, считая ошибками себя, но это не так. - усевшись перед ней, я вздохнул и взял красавицу за руку. — я не причиню тебе вреда.

В огромном лабораторном помещении, я показывал ей пробирку золотистой жидкости. А она хоть с небольшой тряской и волнением, но с интересом, принялась наблюдать, продолжая смирно сидеть на месте, хоть и обливаясь в те минуты диким ужасом от неизвестности. Кажется её эмоции смешались в одно, словно она и есть пробирка, принимающая все возможные химические вещества, под названием «чувства».
А я словно вспоминаю то время, когда она впервые взяла в руки мои механизмы, также, с интересом наблюдая за каждым.

— что это? - усевшись поудобнее на кресло, Дженни и глаз не сводила с моей пробирки.

— это замечательная жидкость покорит весь мир. Над ней работал ещё мой отец, будучи живым. Так что, прямо сейчас перед собой, ты видишь фамильную ценность.

Она глубоко вздохнула.

— всё это заманчиво и здорово звучит, но Чимин, я не понимаю, абсолютно ничего.

Я видел её страх, её волнение, буквально чувствовал учащенный пульс, но я попытался её успокоить:

— я помогу тебе, с помощью этого. Я хочу избавить тебя от боли, от страданий. - я улыбнулся ещё шире, привстав с корточек.
— я просто хочу быть рядом с тобой. - прошептал.

— я не уверена...

— ты доверяешь мне?

— я уже доверила тебе свой поцелуй сегодня, но закончилось это максимально нехорошо... Что происходит, Чимин? - не ровно дыша, она оглядывалась по сторонам. — мне это всё не очень нравится.

— я просто хочу помочь тебе.

— слушай, я хотела бы сначала всё узн...

Отражение, не способно познать себя и не может узнать что оно реально, потому что это не так. Можно сделать человека по настоящему красивым, но не сделать из него совершенство. Можно стать ближе к источнику, что породил нас. И все мы, всего лишь сосуд этого создателя. Нужно заглянуть внутрь себя, чтобы понять тонкости своей животной личности, невозможную исправить в совершенство.
Но это было до этого момента. До того момента, как в её вену вошла игла золотистого вещества.

Ты, была той самой Хризолитой. Но доверившись мне, теперь ты бабочка.
Теперь ты совершенство.

Она испуганно пискнула от боли, взглянув уже с ужасом в мои спокойные, полные любви глаза.
Было поздно что либо говорить против, но её очи постепенно расширились, зрачки покрыли темную оболочку радужки, схватила меня за руку и громко задышала.

Я смотрел на твоё лицо, и видел там глаза... Свои глаза. Я надеялся, что ты станешь другой, хотел чтобы ты была совершенной. Но я всё время задаюсь вопросом:
нужно ли вообще миру совершенство?

Я наблюдал за тем, как твоя грудная клетка часто двигалась от учащенного дыхания, сердце твоё билось сильнее, а по глазам буквально заметно твоё головокружение, твой безумный страх, неуверенность, и все твои чувства перемешались в один миг.
Ты бросилась с симпатичного кожаного сиденья на пол. Твоё платье теперь не будет идеально чистым, ведь ты неустанно пыталась ползти к выходу, чаще корчась и судорожно крича о помощи. Наверное, я до сих пор не понял бы твои внутренние физические ощущения, но визуально это казалось слишком больно, также как и умственно.
Кажется этот химический состав, растекаясь по всему твоему телу, разрушал твою нервную систему.

— господи! - истощенно и во всю глотку, донёсся крик подопытной.

Ты хрипела, царапала холодную плитку пола, кажется совсем позабыв о боли. Такой скрежет был не слишком приятен на слух, а хуже всего было наблюдать, как твои ранее ухоженные ногтевые пластины, до крови стачиваются с неимоверной силой об каменную поверхность. В какой-то момент ты перестаешь контролировать своё тело, и тогда я беру его под свой контроль.
Несмотря на всё это, глаза, губы, я целовал тебя неустанно, пока «Счастье» разливалось из шприца по твоим венам, по твоей алой крови, от конечностей, до коры твоего мозга.
Моя кровь подмешенная в эту смесь, растекалась по твоей крови, вливалась в единое целое как и наши сердца, губы.
Я наконец мог слиться с тобой не только в поцелуе, не только обнаженным телом которое в быстром ритме касалось и твоей кожи, но и внутривенно.

Хоть ты и была изначально против.

Я был внутри тебя. Во всех смыслах этого слова, я был внутри тебя.
Моя кровь, мой половой орган, мой язык, мой разум.
Я полностью завладел тобой, твоим телом, твоим разумом.

Хоть ты и сопротивлялась.

Теперь ты - моя собственность. Ты та, кто дарит мне счастье по сей день. Та чьи стоны я слышу не впервые, хоть и занимаюсь любовью с тобой в первый раз , ты та кто дарит мне сейчас полное удовлетворение в котором заключается удовольствие и моё счастье.

— мне совсем не хорошо. - промолвила Ким. — остановись. - пытаясь меня оттолкнуть, она чувствовала теперь бессилие, а не страх.

Но зверь во мне тебя не слышал.

— разве ты этого не хотела? - продолжая сливаться в единое с ней, я напрочь отказывался останавливаться и дышал томно уже в её оголенную грудь. — ты даже не представляешь, как долго я этого ждал.

Ты стонала то ли от удовольствия, то ли от того, что с тобой происходило в тот момент.

Ты промычала мне в ответ, жмурясь непонятно от чего.

Кровь быстро подступала в твой мозг, наконец полностью вырубая все твои мысли, желания, чувства и эмоции.
И когда я осеменил твоё влагалище, то уже смотрел на пустой и безжиненный взгляд, на твоё обездвиженное тело, на абсолютно молчаливую Дженни Ким, которая свалилась тут же мне на грудь.

Я создал робота. Затем ещё двух, а затем четырех. Я создавал, пока не оказался окружен ими.
Когда я уловил эту реальность, я мог воссоздать все что уже существовало, и назвать это своим. Чувствовать себя всесильным и это было, как будто я затерялся в своих снах.
Я мог создавать невозможное, но чем то вдохновляться.
Я вдохновлялся ей.
Ты - была моим вдохновением.
Именно ты - была моей музой всему созданному.

Но в тот момент, муза потеряла какое либо свойство. Она стала хризолитой.
Тогда я испугано отстранился, осматривая тебя полностью.
Ничего... Никакой искры в глазах, бледный оттенок кожи, словно настоящий фарфор.
Я смотрел на твоё лицо, и видел там глаза... Свои глаза.

«Я надеялся, что ты станешь другой, хотел чтобы ты была совершенной.
Но я все время задаюсь вопросом: нужно ли вообще миру совершенство?»

Нет. Совершенство ужасно.
Оно уничтожит нас всех.
Мир будет бороться за совершенство, мир будет против совершенства, мир захочет стать совершенством.
И если мир станет совершенством - мир погибнет от совершенства.
В какой же прекрасной иллюзии мы все живем, я даже не представлял.
Я взывал к любви, думая что буду в безопасности, а когда я увидел её, я сбежал.
Я сбежал в самые удаленные уголки своей реальности. Я оказался в месте, о существовании которого не знал, там где мог найти себя. Притомился там на время, на видном месте. Должно быть я выглядел как безумец, охваченный страхом и горем. Она должна была уйти, уйти далеко чтобы я забыл, что я видел и что чувствовал. И всех и всё, что с этим связано. Должна была создать новую реальность, потому что видишь ли, ты уничтожила мою старую.

Обратного пути уже не было.
Была одной, а стала совершенно другой. Думаю, что первым шагом было принять мысль о том, что возможно любовь и мы вообще ничто. То кем мы считаем себя, на самом деле - проекция уязвлянного самолюбия и поврежденного рассудка. Не в состоянии перебороть свои чувства от социальной заразы, мы выбираем куски мяса из зубов своих адских псов. Поэтому мы смешиваем травы между пальцами ног, чтобы перезапустить наш настольный устаревший компьютер, и наконец дать что-то более старое ради чего можно умереть.
В моей жизни было очень мало настоящего, и все было украдено с того момента, когда я встречал это ранее. Это заставляло меня чувствовать себя комфортно. Заставляло чувствовать связь с окружающим миром, и чувствовать контроль над своей судьбой. Тогда я думал, что в этом и есть сила - управлять тем, что тебя окружает. Я будто встречаю себя, куда бы не вошёл. Это может быть пугающе и одиноко.
Я - сосуд, и до сих пор я пытался убежать от этого сосуда.
И во всей этой небольшой истории, жизнь кажется находит меня и обнимает меня. Обнимает, пока я борюсь с ней и никогда не сдаюсь. Если сдамся, то погрязну в этом ещё больше. Так что обратного пути нет.

Но я слишком поздно понял, что я уничтожил самое ценное, что могло бы меня спасти - любовь.
Любовь - это и есть химия, элементы которой, я так и не смог бы понять.

— ты и есть моё счастье. - промолвила ты свои последние слова, за пару секунд до того как потеряла абсолютно всё.

За пару секунд, до того как я потерял тебя.
Я совершил ошибку. Большую ошибку.
В осознании твоих бывших чувств ко мне, которые отныне больше не существовали, теперь я погибал.

Ну и теперь вернемся к правде.
Проблема правды в том, что когда ты её знаешь, ты не можешь её забыть.
Она будет преследовать тебя. Ты будешь видеть её во всем, и она поглотит тебя.
Видишь ли я, как и ты пришел в этот мир сражаясь, борясь за существование, чтобы остаться в этом мире.
Впервые в жизни, в этом испытании, которое я зову жизнью, я смог её спасти чужому человеку? Теперь я сомневаюсь.
Внутренний мир рухнул, от осознания правды, которую ты почему-то годами скрывала от меня.
И правда заключалась в том, что твои чувства ко мне были практически равносильны моим. Также равносильны, как и наше влюбленное молчание, словно вечно остерегаясь чего-то.
И моя ошибка в том, что ты даже не успела открыться мне в этот вечер.
Ведь убив твои чувства - я уничтожил нас двоих.

Её глаза смотрели на меня, но впервые я ощутил как разлучился с ней, пока она оглядывалась на себя и всю свою жизнь.
Ей кажется было так страшно...
Но в той жизни, в жизни от которой она пряталась, однажды
Появился я.
Тот кто подарил тебе чувства и отобрал их вскоре.
Прости, я убил тебя полностью.
Тебя убил человек, кто был слеп, пока был рядом с тобой, тот кто не знал о твоих настоящих чувствах.
И тот, чье имя потом звучало у всех на устах, тот чью формулу даже не стали переписывать, не стали распространять или пытаться написать заново, не стали использовать.
Тот чье совершенное «счастье» уничтожили навсегда.
И только я знал, какую ошибку я мог допустить в формуле «Счастье».
И эту ошибку, в тот страшный вечер, я сразу же пытался устранить.

Но было уже совсем поздно.

Я резал истерически твои вены, пока ты с открытыми глазами никак не реагировала на хлещущую алую кровь из твоих рук.
Я кричал твоё имя так, что через плотные бетонные стены лаборатории, всё равно могли доноситься мои вопли даже на улицу.
Я резал: параллельно, перпендикулярно, горизонтально и вертикально, осмеливаясь добавлять капли твоей крови в золотистые пробирки «Счастье». Я резал твои вены хирургическим скальпелем.
Но было уже совсем поздно.
Я неистово кричал, неистово теребил твоё тело, трес твою голову, чтобы ты вновь была рядом.
Я искусал твои руки, я впивался зубами в твои порезы, выпивая кровавые остатки вытекающие из тебя водопадами.
Твоя кровь стала сладкой, и вряд-ли она была сладкой, до момента пока по твоим венам не расплылось золотистое вещество.
Она была соленой, в точности как и у всех.
Я даже спонтанно решил сравнить, резко надрезав возле шрама с сердцем продолговатую линию, у себя на руке. Опробовал на вкус собственную кровь, она соленая, в точности как и у всех.
Но теперь твоя кровь такая же совершенная, как и ты.
Я наслаждался вкусом твоей сладкой гемы, также как и удовлетворенно сплевывал её,
когда понял, что уже перенасытился, словно вампир передознулся твоей обильной, алой жидкостью. Её было так много, что я продолжал хаотично и с какой либо надеждой выливать её в пробирки.
Мясо... Слишком много кусков твоего мяса и кожи, которые разлетались по всей лаборатории с мимолетной скоростью, когда я начал буквально отгрызать крикливо твои конечности. А твои и так глубокие порезы, теперь были до костей прогрызены, словно тебя объел изнутри отвратный, чудовищный червь.
Я пытался вернуть тебя всеми возможными способами, пожирая твоё нежное, юное тело, слушая своего проснувшегося внутри каннибала, жаждущего проглатывать куски твоей кожи и влажных внутренностей.
Тебе всё также было плевать... Также как и на те безумные чувства.

Я хотел тебе сказать, как терзал себя в мучениях день ото дня, представляя всегда тебя рядом.
Но было уже совсем поздно.
А кровь, твоя кровь - как оказалось, действительно последний ингредиент, который возможно изменил бы многое. Биохимический элемент другого организма, мог бы присоединиться к созданной структуре и смешаться в одно целое, создавая не химическую реакцию, а сотворилась бы целая магия, галактика или даже вселенная.
Но было уже совсем поздно.

Она сидела в замечательном, но уже окровавленном платье, смотря безжизненно в одну точку, совсем не моргая, наверное позабыв или и во все не зная какого это.
Она живая кукла, ставшая совершенством. Так вот как оно выглядит, совершенство?
Она теперь и есть пример самого совершенства.
Кукла Ким Дженни, уже не формально ставшая рабыней чужой ошибки.

Ты знаешь кто ты? Ты совершенство.

И она возродилась, как волны приходят на берег. Она познала невинность и счастье, которое заслуживает каждый. Она больше не чувствовала осознанности, перестала ощущать свое присутствие. Больше не будет взросления и боли. Ведь она у себя дома.
Дома, которого ей так не хватало.

Посадил, отряхнул и отмыл твоё платье, привел в порядок твои волосы, и с опустошенным сердцем сел напротив своего неподвижного совершенства, с пресыщеной и умалишенной улыбкой, наблюдая за твоим погибшим лицом и твоим закончившимся циклом жизни.
Я любовался своей фарфоровой куколкой, которая ни слова больше не произнесет.
Я любовался тобой в самый последний раз, в замечательном и дорогом смокинге.
А ты так блестела в этом платье, твои волосы, твои губы...
Но не глаза.
Ты слышала абсолютно всё, и я понимал это. Кто ты? Ты моё совершенство.

— а ты всегда была моим счастьем.

И признаться честно, со слезами на глазах и с помешанной, отчаянной и все ещё плененной  улыбкой, я часом напролет просидел напротив своего счастья.
Я совершил ошибку, но где-то глубоко внутри, психопат был изряден этой ошибкой.

— сука... - громко и без остановки наружу пробивался истерический смех.

Ведь пустота - это и есть равновесие и баланс, то чего невозможно добиться человеку в здравом уме;
Теперь ты владеешь этим балансом над собой. Теперь ты можешь не беспокоиться.
Ты забыла своё прошлое и настоящее.
Ты забыла всё.
Больше у тебя нет эмоций, больше ты не чувствуешь боли.
А твоя душа наконец ушла на покой.

***

— где она?! - кричал мужчина, беглый по коридорам вместе с охраной.

— здесь, мистер. - показывает полицейский на одну дверь, из всех темных помещений лаборатории, полностью перекрытых желтыми лентами.

Он прошел в комнату полной крови, обратив внимание на свою полностью обездвиженную жену.

— мы не знаем, сэр. - без понятия сказал один из сотрудников, разглядывая жертву формулы «Счастье», Ким Дженни, кажется и сам не осознавая что здесь за ужас произошел.

И тогда, в панике, Хан вдруг заметил её окровавленные прогрызенные руки, которые он тут же схватил и тяжко задышал, смотря то на на них, то на бледное лицо Джен.
«Это просто безумие» - словно крутилось в его голове, судя по огромным, округленным глазам.

Но стоило ему насмотреться на брызги и лужи крови, как вскоре он почувствовал поступающие рвотные позывы. Предприниматель хотел уже сбежать прочь из сущего кошмара, но обернулся на указывающий палец сотрудника полиции, и наблюдал мой труп, сидящий на кресле напротив Дженни.
Труп с пулей в голове и с двумя занятыми руками; заряженный пистолет и с той самой пробиркой, в другой расслабленной руке.

— сколько дней прошло с момента инцидента? - тяжко дышащий супруг Ким, закрыл лицо своими руками, при этом испытывая тошнотворное чувство и от витающего в воздухе, трупного запаха.

— ровно с того момента, как ваша жена пропала тем вечером.

Наши тела безмолвно пролежали десять суток.
Именно с момента похищения и начали поиски, которые длились все восемь суток.
Сеульские сотрудники полиции, только на шестой день додумались просмотреть все имена в списках приглашенных гостей на то мероприятие. Это было бессмысленно.
К вашему, возможно большому удивлению, в списках меня и не было.

«Но почему, ведь ты был приглашен?» - спросите вы.

Да, был. Только вот под чужим именем...
Убин Чжу.
Кстати его тело нашли тоже в моей лаборатории, подвешенным на крючок вместе с рогатым скотом.
Много ужасов на самом деле было найдено в моей лаборатории; трупы, как животных, так и людей. Отрубленные головы, руки и другие части тела. Множество мертвых крыс и мышей.
И я удивлен, как я оставил супруга Дженни в живых, даже не причинив ему какого либо вреда.
Разве что потеря любимой жены...
Да, пожалуй я был бесчеловечный, но всё равно продолжал любить единственную девушку.
Мои мысли и проявления, что же это? Возможно, однажды гибель отца и убила во мне всю возможную человечность и доброту, также как и заболевшей, так и не справившейся с раком матерью.
Возможно.
Но теперь уже слишком поздно говорить о моей ранее, душевнобольной жизни.
Я сижу расслабленно в кресле, с пулей в голове глубоко засевшей, в мой ещё жидкий. но уже омертвевший мозг.
Из моего простреленного лба уже не стекала кровь, а моя улыбка и мой взгляд на Дженни, всё также не сходили с лица, ведь таким я и покинул своё тело.
И я также, как и ты, больше ничего не чувствую.

Пустота - это и есть равновесие и баланс, то чего невозможно добиться человеку в здравом уме;
Теперь ты владеешь этим балансом над собой. Теперь ты можешь не беспокоиться.
Ты забыла своё прошлое и настоящее.
Ты забыла всё.
Больше у тебя нет эмоций, больше ты не чувствуешь боли.
А твоя душа наконец ушла на покой.

***

Живая кукла - так Ким Дженни и получила свое призвание, ведь могли пройти года, столетия, а люди продолжали задаваться вопросом:

— но почему она всё ещё жива, если её душа покинула тело?

На что получали один и тот же банальный, но верный ответ:

— потому что её сердце всё ещё бьется.
Бьется от любви.

Твоё тело всё также было живо, а твоя душа ушла на упокой.
Любила ли она Пак Чимина? Всегда.
Но она убегала каждый раз от того, что могло её исцелять.
Любовь - это реальность.
Любовь - это единственная реальность.
И если бы я бежал от этого , я бы сбегал от того что меня исцеляет.
Потому что мне нужно чувствовать себя сильным, ощущать полноценность.

— почему же ты молчала?

— я посадила свои чувства на замок точно также, как и ты.

— но почему?

— всё равносильно твоему молчанию.

— мы оба молчали?

— мы оба молчали.

Легкий бриз окутывал наши ступни, а превосходный яркий закат, сразу же сменялся на нежный, розовый рассвет. Сидя на моих коленях, ты каждый раз разглядывала мои, по твоим словам «привлекательные и сексуальные черты лица». Ты восхищалась мной, также как и я наблюдал тебя увлечено словно картину. Я мог смотреть в твои лисьи глаза часами, также как и безмерно радостно обниматься с тобой.
Но ты всё также любила бегать. От меня или нет... Ты просто бегала, иногда подпрыгивая и звонко смеясь от бесконечного счастья, переполняющего всю твою душу.
Ты широко улыбалась солнышку и разноцветным облакам, больше не зная слёз и страха.
Наши ноги стали крыльями, ведь мы чувствовали под ними невесомость находясь рядом друг с другом, пока белый песок возле бездонного моря, рассыпался между пальцами бегущих ног. Мы создали идеальный и совершенный мир для нас двоих, каждый день восторгаясь радужными пейзажами и друг другом. Ты ослепительное очарование природы, которое всегда было достойно только лучшего, и когда для кого-то ты могла быть лучем света, для меня ты стала небесным светилом, перекрывая своим же светящимся силуэтом наше солнце. Ты целая вселенная, а в ней ещё куча галактик.
Пальцы рук сплетались в единое целое, а пространство наполнялось яркой палитрой цветов, как только мы смело смотрели друг другу в глаза. Мы смотрели правде в глаза.

— ты правда любишь меня?

— правда.

— тогда почему ты убил меня?

— ты умирала в слезах и ежедневным отчаянием. ты всё также продолжаешь чувствовать.

— но это не так, ведь моя душа здесь.

— да, она здесь, но теперь она чувствует только счастье.

Наконец, мы смотрели на свои чувства лицом к лицу, уже также бесстрашно и нескромно признаваясь друг другу в любви.
И подумать только, что теперь мы можем быть вместе... И вряд-ли нас уже что-то разлучит с тобой, когда каждый день мы в обнимку встречаем закаты и рассветы, глядя на бесконечный прибой моря.
И когда я дарил тебе такую же счастливую улыбку дорогая, теперь из твоих глаз выстреливали искры блаженства.
Теперь ты счастлива.
Теперь ты знаешь, что такое покой.
Теперь ты чувствуешь настоящую любовь и совершенство.

— теперь ты жива.

Моя маленькая, теперь я всегда рядом.
Я люблю тебя.

[Здесь должна быть GIF-анимация или видео. Обновите приложение, чтобы увидеть их.]

***

Несмотря на ужасающий поступок
Пак Чимина,
его тело было похоронено, как почетный профессор химических наук.
Его лаборатория превратилась с годами в музей, а Дженни в свою очередь осталась бесценной находкой для многих миллиардеров, желающих выкупить данный экспонат, всё также сидящий на том же самом месте убийства .
Ужасающий инцидент вошел в историю, как «самая безумная любовь и её последствия».
Поддавалось изучению, но тайна такой любви
безумного ученого и известной модели Сеула, так и не была раскрыта.

***

посвящается
всем безумно влюбленным,
а также людям, которые молчат о своих чувствах и бездействуют.