Петрикор

Странно было просыпаться от дребезжания будильника, когда солнце даже не собиралось подниматься. За окном было шесть часов утра, и город был пуст. По правой стороне улицы витрины магазинов, продавцы которых работали целые сутки, немного освещали старые улицы Ливерпуля. Темно-синее небо немного светлело к горизонту, где плотной стеной стояли высокие новостройки. От недавно прошедшего дождя на асфальте остались маленькие лужи. Я повернула голову и разглядела во тьме маленький аккуратный фонтан в центре большого парка, около которого всегда кружили дети. Вокруг него были расставлены скамейки с фонарями. Они начнут зажигаться только через несколько часов, и я была рада, что мне удалось увидеть парк именно таким: мрачным и темным, но вместе с этим мне казался он по-своему эстетичным. Он вдохновлял меня своей тишиной, отсутствием городской суматохи и людей. Конечно, какой идиот, кроме меня, будет просыпаться так рано, тем более в выходные?

Выходные. Те самые дни, когда я могла вырваться из своей клетки, пусть и невидимой. Я не сидела взаперти целыми днями, но все равно чувствовала себя заложницей этих стен, словно была к ним привязана. Хотя и в них я видела свою красоту, но выходные для меня были временем, когда я больше не могла сидеть дома.

Послышалось тихое мяуканье, и я увидела дымчато-серое существо, бродящее между моими ногами. Его хвост изогнулся в вопросе, а большие зеленоватые глаза были устремлены на меня.

- Фелтон, - ласково прошептала я, протягивая руки к коту, - иди сюда.

Он запрыгнул ко мне на руки, переворачиваясь на спину и сладко мурлыча, пока я чесала его за ухом.

Щёлкнул переключатель, и хододный мерцающий свет вдруг осветил комнату, и мне пришлось зажмуриться, отпуская недовольного кота. Теперь парк не выглядел таким загадочно-красивым, каким казался раньше, и я расстроенно вздохнула. Услышав шуршание одеяла, я обернулась на звук.

- Опять стоишь в темноте? - Парень зевнул и уставился на меня сонными голубыми глазами.

Фелтон зашипел, взмахивая распушенным хвостом, и выбежал из комнаты. Так он реагировал каждый раз, когда видел Рокки.

- Задумалась.

Я снова повернулась к парку и удивлённо хмыкнула, увидев на одной из скамеек под деревом человека. Он сидел ко мне спиной и я не могла увидеть лица, но по его русым вьющимся волосам было ясно, что это парень. Раскинув руки в стороны, он закинул голову на спинку скамьи, любуясь на желтеющую листву. Неужели он специально встал в шесть утра, чтобы просто прогуляться по парку?

- Доброе утро, - сзади раздался голос, и я опять увидела Рокки. Темные пряди были хаотично раскиданы по голове, и он провел по ним пятерней, зачесывая челку на правую сторону. На лице остался след от узора, который украшал подушку, и я слегка улыбнулась. Затем он похлопал ладонями по щекам, пытаясь взбодриться, и недовольно поморщился от утреннего холодка, поднимаясь и стягивая с кровати одеяло. - Давно проснулась?

- Совсем недавно, - прошептала я, чувствуя на своей макушке острый подбородок парня. Он обхватил мои плечи руками и чмокнул в щеку, неприятно царапая кожу своей щетиной. - Собрал вещи?

- Не-а, - Рокки медленно покачал головой и мрачно посмотрел на черный небольшой чемодан с вещами. С одной стороны его глянцевая поверхность была обклеена несколькими маленькими флагами: Италия, Болгария, Франция и Австралия. Вскоре к этому списку добавится ещё одна наклейка, но на этот раз с флагом Канады. Рокки работал телерепортером, и ему часто приходилось разъежать по миру в поисках захватывающих историй, как и в этот раз.

- Приготовить тебе глазунью? - попыталась высвободиться из цепких объятий парня, но тот лишь сжал руки на моей талии крепче.

От его прикосновений по моей коже пробегали неприятные мурашки, и на лице проступал холодный пот, будто меня только что облили ледяной водой.

- Прошу, не веди себя, как ребёнок, - только через пару секунд я поняла, что эта фраза была лишней, и уже приготовилась к звонкой пощёчине. Но на моё удивление, Рокки сегодня был в хорошем настроении.

- Я и есть ребенок. Ребенок, который проголодался, - прошептал Рокки, разворачивая меня к себе лицом, все ещё не выпуская. Его глаза игриво пробежались по телу, и грудная клетка парня с каждым вздохом поднималась все выше и выше. - И сегодня моя глазунья - это ты.

Последние слова он произнес на выдохе, жадно впиваясь в мои губы, как вампир. Когда дыхания стало не хватать, и железная хватка его рук немного ослабла, я ловко увернулась.

- Твоя глазунья будет ждать тебя внизу, когда оденешься, заправишь постель и... побреешься, - захватив с собой халат, я вышла, оставляя Рокки в темной комнате.

***

Рокки стоял у окна, наблюдая за утренним Ливерпулем через плотные темные шторы. Он ждал такси, безмятежно накручивая на палец прядь волос, а я уже не могла сидеть на месте от нетерпения. Как бы сильно я не была привязана к Рокки, я не могла дождаться, когда же приедет его чёртово такси. Зная, что он скоро уедет, мое желание сделать что-то из ряда вон выходящее росло, и я ничего не могла с этим поделать. На его спокойном лице не было ничего, кроме ярко выраженной неприязни. Он никогда не любил такую дождливую погоду, но для меня она была какой-то по-особенному прекрасной.

Небо, словно покрывалом, ровно затянуто серыми тучами, которые вот-вот обрушатся на город сильным ливнем. Сейчас, в предрассветный час, когда народ ещё не заполнил улицы, это место выглядело как из постапокалиптических фильмов. Такие же серые мрачные дома, в которых прятались последние остатки людей. Листья с каждым днём желтели и опадали все больше, и от деревьев оставались лишь ветви и опустевшие птичьи гнезда, что могло значить только одно - август заканчивался. Приближалась осень, и для меня это было своей маленькой радостью.

- Такси подъехало, - вдруг произнес Рокки, взял чемодан, напичканный вещами, и притянул меня за талию ближе. - Будешь скучать, Тесс?

- Ты уезжаешь всего лишь на пару недель, - я прижалась к парню, снова морщась от слишком резкого запаха одеколона, и выдавила из себя мягкую улыбку. - Но я уже скучаю, да.

"Нет", - шептал мне внутренний голос, и в этом он был прав. Мне нужно было отдохнуть от Рокки, хоть несколько дней побыть собой, свободной от всех правил.

Словно прочитав мои мысли, он настороженно спросил, чуть отстраняясь:

- Обещаешь быть послушной девочкой?

- Ага, - Рокки недоверчиво поднял бровь и сильнее сжал мое запястье, давая понять, что такой ответ ему не нравится. - То есть... Конечно, обещаю, - и, словно для подтверждения, поцеловала его в губы.

Я почувствовала, как парень сквозь поцелуй улыбнулся, и он отпустил меня.

- Как же я ненавижу эти дожди, - угрюмо пробурчал Рокки, но я не ответила. - Пока.

- Пока.

Он нехотя вышел на крыльцо, впуская в дом лёгкий прохладный воздух, и побрел к машине своей ровной гордой походкой. Когда такси, ярко-жёлтый цвет которого совпадал с кроной деревьев, уехало, я вышла на улицу, закрыв за собой дверь, и облегчённо села на ступень. Вонь мужского одеколона сменилась на совершенно другой, такой насыщенный, терпкий аромат сырой земли - петрикор.

Это был запах свободы.