истории с фикбука

  LizaMonk              Sharleena   

  * * *

Это — общепризнанный факт, что у Пака Чимина самая желанная задница во всем колледже. Это произошло по ошибке, действительно, ошибке, о которой Чимин будет сожалеть до последних дней своей жизни. Он будет, скорее всего, помнить этот вечер в свои последние минуты и сжиматься от ужаса.

Все это произошло месяц назад. Тэхён притащил его на вечеринку, потому что «Горячие штучки, Чимин. Горячие штучки. К тому же, Чонгук». И, разумеется, Чимин согласился, потому что Тэхён — его лучший друг, который вырезает дырки на его дорогих рубашках, утверждая, что это — искусство. И также потому, что он знает, что Чонгук хочет залезть в штаны Тэхёна так же сильно, как и его друг.

Прошло два часа вечеринки, и Тэхён с Чонгуком проверяют возможности своих легких в горячих и страстных поцелуях, готовые начать тереться друг об друга прямо у всех на глазах, и в это же время Чимин сходит с ума от скуки.

Он вел тихое и мирное существование в колледже, у него есть хорошие друзья, самая худшая в его жизни любовь к одному студенту с волосами цвета мяты, изучающему музыку, и который, каким-то чудом, знает его имя (благодаря Намджуну, который познакомил их, Чимин будет навсегда его благодарным рабом, если так он сможет отплатить ему). Можно с уверенностью сказать, что он не тусовщик, в отличие от Тэхёна, итак, вот он, одиноко стоящий в кухне, с красным пластиковым стаканчиком в руке, и жидкость, которая в нем находится, не выглядит многообещающей. Но он скучает. Очень скучает. Вот почему Чимин решает выпить жидкость одним единственным большим глотком.

Через час и неопределенное количество напитков Чимин, совершенно пьяный, танцует стриптиз у шеста. Он не знает, почему в квартире Джексона есть шест, но у него не возникает никаких сомнений по этому поводу, в то время, ему казалось, что это имеет смысл. Прошел еще час, и он уже верхом на коленях у незнакомца, устраивает ему шоу, которое тот запомнит на всю свою жизнь.

И это — то, как весь колледж узнал о гибкости Чимина, о том, насколько аппетитная у него задница и насколько он, судя по всему, большая шлюха, когда выпьет.

Чимин сожалеет о той ночи.

Студенты — нет. Студенты теперь хотят его.

1.

— Американо, — говорит Чимин, вручая деньги Киму Сокджину, первому красавцу колледжа, который подрабатывает в школьном кафе, и, по совместительству, является матерью для шестерых придурков, — положи в него столько сливок, сколько можешь.

— Конечно, Минни, — Сокджин берет деньги и поворачивается, чтобы приготовить его заказ.

Чимин вздыхает, и Джин поднимает бровь.

— Что не так?

— Это был долгий день, — шепчет Чимин отрывисто.

— Сейчас девять часов утра.

— Три человека уже пригласили меня на свидание. Три. Две девушки и парень, который, я уверен, выглядел лет на сорок и, на самом деле, не учится здесь, — Чимин берет пластиковый стаканчик, который ему предлагает Джин, — да-а, долгий день.

Джин щелкает языком.

— Мне жаль, ребенок. Ты почувствуешь себя лучше, если я скажу тебе, что сегодня вечером мы будем смотреть кино у меня дома?

— Нет, — отвечает Чимин, делая глоток кофе.

Джин хмыкает.

— Что, если я скажу, что некий Юнги там тоже будет?

— Я не могу ждать до вечера, во сколько ты хочешь, чтобы я приехал? Я помогу тебе накрывать на стол, я закажу пиццу, я уберу твою квартиру.

Джин хихикает, качая головой.

— В шесть вечера, не опаздывай, — говорит он, — смена Тэхёна почти закончилась, хочешь его подождать?

— Конечно, — говорит Чимин, устраиваясь рядом с кассовым аппаратом и облокачиваясь на прилавок, — поторопи его.

— Хорошо.

В течение двух минут Чимин пожирает глазами выпечку за стеклом витрины. В течение двух минут кто-то стоит рядом с ним.

— Чимин-а!

Чимин поворачивается на источник голоса и едва сдерживается, чтобы не закатить глаза.

Это — общепризнанный факт, что Ли Хонбин чертовски высокий, чертовски горячий и, самое главное, плейбой. И еще, самовлюбленный придурок.

— Доброе утро, хён, — улыбается Чимин.

— Удивительно встретить тебя здесь.

Чимин хмурится.

— Удивительно встретить меня в единственном кафе колледжа?

Хонбин смеется, встав прямо перед кассовым аппаратом и посылая Чимину похотливый взгляд.

Чимин уже знает то, что вот-вот произойдет. Он заметил, что в последнее время, на совместных занятиях по химии, Хонбин задерживает на нем взгляд слишком долго для того, чтобы это казалось случайным.

— Я могу заплатить за то, что ты пьешь?

— Я ценю это, но я уже заплатил, — отвечает Чимин.

Лучше бы Тэхён притащил свою задницу сюда прямо сейчас.

— Как жаль, — ухмыляется Хонбин, — или, возможно, это — удача.

— Почему это? — Чимин смотрит на черничный кекс, выставленный за стеклом. Черт, он голодный.

— Это дает мне шанс пригласить тебя на свидание.

О нет, пожалуйста, только не это.

— Как насчет того, что я куплю тебе кофе завтра?

Чимин делает длинный, театральный глоток его дымящегося Американо, облизывает губы и говорит:

— Я не пью кофе.

Хонбин хмурится, уставившись на стаканчик Чимина, источающий кофейный аромат.

— Тогда, что это в твоем стакане?

— Апельсиновый сок.

— Он пахнет как кофе.

— О, — вздыхает Чимин, — он, на самом деле, без кофеина.

— Это — все еще кофе.

— Нет, я ненавижу кофе.

Хонбин уставился на него, и замешательство (и, возможно, раздражение) проявляются на его лице.

— Подвинься.

Оба парня оборачиваются на хриплый голос, и Чимин, прямо тут же, чуть не падает в обморок. Юнги стоит позади Хонбина, уставившись на кассовый аппарат голодным взглядом, его волосы торчат в разные стороны, а очки в круглой оправе сползают на нос.

— Извини? — спрашивает Хонбин.

— Подвинься. Ты мешаешь, здесь очередь.

Хонбин медленно освобождает место для Юнги, который встает перед кассой, между Чимином и Хонбином.

Наступает тишина. Сокджина нигде не видно. Чимину хочется поцеловать постоянно надутые губы Юнги.

Хонбин открывает рот, чтобы сказать что-то, когда Юнги резко оборачивается к нему.

— Извини, что ты все еще делаешь здесь? — невнятно произнося слова, спрашивает он низким голосом.

— Э-э, хорошо...

— Я же уже сказал тебе подвинуться.

Это — настоящее шоу. Мин Юнги, с его великолепными 176 сантиметрами роста против Ли Хонбина, громадины, ростом в 183 сантиметра.

— Я подвинулся, — говорит Хонбин.

— Ясно, что нет, раз я все еще вижу твое лицо.

Чимин закусывает нижнюю губу, чтобы удержаться и не фыркнуть.

Хонбин смотрит на Юнги, потом на Чимина, потом снова на Юнги.

— Ты хочешь, чтобы я на самом деле ушел? — с недоверием спрашивает он.

Юнги вздыхает.

— Да.

Хонбин усмехается, делая шаг назад и впиваясь взглядом в Чимина.

— В любом случае, это того не стоит, — говорит он, и в его голосе столько яда, когда он разворачивается и покидает кафе.

— Козел, — бормочет Юнги, прежде чем снова обращает свое внимание на кассовый аппарат.

Они молчат несколько секунд, и Чимин не совсем уверен, должен ли он сказать что-нибудь или притвориться, что ничего не случилось. Притвориться — ключевое слово, потому что сегодня ночью и все последующие ночи ему, скорее всего, будет сниться, как Мин Юнги заступается за него.

— Где, черт возьми, Сокджин, когда он так нужен? — Юнги поправляет очки на носу.

— Спасибо за это, хён.

Юнги только машет рукой.

— Он задерживал очередь.

— Я знаю, — улыбается Чимин, — спасибо. Если есть что-нибудь, что я могу сделать, чтобы отплатить тебе...

Свидание, пицца, моя задница, буквально все, что угодно.

Его слова, кажется, пробуждают в Юнги интерес, так как обладатель волос цвета мяты смотрит на Чимина с любопытством в глазах.

— Все, что угодно?

Чимин делает глоток.

— Все, что угодно.

Взгляд Юнги скользит по телу Чимина сверху вниз, и от этого младший просто тает.

— Он правда без кофеина?

Чимин хмурится.

— Э-э, нет, это — обычный Американо.

— Хорошо, — Юнги выхватывает стаканчик из рук Чимина и делает глоток, — увидимся сегодня вечером, Чимин.

И на этом Мин Юнги уходит из кафе. В это же время, наконец, появляется Тэхён, и Чимину хочется придушить его до смерти.

— Куда провалился, отсасывал, что ли, — шипит Чимин.

— Это не единственное, в чем я хорош, — отвечает Тэхён, — кстати, об этом, Чонгук ждет меня, так что давай поспешим.

— О, теперь ты хочешь поторопиться.

Тэхён смотрит на него хмурым взглядом.

— Черт, какая муха тебя укусила, что ты так разозлился? Что произошло?

Чимин уставился на свою теперь уже свободную от кофе руку.

— Мин Юнги стащил мой кофе.

Тэхён засюсюкал на него, прижимая руку к щеке.

— Восхитительно.

2.

Чимин не знает имя девушки, стоящей перед ним. Он знает, тем не менее, что Тэхён заставил его посмотреть слишком много аниме, и поэтому, у него есть четкое представление о том, что вот-вот произойдет.

Когда он сидел на своем обычном месте в классе и нашел на своем стуле милый розовый конверт, он вздохнул. В конверте было письмо, написанное милым почерком, в котором говорилось: «пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, встреться со мною у фонтана после занятий, я буду ждать. Пожалуйста, оппа».

И Чимин стонет, потому что эта девушка назвала его оппой, поэтому она, вероятно, моложе, чем он, и как он может не пойти и разбить сердце юной девушки?

И так, он здесь.

Девушка симпатичная, это уж точно. Она ниже, чем он, что уже хорошо, длинные каштановые волосы, спадающие прекрасными волнами за ее спиной, фигура стройная и миниатюрная, огромные темные глаза и светлая кожа. Чимин бы обязательно стал встречаться с ней, если бы только он не был геем до мозга костей.

— Как тебя зовут? — спрашивает Чимин, пытаясь казаться максимально любезным.

— Хе Чжин, — отвечает она тихим голосом, и румянец появляется на ее милом лице, — спасибо, что пришел.

— Конечно, — Чимин заставляет себя улыбнуться.

— Я хотела сказать тебе кое-что, — она глубоко вздыхает, ее глаза горят желанием, — я наблюдала за тобой некоторое время.

Это, охренеть, как жутко.

— И я думаю, что ты действительно добрый и красивый.

Не надо.

— Я думаю, что влюблена в тебя.

Нет. Только не это, черт возьми.

— Пожалуйста, встречайся со мной.

Чимин морщится. О, Боже, она такая юная и милая, и полна ожиданий, а он собирается отказать ей.

— Послушай, ты действительно симпатичная, и ты кажешься хорошей девушкой, но я...

— Это, потому что мы не знаем друг друга?

Ну, чертова девчонка, дай мне сказать.

— Нет, я —

— Потому что мы можем не торопиться, если в этом проблема, — настаивает она, сжимая свои маленькие руки в кулаки, — мы можем даже сделать испытательный срок!

Испытательный срок? Что, за черт, я, что — автомобиль, который ты надумала купить?

— Я не думаю, что —

Слова Чимина прерываются кем-то, яростно пихающим ему в грудь шесть разных книг, которые Чимину едва удается поймать, прежде чем они упадут на землю. Юнги смотрит на него из-под полу-опущенных век, и его губы немного приоткрыты.

— Хён?

— Отнеси их для меня? — Юнги моргает, — я устал. Они тяжелые. Так ты можешь отнести их для меня?

Чимин схватывает все налету.

— Да! Да, я отнесу их, куда ты идешь?

— У меня занятие в лаборатории.

— Чего мы ждем? Ты, наверное, опаздываешь. Ничего себе, как время летит. До свидания, Хе Чжин-ши, я должен идти.

Прежде чем она может что-то сказать, Чимин тащит действительно сонного Мин Юнги как можно дальше от фонтана и направляется в школьную лабораторию.

Чимин вздыхает.

— Хён, огромное спасибо.

Юнги хмурится.

— За что? Я — тот, кто должен благодарить тебя. Ты несешь мое барахло.

— Нет, я имею в виду за девушку, — улыбается Чимин, — не думаю, что у меня хватило бы мужества отказать ей, меня бы замучили кошмары об этом.

Юнги хмурится еще больше.

— Там была девушка?

Чимин встает, как вкопанный. Подожди, он не видел ее? Так, он появился, чтобы не спасти его от ужасной ситуации, но, буквально, потому что хотел, чтобы он отнес его книги?

— Ну, мы пришли, — Юнги забирает учебники из рук Чимина и улыбается, — спасибо, ребенок.

Когда Юнги уходит, Чимин понимает, что жизнь — сука, с которой он будет бороться.

3.

— Послушать Меган Трэйнор, так все кажется чертовски легко и просто, знаешь? — бормочет Чимин, сердито поедая жаркое, — оближите губки и покачайте бедрами, и вам нужно будет лишь сказать «нет». Но знаешь что, мужчины до сих пор понятия не имеют, что означает это чертово «нет».

Тэхён хмыкает, положив голову на плечо Чонгука. Младший кривит губы.

— Кто-то снова пригласил тебя на свидание?

— Да, — вздыхает Чимин, — Бэкхён.

Услышав это, Тэхён садится прямо, в его глазах полыхает огонь, а в его сердце — смерть.

— Мой зловредный клон пригласил тебя на свидание?!

— В десятый раз за два дня, и Бён Бэкхён не твой зловредный клон.

— Как ты смеешь вставать на его сторону?! — задыхается Тэхён, — о, Боже, ты согласился?!

— Черт, нет, я не соглашался! — морщится Чимин, — ты хочешь, чтобы я умер от руки Чанёля? Я еще не сошел с ума. Кроме того, Бэкхён действительно немного похож на тебя, и это было бы просто странно.

Чонгук держит руку Тэхёна.

— Не волнуйся, ты более красивый, чем Бэкхён, — говорит он.

Это, кажется, заставляет Тэхёна замолчать, и он просто щебечет что-то и решает зацеловать Чонгука насмерть.

Чимин снова занялся своим жарким.

Внезапно, Мин Юнги появляется будто из воздуха и садится рядом с ним, в одной руке у него сэндвич, а в другой — кофе.

— Это место занято? — спрашивает он.

— Нет, конечно нет, — быстро говорит Чимин, освобождая больше места для Юнги. Он решает не обращать внимание на хихиканье Тэхёна.

Юнги выглядит сегодня особенно хорошо в этой кожаной куртке. Да, он похож на человека, который не слышал о «сне» в течение последних девяти лет, но все же.

Юнги поднимает голову и смотрит на парней вокруг него.

— Кто вы, люди?

Чонгук хмурится.

— Хён, это — мы.

Юнги поворачивается к Чимину.

— Кто они?

— Тэхён и Чонгук.

— Ах! — Юнги щелкает пальцами, — непристойная парочка, теперь припоминаю. Простите, я, затрахаться, как устал.

— Все... хорошо, — бормочет Чонгук.

— Нет, все не хорошо, что за черт, он забыл нас, я действительно оскорблен, — говорит Тэхён, глядя с недоверием на Юнги.

— Хён, — начинает Чимин, — так как ты не помнишь, я —

— Я знаю, кто ты, Чимини, — Юнги откусывает сэндвич, и Тэхён стонет.

— Конечно, он помнит Чимина, но не помнит нас, — парень тянет Чонгука за рукав, — я хочу мороженое.

— Пойдем, я куплю его для тебя.

Когда они уходят, приходит кто-то еще.

— Бля... нет, — шепчет Чимин, пытаясь скрыться за тарелкой жаркого.

— Чимин-а! Я искал тебя.

Это — общепризнанный факт, что Ким Чонхо не признает ответа «нет», когда он чего-то хочет.

Чимин выяснил это во время занятия танцами два дня назад. Когда он пригласил его на свидание, и Чимин сказал «нет», Чонхо ответил, что «Я не признаю ответа «нет», когда я чего-то хочу. Я скоро спрошу тебя снова».

— Эй, как дела? — спрашивает Чимин, пытаясь поддерживать разговор максимально цивилизованно.

Юнги, рядом с ним, кажется, очень заинтересован своим сэндвичем.

— Могло быть и лучше, — говорит он, когда садится рядом с Чимином, который проклинает скамейки за то, что они такие длинные.

— Почему? Что-то произошло? — спрашивает Чимин.

— Нет, в этом и суть, — Чонхо облизывает нижнюю губу, — могло быть лучше, если бы ты пошел со мной на свидание.

Ничего себе. Как мягко стелет.

Чимин растягивает губы, надеясь, что это похоже на робкую улыбку.

— Мне жаль, но, как я уже сказал, я не думаю, что это — хорошая идея.

Улыбка Чонхо исчезает.

— Почему?

— Я не... заинтересован? — вздыхает Чимин, — кроме того, мне уже кто-то нравится.

Чимину кажется, что Юнги переключает свое внимание с сэндвича на разговор.

— Я заставлю тебя забыть о нем, — говорит парень с уверенной улыбкой на его красивом лице.

— Я не хочу, — отвечает Чимин, — кроме того, я уже сказал тебе, что не хочу встречаться с тобой, я не знаю, почему ты снова спрашиваешь меня об этом.

— Но я же сказал тебе, не так ли? Я не принимаю ответа «нет», когда я чего-то хочу.

Прежде чем Чимин может попросить его, вежливо, отвалить и позволить ему наслаждаться своим обедом, Юнги встает на ноги.

— Что, мать твою, ты только что сказал? — Юнги впивается взглядом в Чонхо.

— А ты?

— Чего ты не делаешь?

Чимин недоверчиво наблюдает за этой сценой. Так быстро Мин Юнги не двигался никогда за всю его жизнь.

— Я сказал, — Чонхо скрещивает руки, — что я не принимаю ответа «нет», когда я чего-то хочу.

Юнги выгибает бровь и быстро смотрит на Чимина, прежде чем снова впивается взглядом в Чонхо.

— Чего-то, — повторяет он, указывая на Чимина, и есть что-то ужасающее в безразличном выражении его лица, — ты назвал его вещью.

Чонхо фыркает.

— И что, на хер, значит «Я не принимаю ответа «нет»? — продолжает Юнги, — ты примешь этот ответ, ты проглотишь его и отвалишь, к черту, от него подальше.

— Я делаю то, что я хочу и —

— И ты, буквально, заткнешься, на хер, встанешь и уйдешь, — прерывает его Юнги, наклоняя голову на бок, — или я лично засуну кулак тебе в глотку.

На это, и Чимин, и Чонхо уставились на Юнги широко открытыми глазами и, откровенно говоря, испугались. Чимин знает Юнги. Каждый раз, когда Юнги говорит что-то, это значит, что он абсолютно точно имеет это в виду. Все знают это. Он как-то сказал, что выбьет все дерьмо из тех, кто бы это ни был, кто продолжал оставлять мусор перед его квартирой, и он сделал это. Он как-то сказал, что вызовет полицию из-за парочки, которая очень громко занималась сексом в кампусе в пять утра, и он сделал это.

Мин Юнги никогда, никогда, не говорит что-то только ради того, что бы сказать.

Вот почему Чонхо быстро встает и уходит. Юнги садится назад на скамью и смотрит на Чимина.

— Потрудись объяснить, почему люди, кажется, не могут не вестись на тебя?

Чимин, все еще немного ошарашенный от сцены, которую он только что наблюдал, откашливается.

— Я думаю, все знают о том, что произошло, — говорит он, — после той вечеринки люди, кажется, думают, что я, вроде как, бог секса, и все хотят встречаться со мной.

— Бог секса?

— Некоторые употребляли слово «шлюха».

— Что, черт возьми?

Чимин пожимает плечами.

— И что за вечеринка?

— Подожди... — Чимин хмурит брови, — ты не был там? Когда я был пьянющий в стельку?

Юнги качает головой. Чимин тихо благодарит всех богов и божественную силу, которые управляют Вселенной. Мин Юнги не видел, как он терся о шест. Жизнь прекрасна.

— И как часто происходит такая херня, как эта? — спрашивает Юнги.

— Каждый день. Это становится действительно утомительным.

Юнги задумчиво кивает.

— У тебя есть мой номер, да?

— Да, — отвечает Чимин, — а что?

— В следующий раз, когда кто-то позовет тебя на свидание, а тебе это будет не интересно, позвони мне или напиши. Я позабочусь об этом.

Чимин затаил дыхание.

Успокойся, мое сердце.

— Почему?

Юнги улыбается ему.

— Потому что, на свою беду, ты слишком добрый.

Это — последнее, что он говорит, прежде чем начинает доедать свой сэндвич.

4.

Это — общепризнанный факт, что, когда Чимин влюбляется, он влюбляется очень сильно.

— Я затрахался, — бормочет он, — совсем затрахался.

— Ты не знаешь этого, — говорит Хосок из-за красного пластикового стаканчика с дешевым пивом.

— Это так. Я влюбился в него. Я — абсолютный идиот. Кто влюбляется в Мин Юнги?

— Ты.

— Это был чертов риторический вопрос, — вздыхает Чимин, — кроме того, почему я снова на вечеринке? Я никогда больше не должен ходить на вечеринки.

Хосок усмехается.

— О, но ты так хорошо повеселился в прошлый раз.

— Иди на хер, хён.

— Просто, потому что ты употребил в конце слово «хён», не означает, что ты можешь говорить все, что ты хочешь, — Хосок блуждает взглядом по массе танцующих тел, — ну, я не знаю, как ты, но я чувствую себя действительно одиноко и готов заняться сексом. Поэтому, если ты извинишь меня...

Чимин смотрит на Хосока, когда танцор пробирается в самую гущу вечеринки, оставляя несчастного Чимина в покое.

Пить — это не очень хорошая идея, он ни за что не окажется больше в такой ужасной ситуации. В отличие от некоторых людей, Чимин учится на своих прошлых ошибках. Проводить время с Тэхёном и Kуки также не вариант, потому что эти двое уже исчезли куда-то, и Чимин не хочет знать, чем они там занимаются (даже при том, что у него есть смутные догадки).

Он замечает Намджуна, и на секунду думает, что может пойти и поболтать с ним, но нет, Намджун увидел Сокджина, и теперь они развлекаются на диване.

Чимин вздыхает.

— Что ты делаешь совсем один?

Чимин поворачивается на голос, и не может поверить, что это — его жизнь.

Это — общепризнанный факт, что Ким Хёна, вероятно, одна из самых красивых и желанных девушек во всем колледже. И теперь она говорит с ним.

— Ничего, — отвечает Чимин, — я буквально ничего не делаю.

Хёна улыбается.

— Какое совпадение. Я тоже ничего не делаю.

Чимин вздыхает.

— Печально, — говорит он.

Он собирается отшить чертову Ким Хёну?

— Я знаю много вещей, которыми мы могли бы заняться, чтобы убить время, — говорит она, с темными глазами и ясными намерениями.

— Я думаю, что знаю, о чем ты говоришь. Но мне не интересно.

— Почему? — ее улыбка становится только шире, явно принимая вызов, — я не твой тип?

— Определенно, нет.

— Каков же твой тип тогда?

Чимин закатывает глаза.

— Невысокий, грубый, вспыльчивый, талантливый, умный, охрененно горячий, постоянно нуждающийся в десятичасовом сне, с волосами цвета мяты и улыбкой, которая может, вероятно, вылечить рак.

На это Хёна выгибает прекрасную бровь.

— Это слишком много. Но, возможно, я смогу заставить тебя передумать.

— Не возможно, — сладко улыбается Чимин, — у моего типа также есть член.

Чимин наслаждается тем, как изменилось ее самоуверенное выражение лица. Она делает шаг назад, открывает рот, чтобы что-то сказать, и затем, конечно, ну, конечно, там Мин Юнги.

— Эй, нуна, — говорит он, когда подходит к Чимину.

— О, Юнги-я.

— Что здесь происходит? — ухмыляется Юнги.

— Я... — Хёна смотрит на Юнги в течение нескольких секунд, прежде чем на ее лице появляется понимающая улыбка, — я собиралась уходить, на самом деле, — она поворачивается к Чимину и подмигивает, — удачи с твоим типом, Чимин.

Хёна уходит уверенной походкой с довольной улыбкой на ее прекрасном лице.

— Черт возьми, Чимин, — хихикает Юнги, — даже нуна?

— У меня нет слов, так же, как и у тебя, — улыбается Чимин, — как такое возможно, что ты всегда появляешься, когда мне нужен кто-то, чтобы вытащить меня из неловкой ситуации?

— Ясно, что это судьба.

— Очевидно. Откуда ты знаешь даже Хёну?

— У нас общая лекция, — отвечает он, — ты хочешь уйти отсюда?

Чимин хмурится.

— Похоже, что ты только что пришел сюда.

— Это правда.

— И ты хочешь уже уходить?

— Да, — усмехается Юнги, — здесь слишком большая конкуренция. Я хочу мороженое. Я куплю тебе мороженое.

Полчаса спустя Юнги и Чимин сидят на скамейках кампуса и едят самые большие рожки, которые им удалось купить, едят и смеются буквально над самыми глупыми вещами.

Чимин решает, что влюбиться в Юнги, в конце концов, не так уж и плохо.

5.

Это — общепризнанный факт, что Пак Чимин — слабый чертов идиот.

Он ни за что не должен был соглашаться, когда Тэхён сказал, что «ты несчастный, и ты должен немного расслабиться, поэтому ты пойдешь на эту чертову вечеринку, нравится тебе это или нет».

Но Тэхён прав. Он несчастный. И все от того, что Мин Юнги, кажется, не понимает, что должен сделать ход. Они остановились на том, что имели эти странные отношения, когда Юнги приходил в свою квартиру по среди ночи, жалуясь, потому что он застрял на написании какого-нибудь музыкального отрывка, и поэтому ему нужны нездоровая пища и компания. Чимин думает, что все, что ему нужно — это сон, но он не собирается упускать ни единого шанса.

И каждый раз они едят этот ужасный фаст-фуд, разговаривают обо всем, что приходит им в голову, и потом расходятся спать по своим домам. Это несколько напрягает.

Таким образом, он снова попадает на другую вечеринку, и снова напивается до чертиков.

Он и представить не мог, чем закончится для его желудка дегустация этих ужасно сладких напитков, но это случилось. Чимин, на самом деле, не научился на своих прошлых ошибках.

Он смутно помнит, что танцевал, потом оказался на чьих-то коленях, снова танцевал, а затем выпил что-то, что имело такой неприятный вкус, что он чуть не выплюнул это.

И теперь он совершенно ясно осознает, что какой-то парень зажимает его в углу.

Этот самый парень слишком высокий, слишком широкий, от него слишком плохо пахнет, и он слишком распускает руки. А Чимин слишком пьяный, чтобы действительно что-то с этим сделать.

— Я знаю о тебе, — говорит парень. Как его имя? Сану? Он пойдет с Сану.

— Правда? — еле говорит Чимин, глядя на предплечье рядом со своим лицом. Когда это он оказался прижатым спиной к стене?

— Ты — Пак Чимин. Все знают о тебе.

Чимин хмыкает. Он не совсем неправ.

— Говорят, что ты — шлюха.

— Нет, я не такой, — Чимин предпринимает слабую попытку убрать руку, которая удерживает его, но терпит полный провал.

— Что-то не похоже.

Чимин вздыхает и закрывает глаза. У него болит голова. Он чувствует, что его напиток был какой-то странный. Вероятно, туда что-то подмешали.

Что же, это плохо.

— Я хочу домой, — жалуется он.

— Хорошо, — Чимин чувствует, как Сану прижимается носом к его шее, — ко мне или к тебе?

— Я не хочу идти с тобой, — Чимин пытается оттолкнуть его, но его руки не слушаются его, — я должен позвонить Юнги.

— Кто это? Твой парень? — губы этого Сану у него на ключице? Это действительно отвратительно, — ты можешь представить, что я — это он.

В этом месте Чимин фыркает.

— Нет, я не могу, таких как он больше нет. Ты можешь отпустить меня?

Сану ухмыляется ему.

— И зачем же мне это делать? — мужчина снова склоняется к шее Чимина, его губы грубо терзают кожу парня, и он морщится.

Это не совсем хорошо, да?

Он должен позвонить Юнги.

— Отвали от него.

Когда Чимин открывает глаза, Юнги отталкивает от него Сану и сразу же встает перед ним, держа поднятую руку между ними.

— Какого черта? — шипит Сану, делая шаг навстречу, — кто ты такой?

— Хён? — Чимин прищуривает глаза, — но я еще не позвонил тебе.

Юнги не отвечает ему, он просто смотрит на Чимина с явным беспокойством в глазах.

— Эй, ты слушаешь меня?! Я был здесь первым!

— Он хочет, чтобы я пошел вместе с ним домой, — еле говорит Чимин, — я не хочу.

— Он пьяный, — говорит Юнги с угрозой в голосе.

— И? — фыркает Сану, — эта маленькая шлюха явно хотела —

— Если ты еще раз дотронешься до него своими погаными руками, я клянусь, что отрежу твой член.

Чимин не видит лицо Юнги, но он, должно быть, выглядел достаточно убедительным, потому что Сану (его, ведь, так зовут), делает шаг назад, смотрит на Чимина в последний раз и решает, что он явно не стоит этого риска, поэтому он уходит, оставляя за собой проклятия и оскорбления.

Юнги вздыхает, прежде чем повернуться к Чимину.

— Эй, Чимини? Ты все еще со мной?

Чимин не совсем уверен. У него сильно кружится голова.

— Ничего себе, это удивительно, хён! — хихикает Чимин, — ты пришел в тот момент, когда я только подумал, что нужно позвонить тебе!

Чимин улыбается ему, прежде чем он обнимает его за спину рукой и ведет его через море танцующих тел.

— Давай отведем тебя домой, хорошо?

Чимин кивает.

Они выходят из дома Джексона (он помнит, что это дом Джексона, потому что тот проклятый шест все еще там) и начинают пробираться к квартире Чимина, которая находится прямо возле кампуса.

— Я думаю, в мой напиток что-то подмешали.

— Да, я тоже так думаю, — цедит Юнги сквозь зубы.

— Ты сердишься? — у Чимина сердце уходит в пятки, — ты выглядишь сердитым.

Юнги качает головой.

— Я не сержусь на тебя.

— Честно?

— Да, честно.

— Клянешься на мизинце? — Чимин сует свой мизинец практически в глаз Юнги, но старший все же смеется.

— Клянусь на мизинце, Минни.

Путь к квартире проходит, как ни странно, без несчастных случаев. Сейчас, когда он уже у себя дома, Чимин почти бежит к дивану и решает, что кровати явно переоценивают, поэтому он падает прямо на старый диван.

— Ты уверен, что не хочешь лечь в постель? — спрашивает его Юнги.

— Я слишком устал.

— Хорошо. Оставайся здесь, я принесу тебе стакан воды.

Чимин поднимает большой палец, хихикая, и Юнги хихикает в ответ.

После того, как он выпивает стакан воды, Чимин позволяет Юнги накрыть его одеялом и положить подушку ему под голову.

— Ты уходишь?

— Нет, — Юнги сидит на диване, он поднимает ноги Чимина и кладет их себе на колени, — я останусь, пока не вернется Тэхён.

Чимин хмыкает.

— Ты чувствуешь себя лучше?

— Нет, — Чимин надувает губы, — все болит.

— Конечно, болит.

— Ты должен поцеловать меня, чтобы это прошло.

О, он будет сожалеть об этой ночи всю оставшуюся жизнь.

— Я должен? — смеется Юнги.

— Определенно.

— Но ты сказал, что у тебя все болит.

— И ты должен поцеловать меня везде, — вздыхает Чимин, — у тебя такие красивые губы. Это было бы потрясающе.

Юнги хмыкает и закрывает глаза, скрещивая руки, он облокачивается спиной на подлокотник.

— Спи, Чимин.

— Почему они всегда приглашают меня на свидание? Они даже не знают меня.

— Ты красивый, вот почему.

— Я думаю, потому что я — шлюха.

— Ты не шлюха, — Юнги держит его за колено и мягко сжимает его.

— Почему они приглашают меня на свидание, а человек, которого я люблю, не делает этого?

После этого наступает тишина, и Чимин решает, что, возможно, он действительно должен спать. Когда он начинает мягко проваливаться в сон, до него едва доносится тихий голос Юнги.

— Просто, подожди меня еще немного.

* * *

— Чима... чем ты занимаешься?

Чимин поднимает глаза от своего открытого чемодана и устремляет взгляд на Тэхёна.

— Я упаковываю вещи.

— Да, я вижу это. Почему?

— Я уезжаю.

— Что? Куда ты едешь?

— В Антарктиду. Бурунди. Южный полюс. Канаду. Куда-нибудь, мне все равно куда, лишь бы подальше от Южной Кореи.

Тэхён уставился на одежду Чимина, разложенную на его кровати, потом он медленно подходит и закрывает чемодан.

— Чим, чувак, что за херня?

Чимин вздыхает.

— Вчерашняя вечеринка немного вышла из-под контроля.

— Я знаю, твое имя снова у всех на языке.

— Я был пьяный, а они подсыпали мне наркотики, и я ничего не могу вспомнить за исключением того, что в какой-то момент я сказал Юнги-хёну, что у меня все болит и... — Чимина передернуло от озноба при воспоминании об этом, — я попросил его поцеловать меня, что бы все прошло.

Тэхён уставился на него своими огромными глазами, без всякого выражения на его лице, потом он кивает.

— Я помогу тебе упаковывать вещи, хорошо?

+1

Это — общепризнанный факт, что Мин Юнги не любит милых людей. Милые люди — это боль в заднице, им может сойти с рук все, они знают об этом и используют это против простых людей, таких как бедный Юнги.

Это также общепризнанный факт, что Мин Юнги по уши влюблен в одного танцора с оранжевыми волосами, который подходит под определение «милый».

Все в Чимине милое. То, как он надувает свои прекрасные губы, его насколько легкий и веселый голос, звук его смеха и самая яркая улыбка, которую когда-либо видел мир.

Вот почему, когда Намджун представил Чимина Юнги, у последнего чуть не случилось пять сердечных приступов подряд.

Юнги раздражен и несчастен. Чимин избегает его с той самой вечеринки, когда чертов Сану пытался заполучить его в свои руки. Теперь Юнги не волнуется по поводу Сану, этот парень больше не появится около Чимина снова, особенно после того, как Юнги навестил его на следующий день после вечеринки и выбил всю дурь у него из башки.

Но прошло уже две недели, а Чимин все еще не разговаривает с ним, и Юнги клянется, что вчера, когда он видел, как Чимин шел по коридору, мальчик крутанулся так быстро, что почти споткнулся и чуть не упал.

— Хён, пожалуйста, прекрати дуться, — говорит Намджун, откусывая почти половину от своего бургера, — тебе не идет это.

— Он избегает меня.

— Конечно, — кивает Хосок, — что ты сделал?

Юнги выгибает бровь.

— Ничего, ты, маленький говнюк. Только спас его задницу.

Через несколько столов, Юнги видит Тэхёна и Чонгука, которые выглядят ужасно непристойными, как и всегда. Он тоже хочет быть непристойным с Чимином. Все эти клише о прекрасных отношениях? Юнги любит их. Юнги хочет держать маленькие руки Пака Чимина, он хочет приглашать его на кофе, покупать для него всю выпечку, которую там продают, баловать его и портить его, и окружать его любовью и радугами. Но Чимин избегает его.

— Должна быть причина, по которой твой милый пирожок избегает тебя, — добавляет Намджун, и Юнги морщится.

— Он, наверное, смущен. Он сказал кое-что.

— Что именно?

Юнги пожимает плечами и нет, он не краснеет, он — Мин Юнги. Забавы и чувства — для проигравших.

— Да так, кое-что, — Юнги оглядывается назад на стол, где сидят Тэ и Кук, и он видит, как Чимин подходит к этим двум парням, как всегда лучезарно улыбаясь, он похож на чертово видение в этом его мягком синем свитере.

Юнги вздыхает.

— Тебе нужен стакан воды? — ухмыляется Хосок, — выглядишь так, как будто умираешь от жажды.

— Я бы посмотрел на твою задницу в чертовой Сахаре, тогда бы мы увидели, у кого жажда, — бормочет Юнги и с несчастным видом пьет свою колу.

— Послушай, хён, тосковать глупо. Просто пойди туда и пригласи его на свидание, — усмехается Намджун, — поверь мне, он скажет да.

Юнги собирается сказать, что да, большое спасибо, он знает это, но он — трус, и он напуган до смерти, но его внимание привлекает красивый (и очень высокий) парень, который сидит рядом с Чимином и начинает с ним болтать.

Юнги пристально наблюдает за тем, как улыбка Чимина постепенно исчезает и вместо нее появляется явное раздражение.

— Ты издеваешься надо мной? — шипит Юнги, — его снова приглашают на свидание? Зашибись.

Юнги встает и начинает пробираться к столу Чимина, не обращая внимания на визжащего Хосока «да, покажи ему, кто здесь босс!», но, прежде чем он доходит до него, кто-то встает у него на пути.

— Мм... привет? — Юнги хмурится.

Перед ним милая девушка, возможно, лет двадцати, и она выглядит страшно возбужденной.

— Ты, вероятно, не знаешь меня, — начинает она.

— Это правда, не знаю, — говорит Юнги, пытаясь посмотреть мимо нее, чтобы увидеть, досаждает ли все еще Чимину тот парень.

— Меня зовут Со Ён, — говорит она, — мы вместе учимся на курсе писательского мастерства.

О, теперь он вспоминает ее. Она всегда сидит рядом с ним, хотя они никогда не говорили прежде.

— Рад за тебя, — говорит Юнги и пытается продолжить идти дальше, но она останавливает его снова.

— Юнги-ши, я думаю, что ты очень красивый.

Юнги безучастно смотрит на девушку. Подожди, что?

— Как ты смотришь на то, что бы пойти со мной на свидание? Просто попить кофе... когда-нибудь, — Со Ён краснеет, — я бы хотела узнать тебя получше.

Вселенной сегодня должно быть особенно забавно, если то, что происходит с ним, действительно реально.

Хорошо, Господи, ты привел меня сюда, реально смешно, золото комедии.

— Я... — Юнги откашливается, — я думаю, я польщен. Действительно, польщен. Я думаю.

Со Ён улыбается ему с такой надеждой, которую Юнги никогда раньше не видел и, Боже, он чувствует себя полным придурком. Теперь он понимает, почему Чимину всегда так трудно отказывать людям, это чертовски отстойно.

— Я не думаю, что тебе понравится встречаться со мной, — наконец говорит Юнги, — я ужасный. Правда. Ужасный парень.

— Разве я не могу решить сама, так ли это? — спрашивает она, немного настороженно, — я думаю, что ты мне действительно нравишься.

Милая, ты даже не разговаривала со мной.

— Эй.

Юнги почти подскакивает, когда слышит голос Чимина, Со Ён поворачивается и, нахмурившись, смотрит на парня с оранжевыми волосами.

— Да? — спрашивает она, смутившись.

— Отвали.

Юнги поперхнулся своей собственной слюной от резких слов, которые действительно, действительно, не могут принадлежать кому-то настолько же мирному, как Чимин. И черт, Чимин выглядит совершенно взбешенным, сжатая челюсть и суженные глаза, и если это не самый горячий парень в мире, тогда Мин Юнги — идиот.

Со Ён делает шаг назад и, покраснев, уходит, не говоря ни слова.

Чимин смотрит на Юнги.

— Правда? Серьезно, хён?

— Что?

— Стоило мне на секунду отвести от тебя взгляд, как появляется случайная девчонка. Невероятно, — Чимин проводит рукой по своим волосам.

— Послушай, Минни —

— Встречайся со мной.

Юнги начинает медленно обрабатывать эти слова, очень медленно. Не может быть, что это происходит.

Боже, что за херня.

— Ты издеваешься надо мной? — взрывается Юнги, — что за черт, Чимин? Ты просишь меня встречаться с тобой? Ты сделал первый шаг? О, ради Бога, Намджун будет дразнить меня до конца моих дней, я не могу в это поверить! Йа! — Юнги скрещивает его руки, — я тот, кто должен был пригласить тебя на свидание!

Чимин фыркает, закатывая глаза.

— Ну, ты тянул время, поэтому я решил взять все в свои руки.

— Да как ты сможешь взять такое огромное дело в эти твои крошечные руки?! — Юнги качает головой, — нет, Чимин. Я приглашаю тебя на свидание!

— Это не честно! — Чимин надувает губы, и Юнги почти умирает, — я спросил тебя первым!

— Ну, а я спрашиваю тебя вторым! — кричит Юнги, и все студенты смотрят на них, — встречайся со мной, ты, маленький говнюк!

— Отлично! — кричит в ответ Чимин, — я согласен!

— Хорошо!

— Хорошо!

— Ты хочешь мороженое?!

— Да, хочу!

— Тогда хён купит тебе мороженое!

— И, возможно, позже мы могли бы посмотреть вместе кино!

— Звучит отлично! — теперь люди уже смеются, и Юнги вполне уверен, что Тэхён снимает всю эту сцену на видео.

— Хорошо! Ты мне действительно нравишься!

— Ты мне действительно нравишься тоже!

— Теперь возьми меня за руку!

— Нет, ты возьми меня за руку!

— Отлично!

— Отлично!

Чимин грубо хватает руку Юнги и начинает тянуть его в кафе-мороженное за территорией кампуса.

— У твоих рук действительно гладкая кожа, Чимин!

— Спасибо! Почему мы все еще кричим?!

— Я не знаю! И почему это ты ведешь нас, это должен делать я!

— Тогда сделай это!

— Отлично!

— Отлично!

Юнги бы очень хотел продолжать кричать на Чимина все, что приходило ему в голову..., но это — общепризнанный факт, что, когда Чимин наклоняется и нежно целует его в щеку, Мин Юнги спотыкается о свои собственные ноги и ничего не говорит всю оставшуюся часть дороги. Он слишком занят тем, что улыбается, как идиот.