21
Лиса
Привести Нэнси на концерт Дженни несомненно было самой худшей идеей. Но мое желание увидеть, как она играет, преобладало над здравым смыслом, к которому я по-прежнему взывала. Я как раз обсуждала с Камилой идеи для свидания, когда получила от нее сообщение. Я даже не колебалась, прежде чем сказать “да”.
В пятницу вечером мы с Нэнси встретились в ресторане, недалеко от места проведения концерта. На ней было небольшое черное платье, идеально сидящее на ее стройном теле. Возможно, оно стоило больше, чем весь мой гардероб… может, чем вся моя квартира. Когда мы встретились у “Трестла”, ее щеки горели ярко-розовым. Я предположила, что она раскраснелась потому что слегка навеселе. А еще она много хихикала. И снова я решила, что всему виной алкоголь.
Судя по всему, я ошиблась в обоих случаях. Это была всего лишь Нэнси: залитые румянцем щеки и веселящий газ в легких.
Я прошла через все атрибуты свидания.
Сделала ей комплименты.
Заказала вино.
Вела светскую беседу.
Нэнси была довольно милой и очень хорошенькой, но немного предсказуемой. Она заказала салат и постоянно отбрасывала свои светлые волосы то вперед, то назад, так что я даже удивилась, что у нее от этого не возникла травма шеи. Она хихикала не только над чем-то смешным, но и чтобы просто заполнить молчание.
А с моей стороны молчания было предостаточно.
- Так вот мой препод совсем лишился разума, он даже не позволил мне пересдать тест, когда все это недоразумение было его виной. Ты, наверно, думаешь, что за ту сумму денег, которую мы платим за его занятия, с ним будет немного проще в общении, да?
Молчание.
Нэнси захихикала.
Я поморщилась.
Мне надо отвечать быстрее.
- Да.
Она улыбнулась и снова откинула волосы.
- Прости. Я, наверно, утомила тебя своей болтовней о колледже.
- О, нет, вовсе нет! - заверила я.
- Хорошо. Потому что, знаешь, я наткнулась на этого же самого препода в самый удачный момент, когда он заигрывал с девушкой моего возраста. Можешь в это поверить?
Я ответила так быстро, как только может человек:
- Не могу!
- Понимаешь, этому мужику сорок. Думаю, если бы я была другого рода девушкой, то он, может, позволил бы мне пересдать тест, но честно. Я написала декану письмо насчет этого препода. Может, его уволят. По крайней мере, моя оценка изменится. Мой папа дружит с деканом. Уже много лет они вместе играют в гольф.
- О, неужели?
- Да. Знаешь, я чуть не пошла в другой университет, чтобы можно было “выбрать свой собственный путь” и все такое, но, в конце концов, я подумала… почему бы не пользоваться каждой возможностью, которая мне дается?
Она продолжала говорить, но мне было трудно ее слушать. Мне нравилось думать, что я, возможно, смогла это выдержать гораздо дольше большинства, прежде чем те отключались. Я была уверена, что под этими дизайнерскими шмотками, наманикюренными ногтями и самым неприятным смехом скрывалась действительно интересная личность, но сегодня у меня не было ни терпения, ни внимания, чтобы ее отыскать. Мое тело практически пронзало электричество от одной мысли, куда мы в скором времени направимся.
Я невероятно долго искала информацию о группе Дженни “TBJ“ (The Bell Jar)*. Я узнала, что так они назвались после романа Сильвии Плат, что заставило меня вспомнить угрозу Дженни на День благодарения засунуть мою голову в духовку, и чуть не умерла от смеха. Басист и Дженни являлись первоначальными основателями группы, а ее девушка, похоже, присоединилась к ним совсем недавно.
Из задумчивости меня вывел подошедший со счетом официант. У меня сжался желудок, когда я вложила в пластиковую папку невероятную сумму денег. Может, мне и не стоило идти на свидание, если я хотела отложить какую-то сумму на поездку домой на Рождество.
Я выдвинула стул Нэнси и предложила ей руку.
Она захихикала.
Господи, помоги мне.
- Я так рада, что познакомилась с тобой в том ужасном баре. Меня туда притащили мои друзья, и мне захотелось сразу же оттуда уйти. Ну, пока я не увидела тебя.
Потрясающе. Это значит, что она, возможно, возненавидит то место, куда мы идем.
- Так расскажи мне об этой группе, - попросила она.
На сайте я провела достаточно времени, чтобы словно попугай повторить все то, что прочитала:
- Это местная группа, которая сочетает рок и народную музыку. Должна быть хорошей.
- Круто.
Хихиканье.
Хихиканье.
Хихиканье.
Бог мой. Надо продолжать говорить.
- Ага, до этого я не слышала, как они играют, но знаю кое-кого из группы. Думаю, будет здорово. Ты любишь музыку?
Она начала говорить об Ариане, Тейлор и о каких-то южнокорейских группах и я вздохнула с облегчением. По крайней мере, этого должно хватить на дорогу в полтора квартала до “Brooklyn Bowl”. А там, я надеюсь, будет достаточно громко, чтобы заглушить ее глупое хихиканье.
Когда мы подошли к двери, я отдала плату за вход и счастливо проскользнула в затемненный бар. Я нашла нам столик, а потом сбежала, чтобы принести нам напитки. Когда я уходила, Нэнси озабоченно глядела на свой барный стул, будто могла подхватить от него коронавирус. В баре был огромный выбор местного пива. Себе я взяла бутылку оригинального Гиннесса. Нэнси захотела коктейль Космополитен. Бармен посмотрел на меня, как на сумасшедшую. Вообще-то в этом месте не продавали Космополитен, но он все равно ушел, чтобы его приготовить. Пока я ждала наши напитки, то вытащила телефон и написала сообщение Дженни:
“Я здесь. Отличного выступления!”
Ответа я не ждала, потому что ей скоро выходить, но он пришел практически сразу.
“Спасибо. Заходи после за кулисы”.
Ха. С ее первого сообщения мы даже ни разу не говорили, поэтому я предположила, что она пригласила меня только из вежливости… или заработать побольше денег, но, похоже, она искренне хотела меня увидеть. Я обдумала уже все стратегии, как можно с ней снова поговорить, но казалось, что мне даже не придется ими воспользоваться. Теперь оказалось в десять раз сложнее забрать у бармена напитки и вернуться к Нэнси, которая захихикала, когда я села с, вероятно, самым худшим Космополитен в истории.
Надо отдать ей должное, она поморщилась, когда забирала напиток, но не пожаловалась. Я продолжала бросать взгляд на сцену в ожидании начала концерта. Мне удалось поддерживать вялый разговор с Нэнси по поводу ее планов учиться заграницей.
- Я все никак не могу решить, где хочу учиться. В Австралии будет потрясающе. Или Лондоне. Но думаю, сейчас мой фаворит - Париж. А с другой стороны, мое мнение меняется раз в неделю.
- У меня есть подруга, которая сейчас путешествует за границей. Я уже сбилась со счета, где она может быть, но последнее, что слышала - она где-то в Германии. Она уже много где побывала, разъезжая на поездах и останавливаясь в хостелах.
- В хостелах? Правда? А что, если ее изрежут на куски или еще что-нибудь в таком духе?
Я улыбнулась.
- Не думаю, что там все настолько плохо.
- И все же, - сказала она, откидывая волосы, - не думаю, что смогла бы там остановиться.
Заявляю официально. Я потеряла всякую надежду откопать в этой избалованной девчонке нормального человека. Хотя вечер нельзя было назвать неудачным, потому что в этот момент из динамиков донесся пронзительный вой, и я увидела Дженни, устанавливавшую на сцене микрофон.
Ее рыжие волосы восхитительно ниспадали вокруг ее лица. На ней были черные шортики поверх сетчатых колгот, а шпильки делали ее ноги еще более невероятными. На плечах болталась белая порванная футболка, открывающая все участки и строение ее тела. Без каких-либо усилий она выглядела круто.
Ее бледная кожа буквально светилась в свете огней, а белая футболка была настолько прозрачной, что под ней я могла видеть очертания ее черного лифчика. Мне это нравилось, пока я не вспомнила, что этот же черный лифчик видели и все остальные. Она перекинула через голову ремень от гитары и в этот момент выглядела более по-домашнему, чем в своей квартире.
Она шагнула к микрофону, ее губы коснулись его, и произнесла:
- Привет, меня зовут Дженни, а это “The Bell Jar”.
Мне захотелось встать закричать, но я сдержалась и заставила себя хлопать, как и все остальные люди.
- Первая песня называется "Bring me to life”, и возможно многие из вас ее знают.
Она отошла от микрофона и начала играть, и впервые за все это время я заметила вокруг нее остальных людей. На басу играл парень - самая странная смесь панка и ботаника, которую я когда-либо видела. На нем была вязаная жилетка и галстук-бабочка с металлическими шипами. Он носил очки, которые явно надел не только на выступление, а волосы были длинными и косматыми, как у участника какой-нибудь гранж-группы. Позади, между ним и Дженни, находилась ее девушка из кофейни. Файе. Она играла на ударных, ее глаза все это время были прикованы к Дженни.
Я не могла ее в этом винить.
Я не была уверена, что тоже смогла бы отвести от нее взгляд. Начали играть первые аккорды и я заметила тот момент, когда весь мир для нее перестал существовать. А потом она запела, и этот мир исчез для меня.
Как ты можешь смотреть в мои глаза, как в открытые двери,
Ведущие в самую глубину моей души,
Которая оцепенела.
Опустошённый, мой внутренний мир будет спать где-то мёртвым сном,
Пока ты не найдёшь мою душу и не приведёшь её обратно
Ее голос звучал хрипло и низко, но в нем было что-то такое приторное, что не сочеталось со всем остальным. Парень в очках был на бэк-вокале. Музыка усилилась, а барабаны зазвучали громче.
(Разбуди меня)
Разбуди меня внутри.
(Я не могу проснуться)
Разбуди меня внутри.
(Спаси меня)
Назови меня по имени и выведи из темноты
(Разбуди меня)
Сделай так, чтобы моя кровь снова текла по жилам,
(Я не могу проснуться)
Прежде, чем я окончательно погибну.
(Спаси меня)
Спаси меня от пустоты, которой я стала.
Глаза закрыты, розовые лепестки губ вплотную прижимались к микрофону. Выплескивая слова, она разрывалась между отчаянием, злостью и стыдом. Всего лишь одна фраза, но я так ясно ощущала ее эмоции, будто она выплескивала их прямо на меня.
Теперь, когда я знаю, чего мне не хватает,
Ты не можешь просто оставить меня
Вдохни в меня жизнь, верни меня в реальность,
Верни меня к жизни.
Песня зазвучала медленнее, а голос поднялся до верхнего регистра. Он был душераздирающим и честным, и в этот момент я понимала ее лучше, чем раньше.
Не могу поверить, что всё это время я не видела
Я была в темноте, но ты была передо мной.
Кажется, я спала тысячу лет.
Нужно открыть глаза на все
У меня нет мыслей, нет голоса, нет души,
Не дай мне умереть здесь,
Ведь должно быть что-то ещё…
Верни меня к жизни.
Она мрачно улыбнулась, и могу поклясться, она держала весь зрительный зал в своих ладонях. Каждый наклонился вперед, в том числе и я. Она пробренчала еще несколько нот, тихонько напевая, и музыка растворилась лишь в ударе барабанов и баса, когда она пропела еще раз:
Верни меня к жизни
Я живу ложью, внутри пустота
Верни меня к жизни
~~~
The Bell Jar* - роман американской писательницы Сильвии Плат. Она покончила с собой, засунув голову в духовку с включённым газом.
Bring me to life - песня группы Evanescence.
всем сердцем обожаю ее🤧
настоятельно рекомендую(требую) послушать:
https://www.youtube.com/watch?v=3YxaaGgTQYM