Одинокая

- Опишите себя в двух словах.
- Я убивать...

Nessa Barrett - La di die
Scirena - Страшно любить🎧

Да начнется треш-ак!♡

Pov Адам

- Оставьте его здесь, - приказал Никита.

Помятый, с фингалом под глазом, прямо в центр комнаты, где стоял я, вся банда и люди Никиты, прямо к нам под ноги бросили этого паренька. Что-то знакомое лицо.

- Друг Елены? - выгнув бровь, вопросительно посмотрел я на Никиту. Бесячее прозвище.

- Друг? Похоже, она тебе вообще не доверяла! - я нахмурился от этого его заявления, - Это ее двоюродный братец. Жалкий малец, ненавидящий свою сестру, - выплюнул он, пнув его ногой.

- И зачем он нам? - спросил я. Обида глубоко засела во мне и я откинул все чувства к девушке, решил покончить со всем этим.

- Ох, Адам, вы - два идиота, что Елена водила за нос. Вы оба не знаете и половину всего, - он заходил кругами, впрочем сам Никита выглядел не лучше: волосы в бардаке, помятая, грязная рубашка. Рассеченная бровь и губа. Выглядит как безумец. - Я просидел в подвале ее клуба почти месяц без нормальной еды, доступа к свету и свежему воздуху. Меня каждый день избивали до потери пульса. Я не раз был на грани смерти. Подслушав разговоры ее ребят и рассчитав все, я нашел подходящее время и сбежал, - наступило молчание, парень на полу, смотрел на Никиту большими от шока глазами. Я лишь задумчиво слушал его. - Все еще считаешь ее безобидной, Адам?

Я молчал несколько минут. Мне нет причин ему верить, но его слова оставляли осадок на душе, как части пазла собирались в единую картину его слова, поступки Елены, намеки, действия, отстраненность. Все больше становилось понятно, что она водит меня за нос.

- У тебя есть план? - я видел как загорелись его глаза безумным огоньком после моих слов и это насторожило, но злость и обида, засевшие во мне, слишком сильно сдавили горло.

- Вы оба ненавидите ее, - хищно улыбнулся он, - Пора поквитаться с ней.

Pov Елена

Вокруг было подозрительно тихо. Слишком тихо для места, где ведутся переговоры.

Зарядив магазины по полной и спрятав свои ножи, я собрала в хвост свои кудри, давая ветру щекотать мою открытую шею. Сейчас меня не волновало ничего, кроме двух дорогих мне людей, которые наверняка уже услышали от этого чокнутого все, что угодно, но только не правду.

Первыми в здание вошли ребята. Услышав от них, что все свободно, я прошла внутрь, оставив Сема охранять снаружи. Пройдя внутрь, я огляделась. Помещение просторное, как и то место, где мы впервые встретились.

Никита Салтыкин. Парень, помешанный на деньгах и сексе. Замешанный в делах с русской мафией. Идиот, не знающий границ. Мы впервые встретились на светском балу, когда мне было пятнадцать лет, но уже тогда я невзлюбила его.

- Милая, познакомься, это Никита Салтыков. Никита, это Елена. Думаю вы подружитесь, - представили нас друг другу родители. Помню, как его взгляд оценивающе прошелся по мне. Он словно уже тогда раздевал меня. Омерзительно.

- Приятно познакомиться, - протянула я ему руку. Он взял мою ладонь и поцеловал. Как же я хотела блевануть.

В тот вечер я впервые его встретила здесь, на этом же самом месте. Целый год родители пихали нас друг другу, но он был не против. Я же, видя его голодные взгляды на девушек, ощутимую любовь к деньгам и стертые границы, всегда ставила крест на затее родителей и уходила от всяких разговоров с его упоминанием, однако, они меня не слушали.

Я вновь оглядела пустое пространство. Зал почти не изменился, только стал более грязным и заброшенным. Везде валялся мусор, осколки битого стекла. Мебели не было - кто-то унес или же мелкие воришки проникли и все растащили. Здесь когда-то было красиво, но сейчас зал напоминал некое кладбище, где похоронили все воспоминания. Хорошие и плохие. Шикарные светские вечера, балы и встречи - теперь это были лишь воспоминания, что навечно останутся здесь.

На секунду я вновь увидела картинку, как девушки и женщины в красивых бальных платьях, кружатся в красивом танце, ведомые элегантными мужчинами в темных костюмах. Довольно странное явление в нашем мире видеть такие королевские сборища, но то были нередкие прихоти богатых - строить шикарные здания под дворцы и устраивать балы, где все высокопоставленные люди ненавидят друг друга, но скрывают все за маской дружелюбия и доверия. Лицемеры.

Раньше я любила такие балы всем сердцем. Танцы, спокойные разговоры, легкие поклоны, игривое шампанское в узких бокалах, возможность познакомиться с новыми людьми. Как же мне нравилось все это. Но все хорошее не вечно. Люди в светских кругах давно прогнили, стремясь подняться выше, но известен и благополучно проигнорирован факт, что чем выше взбираешься, тем больнее падаешь. Фальшивые улыбки, приветствия. И только танец остался прежним, искренним. Танец - это способ показать свои намерения. Искренность в танце нерушима. И, пожалуй, только это осталось от тех прекрасных сборищах.

Призрачные образы быстро растворились, когда краем уха я услышала щелчок пистолета и резко повернула голову. Зрачки расширились, я это чувствовала. Шок на моем лице наверное был виден явно. Остались только он и я. И дуло пистолета, направленное мне в голову.

- Адам? - не веря спросила я.

- Елена, - сквозь зубы проговорил он. Я заглянула ему в глаза и увидела злость и безумный огонек, что меня аж передернуло.

- Что ты делаешь? - совершенно не понимая его действий, спросила я.

- А ты как думаешь? - спросил он. В этот момент, оглянувшись, я заметила, что с десяток людей направляют оружие на моих. - Дай приказ своим людям выйти отсюда или все умрут! - Молчание - вот что было ему ответом. Я лихорадочно думала, как же мне поступить.

- Выйти на улицу, приказа ждать, - по приказу все мои ребята вышли. Все еще под прицелом. - Вот так встреча, знала, что мы скоро увидимся, - Сквозь зубы сказала я, смотря за спину Адама. Оттуда раздался отвратительный мне с самого первого нашего дня знакомства смех. Чертов Никита Салтыков.

- Какая догадливая! - подошел он к нам, - Пришло время расплачиваться за все грехи, - рассмеялся он. Я все еще неотрывно смотрела Адаму в глаза.

- Убьешь меня? - проигнорировав его, тихо спросила я с вымученной, грустной, но теплой улыбкой смотря на Адама. Наверное, это моя первая по-настоящему теплая улыбка за все это время. Потому что надежды рушатся прямо сейчас. Счастье, что я только начала понимать и принимать, просто растоптали. Растоптал тот, кто говорил, что любит. Одна ложь вокруг. Воспоминания промелькнули перед моими глазами.

- Убью, - подтвердил он все еще направляя на меня дуло пистолета.

- Стреляй, - усмехнувшись, сказала я, на секунду прикрывая глаза, предоставляя ему эту возможность.

- Даже не остановишь? - спросил он.

- Ты не веришь мне, никогда не верил, с чего бы что-то поменялось от моих слов? Я не вижу смысла тебя отговаривать. Ты уже все решил. А говорить тебе, что я тоже влюблена в тебя, не имеет смысла. Ты не поверишь! - спокойно рассуждала я, не двигаясь.

- Не поверю, - подтверждает он. Я только улыбаюсь, слабым взором оценивая ситуацию. В руке все еще сжимаю пистолет. Протягиваю ему свое оружие. Он опускает взгляд на него и вопросительно смотрит на меня.

- Я доверяю тебе свою жизнь, - вкладывая в его вторую руку пистолет, говорю я. За всем этим наблюдает Никита.

- Адам, - подает голос Никита. Усмехаюсь. Время, пора. Но Адам молчит. В это момент меня посещают глупые мысли. Он не устал держать руку вытянутой? Не устал смотреть только перед собой, на меня?

Секунда, этого хватает для того, чтобы случилось, то, что только что произошло. Адам резко делает выстрел, он попадает в грудную клетку Никиты, тот охает и падает. Его охрана тут же всполошилась и вскинула пистолеты на нас, но парни Адама, что затесались среди них, быстро взяла ситуацию под контроль. Все до единого не растерялись и нацелились на них. Выстрелы. Пара из них полетела в нас, но стрелявшие тут же оказались убиты. Джон был среди них и взглянул на предводителя с немым вопросом во взгляде. Тот кивнул и по его приказу все вышли. Остались только я и он. Снова. Если конечно за его спиной не стоит еще один Никита. Но только я хочу достать нож, как раздается голос, который я не готова была сейчас услышать.

- Стой на месте, сестренка!

- Братец, - в тон ему, не скрывая яда в голосе, говорю я, - Все так же ненавидишь меня? - смеюсь я.

- А ты, как всегда, проницательна! - кривит он лицо, подходя к нам. Да уж, выглядит он конечно «шикарно»! Адам молчит. Часть плана? Убьет его, потом меня? Избавиться от главного конкурента?

- Ну и? Убьешь меня, не узнав правды?

- Мне уже известна вся правда. Видимо, тебе память отшибло или стоит тебе напомнить Сатино? - задевая за больное, говорит он, при этом неосознанно запуская бомбу.

- Я не виновата в том, что произошло, считай ты меня хоть трижды виноватой, ты не знаешь правды, - вскрикиваю я резко. Вся хладнокровность спадает на нет.

- Из-за тебя, я остался без девушки. Моя Люси умерла из-за тебя! Если бы ты пришла тогда, ты бы спасла ее, но на его предложение ты согласилась. Что ты получила взамен на человеческую жизнь? Статус? - я посмотрела на него глазами полными саркастического веселья. Я расхохоталась, а успокоившись с улыбкой спросила:

- Так вот, что тебе передали! Статус? Хочешь знать, что произошло тогда? Тогда слушай! - крикнула я, сжав кулаки, - Думаешь, ты такой умный? Думаешь, я выбрала статус вместо человека? Обменяла просто за жизнь? У меня был выбор, хороший такой - или я убиваю тебя, или он убивает ее. Он знал, что тебе будет больно, знал, что ты возненавидишь меня и это сделает меня слабой. Ты бы, разумеется, выбрал ее. Каждый сделал бы важный для себя выбор. Я бы хотела оставить ее в живых ради тебя, ведь ты хотел, чтобы она жила, вот только после твоего сомнительного самопожертвования меня ждал бы ад в виде твоих вспоротых кишков, убийства твоих родных и правления Сатино. Шикарно, не считаешь? - перекрикивая, спросила я, тяжело дыша и хватая ртом воздух. Его слова всегда жгли больнее всего и именно из-за этого я не хотела видеть его, но одновременно скучала по нему.

Адам напряженно молчал, слушая каждое наше слово.

- Сатино можно было бы переиграть! - не отступая, сказал он.

- Переиграть? Переиграть?! Конечно, переиграть человека, который держит в руках жизнь твоего отца, братца, его семьи, семей моих друзей, да, переиграть, подумаешь! Всего-то! Я всемогущая, я спасу весь мир, так ведь?! - хохотнула я, но тут же посерьезнела. - Вернись в реальный мир! Я сделала выбор в сторону большинства. И он оказался правильным, иначе ты бы тут не стоял. Да и я вряд ли была бы жива. Но тебе, по сути, плевать на других кроме себя! Конченный эгоист! - Последние слова я выплюнула и отвернулась от него, стараясь скрыть выступившие слезы.

Слезы - это слабость. Говорят, слезы это наша сила, но не в моем случае. Не в моей ситуации, не наедине с врагами. Нельзя показывать врагу свои слезы, он этим воспользуется, побив именно в больное место. Но больше врагов надо опасаться близких вам людей. Рассказывая им о ваших слабостях, вы рискуете быть преданными. Друзья могут стать врагами за мгновение, стоит им лишь услышать выгодное предложение. Вот кто действительно опасен. В моменты ссор они стремятся сделать вам больно, пользуются вашими страхами, бьют наотмашь.

- Сатино разрушил мою жизнь из-за тебя!

- Сатино мертв! - крикнула, оборвав его речь. - Хочешь знать, как я его убила? Детально, чтоб аж до тошноты. Хочешь?! - ответа не последовало, но я, увидев, как он сглотнул в страхе, усмехнулась и продолжила: - Сначала я проткнула ему все болевые точки так, чтобы он страдал, но не умирал. Затем стала медленно ломать каждую кость в его теле, не давая ему отключиться, заставляя кричать от боли. А в конце отдала на съедение бойцовым собакам вживую! Смотрела, как собаки едят его заживо! Каждый его болезненный вздох - музыка для моих ушей. Я отомстила за каждого, кому он испортил жизнь! - шипя словно змея, рассказала я. В его глазах стоял ужас. На Адама, я даже смотреть не хотела.

- Что? - тихо сказал он.

- Думаешь, я не отомстила ему за смерть Люси? Считаешь, что я вообще бездушная тварь, которой плевать на все? Правила для всех одни, даже для друзей, но правила создала я и мне их нарушать! Сатино поплатился за свою ошибку, а ты меня ненавидишь, даже не зная правды! Что тебе про меня намели? Что я стала править Калифорнией, купаясь в деньгах и забыв об этом? - по его глазам я поняла, что права. - Какая же я плохая! - Покачала я головой с иронией в голосе. - Бедный Фред! Не повезло тебе с такой бездушной сестрой! Пойду скинусь с моста.

- Почему ты мне не сказала?

- О, хороший вопрос! Почему я не пошла к тебе, ненавидящему меня всем сердцем, и не рассказала все тебе, подвергая тебя же опасности?! - с сарказмом сказала я.

- Сколько еще семей ты охраняешь? - он включил мозги?

- Весь город.

- Зачем?

- Сатино мертв, больше некому. Я должна защищать себя и город. Тень слишком сильна и опасна, приходиться сдерживать ее обитателей, иначе миры перемещаются, превращаясь в одну кровавую яму, - ответила я.

- Но...

- Никаких но, это моя жизнь, - покачала я головой, - А теперь убирайся вон, парни тебя отвезут, - он хотел что-то еще сказать, но под натиском моего взгляда ушел.

Я подошла к идиоту на полу помимо Адама и посмотрела на него. Он все еще лежит простреленный, не мертвый. Я быстро напечатала ребятам и они зашли в зал.

- Отдайте его зекам, пусть сами решают, что с ним делать. Рамок нет, это их суд. - видя, как ужас застилает ему глаза с каждой моей фразой, я наклоняюсь к нему ближе. - Что? Твоя сказка закончилась, дорогой. Твою судьбу решаю не я, - наблюдаю, как его поднимают и уводят. Страшная судьба, попасть к зекам*. Усмехаюсь, как меня отвлекает кашель. Адам. Он поднимает вновь пистолет на меня.

- Как насчет моей правды? - спрашивает он. Я устало сажусь на пол и закрываю лицо руками.

- Что тебе наплели? - спрашиваю я.

- Правду!

- Значит не всю, - говорю я, вставая и подходя прямо к нему. Он еще сильнее сжимает пистолет. - Не можешь простить меня? - усмехаюсь я.

- Не могу, - я отворачиваюсь, чувствуя его цепкий взгляд.

- То, что Никита тебе сказал правда, - выдыхаю я, - Но не вся. Я правитель города. Я - Одинокая, я - та самая таинственная девушка, срывающая твои сделки, заставляющая тебя ездить по точкам, усложняя тебе жизнь.

- Откуда ты...

- Я слишком хорошо его знаю. Я, это все я. Но я спасала тебя от испанцев, я пекусь о тени и нормальном мире, не пересекая границы, я слежу за перевозками. Это моя работа. Я контролирую всех мафиози, я слежу за тобой из банды, внедряя своих людей. Я владелец клуба «Martini». Я врала тебе все это время, - он хочет что-то сказать, но я перебиваю:

- Я привязалась к тебе Адам. Настолько сильно привязалась, что боюсь тебя потерять. Это неправильно, что я не доверяю тебе секреты, хоть и доверяю тебе свою жизнь. Я не лгала о своих чувствах по отношению к тебе. Я признаюсь, что не могу врать тебе. Я боялась тебя потерять, считая, что ты уйдешь, как делали это все. Что испугаешься или я стану тебе омерзительна. Что не примешь машину для убийств, авторитет мафиозного мира, когда все вокруг, кроме твоей банды, знают, кто я. Мои руки по локоть в крови моих врагов. Я боялась. Ведь ты единственный, кто смог...

Не успеваю сказать главного, как он заставляет меня молчать вытянутым пальцем у моих губ. Его напряженный, усталый взгляд застывает и он смотрит куда-то сквозь меня. Нахмуренные брови, поникшие плечи. Извини, дорогой, я тоже устала от всей этой лжи, потому я и говорю все это... Я слабо улыбаюсь.

- Почему я должен тебе верить? - он смотрит на меня измученными глазами. Я словно только что замечаю его великолепный, ничуть не потрепанный вид, несмотря на всю эту ситуацию, взъерошенные волосы, глубокие тени на лице. Я вновь смотрю ему в глаза и отвечаю шепотом:

- Доверься хоть раз, Адам.

Он колеблется еще несколько секунд, что стали для меня вечностью, и он тянется ко мне, не отрывая взгляда от моего рта. Его покусанные губы накрывают мои. Он притягивает меня к себе, руками оплетая талию, не давая отстранится. Кладу трясущиеся ладони на его колистую щеку, притягивая к себе. Отвечаю на поцелуй, сплетаясь в жарком танго с его языком. Чувствую, как по щеке спускается одинокая слеза, которую он стирает большим пальцем.

- Я люблю тебя, моя бестия, - ухмыляясь, говорит он, я улыбаюсь в ответ. Вторая слеза стекает по второй щеке и он стирает и ее, притягивая меня к себе в объятия.

- Мисс Нильсон, Одинокая, Управляющая, как теперь тебя называть? - смеясь спрашивает он, - Станешь ли ты моей девушкой официально?

- Твоей официально? - прищуриваясь, спрашиваю я. - Мы это обсу...

- Малышка, ты всегда была моей, просто не принимала этого! - наглый кот, объевшийся сметаны!

- Я согласна, - киваю я, смотря на него снизу вверх.

- Что-что? - издевается.

- Я согласна подумать над твоим предложением, - говорю я еще раз серьезно, но моя улыбка все ширится и выдаёт меня с поличным.

- Поехали отсюда, дома ты не отвертишься от разговора, - грозится он, поднимая меня на руки. Я не против, хотя непривычно.

- Какие мы грозные, - кривляюсь я, на что получаю строгий взгляд, который меня только милит. Черт, Елена, когда тебе казался кто-то настолько милым? Адам определенно на тебя плохо влияет.

__________________________________

*Зеки - это люди, заключенные в тюрьме. Унижения у них это жестко. Как бы вам пояснить. В случае с Никитой, либо он станет их личным вафлером, либо кое-что пострашней...