Сломался.
Дыхание сперло. Настойчивые губы Адриана не давали девушке вздохнуть, затягивая её в более глубокий и страстный поцелуй.
Оттолкнуть брюнета никак не получалось, да и вряд-ли это была бы хорошая идея, понимая то, как зол он был несколько секунд назад.
Ладони вспотели от напряжения и испуга, а открытые от шока зелёные глаза только и могли в безнадежии рыскать по стенам, стараясь хоть как-то отдалиться от ситуации. Для Саманты поцелуй означал некую трепетность и заботу, которая могла бы дать двум влюблённым людям новую ступень привязанности. Но сейчас, когда её губы заняты ненавистным человеком, то разум вовсе отводит эту теорию далеко за зановес, где все эмоции и чувства ничего не значат.
Детские мечты и планы, словно хрустальное сердце разбиваются вдребезги об непробиваемую стальную стену, которая ломает и угнетает всё вокруг. Пространство тяжелеет и дышать становится всё труднее, а с этим приходит осознание реальности, которое решило посетить Трэвис только спустя целую вечность.
Чёрствые губы не оставляют надежды на спасение, а студенты вокруг только и могут, что смотреть такое построенное шоу, успевая ещё и запечатлить его на камеры. Ужасное чувство.
Секунды были сравнимы с бесконечностью, что никак не могла растворить всю горечь и учесть брюнетки, по щекам которой уже давно стекали полные ужаса и непонимания слёзы.
Только в тот момент, когда рука Стоуна в пристрастии прошлась по лицу девушки и задела влажные слёзы, то он в замешательстве приоткрыл помутневшие глаза, натыкаясь на полный мучений взгляд Саманты. Хотение продолжать мгновенно покинуло затуманенный рассудок парня и он без слов отошёл назад.
Не понимая, что так обидело Саманту, студент прищурился пробегая изучающим взглядом по лицу девушки.
Привычное лицо. Слёзы окутали щёки стекая по подбородку вниз, блестящие от мокроты глаза смотрели вверх в четной попытке успокоиться, а дрожащие руки уже в спешке стирали влажные дороги на щеках, растирая красную от удара кожу ещё сильнее.
Пожалуй, это умытое слезами лицо напоминало Адриану улицы Верджинии в момент сильных дождей и ливней, когда все дороги и тратуары заливались огромным количеством воды.
Рука Стоуна хотела прикоснуться к Трэвис, однако резкий, гулкий звон заставил брюнета отшагнуть назад в испуге, метая удивлённый взгляд на школьный звонок. Те студенты, что окружили пару не стали долго раздумывать, а сразу же кинулись дальше по коридору, пытаясь найти нужную кафедру со следующей лекцией.
Саманта тоже вытерев слёзы в суматохе подняла упавший учебник пробегая мимо брюнета напротив и нечаянно задевая его плечом. Ничего не смыслящий в данный момент парень лишь отшатывается назад, стеклянными глазами прожигая стену, к которой недавно прижималась плачущая Саманта.
Все мысли летали в пространции не давая Адриану собраться и решить что делать дальше. Вот у него перед глазами поцелуй с Трэвис, который снёс ему крышу, а вот и сама брюнетка, лицо которой было залито слезами и горем.
Казалось, давно пройденная схема, а забыть это или стереть из головы не выходило. В груди парня защемило, будто кровь перестала поступать к сердцу. Тело не слушалось, а разум улетел в отпуск и в скором времени не собирался оттуда возвращаться.
Глухой удар пришелся на стену, отрезвляя Стоуна и приводя его в чувства. В противные, полностью пропитанные непониманием чувства, которые налегли на него спустя долгое время после спячки.
Вообще что-то чувствовать для брюнета было настолько забыто и теперь непривычно, что зарезать человека и проникнуться в содеянное становилось намного легче, нежели понять то, что чувствует Трэвис.
Тошное напоминание прошлого, которое разрывает глотку на части.
Рука отозвалась ноющей болью, такой же как и в сердце. Но не обращать внимание на боль стало вечным приоритетом студента, о чём он не забывал даже в моменты ломки.
Смешно... Он так боялся, что только что сломал девушку, а на самом деле ломал себя самого и понял это спустя долгие минуты одиночества, прибывая в полном беспорядке посреди опустевшего коридора университета.
Ломка наступает неожиданно, разрушая внутренний спокой и равновесие. А это единственное, что помогало парню держать себя уверенно и терять такие качества ради какой-то девчонки было бы до безумия глупо.
Легче уже провести остаток никчёмной жизни за решёткой или в больнице для сумасшедших, чем раствориться в крах из-за наивной Саманты Трэвис, которая кроме того как реветь ничего другого и не может.
В груди кольнуло при таких мыслях о девушке, пугая до того загнанного в угол хищника ещё сильнее.
В мужской голове крутился вопрос, как самая обычная девушка может так влиять на его сознание, переворачивая там все вверх на голову и ломая все границы былого безупречия?!
Всё, что строилось годами из ненависти и злости рушится на глазах, словно карточный домик при порыве слабого ветерка.
Неужели все старания и их плоды падут перед этой до раздражения маленькой, никчёмной студенткой имя которой Стоун соизволил запомнить только спустя три дня?
Смех и только!
Адриан кинул последний взгляд ртутных глаз на стену, поглаживая её пострадавшей рукой. Действия были настолько спонтанны, что парень не был уверен в своём ли теле он находится. Впервые за семь лет брюнет сомневался в своих чувствах. Казалось, что вместо их, сейчас в голове скачет запутанный клубок из эмоций, гулко ударяясь об стенки черепной коробки и причиняя этим ещё больший Хаус.
Ноги сами понесли Стоуна на первый этаж к таблице уроков, дабы узнать в какую кафедру от него сбежала Трэвис. И как только глаза вспомнили алый учебник в дрожащих руках девушки, брюнет будучи на лестничной площадке кинулся обратно вверх. Он отчётливо помнил эту упавшую книгу, которая появилась в руках Саманты после сотой попытки её поднять. Бедная девочка, так спешила на психологию, что и руки тряслись и мозги не хотели реагировать.
Длинные ноги парня обтянутые бардовыми брюками переступали через три ступени, унося того вверх на бешеной скорости, а цепко хватающиеся за позолоченные перила руки не чувствуя усталости тянули тело брюнета к верху с дикими рывками. Два этажа были позади за каких-то несколько секунд, а не замечающий усталости Адриан не остонавливался на месте уже широкими шагами ступая к нужному кабинету.
В каких-то двух метрах от Стоуна выглядывала дубовая дверь за которой даже в коридоре был слышен женский голос.
Тихий, мелодичный и такой нежный тембр брюнет ещё нигде не слышал до встречи с Трэвис, поэтому понять кто сейчас говорит не составляло особого труда.
Парень мог часами стоять за этой чёртовой дверью слушая такой ангельский голос, однако он бы не был собой, если бы не ворвался в кафедру прирывая лекцию и унося Саманту с собой на плече, что в общем-то он и сделал. Разделять его и девушку стеной было самым ужасным из преступлений, которое увы уже произошло. Поэтому устоять за дверью дикому волку не удалось, тем более зная какой соблазм ждёт его там. Вот брюнет и украл свой трафей под яростные крики професорши, которая успела лишь выбежать вслед за парой.
— Что ты делаешь?! — в истерике билась на плече Стоуна Саманта, ударяя его маленькими и слабыми кулачками по спине, на что он только усмехался. — Отпусти!
Эти вопли не заставили парня даже взглянуть на Трэвис. Он просто продолжал нести её с собой на плече, не замечая ничего вокруг.
Да и что там замечать, когда на твоём плече виснет желанная студентка, алая юбка которой задралась вверх, давая Адриану замечательный вид на стройные ножки, которые Стоун не прочь раздвинуть. Но это потом...
— Лучше успокойся. — спокойно произнёс парень не сбавляя темп и также не смотря на девушку. — Ты же знаешь, что своими действиями просто напросто меня злишь.
Трэвис на несколько мгновений замолкла, но потом не сдержалась понимая в какой унизительной ситуации она прибывает.
— Ты больной!
Это оскорбление заставило Стоуна скинуть Саманту с плеча, сжимая её худые плечи и заглядывая в её глаза. Зелёные, испуганные и не знающие чего ожидать, эти глаза в миг зачаровали парня, который не моргая читал их.
Видимо только одни бесстыжие глаза этой брюнетки способны покорить Адриана на повал, без шанса на возврат.
— Да, я больной. Но больной из-за тебя, поэтому привыкай, заяц.
— Куда мы? — пропустив столь романтичное высказывание мимо ушей стояла на своём Трэвис, уже идущая сама вслед за Адрианом. Парень только тянул девушку за собой, крепко сжимая её малую ладонь.
Вопрос остался без ответа, что снова испугало Трэвис. Вдруг он опять захочет провести недавний воспитательный процесс, который совсем не понравился брюнетке.
Только столь ужасные мысли покинули голову Саманты, когда Стоун открыл дверь на болкон и завёл девушку за собой.
— Что мы будем здесь делать? — не понимая мотивов хищника, как бьющиеся в судорогах жертва прохрипела студентка сжимая край юбки пальцами. — Зачем я тут?
Все вопросы были успешно проигнорированы, что сильно раздражало Трэвис. Ну неужели так сложно оставить её в покое не разрушая будущую жизнь?
Тонкие пальцы Адриана достали из кармана пиджака красную пачку сигарет, прикуривая оттуда одну сигарету и выпуская клубы дыма. Ветром, дым уносился на девушку сбоку, заставляя ту отвернуть скривленное лицо, дабы противный запах дыма не впитался в волосы.
Белый, с тонкими разводами серости дым окутал лицо парня, затем он летел в сторону Саманты и растворялся в дневном свете, не оставляя после себя ничего кроме мерзкого табачного привкуса.
Наблюдая за столь загадочной картиной в которой брюнет был заполнен сигаретным дымом, девушка вдруг вспомнила вкус губ Стоуна. Яркий, запоминающийся вкус дорогого табака и мятной жвачки, которой парень пытался скрыть запах сигарет.
Казалось, два ничем не связанных вещества и оба вредящие в какой-то степени здоровью, могут дать такой удивительно приятный вкус мужским губам. Задумавшись воспоминаниями этого вкуса, студентка и не заметила, как выпускающий дым Адриан пристально наблюдает за ней, не собираясь отводить ядовитых глаз.
Даже когда Трэвис всё же перевела задумавшийся взгляд на парня, то тот даже и не собирался отводить от неё глаза, продолжая проделывать в девушке дыру.
— Что такое? — стеснительно опуская глаза в пол спросила брюнетка теребя пальцами край складчатой юбки.
— А ты как думаешь?
Столь краткий вопрос, а воздух мгновенно покинул лёгкие Трэвис, словно сейчас её не спросили, а отдали приказ о эшафоте.
Стоя на приятном, укачивающем ветерке, она вовсе и позабыла про свои обиды и унижения, а вот прямо тут как нельзя вовремя об этом напоминает Стоун, причиняя ей ещё больший дискомфорт рядом с собой. Личный дьявол...
— Не понимаю о чём ты. — не растерявшись ни на секунду отрезала Саманта не поднимая постыдных глаз на студента. — Ты забрал меня с лекции и теперь меня могут выкинуть из университета.
— Милая, если я захочу, то тебя здесь больше десяти минут не продержат. — растягивая губы в победном оскале, будто пробуя её вкус, оборвал обвинения девушки Адриан, встряхивая с сигарета накопленный пепел. — Так что будь благодарна мне, что не выкинул тебя в первый же день с твоим-то хамством.
Тлеющий пепел расеивался по воздуху также, как и смеркающие глаза Трэвис. Она понимала всю власть брюнета напротив и всё же не могла подчиниться, понимая, что после этого никакие успехи не доставят радости.
— Почему же не выкинул?!
Отчаиное взывание загнанного в угол кролика только рассмешило парня, чья усмешка расползалась по всему лицу, напоминая оскал истинного хищника.
Глупая, наивная Саманта... Никак не может взглянуть правде в глаза, считая, что эта правда давно режит ей их. Девочка полагает, что скрываясь от реальности сможет убежать от наказания. Но на самом деле только соблазняет этим зверя, призывая его причинять всё больше боли, смакуя вкус потухнущей надежды и старания.
— Давай не будем начинать с начала. — вместе с дымом выпуская слова, предложил Стоун, давая брюнетки мерцающий свет спасения, который мог исчезнуть в считанные секунды.
Он даёт ей поблажки, намёки и старается вести себя более осторожно, но бедная девочка не видит этого, продолжая его злить, а после обижаеться, утыкаясь в ладони лицом, чтобы спрятать горькие слёзы. Казалось, ты же будущий психолог, должна ладить и понимать людей. Так почему же не можешь понять его. Того, кого стоит приручить.
Он дикий, никому до этого не подвластный хищник, который к тебе тянется, словно к ласковому, спасательному утешению, а она и не пытается этим воспользоваться.
В чём причина?
Видимо этот вопрос навеки так и останется в призрачной тени, не показываясь на глаза другим.
Она слишком неопытна и добра, чтобы приручить дикость хитростью. Для этого нужно иметь хоть каплю подлости, а маленькая Саманта, прозрачна как роса после долговременного дождя.
Трэвис может лишь приласкать, отдавая всё своё тепло и заботу тому, кто её не заслуживает.
Адриан её не заслуживает...
— Ты слишком наивная. — докуривая и выкидывая окурок, произносит Стоун, размазывая остатки сигареты о мраморные плиты. Также он и растаптывал всех, кто ему мешал. — Тобой будут пользоваться также, как и я сейчас.
Правдивые слова, которые в сотый раз занижают самооценку девушки. Она доверчивая и этим всё сказано.
Ей будут пользоваться как делали это в прошлом.
— И без тебя знаю. — шёпотом произносит Трэвис, принимая слова парня. — Знаю...
Адриан ещё долго смотрел на скрытое под волосами лицо Саманты, стараясь разглядеть её эмоции. В какой-то момент, ему стали интересны её чувства, что до сих пор оставалось непонятным самому парню.
Он интересуется кем-то...
— Я тебе помогу. — проходя мимо застывшей Трэвис, пообещал Стоун скрываясь за дверью и оставляя брюнетку одну среди двух улиц.
Ему жалко девушку. Он сломался.