...

Don't you know too much already?
I'll only hurt you if you let me
Call me friend but keep me closer (call me back)
And I'll call you when the party's over.
(Billie Eilish — ​when the party's over)

Шанель зевает и крепче сжимает сумочку в руках, когда плетется по школьному коридору. Вчера, после ужина, ее надежды найти Чонгука не оправдались. Честно, она не сомневалась, что тот будет в тренажерке после закрытия, как обычно, справляясь со стрессом с помощью боксерской груши и перчаток. Но дверь в подвальчик была закрыта, а в небольших окнах темно. Вторым вариантом был круглосуточный магазинчик и Шанель пошла туда, надеясь, что парень заедает горе раменом. Но даже расспросив продавца, Эль ничего не выяснила, ведь Гук не появлялся в магазинчике в эти дни. Ну по крайней мере в смену госпожи Кан. Телефон Чона по-прежнему вне зоны доступа, а искать его по темным улицам было плохой идеей. Хоть их район и являлся довольно скучным и безопасным, рисковать Шанель не стала, ведь жизнь не фанфик, и спаситель в виде Чонгука не появится в самый нужный момент, если на нее нападут насильники.

Из-за переживаний Харрисон не смогла спать ночью, она все думала и думала… Наверное ему очень плохо и он страдает в одиночестве, дурак. А ведь Шанель готова Чону помочь, так как он когда-то спас ее. Пытаясь прогнать грустные мысли о том, что парень может натворить глупостей, Эль думает -  как только она его найдет, то сначала побьет, а потом обнимет так крепко, что сломает ему ребра. Она заставит его поговорить с ней и обязательно поддержит. Они могут пойти в бар, чтобы напиться, или же устроить дома просмотр сопливых мелодрам с кучей еды. Хотя так скорее девушки делают после разрыва… Надо срочно поискать в Интернете, как парни справляются с расставанием.
— Эй, Шанель, — девушку догоняет Чимин, заставляя ту вернуться в реальность, и вынырнуть из своих размышлений, — доброе утро, — здоровается сияющий парень, а потом переводит взгляд на лицо девушки и сникает, — или не очень… Ты что всю ночь не спала? — Шанель после этих слов хмурится. Она пыталась скрыть последствия бессонницы с помощью косметики, но настроения на яркий макияж не было. Поэтому она замазала синяки консилером, нарисовала аккуратные стрелки, что хорошо сочетались с черным свитером, а на губы нанесла лишь немного блеска.
— Я вчера не нашла Чонгука, — Харрисон опускает глаза и отряхивает невидимые пылинки с серой клетчатой юбки, — Чимин, у меня какое-то плохое предчувствие, — девушка смотрит на друга умоляюще, ожидая слов, что смогут ее успокоить.
— Эй, крошка, — мурлычет Пак, притягивая девушку к себе одной рукой, а та устало утыкается в его шею. Чимин пахнет еле ощутимыми нотками клубники и лаком для волос, совсем не похоже на тот свежий аромат, что источала шея Чонгука, аромат, что так успокаивал Шанель. Как бы она хотела сейчас иметь возможность его вдохнуть и понять, что все тревоги позади. Чимин поглаживает подругу по волосам, а потом его рука внезапно замирает, — Эль, мне кажется, что наша пропажа нашлась, — Харрисон резко отстраняется от Пака и смотрит в начало коридора, куда только что свернул… Чонгук?
Сердце заходится в неистовом ритме, ведь она почти не узнает своего друга. Он направляется к ним уверенной походкой, ярко улыбаясь и проводя рукой по отросшим волосам, которые сегодня красиво уложил. Шанель кажется, что все это она смотрит в замедленной съемке. Видит, как остальные студенты расходятся с его пути, а девушки оборачиваются, чтобы заценить парня, который сегодня выглядит иначе. Дело в его уверенности или в белой расстегнутой рубашке, которая открывала вид на темную футболку, что обтягивала, словно вторая кожа, широкую грудь? Или же дело в том, что сегодня на нем были кожаные штаны, которые демонстрировали каждый изгиб его накаченных бедер? Блядские кожаные штаны, серьезно? Шанель тяжело сглатывает вязкую слюну и пытается не выдать, что волнуется.
Чон не выглядит как человек, которому срочно нужно утешение, поэтому все планы обнять парня или же ударить за многодневный игнор уходят на второй план. Она не узнает друга, он теперь словно чужой ей человек. Шанель крепко сжимает ремешок сумочки, когда Чон наконец замечает друзей и направляется к ним, сверкая улыбкой, и она больше не кажется милой. Теперь Харрисон думает, что это хищный оскал, и это она, а не Чон, бедный кролик, что попал в ловушку охотника.
— Утречко, — бодро здоровается Гук, хлопая Чимина по плечу.
— Ты где пропадал, засранец? — Пак широко улыбается и закидывает руку на плечо товарищу, а Шанель лишь молча сверлит Чона взглядом.
— Были дела, которые требовали внимания, — отмахивается Гук, — А ты чего такая поникшая? — брюнет щелкает Эль по носу, — Кто-то умер?
— Ты в порядке? — тихий вопрос от девушки и пристальный взгляд.
— Да, а почему должен быть не в порядке? — хмыкает Чон, поправляя волосы и открывая вид на высокий лоб.
— Ну, мы знаем про Лиен, — мягко говорит Чимин.
— А вы про тот пост? — хохочет Чон, — Ну да, расстались, и что теперь плакать? — фыркает парень, — Буду наслаждаться свободой, в мире ведь столько красивых девушек, которые только и ждут возможности побыть со мной, — Гук обводит рукой вокруг, а Пак глупо оглядывается, словно ожидает увидеть толпу этих самых девушек у себя за спиной, а потом вторит другу и тоже смеется.
— Вот это я понимаю настрой, — Чимин шуточно толкает Чона в плечо и одобрительно кивает, а Шанель лишь поджимает губы, недобро прищуриваясь.
— Кстати, судя по этому посту, пока меня не было, вы тоже времени не теряли, — Чонгук подмигивает Шанель, а потом наклоняется к девушке и шепчет на ухо так, чтобы слышала только она, — Тебя можно поздравить с тем, что ты теперь женщина? — Гук ухмыляется, а Харрисон отталкивает парня от себя и уходит в сторону аудитории, не сказав ни слова, но не упустив возможности задеть Чона плечом.
— Так что, хён? — первокурсник разворачивается к Чимину, — Как тебе Шанель? Ты был нежным? — в голосе странная смесь из веселья и ярости.
— Ничего не было, Чонгук, — спокойно говорит Пак, — Только поцелуи, а еще я предложил Шанель встречаться, — Гука удивляет это заявление. Это не совсем то, что он ожидал услышать, хотя его самолюбие тешит то, что они не переспали, но все равно в груди начинает грызть сердце маленький червячок ревности.
— Ты заценил какие у нее мягкие губы? Я сразу понял, что все эти слухи про операции бред… — продолжает свою браваду Чон.
— Вы целовались? — приподнимает бровь Чимин, облокачиваясь о стену.
— По пьяни, и это ничего не значило, — приподнимает руки Гук, — я не претендую на твою девушку, Чим, — хмыкает брюнет.
— Она мне отказала, — качает головой Пак, прикрывая глаза.
— Почему? — в голосе Чона волнение, но он тщательно пытается это скрыть за показательным равнодушием. Странные у нее отношения с Паком, она дважды с ним зажимается, но продолжает отказывать в предложениях встречаться. Почему себя так ведет? Почему заставляет Чонгука снова и снова думать, что все те слухи были правдой?
— У нее все еще чувства к этому Киму, — фыркает Чимин, а у Чонгука внутри все переворачивается. Неужели его догадки подтвердились?
Дело в том, что Шанель никогда не рассказывала о парнях и своей личной жизни, не считая того, что Гук теперь знает, что она хранила свой первый поцелуй для кого-то особенного. Конечно, такая девушка не станет западать на кого-попало, поэтому у Чона было несколько вариантов. Первым был Ким Сокджин, но Чон сразу его откинул, ведь тот встречался с Минджи. Гук не рассматривал возможность того, что Эль влюблена в Джина, если бы это было так, то они бы уже были вместе. Ну кто в здравом уме выберет не такую роскошную девушку, как Шанель, а мышку? Поэтому Чонгук верил, что это Эль френдзонила Сокджина, а тот лишь пытался привлечь ее внимание, встречаясь с Минджи, что вызывало в Чонгуке еще больше антипатии к старшему Киму.

Такая, как Шанель, могла заполучить любого парня, так думал Чонгук, поэтому единственным объяснением того, что она все еще одинока, была безответная любовь к Ким Намджуну. Они достаточно близки с аспирантом, а еще Чон с самого начала заметил ее восторженные взгляды в сторону мужчины. Конечно, девушка вроде Эль выберет самого достойного в качестве предмета обожания, но видимо Намджун слишком принципиальный, чтобы встречаться со студенткой, ведь за то время, что Чон провел вместе с Эль, парень смог понять, что тайным романом там и не пахнет. Да и ее первый поцелуй был с Гуком, даже не с Чимином, с которым она до этого обжималась на Хэллоуин.
— Все так серьезно? — прочистив горло, любопытствует Чон.
— Ну, у него же девушка, а Эль говорит, что работает над тем, чтобы его забыть, но не хочет меня мучить, мол, я заслужил ту, что будет любить только меня, — закатывает глаза Чимин.
— У него девушка есть? — хлопает глазами Чон. Как-то он не был осведомлен о личной жизни Ким Намджуна.
— Ну да, об этом весь универ знает, — Чимин пристально смотрит на друга, а Гук удивляется тому, что эти слухи прошли мимо него, — С тобой точно все нормально? — Пак хочет потрогать лоб брюнета, но тот лишь отмахивается.
— Так ты решил отступить? — Гук старается не выдать раздражение или волнение в голосе.
— Не знаю, — Чимин запускает пальцы волосы и немного их оттягивает, — Эль мне правда очень нравится и я хочу, чтобы она была счастлива, но без понятия, что делать. Мне почему-то кажется, что дело не только в Киме… — парень смотрит пристально на Чона, — Слушай, а между вами точно ничего нет? — Чонгук отводит взгляд.
— Я же сказал, что нет ничего, — брюнет дважды моргает и находит в себе силы посмотреть на друга, — Но она права, друг, тебе стоит найти девушку, что будет целиком и полностью твоя. Шанель слишком сложная и яркая, постоянно на эмоциях, притягивает проблемы и лишнее внимание, с ней ты не сможешь быть спокойным, а оно тебе надо? — Чонгук улыбается и надеется, что Чимин не уловит в голосе нотки ревности или попытку отвадить его от Харрисон. Пак в ответ лишь грустно кивает и переводит взгляд в окно. Соперничество с другом это не то, что нужно кому-то из них, так ведь?
— Так ты решил сменить имидж? — Чимин меняет тему, указывая на штаны, что обтягивали задницу Чона уж слишком плотно.
— Типа того, — пожимает плечами первокурсник, — Я понял, что Лиен меня во многом сдерживала, и я не успел насладиться свободой, сколько себя помню был влюблен в нее и думал только о ней, а теперь такая возможнось попробовать вкус настоящей жизни. Да я словно заново родился, — Чонгук пытается звучать убедительно, а Чимин, кажется, верит, потому что одобрительно улыбается и бормочет «дерзай, малой, только предохраняйся». Они слышат звонок, что сообщает, пара уже началась, и молодые люди расходятся каждый в свою сторону.
— Эй, Гук, — окликает его Чимин, а брюнет оборачивается, — Шанель всю ночь не спала, переживала из-за тебя придурка, поговори хотя бы с ней нормально, — Чон в ответ кивает, хотя на самом деле не собирается говорить с девушкой. Он устал от этих чувств, устал от того, что с каждой минутой запутывается все больше и больше. Все эти дни его фантазия рисовала то, как Эль стонала под Паком и даже не думала о Чонгуке, а тут видите ли она ночь не спала, переживала. Гук не готов говорить о том, что случилось между ним и Лиен, но прекрасно знает, что Эль не отстанет, разве только он даст ей понять, что не нуждается в ней и ее помощи. Парню не нужно, чтобы его жалели, потому что он не страдает. Страдают только слабаки, а он совсем не такой. И пора бы об этом всем уже узнать.

***

У каждого человека есть своя темная сторона. Фильмы учат нас, что всегда есть главный злодей, которого добро должно победить. Но жизнь циклична, поэтому этот главный злодей тоже когда-то пострадал от подобного зла или даже добра. И нельзя так просто утверждать, что мир делится на черное и белое. А Чимин так никогда и не думал. Он не понаслышке знал, что значит быть плохим парнем, если бы фильм снимали о Макс, то в ее истории он был бы самым настоящим антагонистом, но никак не принцем-спасителем. Однако, реальный мир не книжка, а место, где такой дракон, как Пак Чимин, может обедать за одним столом с рыцарем Ким Техеном.
Парень облизывает пухлые губы, и его взгляд падает на угрюмую Шанель. Эта девушка ведь тоже далеко не принцесса. Принцессы не матерятся, не занимаются боксом, и не страдают от невзаимной любви. Если бы жизнь была сказкой, то Харрисон досталась роль злой королевы, обладающей холодной красотой и хитростью, которая всячески пытается завладеть сердцем прекрасного и гордого принца, что выбрал вместо королевы простолюдинку. Но только в реальности Шанель не тянет на злую королеву, потому что они не сдаются и не позволяют принцам приводить этих самых простушек за их столик в университетской столовой.
Жизнь не сказка, здесь нет категоричности, а Чимин это знает с самого начала. Возможно поэтому его так тянет к Харрисон. В ней он не видит человека, которого он обидел, в ней он видит ту, что не станет его осуждать за отвратные поступки в прошлом. Плохие персонажи должны держаться вместе, кому как не им знать, что негативный образ - это лишь защитная маска, которая не дает людям ранить их еще больше. Кому как не им знать, что сказки про добро и зло - чушь собачья, а в этом мире каждый сам за себя, ведь у всех есть темная сторона.
Чимин смотрит на взволнованную Шанель, которая пытается скрыть переживания за маской надменности. Пак давно наблюдает за девушкой, еще с прошлого года, когда впервые позвал на свидание и получил отказ, поэтому успел изучить все изощренные способы притворства в ее арсенале. Харрисон что-то яростно печатает в телефоне, не поднимая глаз, а это значит, что она ограждается от всех невидимым пузырем, который призван защитить ее от дальнейших увечий. Чимин смотрит на Эль и не может поверить, что за маской стервы, которая смотрит на всех свысока, скрывается девчонка, которая даже целоваться толком не умеет, девчонка, которая так сильно боится не только того, что ее кто-то обидит, а и того, что она случайно ранит кого-то в ответ. Чимин смотрит на Шанель и его темная сторона засыпает, давая возможность пробудиться чему-то светлому и хорошему. В жизни Эль ему не хочется быть злодеем, ему хочется быть прекрасным принцем, но правда в том, что в этой сказке оказалось слишком много драконов, которые успели покорёжить сердце прекрасной девушки. Сможет ли он справиться с ними в одиночку? Чимин очень сильно в этом сомневается.
— Это что… Чонгук? — из мечтательной дремы Пака вырывает возглас Мэй, которая возбужденно указывала пальцем в сторону входа в столовую, где высокий брюнет страстно шептал что-то какой-то рыжей девушке, упираясь рукой о стену рядом с ее головой. Чимин внимательно наблюдает за реакцией Шанель, что лишь на секунду приподнимает глаза, а потом снова возвращается к телефону. Пак видит, что ее пальцы начинают немного подрагивать, а ей приходится снова и снова стирать текст, чтобы исправить ошибки.

— Разве у него нет девушки? — с набитым ртом спрашивает Сокджин, поворачиваясь к Эль, но та не обращает внимания на вопрос, поэтому за нее отвечает Чимин.
— Разбежались, — тихо говорит Пак, не отводя взгляда от Харрисон. Она наконец заканчивает печатать и наклоняется к Бомгю, протягивая ему свой айфон. Девушка шепчет что-то другу на ушко и закусывает губу. Пока Чхве читает текст, взгляд Эль блуждает по столовой, тщательно игнорируя тот угол, где Чон зажимал какую-то девицу. Чимин узнал в этой рыженькой Шин Миен. Шутка ли, что Гук выбрал девушку с именем почти созвучным с именем его бывшей, шутка ли, что это лишь его первый день в универе после расставания с девушкой, а он уже такой шустрый нашел ей замену. И, конечно же, этой заменой оказалась та, чья репутация шла впереди нее, ведь каждый знал, что Шин Миен - шлюха. Чимин как-то брезговал трахать ту, что прошла по рукам всего универа, но однажды позволил ей отсосать ему на какой-то вписке. Пак знал, что Шанель эту девицу не переваривает, Миен была в прошлом году ее ассистентом, но не делала ничего, кроме того, что пыталась залезть в штаны кому-то из братьев Ким. Харрисон с позором выгнала ее, а Шин стала одной из самых ярых недоброжелателей блоггера, но Эль было на это плевать. До этого момента.
— Он что пытается ее съесть? — с каким-то отвращением говорит Мэй, перебивая Джина, что до этого рассказывал какие-то нюансы предстоящей вечеринки в честь его дня рождения. Шанель отрывается от беседы с Бомгю, который успел дочитать что-то в ее телефоне, наверное черновик нового поста, и теперь делился впечатлениями. Харрисон переводит взгляд на парочку, что слилась в страстном поцелуе, и ее глаза становятся стеклянными.
— Что с ним не так? — фыркает Субин, а Чимин мысленно хмыкает в ответ на эти слова. Чонгук решил не терять времени, вкушая все плоды свободной жизни здесь и сейчас. Выбери Чон другую девушку, то вряд ли их отношения продвигались бы так быстро. Гук преследовал конкретную цель и все понимали к чему это идет. И Шанель не была исключением.
— И правда, что это с ним? — изображая неприкрытое отвращение вторит Тэхен.
— Гормоны, — фыркает Шанель, складывая руки на груди. Она не отводит взгляд от угла, где Чонгук видимо решил поиграть в доктора и проверить все ли хорошо с гландами Шин. Языком. Чимин видит, что кожа Харрисон становится еще бледнее, а губы сжимаются в тоненькую полосочку.
— Меня тошнит, — четко говорит Эль, вставая с места. Она хватает сумочку, не утруждая себя убрать поднос с нетронутой едой, и пулей вылетает с помещения, стараясь не смотреть в сторону Чона, что уже закончил лобзания, и пошел купить еды, чтобы спустя пару минут направиться к их столику.
— Что это с ней? — удивленно спрашивает Чонгук, довольно плюхаясь на только что освободившийся стул, — Шанель это не будет доедать? — он показывает на брошенный салат и рис с тушенными овощами, а Мэй пожимает плечами. Все смотрят на Чона, словно он пришелец.
— У тебя помада по всему лицу, — брезгливо говорит Ёнджун.
— Не твой оттенок, — поддакивает Бомгю, а Гук смеется, воспринимая это, как шутку. Но все остальные остаются серьезными. Чон решает не обращать на это внимания и перекладывает еду, что оставила Эль на свой поднос. Чимин качает головой — сегодня со всеми все не в порядке. Он молча поднимается, желает Гуку приятного аппетита, и удаляется быстрым шагом, надеясь, что Шанель не успела далеко уйти.
Харрисон удается найти довольно быстро. Она сидит на подоконнике лестничной площадки между этажами. Уши девушки заткнуты наушниками, а взгляд устремлен в окно, поэтому она не сразу замечает, что ее уединение кто-то нарушил. Когда Эль поворачивает к Чимину лицо, то тот с облегчением обнаруживает, что она не плачет. Хоть что-то хорошее. Пак запрыгивает на подоконник и недолго роется в рюкзаке. Наконец он выуживает оттуда бумажный пакетик с булочкой и коробочку с шоколадным молоком.
— Ты не поела, — Чимин протягивает еду девушке, но та отрицательно качает головой.
— Спасибо, я не голодна, — Шанель отворачивается, но Пак не отстает и пододвигается еще ближе, упираясь бедром в ее ногу.
— Все равно, возьми, — настаивает парень, — потом съешь. Может тебе стоит в медпункт зайти, если плохо себя чувствуешь? — Чимин собирается проверить лоб девушки на предмет температуры, но вместо этого ладонь замирает на ее щеке.
— Как он может? — тихо говорит Харрисон, заглядывая в глаза Чимину, — С этой шлюхой Шин Миен? Неужели не понимает, что так чувства не заглушить, что это не решит проблему? Да и сколько они знакомы? Минут двадцать? — качает головой девушка.
— Ты из-за чего переживаешь? Что он сейчас с той, что тебя терпеть не может? Или из-за того, что он поступает необдуманно в порыве эмоций? Насколько я знаю, Миен давно его обрабатывала, но из-за Лиен Гук слал ее куда подальше, а теперь… — Чимин смотрит пронзительно, пытается понять реакцию Эль на эти слова.
— Я просто думаю, что она наградит его хламидиями, — фыркает Шанель, а у Пака вырывается тихий смешок.
— Эли, он мальчик взрослый, — Чимин не может себя сдерживать. Пак кладет руку на талию девушки, пододвигаясь совсем близко, и утыкается носом в ее шею, вдыхая сладкий аромат девичьей кожи, — Тебе стоит позволить ему учиться на собственных ошибках и подумать о себе, — Пак дышит в ушко Шанель, а его шепот становится хриплым и интимным.
— Чимин, — выдыхает Эль и кладет руку ему на грудь, пытаясь отодвинуть парня подальше. Тот все понимает и отстраняется, — Мы об этом говорили, — грустно качает головой Харрисон.
— Но ты мне правда нравишься, — Пак не сдается, хватает девушку за руку, сжимая ее ладонь в своей, и смотрит в глаза, — Только ты меня сводишь с ума, я уже перестрадал свои чувства к Макс и готов двигаться дальше, почему ты не дашь мне шанс сделать все правильно хоть раз в жизни? Я хочу сделать все правильно для тебя, — Шанель теряется и отводит глаза, — Ты мне не веришь? Думаешь, что я все тот же? Что играю с тобой, или что?
— В этом и дело, Чимин, — тон Шанель непривычно мягкий, — что я тебе верю. И я знаю, что ты на самом деле отличный парень и любая девушка будет просто счастлива встречаться с таким как ты, но… Ты готов двигаться дальше, а я нет, понимаешь? В моей голове и сердце столько всего, я правда стараюсь с этим разобраться, и ты прав — мне нужно время для себя. А ты заслуживаешь быть с девушкой, чьи мысли будут о тебе и только о тебе, а не о ком-то еще. Я не могу тебе этого дать, прости, — грустно улыбается Эль.
— Я думал, что ты решила забыть Сокджина, — бормочет Чимин, — ты даже убедила его девушку сесть с нами за один столик.
— Ну технически я лишь поддакивала, когда это делал Сокджин, и я пытаюсь быть хорошим другом, как и обещала ему, но это не значит, что мои чувства просто испарились в один миг, — поясняет Харрисон, поджав губы, — Я просто пытаюсь не отвлекаться на то, что происходит в сердце, и думать головой.

— И Чонгук… — хмыкает Чимин, — Вы ведь целовались? — а Шанель отводит глаза.
— Он сказал? — фыркает девушка, а Пак лишь загадочно пожимает плечами.
— Сказал, что это ничего не значит, — Чимин внимательно наблюдает за Шанель, но ее лицо непроницаемо, — обычный поцелуй по пьяни, — на дне темных глаз Харрисон вспыхивает боль, но Чимин надеется, что это игра света.
— Я просто переживаю за него, ладно? — наконец собирается с мыслями Шанель, — Это не о чувствах… Просто он когда-то сделал для меня очень много, когда мне было хреново, но сейчас я вижу, что хреново ему, а он не позволяет помочь. Делает вид, что все зашибись, но ведь это не так.
— Может, если бы он хотел твоей помощи, то попросил? — рассуждает Чимин, — Может у него и правда все не так плохо? Я имею в виду, что он выглядит нормальным, ну за исключением того, что лижется со всякими… но с другой стороны, может он ждал этой свободы? Может был не совсем уж против этого расставания? — Шанель слушает эти мысли и закусывает губу.
— Я чувствую, что с ним не все в порядке, — отрицательно мотает головой Харрисон, — Просто чувствую, понимаешь? — и Чимин кивает в ответ. Он знает, он понимает, потому что ощущал подобное, когда был влюблен в Макс. Даже сейчас, ему иногда кажется, что он на каком-то подсознательном уровне понимает, когда девушке и правда хорошо, а когда она притворяется. Да, он понимает, что означает чувствовать, когда близкому человеку плохо. Понимает и осознает, что в этой сказке все же оказался четвертым лишним.

***

Пользователь chanel_h добавил новое фото.

Поговорим о любви?
Представьте ситуацию, вы влюбились и это взаимно. Вы хотите сделать для этого человека все возможное и невозможное, он вам снится по ночам, вы думаете о нём весь день, а сердце пропускает удар, когда на его лице появляется улыбка. Самое большое счастье — чистая, большая, светлая любовь. Но есть одно большое препятствие, которое мешает вашему счастью. Общество против того, чтобы вы были вместе. Кто-то решил, что ваша любовь неправильна и назвал её «отклонением от нормы». Хотя вы оба взрослые сознательные люди, и всё у вас по обоюдному согласию. Однако, общество говорит «нет», обществу плевать на ваши глубокие чувства. Вы не должны быть вместе, так неправильно, общество кривит лицо и морщит нос. Вы вынуждены прятаться, вам нельзя взять за руку любимого человека, вам никогда не выпадет шанс просто пойти на свидание в ресторан, в общем, всё то, что другим доступно по умолчанию.
Несправедливо, скажите вы? Что за бред? Почему кто-то должен прятаться, почему кто-то другой решает кого вам любить? Это ведь не история о Ромео и Джульетте, мы живем в свободной стране, люби кого хочешь, живи с кем хочешь, женись и выходи замуж, никто не мешает. Правда что ли?
Я раньше никогда не думала о том, сколько людей в этом мире не имеют права быть собой. Все то, что было описано выше наша реальность, и приходится в ней жить. Почему-то союз мужчины и женщины, который основан на насилии, неуважении и страдании никого не смущает, но если двое людей одного пола любят, уважают и заботятся друг о друге, то это неправильно. Я не буду расписывать, что ориентация это не выбор, не влияние социума и не психическое отклонение. Это уже вам решать во что верить.
Все боятся, что их дети, если увидят парочку парней или девушек, которые целуются, резко поменяют ориентацию (думаю не стоит говорить, что такое в принципе невозможно). И если быть уж совсем честной, то я не верю в то, что старшее поколение, которое выросло на совсем иных убеждениях, можно как-то изменить. Но я верю в то, что если говорить об этом, не молчать, не прятать, то еще не все потеряно.
В нашей стране не принято говорить о подобном, но это не значит, что этих людей не существует, не значит, что они не прячутся и не страдают от угнетения. И пусть мы еще не совсем готовы к полному принятию в силу воспитания и традиций, но я думаю, что первый шаг к переменам - это обсуждение проблемы. И я, черт возьми, не побоюсь начать это обсуждение, даже если на меня посыпется критика и непонимание. Я верю, что мы все свободны и не боюсь говорить, что поддерживаю сообщество ЛГБТ+. Пока что это мой единственный возможный вклад в решение проблемы дискриминации на этой почве, но я очень надеюсь, что в будущем я смогу сделать больше.

И помните, что любовь побеждает!
с верой в лучшее будущее, ваша Шанель.

У Шанель почти дрожали руки, когда она нажимала «опубликовать» для этого поста об однополой любви. Но после вечеринки ей захотелось сделать что-то хорошее для Бомгю. Ее привлекла проблема защиты прав ЛГБТ+ и, честно говоря, она гордилась собой.
Вспоминала слова Чонгука, что он когда-то давно сказал на паре у Намджуна, что у нее есть власть говорить громко, что ее могут услышать. И сейчас она больше всего надеялась, что, затрагивая такую скользкую для консервативного общества тему, не натолкнется на волну негатива.
Две оставшиеся пары по социологии в четверг Шанель постоянно обновляет ленту, ожидая, что ей начнут писать хейтеры. Конечно же, она советовалась по поводу поста с Бомгю, она сразу сказала, что посвящает этот текст ему, а тот сказал, что она первая, кто делает подобное для него, пусть об этом знают только они вдвоем. И после этого Шанель отбросила все сомнения. Она не будет бояться, она будет смелой. Она будет голосом их поколения и голосом тех, кто боится молчать.
Эль читает множество негативных комментов во время последней пары и сразу же банит этих людей без сожалений. Многие отписываются, многие пишут ей гадости в личные сообщения. Но наряду с этим сотни комментов о том, что она крутая. Десятки сообщений в Директ с историями о том, как тяжело представителям ЛГБТ+ жить в подобных условиях. Буквально за две пары этот пост взорвал Инстаграм, а у Эль просто глаза горели. Она не ожидала, что ей удастся вызвать такой резонанс. Да, от нее отписались многие, но известные заграничные блоггеры стали репостить это себе в сторис и писать ей, что это большой шаг для корейской молодежи начинать такие обсуждения.
Из университета Шанель выходит в приподнятом настроении. Благодаря этому посту девушка даже ненадолго забыла о том, что Чон сегодня весь день игнорил попытки девушки поговорить на паре у Намджуна, а во время обеда засосал Шин Миен. По пути домой Эль на ходу отвечает на комментарии, уткнувшись в телефон. За столько времени в качестве блоггера у девушки развилась суперспособность обходить все ямки и столбы, не рискуя набить шишку, пока печатает что-то в телефоне. Именно поэтому Харрисон не сразу понимает, что происходит, когда кто-то нагоняет ее и вырывает телефон из рук. Первая мысль — грабитель. Но в следующую секунду взгляд девушки встречается с горящими злостью глазами напротив.
— Как ты узнала? — Чонгук трясет перед лицом Шанель ее же телефоном. От улыбчивых глаз с милыми морщинками вокруг не осталось и следа, вместо этого у парня звериный взгляд, что горит черным пламенем. Эль такого Чона видит впервые. И впервые ей страшно.

— О чем узнала? — показательно спокойно вздыхает Шанель, хотя внутри все дрожит.
— Не притворяйся дурочкой, — Гук подходит ближе, а Харрисон оглядывается вокруг, осматривая совершенно пустой переулок. Даже помочь некому, вот черт, — Твой пост, — шипит Чон, — Зачем ты его написала? Прикол такой?
— Чонгук, я правда не понимаю, — закатывает глаза Эль, а парень хватает ее за руку и дергает на себя, — Отпусти, мне больно, — на глазах уже пелена из слез, поэтому Шанель пытается дышать глубоко, — Я написала этот пост, чтобы поддержать людей из моего окружения, которые вынуждены скрываться. Я правда искренне переживаю из-за этой проблемы, а твоя реакция меня смущает. Что я должна была узнать? Что ты гей? — Харрисон пытается разрядить обстановку этой шуткой, но Гук сжимает ее руку еще сильнее. Синяки же останутся.
— Даже не смей меня сравнивать с этими… — выплевывает Чон, а его лицо опасно близко, и теперь уже очередь Шанель раздражаться.
— Гомофоб или что? Я тебя не узнаю, Чонгук, — она вырывает руку из хватки парня и смотрит осуждающе, — Ты пропадаешь после разрыва с девушкой, ведешь себя как мудак, когда возвращаешься, засасывая всяких шлюх прямо в столовой, а потом нападаешь на меня из-за поста, который не имеет никакого, блять, к тебе отношения, — закипает Эль, — А я как дура переживаю из-за тебя, даже сейчас я готова тебя выслушать и помочь, если ты…
— Мне не нужна твоя помощь, — рычит Гук, делая шаг назад.
— Что я тебе сделала? — тихо говорит Шанель, — Если это из-за меня вы расстались, то я могу поговорить с Лиен и объяснить… — но ее перебивает громкий хохот Чонгука.
— Ты серьезно думаешь, что дело в тебе? — он подходит вплотную и наклоняется к Харрисон так, чтобы их лица были на одном уровне, дышит в губы, а Эль прикрывает глаза, — Ты себя переоцениваешь, Харрисон, мир не крутится вокруг тебя, — она находит в себе силы посмотреть в лицо того, кто только что потоптался по осколкам ее сердца своими тимберлендами, превращая эти кусочки в пыль.
— Я знаю, что ты делаешь, Чонгук, — спокойно говорит Эль, — Ты кусаешься, словно раненый зверь, выпускаешь колючки, чтобы сделать больно, потому что больно тебе, но я не верю, что ты способен на это, — девушка делает шаг вперед, а их носы соприкасаются, — Я все еще хочу помочь, даже если ты будешь меня отталкивать, я не сдамся.
— Почему ты так уверена, что я не сделаю тебе больно? — ухмыляется парень, запуская пальцы в волосы девушки и несильно их оттягивая. Их губы, их лица слишком близко, Шанель чувствует его дыхание со вкусом апельсинового леденца на своей коже.
— Потому что ты дважды разбивал лицо тому, кто пытался причинить мне вред, — твердый взгляд в глаза, — Потому что ты приходил на помощь каждый раз, когда мне было плохо. Потому что ты осушал мои слезы и обрабатывал раны. Потому что друзья не бросают в беде, — Эль пытается прикоснуться ладонью к щеке парня, но тот отшатывается.
— Я не ты, Харрисон, — он отходит назад, — Мне не нужно, чтобы кто-то вытирал мне сопли, — Чонгук всучивает телефон девушки ей в руки, а потом разворачивается и уходит в противоположную от дома сторону. А Шанель остается в грязном переулке, глотать слезы.

Оказывается, быть хорошим другом довольно тяжело.

***

Всю пятницу Шанель пытается игнорировать тот факт, что Чон Чонгук существует. Она просто не понимает, что сделала не так. После всего, что между ними было, после всего, что они пережили, он готов так просто перечеркнуть эту дружбу? Эль с нетерпением ждет вечера, чтобы напиться и заглушить в себе любые мысли о Чонгуке. В это же время популярность ее поста только растет, вызывая неоднозначные реакции. Кто-то называет ее лесбиянкой и пропагандисткой гомосексуализма, а кто-то говорит, что такие как Шанель изменят этот мир к лучшему. Кому верить? А черт его знает.
Пары проходят словно в тумане, а Эль из последних сил пытается сосредоточиться на том, чтобы написать контрольные хотя бы на тройки и позакрывать все предметы в этом семестре, ведь сессия не за горами. Спектакль тоже висит над ней, словно грозовая туча, а Шанель только и может что думать о своей обиде на Чонгука. Ну и с какой стати она должна получать столько негатива от того, кому она искренне пыталась помочь? У Харрисон ведь тоже гордость есть, поэтому она решает просто не замечать Чонгука и объявить ему бойкот.
За ланчем девушка всячески пытается показать свою обиду, даже не смотрит в сторону Чона, но тот и не замечает показательного игнора от Шанель, что бесит ее еще больше. Ей тоже хочется сделать ему больно, хочется показать, как сильно он ее ранил, хочется, чтобы понял, что их дружба разрушена раз и навсегда. Сегодня Шанель выглядит паршиво, ведь это тоже еще один способ показать - она задета. Мол, смотри, Чонгук, ты так сильно обидел девушку, что она даже не накрасилась и у нее пропал аппетит, скоро ветром унесет. Но Гуку побоку ее страдания, он запихивается едой, словно куда-то спешит. Наверняка лизаться со своей шлюшкой.
Из-за бессилия у Шанель на глаза набегают слезы злости. Ей ведь так хочется, чтобы он отвлекся от беседы с Чимином и просто посмотрел в ее сторону. Напялил свитер, что выгодно облегал его фигуру и демонстрировал острые ключицы, и думает, что крут? Харрисон остается только топнуть ножкой, что она и делает, правда в своих мыслях. Поняв, что обед второй день подряд испорчен, Шанель забирает сумочку и все так же оставляет нетронутую еду на столе, после чего уходит стремительным шагом прочь из столовой. В этот раз она спрячется в женском туалете, чтобы хорошенько проплакаться и чтобы ее не нашел Чимин, хотя она уже сомневается, что парень станет это еще раз делать. В конце концов, вряд ли кто-то даже заметил, что она ушла.

***

Шанель собирается на вечеринку в честь дня рождения Сокджина против своей воли. Она идет туда только потому что так надо, а еще потому что там будет алкоголь. Благо, что в этот раз пати будет не в загородном доме, а в пентхаусе, и это значит, что у Шанель есть больше времени на сборы, еще чтобы поплакать и пожалеть себя. Девушка больше не переживает из-за Минджи и Кима, ей уже плевать на это. Дебильный Чон Чонгук выпотрошил все ее эмоции, перевернул все верх дном, а потом смотался.
Пока Эль красится и собирается на тусовку, она открывает бутылку красного сухого из своих запасов «на черный день», что настал подозрительно быстро. Если честно, то она планировала выпить алкоголь в случае, если Ариана Гранде вдруг объявит, что заканчивает карьеру, или же если джинсы с низкой посадкой вернутся в моду, но получается, что она бухает в одиночестве из-за какого-то придурка по имени Чон Чонгук.
Шанель выпивает два бокала, чтобы чувствовать себя более расслабленно, но не настолько, чтобы не быть в состоянии сделать себе макияж. Для вечеринки она не жалеет блесток, они везде — на веках, на скулах, на ключицах. После «Эйфории» такой макияж вошел в тренды, но Харрисон любила сиять еще до выхода этого сериала. Глиттер мог склеить ее разрушенное настроение и сделать этот мир лучше.
Пританцовывая под какой-то агрессивный американский репчик, Эль влазит в черную расклешенную юбку, черный лифчик, а сверху натягивает белый прозрачный свитшот с какими-то надписями. Побольше цепочек на шею, побольше колец на пальцы. Сливовая помада и колготки в сеточку завершают образ в тандеме с массивными кроссовками. Подсушив волосы и убедившись, что они достаточно объемные, Харрисон делает еще один глоток вина, накидывает сверху длинное серое пальто и большой красный шарф. Хотя замерзнуть она не успеет, так как едет на такси к самому дому Кимов, а на тусовке ей точно будет жарко. Она на это очень рассчитывает, по крайней мере.
Пока Харрисон добирается к жилищу братьев Ким, алкоголь окончательно выветривается, но расслабленное состояние остается. Вечеринка уже в самом разгаре, а Шанель даже не хочется оценивать уровень организации и сетовать на то, что кузен этой мышки сделал что-то не так. Плевать ей на это. Она вручает подарок Сокджину, а тот крепко ее обнимает и целует в щеку на глазах у раздраженной Минджи. Но Эль плевать на это тоже, она даже не смотрит во что вырядилась сегодня мышка. Шанель привычно направляется к бару в огромной гостиной пентхауса с панорамными окнами, из которых открывался потрясный вид на город. Харрисон не обращает внимания на какие-то приветствия со стороны знакомых или незнакомцев, она просит симпатичного бармена налить ей самый жёсткий коктейль из меню.
— Это «яд», — парень протягивает Эль высокий стакан с голубоватой жидкостью, а Шанель хмыкает. Яд это то, что ей нужно. Девушка даже не спрашивает, что в составе, а выпивает все почти залпом. Хреновая привычка тушить проблемы алкоголем, учитывая то, что от обилия спирта они начинают гореть только ярче. Но Эль не любит об этом думать. Ей хватает два таких коктейля, чтобы чувствовать себя прекрасно. Точнее, чтобы не чувствовать абсолютно ничего.
Харрисон идет в центр комнаты, чтобы присоединиться к танцующим, а ее талию быстро находят руки Хосока. Эль улыбается знакомому парню, а тот кружит возле нее, но черту не переходит. Они неплохо проводят время вместе на танцполе, а Харрисон не замечает течения времени. Наконец девушка решает, что пора освежиться и идет к бару, чтобы выпить немного воды. Или чего покрепче. Там же Эль и находит Тэхена.
— Тэ-Тэ, — пьяно улыбается Харрисон, приобнимая друга за плечи, — как делишки?
— Эль, ты напилась? — прищуривается друг, а блоггер лишь хохочет.
— Туса такая тухлая, — она сильнее напирает на друга, теряя равновесие, — что еще делать, если не бухать, — Тэхен хмурится и протягивает подруге бутылку с прохладной водой.
— Тебе нужно освежиться, — а Шанель надувает губы.
— Ты такой скучный, — говорит она, но воду принимает, — У меня идея, — оживает девушка, — а давай соберем игру в правду или действие, как в старые добрые, — Харрисон дергает Тэхена за рукав темной рубашки, — Надо только позвать Сокджина. Где он кстати? — Эль начинает оглядываться вокруг.
— Он с Минджи вроде бы в его комнату ушел, — пожимает плечами младший Ким.
— Тогда я их позову, — Харрисон уже хочет уйти в сторону спален, но ее останавливает Тэхен.
— Не ходи туда, Эли, — в глазах Кима вина, словно он жалеет, что сказал ей о том, где и с кем его старший брат. А Харрисон настигает осознание, что именно сейчас делает Ким Сокджин с мышкой, закрывшись в спальне. Эль словно облили холодной водой, заставляя протрезветь. Сердце еле ощутимо болезненно сжимается, но боль совсем слабая, наверное притупленная алкоголем.
— Ты в порядке? — голос Тэхена доносится слабо, словно Харрисон под водой. Тошнота подкатывает к горлу, а ладони потеют.
— Мне что-то нехорошо, — девушка и правда бледнеет на глазах, — голова кружится.
— Черт, Эль, когда ты последний раз ела? — Ким берет в руки лицо подруги. Ему знакомы такие состояния Харрисон, раньше она пару раз доводила себя почти до истощения. Тэхен видел, что она не ест нормально последние два дня, уходя из столовой раньше времени, но был так поглощен помощью в подготовке к вечеринке и контрольными, что совсем забыл спросить у подруги о том, что случилось. А сейчас Ким в панике смотрит на то, как закатываются глаза Шанель и она обмякает в его руках, заваливаясь назад. Но упасть ей не дают чьи-то сильные руки, что обхватывают ее талию со спины и прижимают к груди. Тэхен с облегчением выдыхает, когда видит прибывшую помощь.
— Ей нужно на воздух, — говорит младший Ким, — Эль, какая же ты дуреха, пить столько на голодный желудок, — качает головой парень, а Харрисон пьяно улыбается и лишь теснее прижимается к парню, что стоит за ее спиной. Сейчас уже ничего не важно.