Чёрное зеркало.

Плато встретило их колоссальными песчаными замками, выточенными
ветром за миллионы лет. Воздух дрожал от зноя и... того гула. Теперь он был
слышим даже без прыжка в чувствительное тело. Вибрация проходила сквозь
подошвы, отдаваясь в костях.
Лекс (в теле алжирского геолога с пропуском в заповедник) вел их по
высохшему руслу реки. Дима был в теле молодого туарега-охранника, чьи
предки тысячелетиями ходили здесь. Память тела узнавала каждую скалу,
каждый скрытый источник. Знание Пути текло по нервам.
"Там," – Лекс указал на узкий каньон, скрытый завесой раскаленного
воздуха. – "Пещера Плачащих Быков. И озеро."
Вход: Проход был завален камнями, почти незаметен. Лекс использовал
знания геолога и резонансный импульс из маленького генератора (собранного
из хлама в Дуале). Камни дрогнули, песок осыпался, открыв черный зев
пещеры. Запах древней пыли, влаги и... озона ударил в нос.
Пещера: Они вошли. Фонари выхватили из тьмы шедевры. Наскальные
рисунки: стада могучих быков, танцующие люди с луками, странные фигуры
в костюмах, похожих на... скафандры? И везде – спирали. Символ резонанса?
Вибрации?
"Не люди это рисовали," – прошептал Лекс, проводя рукой по
изображению быка. "Или не только люди. Здесь был портал. Место силы.
Серые приходили сюда... или уходили?"
Озеро: В центре пещеры лежало оно. Небольшое, идеально круглое.
Вода была черной и неподвижной, как жидкий обсидиан. Она не отражала свет
фонарей – поглощала его. Но когда Дима подошел ближе, на поверхности
замерцали звезды. Не отражение. Созвездия, которых не было на небе Алжира.
Зеркало в иное измерение.
"Оно не земное," – сказал Лекс, голос дрожал от азарта. "Это природный
резонатор. Усилитель. Здесь мы построим ловушку. Здесь мы дадим им бой."
Работа закипела. Они прыгали в тела редких рейнджеров заповедника
(отвлекая их мелкими ЧП), таская оборудование: медные трубки (антенны),
старые автомобильные аккумуляторы, куски листового металла, горы
проводов. Лекс, используя тело алжирского инженера-энергетика (прыжок в
столице, рискованно!), превращал пещеру в гигантский резонансный капкан:
1. Зеркальные Щиты: Из полированного металла и осколков настоящих
зеркал он создал полукруглые экраны, фокусирующиеся на озере.
2. Антенны Резонанса: Медные спирали, повторяющие древние рисунки,
оплели вход и стены пещеры. Они подключались к аккумуляторам и
генератору Лекса.
3. Озеро – Фокус: Вода служила идеальным проводником и усилителем.
Лекс рассчитал точки входа для управляемого импульса.
4. Приманка: Дима. Его задача – стоять у озера и создавать максимально
мощный, хаотичный резонанс. Прыгать в последнее принесенное тело
(молодого туарега), кричать, вспоминать все свои страхи и триумфы, бить в
бубен (украденный у шамана) – делать все, чтобы его "сигнал" горел, как маяк
в ночи Серых.
Проблемы:

Тела Сдавали: Носильщики и рейнджеры приходили в себя с провалами
в памяти и странными знаниями (Дима научил одного считать интегралы,
другой внезапно запел русский шансон). Это привлекало внимание властей.
Серые Чуяли: Тик-так слышалось все чаще даже днем. Над плато
кружили стервятники с неестественно зелеными глазами. Змеи выползали на
солнце и замирали, уставившись в сторону каньона.
Озеро Влияло: Черная вода будто тянула сознание. Глядя в нее, Дима
видел не звезды, а провалы капюшонов, приближающиеся. Лекса мучили
видения его провального эксперимента – огонь, крики, чувство вины,
притягивающее Серых как мух.
Доверие на Грани: Два призрака в чужих кожах. Лекс скрытен, одержим
расчетами. Дима импульсивен, измотан чужими больми. Их союз висел на
волоске. Ссора из-за проводов едва не закончилась дракой тел и прыжком друг
в друга.
Переломный Момент: Ночью, когда установка была почти готова, Серые
нанесли удар. Они вошли в стаю гиен. Звери, ведомые не голодом, а холодной
злобой паразитов, ворвались в пещеру. Глаза горели адским светом. Клыки
щелкали в такт тик-так-тик-так.
Лекс крикнул: "Дима! К озеру! Включай резонанс! Я активирую щиты!"
Дима (в теле туарега) бросился к черной воде. Он закрыл глаза, пытаясь
вызвать хаос воспоминаний: уксус в глотке, трясущиеся ноги в ИВС, восторг
прыжка с водопада, боль матери в Конго, ужас Охотников, лицо Артсдауна...
Волна эмоций ударила из него. Воздух затрещал.
Лекс рванул рычаг самодельного генератора. Медные спирали
вспыхнули голубоватым светом. Зеркальные щиты направили
сфокусированные лучи на гиен. Звери взвыли, но не от боли. Их тени на стенах
пещеры задергались, отрываясь от тел! В лучах света маячили фигуры Серых,
корчащиеся от дискомфорта.
Один из лучей, отраженный от щита, ударил в черное озеро.
Поверхность вскипела! Не водой, а черными звездами! Из озера вырвался
столб мерцающей тьмы и ударил в корчащуюся тень Серого. Раздался звук –
не тик-так, а хруст ломающегося стекла и ледяной вопль, раздирающий разум.
Тень рассыпалась в черную пыль. Гиена, из которой ее вырвали, рухнула
замертво.
Остальные Серые в панике отступили, уводя гиен во тьму каньона. Атака
отбита. Оружие работало!
Цена: Генератор Лекса дымился. Один аккумулятор взорвался. Сам Лекс
(в теле инженера) был сбит с ног обратной волной, из носа текла кровь. Дима
стоял у озера, трясясь. Черная вода у его ног медленно успокаивалась, вновь
показывая чужие звезды. В них теперь плавала одна черная, беззвездная точка
– как шрам. Они убили одного. Но озера хватило лишь на один точный удар.
Лекс поднялся, вытирая кровь. Его глаза в свете догорающих спиралей
горели фанатичной решимостью.
"Работает... – прохрипел он. – Но генератор сожжен. Щиты повреждены.
Нужен последний резонанс. В десятки раз сильнее. Достаточный, чтобы
озеро... разорвало их всех. Ты готов стать бомбой, Дима? Или мы найдем тебе
усилитель?" Он посмотрел на древние рисунки быков и спиралей. "Здесь есть
сила. Древняя. Дикая. Нужно только... разбудить ее."
Дима подошел к изображению огромного быка. Под пальцами туарега
камень был теплым. Гул плато бился в его висках в такт сердцу. Он вспомнил
крик горы в Камеруне. Крик души Кумы. Здесь нужно нечто большее. Танец.
Жертва. Слияние.
"Найди мне шамана, Лекс, – сказал Дима, не отрывая рук от древнего
камня. – Настоящего. Того, кто помнит песню этой земли. Я буду его бубном.
Его голосом. Его... быком." В его глазах горел тот же огонь, что и у Лекса.
Огонь последней ставки. Огонь, за которым – либо свобода, либо вечная ночь
тик-так.
Пустыня за стенами пещеры выла ветром, поднимая вихри пыли,
похожие на танцующих Серых. Ловушка была готова. Приманка – тоже.
Оставалось дождаться рассвета... или тьмы, которую они сами призовут