Глава 7
Юджин Берри был странным ребёнком. Он родился в семье потомственного учёного Эдгара Бернхарта и его жены Идит, которая так же была ученой. Эдгар и Идит изучали элементов и медицину, они оба познакомились во время учебы, они оба горели похожими идеями и это их сплотило.
Первый ребенок семьи Бернхарт по имени Теодор родился ещё во время их учебы, из-за чего им пришлось быстро вступить в брак, чтобы сын не стал незаконнорожденным, а ещё рождение Теодора прервало карьеру Идит на долгие годы и разобщило их отношения с Эдгаром. Его карьера шла в гору, а она растила сына, который с каждым днем все больше был похож на отца. А потом в их семье родился второй ребёнок - еще один сын по имени Уве.
Идит привыкла к роли матери, но все ещё мечтала о науке, но дети требовали слишком много внимания, а характер её мужа становился все более суровым. А ещё он не знал или просто не замечал перемен в своей жене, ведь с каждым годом она становилась слабее.
Когда родился Юджин, Теодору было уже пятнадцать, а Уве десять, так что их младший брат им не был особо интересен. Вскоре после рождения третьего ребёнка у Идит обнаружилось редкое заболевание крови, оно было необычным и было связано с элементами. Эдгар принялся искать лекарство для жены, пока та, не смотря на слабость, растила маленького Юджина.
Он был любознательным и добрым. И хотя, она знала что нельзя выбирать среди своих детей любимчика, она ничего не могла поделать в отношении Юджина. Он был её отдушиной, её крупицей счастья и он очень сильно любил её в ответ.
Её старший сын Теодор после медицинского училища переключился на политику, средний Уве решил стать врачом-элементоведом и обзавелся связями среди королевской семьи, а младший шёл своим никому непонятным путём. Юджин изучал элементы не так как было принято классическим образованием. Он не видел в них инструменты, он видел в них друзей. Отцу не нравились эти идеи явно позаимствованы у королевства Увив, они казались ему опасными, особенно на фоне затяжной пятнадцатилетней войны.
Но он все равно пытался обучать младшего сына самостоятельно. Из-за войны институты работали с переменной регулярностью, а Юджин так стремился к знаниям, что его суровый отец не мог устоять. Однако они ругались, часто и много, когда он доставал непонятно откуда взявшиеся запрещенные книги и ставил в пример спорные и недоказанные методы. Только Идит в тайне от мужа поддерживала своего младшего сына, его идеи казались ей надеждой на будущее. Но ссоры между отцом и сыном продолжались, а завершающим штрихом их отношений стала выходка, которую Эдгар до сих пор ему не простил.
Однажды Юджин поставил отца перед фактом, что он взял девичью фамилию матери - Берри, записался добровольцем в санитарный отряд и отправляется на линию фронта. Юджин был умным парнем и знал, что из-за связей отца его ни за что не отправят на войну, поэтому сменил фамилию, тем самым обманув призывную комиссию. Он хотел быть полезен, он хотел помогать и спасать людей. Идит тоже не была рада решению сына, она боялась за его жизнь, но не могла ему запретить идти к мечте, ведь мечты её юности растворились в прошлом.
Юджин быстро стал знаменит на фронте, он был выдающимся хилером, а хилеров у Фламар было очень мало. Благодаря своим способностям он быстро попал в первый отряд. Он нравился солдатам, хоть они и считали его чудаковатым, но его часто приглашали на перекуры, хотя Юджин не курил. Так же Юджин не пил алкоголь, чего солдаты старательно не понимали и часто вообще забывали об этом, особенно командир первого отряда Амелия Чейн.
Ещё солдаты первого отряда не знали, что их хилер по уши влюбился в их командира с первого взгляда и что, в течении следующих семи лет, он будет всюду преследовать её умолять выйти за него за муж, а особенно то, что в итоге она согласиться.
Тогда они все знали Юджина Берри как странного паренька с удивительными способностями и гибким умом, как человека, которому можно доверить свои жизни. И хотя Юджин Берри пробыл на войне всего два года, многие военные до сих пор помнят того чудаковатого хилера.
***
Мистер Берри стал громом среди ясного неба над гостевым домом. И если некоторые любили запах летнего дождя и рокот грозовых облаков, то были и те, что не видел ничего хорошего в перемене погоды.
- Я могу дотронуться до твоей руки? - Воодушевленно спросил мистер Берри и Гай молча кивнул. Тогда Юджин бесцеремонно схватил мальчика за руку и начал пытливо рассматривать разноцветную кожу на руках Гайя.
Мистер Берри очень быстро обустроиться в доме. Он занял две небольшие комнаты на втором этаже напротив Гайя. Одна из них стала выглядеть как захламленная книгами спальня, а вторая превратилась в кабинет врача.
Первым кого Юджин пригласил в свой кабинет был Оливер. Это случилось буквально на следующий день после приезда нового постояльца. Мистер Берри задавал вопросы по самочувствию мальчика при контакте с разными элементами и во время выплесков энергии, а так же проверил его зрение. Правый глаз Оливера был довольно в плохом состоянии и не мог четко видеть предметы дальше десяти сантиметров, а с левым глазом дела обстояли немного лучше, но в целом его близорукость прогрессировала. Сперва Юджин предложил сделать очки для мальчика, но тот отказался, опасаясь их разбить и потому что в целом привык к своему плохому зрению. Однако мистер Берри сказал, что ему нужно будет лучше исследовать проблему Оливера, чтобы остановить потерю зрения и возможно даже улучшить его. После осмотра мальчику вручили конфетку и тот довольный покинул кабинет врача, отправившись по своим делам в огород.
А на следующий день врач постучался в комнату напротив и пригласил к себе Гайя.
- Кожа не болит и не чешется? - Используя специальную лупу, Юджин рассматривал руку Гайя.
- Нет. - Спокойно ответил Гай, который привык к таким тщательным осмотрам врачей.
- Судя по отчетам прошлых осмотров, новых пятен так и не прибавилось, все тот же набор двухлетней давности... - Бормотал себе под нос врач. - А ты что скажешь, не замечал новых пятен?
- Вроде нет... - Задумчиво протянул Гай. - Мне раздеться?
- В этом нет необходимости, с тобой мне в этом вопросе проще... опыт имеется, так сказать. - Юджин как-то странно улыбнулся, убрал линзу, а затем протянул мальчику картонку с изображением фигуры человека со спины и со стороны лица.
На этой картинке красным были закрашены места, где на теле Гайя находились мелазмы. Мальчик внимательно посмотрел на картонку и лишь кивнул в знак подтверждения. Юджин забрал изображение и уже залез в банку для конфет, собираясь прощаться со своим пациентом, но затем услышала тихий вопрос:
- У миссис Чейн тоже есть пятна? - Его голос звучал как-то отстраненно и не было до конца понятно какие именно эмоции он при этом испытывает.
- Есть парочка, но они не на видных местах... - Загадочно ответил мистер Берри, шурша конфеткой. - Однако во время пятнадцатилетий войны, когда мы первый раз встретились, её руки были в пятнах по локоть...
Глаза Гайя тут же округлились и заблестели нескрываемым интересом, но в этот момент в дверь кто-то постучал и мистер Берри громко сказал войдите, а на пороге оказалась миссис Чейн собственной персоны.
- Мистер Янг, давайте закончим на сегодня. На ваши вопросы я обязательно отвечу в следующий раз. - Нарочито официально сказал Юджин, а затем протянул Гайю конфетку и подмигнул.
Уходя, Гай кивнул миссис Чейн в знак приветствия и закрыл за собой дверь, оставив их наедине, а Юджин взял из банки ещё одну конфетку и протянул её Амелии. Она резко выхватила её из его руки и плюхнулась на кушетку для осмотра.
- Что у него за вопросы? - Немного ворчливо протянула Амелия, разворачивая конфету и закидывая её себе в рот.
- Это строго конфиденциальная информация между мной и моим пациентом. - Насмешливо ответил Юджин, присаживаясь на стул напротив, и за свой ответ получил прищуренный осуждающий взгляд.
- Хочется кофе... - Растягивая слова, обиженно сказала Амелия, а Юджин широко улыбался.
- Сейчас я взбодрю тебя без кофе. - Лукаво произнес мистер Берри, а потом внезапно добавил. - Кстати, а где Оливия?
- Не знаю. - Устало произнесла миссис Чейн и буквально разлеглась на кушетке. - Она откровенно избегает тебя, и кажется меня заодно, но постоянно следит то с деревьев, то из кустов. Даже Лили иногда не может её отследить...
- Мда... проблема. - На выдохе сказал Юджин потирая свой подбородок, на котором за пару дней успела образоваться редкая щетина.
- Не думаю, что эта девочка позволит залезть себе в рот... - Усмехнулась Амелия и причмокнула конфеткой. - Ни один врач за два года не смог её осмотреть, все выводы про немоту на пустом месте... лучше сперва осмотри Кроя, у меня по его поводу куда больше беспокойств...
- Завтра схожу к нему... Хотя мне кажется, что он тоже не очень хочет, чтобы его смотрели. - Подытожил мистер Берри и в кабинете на пару минут наступила задумчивая тишина, которую затем разрушил раздраженный возглас Амелии.
- Так где твое обещанное взбодрить? Я сейчас тут засну уже...
- Да-да... Слушай! Я тут пообщался с Пузыриком и Струйкой... - Начал свою историю Юджин, но его резко прервали.
- С кем? С Пузыриком и Струйкой?
- Да.
- А можно поконкретнее, кто это такие? - Амелия приняла сидячие положение и разозлилась ещё больше, увидев глупую улыбку на лице мужа.
- А, ну, это уоттеры из постирочной. - Совершенно наивно объявил Юджин.
- Пузырик и Струйка?
- Да.
- Серьезно? Ты опять даешь элементам дурацкие имена? - Амелия смотрела на него, прищурив глаза.
- Ну, они уже не помнят как их звали раньше. И почему опять дурацкие? Капелька например очень милое имя. - И будто в подтверждение этой информации из кармана жилета Юджина выглянул маленький уоттер и, показав Амелии язык, спрятался обратно.
- Ладно, твой Капелька очень милый, а теперь вернемся к теме. Что они тебе там рассказали?
Юджину это рассказал уоттер, которого он назвал Пузырик. Вернее не рассказал словами, а скорее показал немым кино в изображении на глади воды. Поскольку элементы не могли общаться словами, они чаще передавали информацию видящим через изображения и ребусы, некоторые даже умудрялись писать слова на бумаге или земле. Оказалось, что в первый год, когда Самюэль Крой попал в гостевой дом и жил в нем один без других детей, его хотели купить. И хотя это были очень большие и нужные для школы и пансиона деньги, директор естественно отказался. Сам директор не ездил на встречу с покупателем и отправил туда конюха, чтобы тот передал письмо с отказом. Конюх не видел покупателя, только его охрану, но Пузырик увязался за конюхом и подглядел.
- Это была женщина, она выглядит знакомо, но я не могу вспомнить где её видел. - В воздухе между Юджином и Амелией возникла вертикальная водная гладь толщиной пару миллиметров и на ней красовалась утонченная женщина в черном дорожном плаще, с волнистым каре цвета золота, ярко красными губами и затемненными очками с серебристой оправой.
- Столичная штучка и даже не скрывает, выглядит и правда знакомо, я поищу на неё информацию. - Голос Амелии звучал задумчиво и сердито. - Зоммер ничего не сказал мне об этом случае...
- Он знает кто это и бережет твои нервы. - Усмехнулся Юджин и водная гладь испарилась в воздухе.
Они ещё некоторое время строили теории, сидя в кабинете, но в конце концов жажда кофе победила и им пришлось спуститься на кухню, где они сменили тему разговора на более позволительную и менее секретную.
***
Солнце отражалось и рябило на водной глади озера, первые цветы кувшинок покачивались от легких дуновений ветра, стрекозы приземлялись на дрейфующие листья отдохнуть, а потом улетали по своим делам. Разноцветные рыбки временами подплывали к поверхности воды, но ощущая опасные вибрации, возвращались обратно вглубь.
Оливия сидела на камне у кромки озера, свесив голые ноги прямо в воду и, временами болтая ими, создавала воронки. Она была рассержена и разочарована, она не могла поверить своим глазам. Их новый постоялец, оказавшийся мужем её любимой учительницы, был простоватым и нелепым. Ещё до его приезда, она представляла себе благородного рыцаря или как минимум статного ученого, взрослого и уверенного, а не это чудаковатое нечто с детским лицом. У него даже борода не росла должным образом, а какими-то клоками, к тому же он подлизывался к другим детям конфетами.
Ещё утром она видела миссис Дэвис, которая принесла какие-то стопки газет и которую к ним в дом явно принесло любопытство, а газеты стали лишь странным предлогом. Она смеялась, как дурочка, когда он широко улыбался и рассказывал какие-то глупости. Интересно, миссис Чейн вообще знает, что её никчемный муж флиртует с другими женщинами? Оливия думала об этом с самого утра, сидя на камне у озера до полудня и бесконечно злилась.
Была ещё одна мысль, которая тревожила её довольно сильно, но она тщательно подавляла её в зачатке, переключаясь на чувство разочарования. Но всё же парой тревога брала вверх, тревога о том, что ей придется жить в доме со взрослым мужчиной.
- Я думал это жабы завывают, но оказалось это твой живот. - Позади Оливии раздался голос и она, вздрогнув, обернулась. - Что-то мне подсказывает, что ты не ела со вчерашнего дня...
Конечно, это был Сэм. Он выглядел немного запыхавшимся и задумчивым больше, чем обычно. Он, хромая, обошел камень, на котором сидела Оливия и плюхнулся на траву рядом с ней, а костыль откинул в сторону. Затем он снял свои ботинки, следом носки и вытянул голые ступни вперед, но они всё-таки не дотягивались до воды. Сэм редко обнажал свои ступни, его левая пятка, как и вся подошва ноги была пугающе черной. Настолько черной, что казалось она поглощает собой свет.
- Мистер Берри после завтрака заходил ко мне осмотреть ногу. - Начал Самюэль, но при имени их нового постояльца Оливия сморщилась так, будто съела что-то невероятно кислое, и Сэм искренне рассмеялся.
- На самом деле он сразу раскусил меня... - Отсмеявшись как-то обреченно сказал Сэм. - Думаю он хороший человек и искренне хочет помочь, они оба хотят и я... хочу им довериться...
Оливия смотрела на Самюэля, как тот щиплет траву возле себя пока говорит и начинала тревожиться сильнее. Не смотря на то, что она считала Кроя крайне надоедливым субъектом, хитрым и временами очень нетактичным, но он всегда был уверен в своих суждениях и очень часто был прав во многих вещах. Его нерешительность пугала девочку, потому что сейчас, хоть ей было сложно в этом признаться, но Сэм был единственным человеком которому она доверяла.
- Я уверен, что они что-то скрывают. - Вырвав довольно внушительный клок травы, заключил Сэм.
Оливия нахмурилась и в воздухе перед лицом Самюэля поднялось облако пыли, которое постепенно собралось в вопросительный знак, а потом рассеялось куда-то вверх. На лице мальчика растянулась широкая хитрая улыбка и Оливия закатила глаза, предчувствуя, что сейчас её будут дразнить и подначивать, а затем повернулась к мальчику спиной.
- Я просто хотел сказать, что это так мило, что ты со мной говоришь! Ну, не нужно стесняться, повернись, прошу! - Он явно сдерживал смех и Оливия в знак протеста лишь расправила плечи, будто утвердившись в своей протестующей позе. Поуговаривав неприклонную Майлдмей ещё какое-то время, он сдался и продолжил говорить так, как есть.
- Мне кажется эти двое словно хотят защитить нас от чего-то... Или подготовить к чему-то. Это не просто попытки продлить жизни несчастным проклятым детишкам. Я просто чувствую... как дорожит земля, будто что-то грядет...
Оливия повернулась в сторону Сэма, его брови были сдвинуты и он смотрел на воду так будто гипнотизировал её. Он всегда думал о них, он хотел, чтобы они просто жили в мире и спокойствии. Пекли пироги, читали книги, выращивали овощи, смеялись. Обычный круговорот жизни. Она слабо представляла каково ему было жить одному в этом доме целый год, она не знала каким он был тогда, но знала его сейчас. Она чувствовала, что все в гостевом доме для него семья, которую он любит. Но это было так наивно для неё. Мир не белый и пушистый, ты не можешь просто оградиться от него и жить словно в пузыре. Мир темный, злой и жестокий. И ни один хищник в этом мире не страшнее человека. А люди никогда не оставят их в покое. Оливии было всего одиннадцать, но она смотрела на мир широко распахнутыми глазами, предпочитая жить одним днем, ведь она не знала каким будет будущее и ей было всё равно. Каким бы оно не было и чтобы не случилось, она будет кусаться, отбиваться и драться, она никому не позволит обидеть себя. Пусть наивные людишки живут свои глупые смешные жизни, это её не касается, она смотрит на них чтобы развеять скуку. Так было всегда... но что-то действительно изменилось.
Внезапно их общую задумчивую тишину прервало громкое урчание живота и Сэм рассмеялся. Пытаясь скрыть свое смущение, Оливия зачерпнула воду носком ноги и перенаправила поток прямо в Самюэля. На мальчика сверху полетела струя, от которой он не успел увернуться, и она попала ему на плечи и спину. Промокший он всё равно смеялся и кричал в след улетающей Оливии о том, что на кухне осталась парочка пирогов с капустой, которые надо доесть иначе они испортятся.
Тем временем в гостиной гостевого дома журнальный столик был погребён под стопками газет и где-то за этой бумажной стеной миссис Чейн прибывала в крайне раздражённом настроении. Все эти экземпляры газеты «Светская хроника Астер» доставили ей рано утром и она до сих пор не нашла информацию которую так искала, хотя время уже близилось к ужину.
- Сделай мне кафе. - Бесцеремонным командным голосом Амелия рявкнула из-за газет, когда услышала только что спустившиеся со второго этажа и приближающиеся к ней шаги. Однако шаги замерли и ничего не сказали в ответ, она выглянула из-за стены и увидела несколько растерянное выражение лица Гайя. Кажется мальчик был готов пойти выполнить поручение учителя, но был смущен приказной интонацией запроса и практически уверен, что обращались не к нему, но поскольку кроме них двоих в гостиной больше никого не было, мальчик просто застыл с распахнутыми глазами.
- Прости, я думала это Юджин. - Смягчила тон Амелия, а потом поправила себя. - То есть мистер Берри. Ты чего-то хотел?
Оглядев быстрым взглядом масштаб катастрофы происходящей на журнальном столике, мальчик внезапно сказал:
- Вам помочь?
Это немного ошарашило Амелию, но признаться ей и правда нужна была помощь. Она выпрямилась и размяла плечи, а потом указала Янгу на крайнюю стопку газет.
- Просмотри, пожалуйста, эти газеты. Мне нужны статьи на тему приемов и баллов, где были замечены члены королевской семьи.
Мальчик принялся за это поручение без лишних вопросов и без особого интереса взял самую верхнюю газету стопки и начал очень быстро просматривать. Так они молча листали газеты где-то четверть часа, было слышно только шуршание страниц, стопка Гайя заметно уменьшалась с гораздо большей скоростью, чем стопка Амелии.
- Зачем вам эти статьи? - Нарушив тишину внезапно спросил Гай, продолжая листать газеты.
- Увлечение у меня такое. - Явно увиливая от ответа с усмешкой ответила миссис Чейн и Гай решил не вдаваться в подробности, но его явно что-то мучило и это было заметно.
- Ты, наверное, хотел меня о чем-то спросить... не связанном с этим беспорядком? - Издалека начала Амелия, временами поглядывая на сосредоточенного мальчика. Гай очень быстро листал газеты, но было видно, что при этом он не упускает ни одной детали, потому что постепенно рядом с ним начала образовываться еще одна маленькая стопка газет с нужными статьями.
- Я хотел поговорить о том как вам удалось заключить договор с элементом. Информации как это сделать таким как мы в этом доме не найти. - Отложив ещё одну газету в стопку с нужными статьями, сказал Гай и при этом, ни отрываясь, взял следующую.
- А у тебя есть кто-то на примете? - Отвечая вопросом на вопрос сказала Амелия, при этом она откровенно халтурила и уже листала газеты не глядя. Тема, которую поднял Гай, ей была намного интереснее.
Мальчик поднял на неё очень внимательный взгляд, ему явно было трудно говорить на эту тему. Амелия пока не понимала почему, но кажется это был её шанс понять Янга лучше. Он был умным и несомненно талантливым ребенком. Она до сих пор была под впечатлением от истории случившейся в приюте, с его уровнем контроля он мог стать одним из сильнейших волшебников, к тому же он был усердным и любил учиться, а это было только в плюс и могло ускорить процесс. Амелия уже представляла как обучает его использовать энергию правильно и какие невероятные чудеса он сможет творить в будущем. Но какое бы будущее миссис Чейн не представляла для этих детей и чтобы она для них не хотела, она все равно не могла решать за них, только помогать и направлять.
- У меня нет никого на примете... - Спустя пару минут осторожно сказал Гай, повторяя формулировку Амелии. - Но я бы хотел заключить договор с элементом воды.
Его слова огорошили Амелию. Она замерла в газетой в руках, внимательно глядя на мальчика, который так же перестал изучать статьи и смотрел на учительница в ответ своим ясным решительным взглядом. И в какой-то момент ей стало больно от этого взгляда, она отвернулась, сделав вид, что её что-то заинтересовало в новой газете, усиленно думая как подобрать правильные слова. Она не хотела ранить его, не хотела разбить его надежды и мальчик заметил, что миссис Чейн затрудняется дать ответ.
- Оливер прав, вы добрая. - Внезапно сказал мальчик с легкой улыбкой. - Я знаю, что по законам мироздания это невозможно, но это моя забота. Я лишь хочу, чтобы вы рассказали мне как это получилось у вас с вашим виндом.
Она услышала, как вновь зашуршали газеты. Гай продолжил перебирать их, изучая и сортируя статьи и она отчего-то облегченно выдохнула. Эти дети были гораздо сильнее, чем ей казалось. На секунду она задумалась о том, как на самом деле ей повезло прожить своё детство так беззаботно. Но она быстро откинула эту мысль, взяла газету и, помяв уголок, принялась вещать своим учительским голосом.
- Я не заключала договора с Лили. - Начала Амелия, услышав как Гай замер и вероятно посмотрел в её сторону, она улыбнулась и быстро продолжила. - Такие как мы не способны заключить договор как это полагается у волшебников. Ты же знаешь, что элементы не заключают договоры друг с другом, они создают союзы, партнерские отношения, дружат в каком-то смысле. Поскольку энергия в наших телах близка к энергии элементов, они воспринимают нас как себе подобных. Чтобы Лили осталась со мной, мне нужно было заслужить её доверие и в каком-то смысле... любовь. Но любовь имеет множество форм. Для меня и Лили это, наверное, как любовь ребёнка к матери. Это очень непросто, скажу я тебе... но попытаться стоит. Если не пытаться, то точно не получится.
Она посмотрела на Гайя, он смотрел на неё в ответ своими внимательными умными глазами. Он был красивым ребенком, не смотря на пятна на лице, и она представила, как он вырастет красивым юношей и затем мужчиной. Она представляла будущее каждого из детей с того момента, как увидела их, она хотела и старалась, чтобы у них было это будущее.
- Я позже дам тебе книжку про договоры с элементами. В принципе это можно взять за основу, некий фундамент или... мост, который нужно выстроить между видящим и элементом. Но всё-таки уоттеры... для нас с тобой не позволительная роскошь... каждый раз когда Капелька крутится возле меня, мне становится не по себе и в памяти всплывает воспоминание из детства о тех уоттерах, которых я случайно растворила. - Амелия говорила уже в менее официальной манере. Ей хотелось, чтобы дети воспринимали её как друга, старшего товарища к которому можно обратиться, а не как к учителю или воспитателю. В конце концов эти дети по какой-то причине были удивительно воспитанные, если не считать Оливию.
- Капелька? - Вскинув брови переспросил Гай и Амелия улыбнулась шире.
- Да, Капелька. Так зовут уоттера мистера Берри. С ним, кстати, тоже можно поговорить про элементы, он изучает их почти всю свою жизнь и у него... есть так сказать свои методики. - Амелия считала имена, которые её муж дает элементам нелепыми и смешными, но все-таки немного милыми.
Благодаря помощи Гайя стопки газет были рассортированы гораздо быстрее и, когда мальчик ушел ужинать, Амелия принялась пролистывать те газеты, на тему членов королевской семьи на светских приемах, которую он для неё отобрал. Среди множества статей, она наконец-то нашла ту, которую так искала. Статья гласила:
На прием по случаю рождения второго внука министра Иностранных дел Юлиуса Кромвеля были приглашены старший сын короля... А так же среди знатных гостей был замечен старший сын Военного министра Филипп Вехтер, которой появился на приёме с весьма загадочной особой...
В середине столбца была помещена фотография Филиппа Вехтера и красивой блондинки с волнистым каре в темных очках.