Глава 44 Окончательное решение
Мне вдруг захотелось развеяться перед сном, я, попрощавшись с Саб, накинула на себя лёгкую ветровку и выбежала из квартиры. Я шла, вдыхая холодный свежий воздух, не останавливаясь и не оборачиваясь. Шла, чувствуя, как ветер ласково гладит волосы, ощущая себя самым счастливым человеком на свете. Вдруг я увидела, что в окне комнаты Ала горит свет, поэтому подняла глаза.
И ужаснулась.
Сюзанна – я узнала её по шикарным длинным чёрным волосам – сидела на подоконнике, в одной ночной рубашке. Плечо было оголено. В связи с тем, что она сидела к окну спиной, я не видела её эмоций. Ох, почему-то я была на все сто процентов уверена, что она была счастлива, безумно рада, ведь её кто-то целовал. Фонарь за секунду отразил всю ситуацию в красках, и я поняла, что этим «кем- то» являлся никто иной, как...
...Альберт.
Удары сердца звучали все громче, казалось, они раздались в ушах. От ревности всё тело начало гореть и дрожать, словно в лихорадке. В груди закипали рыдания, а я сжимала губы, пытаясь успокоиться. Я полюбила Ала не страстью, а какою-то невозмутимой, милой, по-детски наивной любовью, не знала, как разлюбить Альберта.
Боль пронзала всё тело, словно весь мир рухнул для него. Внутри было ощущение, словно жизнь вмиг потеряла для меня особый смысл. У Ала была девушка. Девушка. Теперь вся влюблённость стала чем- то мимолётным, однодневным. Я ещё никогда не чувствовала себя настолько ужасно. Голова кружилась, а тошнотворное чувство ревности словно распространилось по всему телу, отдаваясь нотками боли в голове.
Я отчётливо слышала, как сердцебиение усиливается от злости, а зубы начали скрипеть. Я в раздражении бросила на Сюзан ещё один колкий взгляд. Поняла, что давно уже не ощущала себя дурой и не чувствовала себя настолько нелепо, как в этот самый момент. Я ощутила укол обиды, словно игла пронзила рёбра.
Простояв около окна чуть больше минуты, я махнула рукой на него, где и происходил поцелуй Сюзанны и Альберта, после чего направилась к дому.
Зайдя в комнату, меня встретила привычная тишина. Она была как раз кстати, ибо я не хотела ничего слышать, ничего, что вытаскивало меня из мыслей. Боль утихала, но неприятное послевкусие, как ядовитая змея, обвило всю душу, прыснув туда свой яд.
Обессилено я опустилась по стенке на пол, пытаясь унять мелкую дрожь, но напряжённые мышцы категорически отказывались расслабляться. Я ощущала, как огненные тиски постепенно разжимались, позволяя, наконец, вдохнуть порцию душного воздуха и издать что-то вроде крика, хотя это больше было похоже на хрип.
Надеясь, что Альберт услышал мой хрип и почувствовал боль, я испытала что-то вроде непривычного злорадства от того, что он может быть несчастен из-за произошедшего.
Зазвенел телефон. Я увидела, что мне звонил Альберт. Я сбросила вызов, и тут же почувствовала неприятное скрежетание в сердце. Да, забыть любимого человека, должно было стать для меня непростым действием, но другого выбора не было.
Да, я любила Ала. Но эта любовь была слишком болезненной, забыть его было куда проще, чем продолжать встречаться с ним «по-дружески». Только сейчас я поняла, сколько неправильного было в наших отношениях, и что мне уже достаточно. Я больше не хочу. Или не могу.
Не важно.
Но завтра я с ним решила расстаться.
Я вздохнула, а эта мысль так и осталась на грани сознания.
Отключив телефон, дабы не получать больше звонки ни от кого, я пошла спать. Мне хотелось закрыть глаза и больше никогда не посыпаться. Это отчаяние поглощало изнутри. Было адски мучительно даже вспоминать Альберта, ибо все воспоминания о нём делали мне слишком больно.
Едва я легла в кровать, с тяжким камнем на душе закрыла глаза. На удивление, с такой болью и мучениями, я заснула достаточно быстро.
В голове была только одна мысль:
"Завтра я поставлю точку в наших отношениях. Всё. Больше не могу. Пускай встречается, с кем хочет, а я расстанусь с ним".
И это было моим окончательным решением.