Reodginia

Всеми нами движут какие-то побуждения, на поступки нас толкают какие-то мотивы. Например, на идиотские, сумасшедшие и безумные нас толкает мотив под названием "любовь"

Мафия — не место для детей. В Мафии им просто-напросто нет места.
Но и возраст не меряется здесь годами, а тем, что осталось от психики и поступками.
Но бывает так, что дети, чудом попав в организацию, забывают о своей работе и вызывают головную боль босса.

— Доброго вечера, Мори-кун. — улыбнулась Коё, заходя в уже до мурашек знакомый кабинет, — Выглядите весьма... Тревожно.

Мужчина поднял на неё уставший взгляд.

— Соукоку что-то натворили? — поняла Коё, прикрывая улыбку рукавом кимоно. — Что-то серьёзное?

— Если для тебя, дорогая моя, ограбление... — Огай привычным действием достал два хрустальных бокала да бутылку их любимого шампанского, — Весьма щекотливое и шумное ограбление равно «что-то серьёзное», то определённо.

— Расскажешь? — мурлыкающе спросила Коё, занавешивая шторы на окнах, создав этим самым приятный сумрак.

— Разумеется, дорогая.

***

Утро подкралось так внезапно, но в то же время плавно. То самое чувство, когда ты понимаешь, что время тянулось долго, почти что прямо на твоих глазах, словно карамель, но в тот же момент всё это кажется лишь мгновением, которое просто прошмыгнуло прямо у тебя под носом.

Завтрак, если его можно было так назвать, ибо состоялся он довольно-таки поздновато, был скудным. Дома, по-прежнему, не было абсолютно ничего из адекватной еды. Даже кофе нормально не попить, нет сахара, нет печенья. Да что уж там, единственный кусочек хлеба, и тот уже в плесени в некоторых местах, лежит где-то в шкафчике.

Вообще, Осаму ещё с самого начала предложил обжарить плесневелый хлеб, мол, плесень — это ведь грибы, а жареные грибы, так ещё и с хлебом, будут очень полезными и питательными на завтрак! На полке в холодильнике ещё и соевый соус есть, добавить его и можно будет весь день сытым ходить, до самого вечера. За это Чуя кинул в напарника несчастный хлеб с какими-то возмущениями, которые тот уже не слышал и даже не пытался из-за смеха. Накахара ещё и выглядел после своей попойки очень даже забавно, одна «укладка» волос чего стоит. Ну оно и понятно, за столом спать не особо удобно и полезно.

— Если ты всё ещё планируешь сделать себе грибной завтрак и провести день на брудершафт с унитазом, то можешь остаться дома. — выкинул Чуя, поправляя свой внешний вид у зеркала. Он планировал сходить в магазин, ибо оставаться без завтрака он никак не хотел и не планировал.

— Ну неужели тебе так не нравятся грибы-ы-ы? — вытянул последнее слово Дазай, но последовал примеру рыжего и стянул с полки для обуви свои ботинки.

— Явно не те, что появляются на моей кухне без моего разрешения и ведомства. — чем-то это напоминало фразу шеф-повара из какого-нибудь ресторана, но от Чуи это было очень забавно слышать.

— Ой-ой, какой ты собственник, Чучуня. — Осаму надул губки на манеру рыбки, чтобы звучало ещё более раздражительнее. Кто бы что не говорил, но бесить Накахару ему слишком сильно нравилось.

— Я не собственник и плесень есть не планирую! — Чуя начал привыкать к разным вариациям своего имени в авторстве Дазая, который, наверное, скоро сможет составить свой сборник имён для своего любимейшего напарника. Небось подарит её Накахаре на восьмое марта, а потом, с синяком под глазом, будет ныть в Мафии каждому проходящему мимо, что Чуя самый настоящий садист и не ценитель высокого искусства. — И ещё хоть раз ты исковеркаешь моё имя, будешь спать под открытым окном на подоконнике.

Осаму уже хотел вякнуть в ответ что-то явно не из того, что хотел бы услышать его напарник, а посему промолчал, ибо тишина наверняка в этой ситуации была просто усладой для ушей Накахары.

С горем пополам, насмешками и раздраженными выдохами, Двойной чёрный преодолели подъезд и вышли на улицу. Идти спокойно, на удивление, они умели. Дазай рассматривал небо, пинал камни на дороге, когда мимо проходили дети — внимательно рассматривал игрушки в их руках, чем пугал их мамашек.

Чуя же следил за Дазаем как за своим ребенком. Говорил, чтобы тот не пинал камни в чужие машины, тянул за рукав на себя, когда тот уже почти падал на проезжую часть, говорил быть аккуратнее на резких поворотах. Он бы мог выглядеть в тот момент как самая настоящая и хорошая мамочка, если бы всё это не сопровождалось привычным трехэтажным матом и несколькими ударами по частям тела Осаму, до куда рука рыжего могла дотянуться.

— Чуйка.

— Чё тебе надо?

— Купи мне...

— Нет.

— Почему-у? — немного плаксиво потянул Дазай.

— Я не виноват, что ты на всю свою зарплату скупил всякой хрени для крабов.

Секундная тишина.

— Чуй...

— Нет. И только попробуй срифмовать — ударю.

— Ты зло... — взгляд Дазая за яркую розовую вывеску через дорогу, — Смотри что.

— А? Где? Кого? — Чуя попытался понять, что увидел его напарник, бегая взглядом по улице.

— Пойдём. — хитро улыбнулся Дазай, схватив рыжего за руку и потащив за собой.

— Чего тебе от меня на...? — но он осёкся, увидев неоновую вывеску секс-шопа, — ТЫ ЁБНУЛСЯ, ПРИДУРОК ТЫ ОДНОКЛЕТОЧНЫЙ?!

— Ой, да ладно тебе, любовь моя, лучше заранее подготовиться.

— Ты... Ты... Ты... — громко возмущался Чуя, пытаясь подобрать более-менее приличные слова.

— Заходи давай!

— Что?! Нет! Ни за что!

— Что ты как девственница на выпускном-то?

— Ты ахуел? Мы оба девственники, потому не помыкай меня этим. — шикнул Накахара, разворачиваясь от дверей магазина.

Но Дазай, если что-то задумал, исполнит это любой ценой. Даже ценой подлой подножки напарнику и ценой его подбитого носа от падения в эту самую дверь.

Подняв глаза, которые были полны гнева и желания задушить напарника, который гадко хихикал, Чуя встретился с шокированным взглядом красноволосой девушки-консультанта в чёрных заячьих ушках и тяжёлыми коробками в руках.

— Могу чем-то помочь? — вежливо поинтересовалась она, ставя коробки на пол, — И вашему... — она перевела взгляд на Осаму, — Молодому человеку? Другу? Кхм.

— Нет, спасибо, мы уходим. — вскочил с пола Чуя, но Дазай перехватил его, беря под руку.

— Нет, нам нужна помощь.

— О, точно, девушка, подскажите ему, где отдел с мозгами. — зло пыхтел Чуя, — А то свои где-то проебал.

Девушка не успела даже открыть рот, чтобы ответить:

— О, точно, девушка, подскажите ему, где отдел с самыми извращенными игрушками.

— Ты дибил?!

— Девушка, не обращайте внимания, он просто стесняется. — мило улыбнулся Дазай.

— Кхм. — неловко кашлянула консультант, — В той стороне стоит стенд с образцами игрушек разного типа.

— Спасибо, зайчик. — кивнул Дазай, щёлкнув по одному из ушек ободка, и потащил Чую к указанному девушкой отделу.

— Да ты придурок! — шипел Накахара, но смиренно шёл, ловя взгляды продавцов.

Он не был зол.

Может слегка.

Но больше всего он был смущён от мысли, что они с Дазаем действительно в секс-шопе, что их отношения могут привести к тому, что что-нибудь отсюда придётся купить.

— Знаешь что, шпала? — неожиданно спокойный тон, — Я б с радостью засунул тебе этот вибратор в задницу, чтоб она наконец перестала искать на себя приключения.

Дазай скептично посмотрел на вибратор, стоящий на полке в качестве модели.

— А я бы предпочел приковать тебя к кровати своим галстуком и довести до пика, но не давать кончить вот этой вибропулей. — невозмутимо пожал плечами Дазай, показывая на «маленькую, но сильную», как писалось на упаковке, модель.

— Да ты озабоченный гей!.. — зашипел Чуя, со смущения ударяя напарника розовым фалоимитатором, который попался под руку.

— Вот значит как! — по-детски вскрикнул Дазай, отпрыгивая от рыжего, схватив такой же, но зелёный фалоимитатор, — Я буду мстить.

— Моя задница неприкосновенная!

— О да. На ней лучшая защита в виде трусов с чихуахуа.

— А у тебя с крабами, придурок.

— Так ты мне их подарил на 8 октября<footnote>День скумбрии.</footnote>.

— А ты мне на 22 декабря<footnote>День коротышек.</footnote>.

Около полуминуты они просто смотрели друг на друга, наплевав на абсурдность ситуации.

— Я не гей. — сказал Чуя совершенно спокойно.

— Конечно. — кивнул Осаму, — Ты дазайсексуал.

— Ах ты придурок! — вспыхнул Чуя, делая фехтовальный выпад в сторону Дазая, используя в качестве оружия не шпагу, а игрушку.

— Ох, месье, вы изволили драку на резиновых пенисах? — милейше улыбнулся шатен, делая быстрый удар в страну Чуи.

Но тот парировал удар.

Два упрямых подростка, которые были не намерены отступать и сдаваться. Они просто не могли.

Потому что того, кто сдастся будет преследовать вечное клеймо «проиграл драку на фалоимитаторах», хоть в досье записывай.

— Молодые люди! — рявкнула девушка, видимо тоже консультант, но ростом ниже даже Чуи, красная чёлка которой была убрана ободком с крысиными ушками.

Выглядела девушка угрожающе. Брови, сведённые к переносице, слегка нахмуренный нос. По ней сразу видно, что она чем-то недовольна. И Двойной чёрный даже знает чем. Тут расклад у таролога не заказывай, драки в магазине ей не понравились. — Я, конечно, всё понимаю, но чтоб такое.

«Крыска», как бы назвал, и скорее всего уже сделал это в своей голове, Дазай, эту девушку, враждебно скрестила свои руки на груди всё ещё строго оглядывая посетителей, как бы прикидывая, что надо делать в такой ситуации. Как ни крути, за её практику впервые кто-то устраивает чемпионат по фехтованию на секс-игрушках, так ещё, ко всему прочему, в самом магазине.

За спиной «крыски» уже появились любопытные ушки «зайки». Похоже, она закончила с теми коробками и вышла из-за угла посмотреть, что за шумиха происходит в зале и почему её коллега так угрожающе стоит и смотрит на, вроде как, не самых уж и странных клиентов.

Красноволосая уже давно поняла, что спокойно работать в секс-шопе почти невозможно. На её практике дни, в которые приходили лишь адекватные клиенты, можно по пальцам одной руки сосчитать. Возможно, это и делало эту работу уникальной и своеобразной, но через какое-то время такие рабочие дни начинали чересчур сильно надоедать. О таких стадиях принятия этой работы «зайчика» предупреждала «крыска». По ней и без того видно, что она более опытная и работает тут дольше. Да и по характеру она куда сильнее.

— Что случилось? — наконец спросила девушка с красными волосами у старшей, которая, то ли от какой-то злости, то ли от собственного непонимания, уже начинала краснеть в злобе.

— Всё-ё-ё хорошо, Зайчик, — лучезарно улыбнулся Дазай, приобнимая сгибом локтя за шею своего напарника, а тот уже наверное раза три сгорел от стыда. — Просто мы с моей пассией слегка увлеклись выбором игрушки, среди вашего большого ассортимента и устроили небольшую драку. — Осаму специально, в таких случаях, начинал объяснения с небольшой капельки лести, хотя, кажется, в этом случае, она не помогла.

Накахара в это время, уже почти что извернулся там, три раза закручиваясь в разные морские узлы от липкого чувства стыда. И ведь проблема была не совсем в месте, а в их поведение. Скорее за это ему было неловко больше всего. Ведь и вправду, уму не постижимо: устроить драку в секс-шопе на фалоимитаторах с элементами фехтования. Потрясающий дебилизм, и этих людей боится почти весь подпольный мир Йокогамы, серьёзно?

— Следите за языком, молодой человек! — вместо «зайчика» Дазаю, всё же, ответила «крыска». Её терпение явно начинало подходить к концу и это было заметно, особенно в глазах красноволосой, ибо та уже аккуратно взяла за руку коллегу, по всей видимости зная, что та может и кинуть что-то в приступе гнева. — Продавцы-консультанты имеют имя или, как минимум, нужно обращаться к ним вежливо и с уважением, не говоря ничего уж о вашей выходке со сражением!

— Обещаю-обещаю, такого больше не повторится, простите нас, бесстыжих, так вышло абсолютно случайно! — всё ещё пытался отпереться Дазай,— И с обращениями тоже!

— Я очень надеюсь, что вы приняли мои замечания во внимание, а не просто согласились. — наконец «крыска» отстала от Двойного чёрного и пошла к служебному помещению. «Зайчик» же направилась к коробкам, которые оставила недалеко от кассы, по всей видимости, распаковывать.

Чуе, вроде как, стало уже полегче и узел неловкости и стыда где-то внутри, слегка расслабился, разрешая нормально себя ощущать в магазине. Но и эта радость была не столь уж долгой. Кажется, живя с Дазаем, ни одно такое «нормально» никогда долго не длилось.

— А ты всё же лох, даже на резиновых пенисах меня обыграть не смог. — вполголоса промолвил Дазай и самодовольно улыбнулся. У него явно есть хобби вымораживать окружающих своими словами или поведением. Так сказать, увлечение в свободное время от нереально важных мафиозных дел, как, например, сделать авиационную армию самолётиков из отчётов Рюноске.

— Ах ты подонок...

Нужно ли озвучивать тот факт, что вспыльчивый характер Чуи Накахары не позволил ему просто так проигнорировать эти слова и заставил руку с, тем же самым, бедным фалоимитатором, долбануть шатену по плечу и выкрикнуть трехэтажное обзывательство в адрес Дазая? Наверное, нет. Скорее лучше озвучить то, что «Зайчик» снова выбежала из-за угла и застала сцену избиения секс-игрушкой Осаму.

— Хватит! Прекратите! — красноволосая лишь крутилась рядом, пытаясь что-то сделать с неугомонным посетителями, которые явно не собирались её слушать. По крайней мере, Накахара уж точно.

Ну и «крыска» не заставила себя долго ждать. Она, кажется, чуть ли не с ноги открыла дверь служебки и вышла оттуда с шваброй руках и ещё более багровым оттенком кожи от злости.

— А ну выметайтесь отсюда! Чтоб в мои смены даже не думали здесь объявляться! — злоба, кажется, распирала продавщицу изнутри. Это же показывала швабра в её руках, враждебно направленная на Двойной черный. Во всей этой катавасии «зайчик» пыталась удержать свою коллегу, чтобы та, ни в коем случае, никого этой самой шваброй не придушила, а проблемные посетители, наконец и вправду ушли подальше отсюда.

Ну и конечно, Дазаю и Накахаре ничего не оставалось, кроме как покорно покинуть заведение. И вот ведь, по Осаму так и не скажешь, что он только что был выгнан из секс-шопа за драку на игрушках, он вообще позитивчик, идёт, радуется чему-то. А вот по Чуе это сказать, не прям уж легко, но можно было. Щёки горели от стыда, а глаза периодически жмурились от смущения, ибо воспоминания об этом «культурном посещении магазина» до сих пор прокручивались в голове словно плёнку заело, и она проигрывает самый неприятный момент песни снова и снова, пока он не начнёт отдаваться эхом в ушах.

Но, пожалуй, ещё больше Чую настораживала гаденькая улыбка, которая цвела, словно сакура весной, на лице Дазая. И Чуя знал эту улыбку.

Обычно так Дазай улыбался очень редко, ведь он мафиози, которого боится вся Портовая мафия, а такая детская, наивная и до жути самодовольная улыбка явно не вяжется с образом Осаму.

Так улыбаются дети, выходя из продуктового магазина, когда стырили маленькую конфетку.

Так улыбаются от чувства гордости собой и счастья, которое буквально распирает изнутри.

Так улыбаются школьники, списав что-нибудь с бумажки в пенале на уроке самого злого учителя.

Так улыбаются сплетники, узнав какую-то провокационную новость.

Так улыбаются люди, подготовившие подарок близкому другу, едва держащиеся, чтоб не рассказать о нём.

Так улыбается Дазай Осаму, забывая о своих бесчисленных образах и масках, в которых уже начал путаться.

— Нет, я так не могу. — выдохнул Чуя, открывая дверь квартиры, — Да ёпти-мопти, мать твою, тупая половица! — шикнул Чуя, споткнувшись при входе.

— Чего ты не мо... — начал Дазай, но заикнулся, споткнувшись о ту же половицу, — Чёрт!

— Чего ты так лыбишься и молчишь, хотя тебя явно что-то распирает изнутри. — недовольно ворчал рыжий, беря на руки кота, который проснулся, чтоб потребовать еду  их встретить, — Говори.

— Как хорошо, что ты всё же спросил! — радостно подпрыгнул Дазай,

— О нет. — догадался, — Нет. Точно нет. Нет. Ну нет. Ну за что...

— О да! Да! Точно да! Да! Ну да! — передразнил шатен, хихикая и доставая что-то из глубокого кармана тренча, — Лови!

В Чую полетели три коробки, которые он поймал, применив способность управления гравитацией:

— Чт... — удивлённо начал Чуя, рассматривая небольшие коробки, — А-ху-еть ну ты при-ду-рок!

— Нравится? Ну тебе же нравится, любовь моя! Это всё для тебя! Можешь уже начать представлять, как...

Слегка покрасневший Чуя кинул в Дазая одну из тех коробок, который украл Дазай.

— Ну что ты, любовь моя, презервативами бросаться не стоит! — Дазай сделал шаг назад, уловив опасный шаг Чуи к нему, — А давай ты...

— Куда это ты уходишь, Дазаюшка? — притворно мило улыбнулся парень, — Иди ко мне, любимый, я тебе эту вибропулю засуну в твою бесстыжую задницу, смазав вишнёвой смазкой, до самых гланд.

— Это невозможно. — пискнул Дазай, уже более активно отходя к двери,

— А давай проверим! — рыкнул Чуя, кидаясь в след за уже сбежавшим Дазаем, который вновь споткнулся о половицу и буквально вылетел из квартиры.

***

— Во так, дорогая моя... — вздохнул Мори, завороженно смотря на Коё, которая уже не скрывала красивой улыбки,

— Да, это явно что-то серьёзное. — посмеялась Коё, делая глоток шампанского, — Но видимо, всё идёт по твоему плану?

Кивок.

— Кхм. Неловко спрашивать, конечно, но где дорогая Элис?

Разумеется, Коё знала ответ на свой вопрос.

Главной задачей Элис, как способности, является защита её эспера, босса Портовой Мафии.

Но здесь и сейчас босса не было.

Здесь и сейчас и не было одной из глав исполкома.

Здесь и сейчас они были просто уставшими взрослыми людьми, которые пройдя через ад, нашли свой свет.

Огай устало прикрыл глаза, мягко улыбаясь:

— Отдыхает. Я хотел провести этот прекрасный вечер вами, Ma lumière.

(Прим: Мой свет)

Продолжение следует...