Любовь - это... Чонин/Кёнсу
Рэна
Чёрный Yamaha R6 медленно останавливается напротив средней школы искусств в центре города. Школьники тут же принимаются восторженно ахать при виде такого средства передвижения. На байке восседает фигура в кожаной куртке и чёрных обтягивающих джинсах, лишь после того, как голову байкера покидает шлем, взору учеников предстаёт парень модельной внешности с красивыми пухлыми губами и смуглой кожей. Девчонки принимаются вздыхать, доставая телефоны, дабы заснять этого красавчика. Сам мотоциклист не обращает на мишуру никакого внимания, проходясь оценивающим взглядом по вздыхающим омегам и бетам. Не в его вкусе. Он достаёт из кармана куртки телефон, набирает по памяти номер, не удосужившись заглянуть в телефонную книгу. Ему этого не надо. Красивые губы произносят всего несколько слов, а уже через минуту к парню подбегает миловидный омега с рюкзаком на спине.
Все сразу же узнают в пареньке Ким БэкХёна, местного красавчика с не очень здоровой психикой. Все прекрасно знают, что омега мягко говоря не очень дружелюбен и общителен, мало того, у него есть альфа, а ведь ему всего 16.
Альфа обнимает омегу за плечи, целует в щёку и протягивает ему запасной шлем. БэкХён надевает защиту, садясь на железного коня и обнимая альфу за талию.
Они уезжают оставляя школьников в разгаре новых сплетен о том, что дива БэкХён уехал с альфой старше него самого, как минимум лет на 5. И это не самое ужасное, лицо альфы было украшено пирсингом и тёмным макияжем. Новая тема для обсуждений? Пожалуйста.
* * *
- Бэкки! - высокий альфа в чёрной рубашке без рукавов кидается обнимать своего омегу. - Кай не убил тебя пока вы ехали? - парень принимается рассматривать БэкХёна со всех сторон, попутно тыкая в него пальцем.
- Боже, ЧанЁль, прекрати! - визжит омега. - Кай мой брат, естественно, что он меня не угробил, меня гробишь ты, татуированная двухметровая дылда! - паренёк одаривает альфу злым взглядом.
- БэкХённи, не обижайся на меня, - брюнет падает на колени перед младшим, - Я люблю тебя, - кажется, что этот парень сейчас разрыдается, сжимая татуированными руками талию своего омеги.
- Прекрати этот цирк, Пак, - в комнату входит тот самый альфа, что привёз Бэка из школы.
- Чанни не клоун, чтобы устраивать шоу, так что молчи! - огрызается омега, услышав «ругательство» в сторону любимого.
- Мой лучший друг и брат два идиота, - Кай падает на чёрный, как и вся остальная мебель в помещении, диван, делая глоток пива из открытой банки.
- Завидуй молча, - Ёль высовывает пробитый язык, меж колец в губах.
- Ты по жизни пробитый, Ёлли, - ухмыляется ЧонИн.
- Если это намёк, то ЧанЁль мой, - БэкХён высовывает язык в точности также, как это сделал его парень минутой ранее.
- Ты то язык проколоть когда успел? - удивляется Кай.
- Ты же и повёл, придурок, - смеётся омега.
- А говорил, что помнишь всё после пьянки, - подхватывает Пак.
- А ещё, ты обещал, что устроишь нам с Чанни свадьбу, - Бэк косится на альфу.
- Что?.. - тормозит Кай.
- Проехали, - Ёль бьёт ладонь своего омеги, давая ему «пять». - Мы просто тебя подъебнули.
- Подъебли, - повторяет младший.
- Дети, - выдыхает Кай, уходя на второй этаж в свою комнату. За что на его голову свалились эти два несчастья?
Уже в своей комнате, падая на огромную кровать, заправленную чёрным покрывалом ЧонИн улыбается этим клоунам. Раньше его брат не был таким весёлым, даже сумасшедшим, как сейчас, он был замкнутым тихим омегой, с множеством положительных характеристик и спокойным характером, с Ёлем всё было с точностью да наоборот, чего уж скрывать. А вообще, что Кай может сказать о своём лучшем друге, так это: «Татуированный уёбок под два метра ростом с пробитой рожей и... не только». Сейчас Пак кажется таким счастливым, что скулы сводит, а ведь до того, как Кай познакомил его со своим братом, тот был уличным репером, трахающий течных омег в своём клубе. Просто ему, Ёлю, повезло больше.
Сейчас Ким ЧонИну 25. Он танцует в клубе своего ненормального дружка, разъезжает на ахуенном байке, выпивает почти весь «Jack Daniel's» из коллекции всё того же Пака, а на утро просыпается в вытрезвителе с головной болью и не выветрившимся запахом течного омеги на себе. Типичный день Кая? Да, именно.
- Жизнь дерьмо, - выдыхает альфа, делая глоток виски из бутылки, вытащенной из под кровати. - 25 за плечами, а я без омеги. Жизнь дерьмо, - повторяет он, отшвыривая бутылку и падая на кровать.
А такое ли дерьмо наша жизнь?
* * *
Следующее утро. Переулок за школой БэкХёна.
- Пока, Бэкки! - улыбающийся во все 32 Ёль, целует омегу в щёки, а затем и в губы. - Я заберу тебя в 12. Жди меня, конфетка, - он снова целует губы омеги. - Если течка начнётся раньше, срочно звони мне!
- Ёль, прекращай душераздирающее прощание, нам надо в клуб. После того, что ты там устроил я представления не имею, почему его до сих пор не прикрыли, - ЧонИн целует брата в щёку, надевая шлем.
- Бяка! - словно ребёнок выдаёт Пак.
- Дети, - как всегда выдыхает Кай.
- БэкХён! - к омеге подлетает невысокий парнишка с огромными глазами и копной чёрных волос. - Идиотина ты такая, ты представляешь хотя бы, что о тебе теперь говорят эти недоразвитые существа?! - миниатюрная ладошка прилетает Киму-младшему в предплечье.
- Не смей трогать моего Бэкки! - визжит Пак своим низким басом, прижимая Бэка к себе, и зло шипит на испуганного омегу перед собой.
- Чан, успокойся, - Кай снова снимает шлем, вдыхая запах мальчика перед собой. Дальнейшая его реакция пугает не только его самого, но и всех остальных. Ноздри мгновенно расширяются, вдыхая такой манящий запах цветущей вишни, как тогда, в детстве, у бабушки в саду, а глаза глядят в омуты напротив, не желая отрываться. Омега испуганно смотрит на альфу, задыхаясь терпким запахом граната с примесью лотоса и орхидеи, слишком необычный запах для альфы, но слабый оттенок Махагони добавляет ему некую мужественность, силу. Впервые омега чувствует что-то подобное. Настолько красивого аромата ведь не бывает...
- Вы, придурки, друга мне напугали, - БэкХён одаривает альф злым взглядом. - КёнСу, что ты здесь делаешь? Как ты меня нашёл? - Бэк обращается к парнишке напротив.
- В школу шёл, почувствовал твой запах, прибежал, а сейчас я напуган, я пожалуй пойду, - омега словно робот проговаривает эти слова с такой скоростью, что даже БэкХён не сразу понимает, а когда всё же до него доходит, КёнСу уже плетётся в сторону школы, оставляя ЧанЁля и БэкХёна в непонимании, а Кая в приступе умиления. Такого милашки он ещё не видел! А какой у него запах!
- БэкХён, познакомь меня с ним! - требует Кай.
- Обломись, ЧонИн, ему всего 16. Ты старше его почти на десять лет, - причитает младший.
- Плевать, просто познакомь нас, - глядя в сторону отдалившейся фигурки, требует альфа.
- Нет! - буквально кричит Бэк, - Валите уже!
Как по команде альфы садятся на свои байки, быстро удаляясь в сторону главной дороги. Сейчас, когда лицо альфы скрывает затемнённое стекло шлема, он позволяет себе улыбнуться. Он нашел его, своего омегу, но ведь он совсем ещё ребёнок.
Улыбка сходит с лица лишь, когда байк медленно тормозит около огромной двери с вывеской над ней, гласящей, что вы попали в клуб EXO известный на весь город дикими танцами и морем выпивки.
- Тащи бухло, Пак, я хочу надраться в хлам! - заявляет Кай, как только перед ним открывается дверь.
- Бухать с самого утра не по нашему, брат, - напоминает Чан.
- Заткнись и тащи выпивку! - требует ЧонИн.
- Хорошо, - сдаётся башня.
Они долго сидят над бумажками, ведь клуб это не только алкоголь, танцы и музыка, но и ответственность, а с этим у них было не очень. Главное вовремя «дать на лапу» нужному человеку и всё будет отлично.
Потом Кай слушает игру друга на новенькой гитаре, понимая, что давно они так просто не сидели. Сейчас им уже за 20, но ведь это не меняет их дружбу, которая длится уже двадцать лет, почти всю их жизнь. Тогда ЧонИну было 5, Ёлю всего два, он еле стоял на ногах, но уже в тот момент обожал слушать рэп и игру на гитаре. Так просто песочница сменилась на клуб, велосипеды на байки, а непонятные им отношения в крепкую дружбу, братство, единство.
В итоге они всё же нажираются, как свиньи напевая какую-то известную только им песню, засыпая в обнимку, как братья.
ЧанЁль просыпается когда солнце уже во всю греет землю и даже умудряется пробить лучиками плотные шторы окон клуба на втором этаже, что не остаётся незамеченным, этажи отделяются только лестницей и стеклянным полом, через которое свет дня пробивается без особого труда.
- Кай, ленивая ты задница, вставая быстрее, мы должны были забрать БэкХёна ещё 2 часа назад! - басит Пак, глядя на наручные часы.
- Ебать, он же на другом конце города сейчас! - потирая голову шипит Ким. - Может он на автобусе приедет?
- Какой нахуй автобус?! Он же их как огня боится! - напоминает младший.
- Значит он ещё ждёт, поехали, - Кай хватает кожаную куртку, плевать, что на дворе весна, выбегая из клуба вместе с другом.
Своего омегу они находят в центре города, сидящим на скамейке под старым деревом, с баночкой колы в руках. Рядом с ним сидит тот самый омега с вишнёвым запахом, попивая чай со льдом из прозрачного стакана.
- Кого я вижу! - наигранно удивляется БэкХён, прикладывая тонкие пальчики к приоткрытым губам. - Кённи, малыш, а ты никого не видишь? Может у меня галлюцинации? - омега строит испуганный вид, смотря на друга.
- Знаешь, друг, похоже у тебя и правда галлюцинации, я никого не вижу, - также наигранно отвечает брюнет. - Течка что ли? - с той же наигранностью спрашивает Су у друга.
- Да, да, она самая, - Бэк делает ещё один глоток из банки, а потом швыряет её в своего альфу. - Жаль только мой альфа скотина безмозглая, не понимающая, что если я потеку по дороге домой мне пиздец! - он зло зыркает на альфу, потирающего бок в который прилетела банка.
- Бэкки, прости, - альфа умоляюще смотрит на младшего.
- Прикройся, Пак ЧанЁль, а то я убью тебя, кретин несчастный, если из-за ёбаных таблеток я не смогу иметь детей я тебя кастрирую, мудила двухметровая, - продолжает шипеть БэкХён. - Где ты, сука, был, когда я звонил тебе, мать твою! А ты чего смотришь?! Тебе я тоже звонил! Брат называется! - кричит Ким-младший уже на брата. - А если бы меня кто-нибудь изнасиловал?!
- Но не изнасиловал же... - тихо бормочет Пак.
- А надо было, блядь?! КёнСу, - шатен поворачивает голову на друга, - изнасилуй меня! - брюнет, до этого потягивающий чай, выплёвывает трубочку вместе с чаем, уставившись на омегу испуганным взглядом.
- Что ты несёшь, Бэкки? - не понимает Су. - На тебя так таблетки действуют, да? Мне надо было другие покупать?
- Да, мальчик, другие, - согласно кивает Кай.
- Откуда же мне знать какие таблетки пьют при течке?
- Тебе от природы это знать нужно, - усмехается старший альфа.
- Не одарила его ещё природа своим «прекрасным» подарком в виде крана в заднице! - орёт Бэк, - А ты вообще не пялься на него!! - омега хватает КёнСу, прижимая его к себе, зарывая лицом в свою кофту, чтобы брат на него не смотрел.
- Бэкки, поехали домой, люди смотрят. А дома я тебе помогу, бобо не будет, - Ёль, как наивный ребёнок подходит к омеге, легонько поглаживая его по руке.
Прикосновение альфы отдаётся тысячами мурашек в теле, поэтому БэкХён сдаётся, прекращая истерику.
- Только, отвезите Кённи домой, - тихо просит он.
- Кай его отвезёт, а мы поедем домой, хорошо? - Ёль продолжает проглаживания уже по бокам омеги.
- Хорошо, - тихо соглашается Ким.
Они уезжают на такой скорости, что КёнСу пугается, дабы этот татуированный и пирсингованный альфа не угробил его друга.
- Вставай, я отвезу тебя домой, - говорит Кай, когда байк друга исчезает из поля зрения.
- Я лучше на автобусе, - мямлит мальчик.
- Я настолько пугаю тебя? - спрашивает альфа, садясь рядом с пареньком.
- Да, - признаётся омега.
- Почему?
- Я ведь совсем тебя не знаю и... - начинает Су, но его перебивает альфа.
- И тебя пугает то, что ты чувствуешь, когда я рядом?
- Да, - выдыхает парнишка опуская голову.
- Не бойся, я не сделаю тебе больно. Я просто отвезу тебя домой. Говори адрес, - Кай надевает шлем, протягивая запасной омеге, после того, как тот тихо пробубнил свой адрес.
На железного коня КёнСу залезает осторожно, всё же он боится подобных средств передвижения. А альфу рядом с собой боится ещё больше. Никто ещё не пробуждал в нём столько трепета, сколько пробудил Кай. Су неуверенно сжимает кожанку альфы пальцами, понимая, что этого недостаточно, дабы не упасть, но на большее он не способен.
- Ребёнок, - по привычке выдыхает ЧонИн, хватая руки омеги и, заставляя его обнять себя за талию.
Они едут медленно, но постепенно альфа разгоняет байк до предела, заставляя КёнСу сильнее прижиматься к себе. Это слишком приятно, но ведь так и должно быть.
Чёрный монстр медленно тормозит возле серой многоэтажки, заставляя старушек, сидящих на лавочке, шептаться о том, как современная молодежь ужасна.
- Приехали. Слезай, красотка, - усмехаясь говорит Кай.
- Очень смешно, - бубнит Су, слезая с мотоцикла. - Спасибо, - тихо благодарит омега, стоит ему оказаться на своих двоих, робко растягивая пухлые губки. В этот момент сердце альфы прекращает своё биение, чтобы через минуту возродить его по новому, так, как оно не билось никогда раньше.
- ЧонИн, - запомни это имя, так зовут твоего будущего мужа, - Кай тепло улыбается, надевая шлем, а затем трогается с места. КёнСу остаётся в шоке, но в груди так тепло.
Теперь старушки шепчутся о том, что мальчик-одуванчик До КёнСу приехал на «монстре» с непонятным альфой.
* * *
- Расскажи мне про КёнСу, - просит Кай у брата, когда тот наконец вылезает из комнаты Пака.
- Зачем тебе? - искренне удивляется БэкХён.
- Просто интересно кем является твой друг, раз в отличае от всех он не отвернулся от тебя, когда стало понятно, что ты трахаешься с Паком, - врёт альфа.
- Во-первых не трахаюсь, а занимаюсь любовью, а во вторых Су не такой, как остальные, - омега усаживается напротив брата.
- Что значит «не такой»? - не врубается Ким-старший.
- Он чистый, невинный. В нём нет той грязи, что есть во всех остальных. Он словно ангел, - Бэк прикрывает глаза, вспоминая их встречи с КёнСу. - В его голове нет мыслей о сексе, даже о поцелуях, он не мечтает при первой течке отдаться своему альфе, чтобы крышу снесло от кайфа, он невинен, как младенец. У него и течки то не было ещё, но скорее всего даже при течке он и не подумает о альфе.
- Такого не бывает, - шокировано выдаёт альфа.
- Поверь, он невинней целого монастыря монашек, - выдаёт омега.
- Тогда, я заставлю его хотеть меня.
- Что?! - восклицает БэкХён.
- Я это вслух сказал?! - Кай поднимает испуганные глаза на брата.
- Да, придурок! Только посмей его тронуть! Я тебе яйца оторву и плевать я хотел на то, что ты мой брат!! Он достоин большего, чем татуированного уёбка с пробитой рожей, он достоин любви, - под конец омега говорит шёпотом, но это не мешает альфе улыбнуться. А говорят настоящей дружбы не бывает.
- А я хочу его любить...
- Что ты несёшь, ЧонИн? Ты и любовь несовместимые вещи, - спокойно говорит Хён.
- Пусть так, но он мне нужен. Ничто не изменит того, что он принадлежит мне, - Кай откидывает голову на спинку дивана, прикрывая глаза и наслаждаясь образом омеги, трепетно нарисованном в его голове.
- Он твой... - БэкХён не успевает договорить, как его оборвали.
- Мой... - альфа встаёт с дивана направляясь в свою комнату. Да, у Кая есть своя квартира, но одному не очень хочется жить.
* * *
- Эй, малыш, - Кай хватает КёнСу за руку, утягивая за угол.
- Боже, ты меня напугал, - омега прижимает ладошку к груди забавно дуясь.
- Прости, но если БэкХён меня увидит, то запрёт под три замка, он и так выгнал меня и мне пришлось съехать в свою квартиру, - тараторит альфа, так что Су с трудом понимает его слова.
- БэкХён уже уехал со своим альфой, - успокаивает Кён. - Только вот почему здесь ты?
- Я? Тебя увидеть хотел, - признаётся ЧонИн. - Покатаемся?
- Я тебя не знаю, так что нет, - отрезает омега.
- Тебе не нужно меня знать, чтобы понимать, что я не причиню тебе боли. Ты ведь это чувствуешь? - альфа смотрит прямо в глаза, заставляя сердце КёнСу бешено стучать. - Дай мне руку, - просит Кай протягивая ладонь.
КёнСу в замешательстве, но через некоторое время он всё же кладёт свою ладонь на ладонь альфы.
Кай аккуратно перехватывает ладошку, прижимая её к своей груди. Су прикрывает глаза, когда в ладонь начинает размеренно толкаться сердце, с желанием выпрыгнуть в тёплую ладошку, разорвав мышцы, переломав рёбра.
- Покатаешься со мной? - ещё раз спрашивает альфа.
- Да.
ЧонИн садится на байк, протягивая КёнСу запасной шлем чёрного цвета. Омега принимает защиту, надевая её, а потом неуверенно садится на мотоцикл, обнимая альфу за талию.
Они едут долго, хотя скорость и зашкаливает, КёнСу боязливо прижимается к Каю, страх пробирается во все клеточки, но этот альфа успокаивает его.
Байк останавливается у старой многоэтажки, заставляя омегу вздрогнуть, кто его знает, что может сделать с ним этот альфа, раз привёз в такое место.
- Не бойся, я ничего тебе не сделаю, - Кай снимает шлем, избавляя от него и омегу. - Идём, - он берёт Кёна за руку, уводя в темноту здания. Всё оказывается не так ужасно, как думал Су. Внутри нет битого стекла, обломков и даже мусора. Наоборот всё чисто и выглядит очень даже нормально. Словно больница, даже лампы на потолке горят.
- Это бывшая психиатрическая клиника, - устрашающим голосом говорит альфа, - На данный момент она не работает, из-за чего я не знаю, но не это важно. Прикол в том, что психушка здесь была только до пятого этажа, а что было на остальных никто не знает, а ведь их 120. Представляешь себе? Не удивлюсь, если здесь проводили опыты над людьми, - на этих словах КёнСу вылупил и так большие глаза, - Не бойся, глупый, я шучу, - Кай начинает смеяться. - Это здание какой-то фармацевтической компании, с которой сотрудничает компания семьи ЧанЁля. Она закрыта на время, из-за пожара в правом секторе, а мы сейчас в левом, так что не бойся. Сейчас здесь только охранники и некоторый персонал, поэтому всё и функционирует.
- Придурок, я же испугался! - зло шипит омега.
- Да ладно тебе! - альфа хватает паренька за руку, направляясь к лифту, не обращая внимание на попытки вырваться.
На лифте они поднимаются на последний этаж, а потом и на крышу. Тёплый ветер ударяет в лицо, заставляя невольно поёжиться, но Кай лишь улыбается. Он подходит к краю крыши, опираясь о железное ограждение. Омега впрочем так и остаётся стоять на месте, испуганно оглядываясь.
- Решил изнасиловать меня, а потом сбросить с крыши? - делает вывод подросток.
- Я похож на насильника? - удивлённо спрашивает Кай.
- Да, похож. Подожди, я это вслух сказал?! - мальчишка охает. - Прости!
- Так бы и сказал, что на насильника похож, а если мыслить логически, то я бы уже давно тебя трахнул, а потом закопал бы где-нибудь, если бы хотел этого, не думаешь? - ЧонИн достаёт из кармана пачку сигарет, вытаскивает никотиновую палочку из пачки и, глядя на омегу закуривает.
- Кай, не кури, пожалуйста, - вместо ответа просит парнишка.
- Не любишь сигареты? - спрашивает старший, отбрасывая сигареты куда-то вниз.
- Я не переношу резких запахов, - признаётся КёнСу.
- Что же будет, когда ты забеременеешь?
- Хочешь увидеть меня с огромным животом? - не понимая серьёзности слов, смеётся Су.
- Омега прекрасен, когда носит в себе дитя своего альфы, - расслабленно говорит альфа, приблизившемуся омеге.
- Думаешь? - спокойно спрашивает До, потеряв страх перед старшим.
- Уверен, - выдыхает Кай.
Они ещё долго сидят на крыше, прижавшись спиной к перилам, разговаривая о всяких глупостях, начиная от философии жизни, заканчивая татуировками и пирсингом альфы. Просто так, отдавая частичку своей души, своей личности собеседнику.
Домой омега приезжает на том же «монстре» с тем же альфой, позволяя старушкам продолжить сплетни на тему: «Мальчик-зайчик До КёнСу и альфа-педофил, да ещё и бандит, раз у него так много татуировок!».
- Спасибо, Кай, - благодарит КёнСу, стоя спиной к перешёптывающимся старушкам.
- Зови меня ЧонИн, - говорит альфа, натягивая шлем. Мотоцикл уезжает так же быстро, как и появился.
- ЧонИн... - трепетно слетает с губ, заставляя сердце впервые ёкнуть.
Тем же вечером КёнСу звонит лучшему другу долго расспрашивая того о брате, про которого омега категорически отказывался говорить, но стоит с губ КёнСу слететь всего трём словам: «Он - мой альфа», БэкХён выкладывает всё, что знает, а знает он не мало.
- Спасибо, Бэкки, - благодарит младший, нажимая сенсорную кнопочку сброса. - Ким ЧонИн, - проговаривает он, широко растягивая губы.
* * *
- Привет, конфетка, - Кай стоит, оперевшись на свой мотоцикл, всё в том же переулке около школы младшего брата, который тут совсем не причём.
- И не надоело тебе каждый день меня караулить? - обессилено выдыхает До, не подавая намёка на то, что ему приятно такое внимание.
- Во-первых, - пародируя БэкХёна начинает Кай, - это только шестой день, не считая воскресенья, которое ты не учился, а во вторых... Признайся, тебе же приятно, да? - «в лоб» спрашивает альфа.
- И вовсе не приятно! - стараясь быть правдоподобным врёт Су, но покрасневшие щёки выдают его с потрохами.
- А твои милые щёчки говорят об обратном, - ущипнув мальчика за правую щёку, смеётся альфа.
- Глупый, ЧонИн, - обиженно сипит омежка. Всего за 6 дней ЧонИн успел стать для него кем-то особенным, слишком особенным. Этот альфа стал «Его ЧонИном». С ним складывается ощущение, что они знакомы вечность.
- Поехали, - старший протягивает омеге шлем, который тут же оказывается надетым. Это уже седьмой день, когда они едут на ту самую крышу, просто так, чтобы разговаривать о всяких глупостях до позднего вечера.
- Разве это не странно? - уже на крыше спрашивает КёнСу усаживаясь на «своё» место.
- Что странно?
- Что мы вот так сблизились всего за неделю? - Су направляет взор в небо.
- Судьба всё уже решила, так зачем же забивать друг другу голову всякими глупостями, если нам уже суждено было любить? - Кай так же откидывает голову, глядя в небо.
- Что такое «любовь»? - спустя долгие минуты молчания спрашивает омега.
- Любовь — это запах, сносящий разум. Любовь — это взгляд, заставляющий утонуть. Любовь — это улыбка, от которой сердце бьётся часто-часто. Любовь — это пустяковые разговоры на крыше многоэтажки, - ЧонИн прикрывает глаза, втягивая в себя запах цветущей вишни.
- Любовь — это ты и я, - шепчет КёнСу, переплетая пальцы с пальцами альфы.
Теперь только они и несколько часов блаженного молчания.
* * *
- Спасибо, - КёнСу стоит перед альфой смущённо улыбаясь, слыша шушуканья старушек, сидящих на лавке неподалёку.
- Не за что, - улыбаясь отвечает Кай.
- Можно мне кое-что сделать? - так же смущаясь спрашивает мальчик.
- Всё что угодно, - губы альфы расширяются ещё больше.
- Закрой глаза.
Стоит ЧонИну прикрыть веки, как его губ на мгновение касаются влажные губы омеги. Поцелуй невесомый, совсем невинный, детский. Первый. КёнСу отстраняется сразу же, в попытке быстрее убежать, дабы не провалиться под землю со стыда, но крепкая рука, схватившая его за запястье не позволяет ему этого сделать. Кай прижимает хрупкое тело к себе, впиваясь в губы уже настоящим поцелуем. Нет никакой похоти и даже страсти, есть лишь море ласки и тонна нежности. Альфа посасывает нижнюю губу, переходя на верхнюю, не осмеливаясь зайти дальше, до того момента, как Су сам прикусывает его губу, нежно её облизнув. Тёплый ротик встречает своей невинностью, даруя ЧонИну столько блаженства. Сколько он не получал даже после полноценного секса с текущими шлюхами из клуба. Этот малыш настолько невинен, что даже один его поцелуй кружит голову на столько, что хочется взвыть.
Кай отстраняется напоследок легонько оттянув нижнюю губу, а после легко касаясь обеих.
- Сладких снов, конфетка, - уезжая, желает Его ЧонИн.
Су смотрит ему вслед, широко улыбаясь.
Любовь — это трепет на губах, после первого поцелуя с любимым человеком.
* * *
Весь вечер омега проводит в глупых мечтаниях о вечном счастье рядом с этим пугающим, но таким родным альфой. А засыпая так и не убирает пальцы от горящих губ, слишком уж приятен этот привкус.
Тянущее чувство окутывает КёнСу с ног до головы, отдаваясь чем-то непривычным внизу живота, но мысли о Кае, нет, о ЧонИне заставляют улыбаться совсем уж глупо. Впервые после отъезда родителей он засыпает с улыбкой.
До просыпается поздно ночью от ноющей боли внизу живота. От боли он не способен даже подняться с постели, падая на пол, словно кукла вуду после окончания ритуала. В глазах темнеет, а по бёдрам стекает что-то прозрачное. Пальцы сами собой принимаются истерически стирать жидкость с худых ног, но когда Су понимает, что это бесполезно в глаза бросается телефон, упавший с прикроватной тумбы. КёнСу скорее инстинктивно, чем осознано нажимает какие-то смутно знакомые цифры, дожидаясь сонного:
- Алло.
- ЧонИн, мне больно... - жалобно произносят пухлые губки, пока пальчики размазывают прозрачные слёзы по щёчкам. - Приезжай... - внутри всё кричит, рвётся наружу, желает... ЧонИна.
* * *
Телефон летит куда-то на пол, а руки принимаются натягивать чёрные джинсы поспешно застёгивая две пуговицы и затягивая молнию. Футболка на теле оказывается уже после того как дверь квартиры захлопывается, а ЧонИн держа в правой руке чёрный шлем, натягивает кожанку на левую, а затем и на правую, перекидывая шлем в левую.
Альфа садится на байк тут же срываясь с места. Пустынные дороги только способствуют развитию скорости, всё что ему нужно это скорее добраться до его омеги. КёнСу не должно быть больно.
Серая многоэтажка встречает тусклым светом фонарей и пугающими тенями массивных деревьев, впрочем этого Кай и не замечает, сразу же вбегая в подъезд. Лифт ждать бесполезно, он не знает на каком этаже и в какой квартире живёт Су, поэтому бежит вверх по ступенькам на усиливающийся запах своего мальчика.
Тяжёлое дыхание, звонок в дверь из которой исходит такой манящий аромат, от которого в штанах болезненно ноет, заставляю буквально звереть.
Дверь открывается медленно и перед альфой предстаёт хрупкое ещё совсем юное тело облачённое в белую рубашку и уже совсем мокрые трусики.
По щекам подростка стекают влажные дорожки, а глазки смотрят так преданно и любяще, что хочется взвыть. Кай не ждёт, он подхватывает совсем лёгкое тельце на руки, захлопывая за собой дверь.
Губы сразу находят сладкие губки омеги впиваясь в них пылким поцелуем, пальцы Су инстинктивно зарываются в волосы своего альфы прижимая того ещё ближе.
- Дверь... - на секунду отрываясь от полюбившихся губ шепчет КёнСу. - Правая...
ЧонИн понимает всё сразу, следуя указанному направлению, пиная дверь ногой, что-бы она словно по волшебству отворилась, впуская в обитель принца и его принцессу, но это не сказка и они не принц с принцессой, а любяще друг друга сущности.
Расправленная постель и влажные пятна на ней заставляют альфу улыбнуться, он смог заставить невинного Кённи хотеть его.
- ЧонИн! - кричит малыш, когда его бросают на постель, а сверху падает совсем нелёгкое тело, но от этого только приятнее.
Кай принимается выцеловывать бледную кожу, попутно сбрасывая с себя всю одежду. На пол летят тяжёлые ботинки, которые не были сняты в коридоре, кожаная куртка обвешенная шипами, чёрные потёртые джинсы, растянутая белая футболка с нецензурным «Fuck» чёрного цвета, а затем и боксеры.
Кай остаётся полностью обнажённым, в то время как омега всё ещё одет, если это можно так назвать, но и с него поспешно стягивают рубашку, когда желание оставить несколько отметин на груди и плоском животике переходят рамки разумного.
КёнСу ничего не остаётся, кроме как блаженно приоткрывать ротик в очередном стоне, когда альфа проходится пухлыми губами по шее, груди, животу, легко сжимает между ними соски, срывая с точно таких же пухлых губ очередной стон. КёнСу никогда не думал, что это так хорошо, когда к тебе просто прикасается родной человек.
- ЧонИн, больно... - снова жалуется До, когда внизу проходится очередная волна не знакомой ранее боли.
- Потерпи, мой маленький, - дрожащим голосом просит альфа, прося то ли омегу, то ли себя.
- Не хочу! Мне больно! - подросток уже сам принимается стягивать с себя промокшее нижнее бельё, отодвинувшись от альфы. Кто же знал, что течка так болезненна?
Как только последняя часть гардероба оказывается на полу, младший сам седлает бёдра альфы, проходясь своей аппетитной попкой по возбуждённому члену альфы, тем самым смазывая его. Сейчас КёнСу не чувствовал ничего кроме дикого желания почувствовать в себе член альфы. Почувствовать в себе своего альфу.
Он насаживается очень медленно, ЧонИн слишком большой для его дырочки, но это так приятно чувствовать в себе любимого.
Как только член полностью погружается в девственную дырочку альфа буквально рычит от удовольствия. Никогда ещё он не чувствовал ничего подобного. Омега несколько минут удобно сидит на ЧонИне наслаждаясь приятной пульсацией внутри, лишь потом делая первое неуверенное движение бёдрами. Всё происходит медленно, тягуче, Кай позволяет мальчику править ситуацией, ведь это его первый раз. Всё должно быть так, как этого захочет его малыш, независимо от того каким бы сильным не было желание долбиться в это тело до боли, до крови, его мальчику не будет больно никогда.
Терпение ломается, когда КёнСу уже во всю скачет на нём по-блядски прикусывая пальчик, при этом постанывая, как опытная шлюха из дешёвого американского порно. Он с рыком переворачивает подростка на спину, принимаясь долбиться в него так, как того требуют инстинкты. Пальцы сильнее сжимаются на молочного цвета бёдра, грозясь оставить не хилого размера синяки, которые будут спадать не день и не два, а несколько недель, как минимум.
Возбуждённый орган омеги трётся о живот альфы, принося двойное удовольствие из-за чего Су и не выдерживает, кончая на их животы. Кай продолжает долбиться в размякшее тело, но почувствовав приближение оргазма тут же останавливается, КёнСу слишком рано для сцепки, поэтому альфа медленно покидает любимое тело, пока узел не развязался, но тонкие ручки сжимающиеся вокруг его шеи не дают этого сделать.
- КёнСу, нет! - судорожно выговаривает альфа, чувствуя как узел становится больше.
- Поздно, я так решил, - тихо отвечает омега, прикрывая глаза и чуть слышно шипя из-за давящего на стенки узла. В это же мгновение по телу обоих проходит волна дрожи и ЧонИн выплескивается в юное тело, медленно переворачиваясь на спину, дабы не придавить своего ребёнка собой же.
Любовь — это засыпать, чувствуя тепло любимого тела.
* * *
КёнСу впервые просыпается от тёплых рук нежно оглаживающих его тело. Открывая глаза он видит перед собой тёплую улыбку своего альфы, который со всей любовью прижимает омегу к себе.
Любовь — это просыпаться в объятьях любимого.
Стоит Су немного опустить взгляд, как он моментально краснеет от вида обнажённого альфы.
- Ты уже всё видел, так зачем же смущаешься? - ехидство в голосе старшего выдаёт в нём некую самоуверенность, но в то же время и нежность, не сочетающуюся с его внешним видом.
- Извращенец! - смущённый омега зарывается под одеяло укрываясь с головой. Для него такое впервые, но это так смущающе, что хочется никогда не показываться альфе на глаза.
- Не обижай меня, малыш, течка только началась... - Кай сдергивает «защиту» с хрупкого тельца, буквально набрасываясь на него.
- ЧонИн, подожди, - тихо просит До, не оказывая сопротивления пухлым губам, которые так искусно оставляют на его шее метки принадлежности. - Я хочу кушать, - только после этих слов альфа отстраняется, поднимая своего крошку на руки.
- Сначала в душ! - заявляет он. - Куда идти?
- Первая дверь слева, - спокойно отвечает младший, уже не смущаясь ни своей наготы ни наготы альфы.
Кай делает всё сам, он аккуратно укладывает омегу в тёплую воду, залезая вместе с ним.
КёнСу долго оглаживает замысловатые узоры на теле альфы, расспрашивая о их значении и появлении, а потом с неким садистским удовольствием дёргает серёжку в губе, нежно касаясь её своими, когда альфа чуть шипит.
- Ведёшь себя как ребёнок, - посмеиваясь говорит старший.
- Я и есть ребёнок, - прекращая свои манипуляции отвечает Су.
- Ты больше не ребёнок, ты взрослый омега. Мой омега, - после этих слов он укладывает мальчика у себя на груди прижимая того к себе со всей нежностью, что в нём есть.
- Я люблю тебя, - совсем тихо признаётся парнишка.
- Я тебя тоже, - лёгкий чмок в лоб и долгие ласки начинаются именно с этих слов.
---
Так и проходит первая течка До КёнСу. Пять дней любви и нежности заканчиваются слишком быстро, по мнению омеги, ему совсем не хочется, чтобы ЧонИн уходил, но альфе надо к брату, ведь 36 пропущенных это не шутки.
- Люблю тебя, - в который раз за пять дней шепчет Су.
- Люблю, - коротко отвечает Кай, садясь на свой байк.
«Мальчик-зайчик До КёнСу, насквозь пропитанный запахом альфы, целует хозяина этого самого запаха, прежде чем он уезжает в неизвестном направлении. Плохой омега!» - единогласно твердят всё те же бабушки-беты.
---
Радости юного омеги нет предела, когда он возвращается в квартиру, тут же валится в свою постель, улыбаясь мыслям о том, что они творили на этих простынях.
Его отвлекает телефонный звонок, всё настроение пропадает, когда он видит на экране монотонное «Папа».
- Алло, - «серо» отвечает КёнСу.
- Привет, КёнСу, - фальшиво щебечет в трубку омега.
- Здравствуй.
- КёнСу, мы возвращаемся домой, - сердце ухает куда-то вниз.
- Когда? - единственное что срывается с губ КёнСу.
- Сегодня вечером, - в трубке раздаются гудки.
Нет, только не это. Пять месяцев, пять грёбаных месяцев их не было, а сейчас они решили вернуться? Неужели забеспокоились о том, что бросили пятнадцатилетнего сына одного почти на полгода? Зачем им возвращаться, когда КёнСу уже в этом не нуждается? Когда у него появился по настоящему любящий человек...
Пусть... Пусть возвращаются, ничего уже не изменится. Теперь у него есть ЧонИн, его ЧонИн.
Вечер приходит слишком быстро, а открывающаяся дверь извещает о возвращении совсем нежданной семьи. Сердце, кажется, перестаёт биться, когда глаза обоих родителей становятся в два раза шире от сильного запаха течки, альфы и секса.
- Что... Что здесь произошло, До КёнСу?! - захлопывая за собой дверь кричит альфа.
- Здесь случилась любовь, - совсем спокойно отвечает подросток, легко улыбаясь. - Ах да, поздравьте меня, ваш сын теперь взрослый омега, у которого есть альфа.
- Как ты посмел?! - зло спрашивает альфа.
- А что не так? - наигранно удивляясь спрашивает омега.
- Кто он? - в голосе альфы слышится сталь.
- Он татуированный рокер с проколотой бровью, губой и сосками, а ещё он носит потёртые джинсы, кожаную куртку с шипами и ездит на байке, - перечисляя всё это парнишка доводит папу чуть ли не до инфаркта, а отца так вообще приводит в бешенство.
- Что же теперь скажут люди? - оседая на пол растерянно спрашивает старший омега.
- Я забыл сказать, что он старше меня на девять лет, - добивает Су.
- Выметайся! - сквозь зубы шипит альфа, поднимая супруга с пола.
- С радостью, - отвечает КёнСу, понимая, что родители в его случае действительно были только формальностью. Они никогда не воспринимали его, как сына, так зачем же ему воспринимать их, как родителей.
Он закидывает в рюкзак только учебники и телефон, который ему подарил БэкХён на пятнадцатилетие, от этих людей ему не нужно ничего.
- Прощайте, - уже в коридоре тихо говорит он.
- Не смей возвращаться, шлюха, - бросает омега.
- Да, если тебе так нравится это слово, вынужден признаться, я — шлюха Ким ЧонИна, а другого мне не надо. Я в отличие от некоторых не собираюсь изменять своему альфе, - глядя в глаза старшего шипит Су. - Прощайте, недородители.
---
Омега долго гуляет по городу, наблюдая за опустошающимися улицами, а потом садится на скамейку в парке и просто думает. А вдруг ЧонИн не примет его? Да нет, быть такого не может. ЧонИн любит его. Внутри становится так легко, а КёнСу просто смотрит в звёздное небо, накинув на голову капюшон толстовки. На дворе середина ноября, а в сердце лето. Он просто сидит и думает, а потом гуляет по окончательно опустевшим улицам.
Удивительно, но даже редкие компании молодых альф не обращают на него внимания. Вот она солидарность самцов, не смей трогать то, что принадлежит другому. Это так приятно понимать, что ты пахнешь любимым человеком.
К Каю Су направляется когда на часах около часа, но круглосуточный магазинчик приковывает его внимание и омега с огромной радостью заглядывает туда, покупая вкуснейший рамён. КёнСу просто обожает рамён, поэтому не отказывается ещё от одной порции медленно наслаждаясь любимым блюдом.
До своей цели парень добирается через два часа, альфа живёт на другом конце города, а сейчас поздняя ночь, так что идти пришлось на своих двоих. Добравшись до указанного БэкХёном адреса КёнСу усаживается на железные перила, принимаясь покусывать пухлые губы. Мысли не давая покоя, терзая душу и сердце. А вдруг?..
Решительность приходит не скоро, но это всё же случается. Лифт. Последний этаж. Чёрная массивная дверь. Любимый аромат. Пальчик неуверенно жмёт на звонок ожидая, когда же откроется дверь.
Она открывается не сразу, но лицо омеги трогает улыбка, когда он видит своего альфу в одних боксерах в широком проёме.
- Кённи, малыш, что случилось? - как только Кай понимает, что ему не привиделось спросонья спрашивает он.
- Родители вернулись, - тихо говорит паренёк. - Они почувствовали на мне твой запах. Сказали, что я им больше не сын... - голова омеги опускается вниз, - Их не устраивает то, что я стал шлюхой парня, который старше меня на девять лет...
КёнСу замолкает, как только тёплые разрисованные руки затаскивают его в квартиру, прижимая к сильному телу. Зря он сомневался.
- Прости за это, но я так рад, что они прогнали тебя, - перенося пару в спальню признаётся старший.
- Я и сам рад.
- Почему ты пришёл так рано? Они вернулись ночью? Тебе не холодно? Может хочешь кушать? - ставя лёгкое тело на пол принимается спрашивать альфа.
- Хочу, чтобы ты обнял меня, - совсем тихо говорит малыш. - Поцеловал, а потом любил весь день, - глаза в глаза, сердце к сердцу, так и должно быть.
- Я буду любить тебя до осипшего голоса, синяков и красных отметин, но сейчас тебе нужно поспать, - Кай принимается стягивать одежду со своего омеги, с упоением разглядывая засосы оставленные собой же во время течки.
КёнСу снимает с себя даже светлые боксеры, которые альфа не решился снять, ложась в ещё теплую постель. Он легко хлопает ладошкой по месту рядом с собой, тем самым призывая альфу лечь рядом, что и делает старший, стягивая по пути боксеры.
ЧонИн прижимает обнажённого омегу к себе, наслаждаясь мягкостью его кожи и приятным вишнёвым ароматом.
- Здесь всё пахнет тобой, - младший укладывает голову на груди своей пары, закидывая ногу на чонинов живот. - Так вкусно.
- Скоро здесь будет пахнуть нами обоими, - поглаживая мягкие пряди говорит Кай.
- Я люблю тебя, ЧонИн.
- Я тебя тоже, малыш, - альфа прикрывает глаза, зарываясь носом в волосы своего мальчика.
Любовь — это полностью владеть и в тоже время принадлежать.
* * *
День проходит сказочно, КёнСу никогда ещё не испытывал ничего подобного. Столько ласки и любви в свой адрес он не ощущал ни разу за свои 15 лет жизни. Он думает, что это приятно, когда разрисованные руки прижимают к сильному телу, а пальцы перебирают волосы, даруя неведомый ранее трепет. Сердце бьётся часто-часто, видя альфу в одних боксерах, а потом он сам снимает с себя одежду оставаясь в огромной чониновой рубашке.
- Ты обещал, что будешь любить меня весь день, - с призывом шепчет младший, усаживаясь на колени своего альфы.
- Ну, раз обещал, - губы искажает похотливая ухмылка, а руки по привычке обвивают тонкую талию мальчишки.
- Педофил, - смеётся До.
- Люби себя сам, если я педофил, - Кай опускает омегу на постель, отстраняясь.
- Я не могу любить себя сам, у меня же есть ты, - губы трогает лёгкая улыбка.
- Хороший мальчик, - говорит альфа, легко касаясь губ своей пары.
---
Следующее утро для КёнСу начинается с лёгкого поцелуя и приятных объятий.
- Малыш, вставай, - тихо шепчет альфа, поглаживая плоский животик своего малыша. - Тебе нельзя пропускать школу.
- Не хочу в школу! - хнычет Су обнимая старшего за плечи. - Я её ненавижу!
- Именно поэтому вместо того, чтобы взять из дому одежду ты притащил школьные учебники? - губы по привычке искажаются в ухмылке.
- Мне нечего надеть, - понимая, что других поводов остаться дома нет, говорит КёнСу.
- У вас же не носят форму? - каким-то слишком хитрым голосом спрашивает старший.
- Даже если так, что это меняет? Предлагаешь мне одеть твою одежду? - мальчишка растёт, призыва в нём всё больше и больше.
- Хорошая идея...
- Что? - не понимает младший.
- Вставай, - ЧонИн поднимается с постели протягивая парнишке руку, за которую тот сразу хватается.
То, что происходит дальше немного пугает КёнСу, но сейчас это нормально, ведь рядом с ним татуированный Ким ЧонИн, мечта всех омег.
Альфа достаёт из своего шкафа чёрные джинсы, которые ему наверняка в обтяг, но на худых ногах КёнСу они свисают, да и на бёдрах они не держатся, поэтому Кай натягивает на них тяжёлый ремень, отстранённо кивая при этом. Потом на него натягивают уж слишком большую футболку, но это не особо важно, потому что поверх неё на КёнСу ложится тёплая толстовка чёрного цвета, которая сидит на нём, как худи.
- Красота, - довольно кивая говорит альфа. - Выглядишь просто великолепно! - добавляет альфа, принимаясь одеваться.
До не понимает абсолютно ничего, зарываясь носиком в тёплую ткань, пропитанную таким любимым запахом.
- Учебники! - уже на пороге квартиры вспоминает Кай.
- То есть, я пойду в школу? В таком виде?!
- Именно! - спокойно кивает старший, перекладывая учебники, указанные в листке с расписанием в свой рюкзак.
КёнСу, всё также непонимающе, садится на байк своего альфы, несильно дёрнув рюкзак за спиной и обнимая пару за талию, сильнее прижимаясь к тёплому телу.
---
Мотоцикл останавливается в уже привычном месте, в переулке за школой.
- Слезай, - спокойно говорит альфа, дожидаясь пока омега осмыслит эти слова.
КёнСу опускает на землю одну ногу, а затем и вторую, расцепляя руки, крепко обнимающие альфу.
- Я приду в три, - извещает старший. - Не смей никуда идти сам, я приеду. Хорошо? - он «обнимает» ладонями личико школьника.
- Хорошо, - неуверенно, но Су всё же кивает.
- Люблю тебя, - Кай легко целует губы напротив.
- Я тебя тоже.
ЧонИн уезжает, оставляя улыбающегося КёнСу с желанием ждать себя вечно.
Любовь — это ждать Его каждую секунду.
---
- Что за фигня?! - недовольно выдыхает БэкХён, созерцая новый образ До КёнСу, но его скорее пугал запах исходящий от друга, - Почему ты пахнешь моим братом, течкой и сексом?!
- БэкХённи, не сейчас, прошу, - выдыхает младший, садясь за свою парту.
- А когда?! Скажи мне когда?! - Бэк нервно ударяет парту ладонями, - Неужели ты не понимаешь, что от тебя ему нужно только одно?!
- БэкХён, он же твой брат, как ты можешь говорить о нём такое? - искренне не понимает Су.
- Я слишком хорошо его знаю, но я знаю и тебя, а ещё я знаю, что ты слишком доверчив, а он умеет этим пользоваться, - старший омега устало потирает глаза, его слишком вымотало всё это.
- Он никогда меня не бросит, я это знаю. Чувствую.
- Что ты мог чувствовать во время течки?! Он воспользовался тобой, пока ты не мог сопротивляться!
- Я сам ему позвонил, когда началась течка. Я хотел его, понимаешь? Хотел только его одного. Он не пользовался, а принял то, что я дал ему, а именно себя! - уверенно отвечает До на нападки лучшего друга. - Позавчера вечером вернулись мои родители, они почувствовали на мне его запах, разозлились, прогнали... Сказали, что я им больше не сын. Я долго ходил по городу и только утром пошёл к ЧонИну и, знаешь, надо было идти к нему раньше, потому что, как только он меня увидел, сразу завёл в квартиру, согрел, подарил свою любовь.
- Быть не может, - шокировано выдыхает Ким.
- Он любит меня, я люблю его, разве мой запах не доказывает это? - губы Кёна растягиваются в тёплой улыбке. - Он мой альфа, и это навсегда.
- Боже, какой бред, - всё, БэкХён умывает руки.
- Это не бред, Бэкки, это жизнь, это любовь.
- Мы с тобой теперь не просто друзья, мы ещё и породнимся оказывается.
- Быть может, - задумчивая улыбка на лице младшего окончательно добивает БэкХёна.
---
- Малыш, - тихо зовёт Кай, когда КёнСу заворачивает в уже знакомый переулок.
- ЧонИн! - школьник бросается в объятья любимого, с наслаждением вдыхая этот чудных аромат.
- Домой? - альфа легко чмокает паренька в губы.
- Не так быстро! - из-за угла появляется разъярённый БэкХён, желающий буквально растоптать старшего брата. - Как ты мог?! КёнСу мой друг! - Бэк отрывает Су от альфы. - У тебя нет на него прав! Я посажу тебя за педофилию, но не позволю трогать моего единственного друга!!
- Он мой омега и прав у меня на него больше чем у кого-либо другого, - спокойно говорит старший. - В тюрьму? Меня? Бэкки, это звучит смешно, - Кай насмешливо растягивает губы. - Напомни ка мне: во сколько ты потерял девственность, монашка ты моя? Ах, ещё кое-что насколько там Ёль старше тебя? - Ким-младший сдавленно шипит, но опускает голову. - Не ревнуй, БэкХён, я не собираюсь занимать твоё место в его жизни, а займу своё. Уже занял.
- Я не хочу, чтобы с ним было так, как и со всеми остальными, - тихо, но так же зло выговаривает Хён.
- Все остальные были шлюхами, ты это знаешь, а он чист и невинен, даже после... - ЧонИн запинается, - Он просто мой. Я не сделаю ему больно.
- Ладно, - выдыхает омега, поднимая голову. - Вы прошли тест.
- Ты о чём? - КёнСу, следящий за всем со стороны, удивлённо расширяет большие глаза.
- Проверил, что вы можете сказать в оправдание своим отношениям.
- Значит сегодня в школе?.. - младший растеряно сверлит друга взглядом.
- Да, а теперь попрошу меня простить, меня ждёт мой альфа, - омега разворачивается в сторону школы. - Можете больше не прятаться, я даю добро на ваши отношения. Всё же будет круче, если Кённи будет моим братом, а не только лучшим другом, - Бэк медленно сворачивает. - Совет да любовь, голубки!
- Что это было? - КёнСу непонимающе смотрит на старшего.
- Не обращай внимание, у него это от Пака, - пребывая в спокойном состоянии говорит Кай. - Поехали.
- Хорошо.
---
2 месяца спустя. День рождения КёнСу.
- Малыш? - альфа закрывает входную дверь, разуваясь. - Малыш? - кладёт букет тюльпанов и пакет, в котором любимый тортик его мальчика на полку, вешая куртку. - КёнСу, ты где?
Он проходит в гостиную, но омегу там не находит. В спальне Су тоже нет, поэтому Кай направляется на кухню, здесь его тоже ждет пустота. Торт отправляется на стол вместе с букетом, когда альфа собирается идти в ванную, но дверь кухни распахивается и в неё входит заплаканный КёнСу.
- Кённи, малыш, что такое? Почему ты плакал? - ЧонИн принимается целовать покрасневшие глазки, собирая не высохшие солёные капельки.
- Я беременен... - всего два слова, но этого вполне хватает, чтобы Кай замер. - Но... если ты не хочешь его... Я сделаю аборт... - по щёчкам стекает несколько капелек, а сердце сжимается от страха.
- Глупый малыш, - выдыхает альфа, осознавая сказанные только-что слова. Он медленно опускается на колени перед омегой, приподнимая ладонями широкую футболку. Легко касается губами плоского животика, водит носом по его контуру. Теперь всё сходится, запах КёнСу приобрёл нотки граната из-за беременности. - Я его очень хочу! Это не я сделал тебе подарок на День рождения, а ты мне, маленький.
- ЧонИн, я так тебя люблю, - КёнСу опускается на пол, обнимая альфу за шею.
- Я тоже люблю тебя... Вас, - улыбаясь, отвечает альфа. - Я так испугался, думал, что ты заболел, боялся, что сбой цикла течки и изменение запаха из-за слишком раннего контакта с альфой. Боже, у нас будет ребёнок, малыш, - он сильнее прижимает хрупкое тело к себе.
- Совсем крохотный, наш, - Су сжимает рубашку на спине Кая.
- Наш... - тихо повторяет старший.
---
КёнСу медленно открывает глаза, несколько раз моргая, чтобы прогнать остатки сна. Он чувствует себя просто сказочно после такого количества сна.
Стоит ему посмотреть на вторую половину кровати, как глаза расширяются, а сердце начинает биться в два раза сильней.
Прямо перед ним лежит его альфа чуть вытянув правую руку, на пальце которой красуется обручальное кольцо с выгравированной буквой «K». На мизинце точно такое же колечко, но с буковкой «J».
- Будь моим, Кённи, - тихо шепчет Кай, легко улыбаясь. - До конца наших дней, - он аккуратно берёт ладошку омеги в свою, снимает кольцо со своего мизинца и надевает на тонкий пальчик своей пары.
- Боже, ЧонИн... - в уголках глаз образуются солёные капельки счастья, - Да... Да, слышишь, Да! Я буду твоим каждой клеточкой до последнего вздоха, - слёзы медленно скатываются по щёчкам оставляя после себя влажные дорожки, но сейчас это так приятно. - Я так тебя люблю, - обнимая альфу за шею, совсем тихо выговаривает Су.
- Я тоже люблю тебя.
Любовь — это захлёбываться слезами счастья.
* * *
Свадебная церемония проходит без всякой роскоши, им этого не надо. Они быстро расписываются в загсе, под ор ЧанЁля и слёзы БэкХёна, а потом долго катаются по ночному городу на чёрном «монстре», при виде которого старушки невольно вздрагивают. Сейчас ЧонИн больше не давит на педаль газа со всей силы, выжимая из мотоцикла всё, у него есть, что терять.
Этой ночью они успевают всё: покататься, сыграть на гитаре в клубе Пака, погулять по ночному городу, станцевать медленный танец под аккомпанемент фортепиано, доносящийся откуда-то из жилых домов, рядом с которыми они гуляли, а потом отдаться друг другу, забыв обо всём вокруг.
Любовь — это печать в паспорте и его дитя под сердцем.
* * *
Ким КёнСу сидит на мягком коврике белого цвета между ног своего супруга, просматривая очередную серию любимой дорамы. Он увлечённо смотрит большими глазками в огромную плазму, пока его альфа легко поглаживает круглый животик.
- Ай! - омега чуть ли не подпрыгивает, когда ощущает сильный пинок изнутри, направленный прямо в ладонь альфы.
- Тебе больно, маленький? - взволнованно спрашивает старший.
- Нет, - с улыбкой отвечает Су. - Просто это было неожиданно.
- Хотел бы я чувствовать то, что чувствуешь сейчас ты.
- Так почувствуй это, - омега кладёт ладонь альфы на свой живот, сжимая пальчиками большую ладонь.
- Какого это? - тихо интересуется Кай.
- Носить в себе живое существо? - младший на минуту призадумывается. - Это очень приятно. Помнишь, ты когда-то сказал, что омега прекрасен, когда носит дитя своего альфы? - дождавшись ответа, коим был поцелуй в макушку и тихое «да», Кён продолжил, - Так вот — это прекрасно.
- Ой, он опять толкнулся! - словно ребёнок вскрикивает ЧонИн, ощущая особо сильный пинок.
КёнСу лишь прикрывает глаза, опрокидывая голову на плечо мужа. Осталось совсем немного...
Любовь — это вот такие вот вечера.
* * *
Всё «начинается» неожиданно.
КёнСу сидит с БэкХёном на диване в доме Пака, когда низ живота начинает ныть от боли, а между ног стекает что-то непонятное ему. Крик боли заполняет комнату, заставляя Бэка задрожать от страха, а ЧонИна и Ёля испуганно вбежать в комнату.
Су болезненно скулит, хватаясь за живот, пока ЧанЁль вызывает скорую, а БэкХён с Каем аккуратно укладывают его на диван.
Как и ожидалось скорая приезжает с невероятной скоростью, знают же кто проживает по этому адресу. В машине скорой помощи омеге лучше не становится, не смотря на попытки врачей что-то сделать.
В конец испуганный альфа начинает плакать, целуя ладошку своего омеги, которому сейчас так больно.
А дальше всё, как по схеме: больница, каталка, акушеры, операционная.
Кай сидит в коридоре на длинной скамейке, прижимая ладони к лицу. Его пугают крики, доносящиеся из-за двери. Его мальчику, его малышу, очень больно.
- Всё будет хорошо, - тихо произносит Ёль, протягивая другу бутылку воды.
- Ему сейчас больно... - опрокидываясь на стену, выдыхает ЧонИн.
- Эта боль имеет хорошее «последствие», - БэкХён легко сжимает ладонь брата, тем самым утешая его.
- Пусть так, но...
- Кто отец? - прерывает его голос, вышедшего из операционной омеги.
- Я! - мгновенно отвечает Кай, поднимаясь со скамейки.
- Поздравляю у вас альфа! - доктор тепло улыбнулся, заражая этим и ЧонИна. - Ваш омега без сознания, но его жизни ничего не угрожает. Из-за раннего возраста и хрупкого телосложения роды прошли достаточно тяжело, но опять же повторюсь, его жизни ничего не угрожает. Он придёт в себя через несколько часов. Ваш сын находится на обследовании. Его вы сможете увидеть чуть позже. Прошу меня простить, мне нужно идти, - омега поклонился.
- Спасибо, - альфа поклонился в ответ.
- Я же говорил, что всё будет хорошо! - радостно выкрикивает ЧанЁль, подходя к другу.
- Всё даже очень хорошо! - добавляет БэкХён. - Тебе бы по хорошему съездить домой и привезти вещи КёнСу, его скорее всего продержат здесь дольше обычного из-за возраста.
- Я не могу, у меня только-что сын родился! - восклицает ЧонИн.
- КёнСу ты точно сейчас не увидишь, ребёнка тоже, так что пользуйся моментом и иди, пока тебе не разрешат зайти к нему, чтобы не терять время, когда это будет действительно необходимо. Мы побудем здесь на всякий случай.
Кай впервые прислушивается к кому-то. Он действительно едет домой, собирает одежду своего мальчика, а потом приезжает обратно на машине, а не на байке, как это было всегда.
- К нему уже можно?! - первое что спрашивает он, видя брата и друга.
- ЧонИн, всего два часа прошло, надо подождать, - обречённо говорит Бэк.
- Как же мне это надоело! - зло выкрикивает альфа, тут же прикрывая рот. Он ставит сумку на стул, садясь рядом с ней. Ожидание сводит с ума.
- Молодой человек, что ж вы сидите? - доносится откуда-то сбоку голос уже знакомого врача. - Будь на вашем месте, я бы решил сделать своему омеги что-нибудь приятное, когда он проснётся, а вы сидите здесь, - он недовольно качает головой. - Вам бы цветочков прикупить или чего-нибудь такого, гляди к тому моменту мальчик и проснётся, - он проходит мимо ЧонИна, улыбаясь и обнажая милую ямочку на щеке.
Кай понимает, что доктор прав, поэтому тут же вскакивает, вновь оставляя всё на близких. Он выбегает из больницы, направляясь в ближайший цветочный магазинчик. На удивление это ему удаётся быстро, купив букет белых роз, он бежит в магазин. Шоколад, ему нужен шоколад.
Дверь магазина, куча разных полок, шоколад! Глаза проходятся по всем полкам в поисках чего-то особенного!
- Нашёл! - альфа хватает несколько плиток молочного шоколада с лесными орехами (КёнСу его обожает) и плитку белого, направляясь к кассе.
Продавщица-омега умилённо смотрит на альфу с кучей шоколада, кокетливо хлопая глазами, пока тот грубо не вякает что-то типа:
- Быстрее, бля, у меня омега только что родил!
Всё умиление сравнивается с пылью, а кокетливость противно скребёт где-то внутри. Такой молодой, а уже с омегой и ребёнком!
Уже проходясь по коридору больницы, Кай достаёт из пакета плитку белого шоколада, направляясь на запах точно такого же шоколада, принадлежащему доктору. Он стучит в белую дверь, дожидаясь тихого «Войдите».
Войдя в кабинет, тут же кладёт перед доктором плитку с шоколадом, кладёт руку на грудь с левой стороны и уверенным голосом произносит:
- Спасибо! - доктор издаёт смешок, а сидящий рядом с ним альфа чудаковато косится на ЧонИна. - А теперь мне можно к моему омеге? - парень включает «щенячьи глазки», которые, к слову, ему никогда не удавались, но попытка не пытка.
- Можно-можно, - посмеиваясь говорит доктор.
- Правда?! - радости брюнета нет предела.
- Идём уже, - доктор Джан, как успел прочесть ЧонИн на двери, выходит из кабинета, направляясь куда-то по коридору. - Он пришёл в себя совсем недавно, мы сразу отнесли ребёнка ему. И да, предупрежу сразу, никакого шума, ему нужен покой.
- Да, доктор, - словно нашкодивший ребёнок отвечает Кай.
- Мы пришли, - омега останавливается возле двери. - Можешь входить.
- Спасибо, - в который раз благодарит альфа.
Доктор Джан удаляется, оставляя парня одного. Он неуверенно толкает дверь, легонько её приоткрывая.
КёнСу, сидящий в постели, мгновенно поворачивает голову, почувствовав родной запах.
- Малыш, - старший, словно под воздействием кукловода идёт к омеге с маленьким комочком на руках.
- Привет, любимый, - Су тепло улыбается, глядя на мужа, садящегося рядом. - Хочешь подержать? - в ответ он получает неуверенный кивок. Медленно и очень аккуратно омега передаёт ребёнка отцу.
- Боже, он такой крохотный, - глядя на маленькое личико произносит альфа, заставляя Кёна хихикнуть.
- Как мы его назовём? - спрашивает омежка.
- СеХун, - неуверенно выговаривает Кай, - Тебе нравится? - альфа передаёт ребёнка папе, продолжая следить за его реакцией.
- Очень, - пухлые губки снова расплываются в улыбке, целуя маленький лобик малыша СеХунни.
Любовь — это их маленький сынишка.
* * *
3 года спустя.
Кай подхватывает супруга под ягодицы, прижимая того к стене, на что омега удовлетворённо стонет.
- Боже, ЧонИн, возьми меня скорее! - буквально требует парень.
Альфа без слов переносит его на огромную постель, придавливая своим телом. Эта ночь обещает быть горячей.
Но, похоже, горячей она будет не сегодня...
В комнату врывается трёхлетний альфа, смотря на родителей прослезившимися глазками.
- Папа, мне космал плиснился! - ребёнок подбегает к постели, кидаясь на омежку, продолжая что-то лепетать про подкроватного монстра.
Кай обречённо зарывается лицом в подушку, а чуть позже прижимает омегу и маленького альфочку к себе плотнее укрывая их одеялом.
Любовь — это они.