Глава 12 : Развод и новые надежды
Воскресенье. Алиса, сидя на привычной скамейке рядом с Кириллом, пересказывала события вчерашнего дня. Она в деталях описывала реакцию Павла Геннадьевича на её признание, его слова, его прикосновение.
– ...Он обнял меня, Кир, – закончила Алиса, смущённо улыбаясь. – Так… осторожно. И сказал, что будет ждать. Сколько нужно.
– Ну, и что ты думаешь? – Кирилл, допив свою банку пива, внимательно посмотрел на неё. – Что дальше?
– Не знаю, – Алиса пожала плечами. – Пока… Пока буду просто учиться. Готовиться к ОГЭ. А там… Может быть… Может быть, я и соглашусь. На отношения.
– Ты уверена? – Кирилл слегка нахмурился. – Это же… Это серьёзно.
– Уверена, – кивнула Алиса, хотя в голосе её слышалась неуверенность. – Я… Я чувствую, что это правильно.
В это же самое время, в квартире Павла Геннадьевича, разворачивалась совсем другая драма. Инна и Павел сидели за обеденным столом, погруженные в гнетущее молчание. На тарелках остывал обед, к которому никто не притрагивался. Тишину нарушила Инна. Она говорила тихо, почти ласково, но в каждом её слове сквозила усталость и решимость.
– Паша, – начала она, глядя на мужа. – Я думаю… Я думаю, нам нужно развестись.
Павел Геннадьевич, не поднимая глаз от тарелки, продолжал молча ковыряться вилкой в остывшей еде.
– Паш, – Инна говорила спокойно, но в ее голосе появился металл, – Посмотри на меня. Мы же оба понимаем, что… Что всё давно закончилось. Той любви, что была у нас… Её нет уже много лет. Мы просто… Привыкли друг к другу. Живём по инерции.
Павел молчал, не зная, что сказать. Он понимал, что Инна права, но признать это было невыносимо больно.
– Паша! – Инна чуть повысила голос, заставляя его вздрогнуть и поднять голову. – Скажи хоть что-нибудь!
– Я… Я согласен, – тихо, почти шёпотом, произнёс Павел Геннадьевич, опуская глаза.
В комнате снова повисла тишина, тяжёлая, давящая.
Алиса и Кирилл, выпив по несколько банок пива, решили немного прогуляться. Они шли по улицам, не особо следя за дорогой, болтая обо всём на свете. Неожиданно для себя, они оказались во дворе, где жил Павел Геннадьевич. Они и не заметили, как туда забрели, да и, честно говоря, уже подзабыли о своём обещании избегать этого места. Они сели на лавочку, продолжая оживлённо беседовать, шутить и смеяться. Ни пива, ни сигарет у них с собой не было – просто дружеская встреча, обычный разговор двух приятелей.
В этот момент из подъезда вышел Павел Геннадьевич. Он решил немного прогуляться, проветрить голову, обдумать разговор с Инной. Увидев Алису и Кирилла, он остановился. На его лице появилось выражение презрения, особенно когда его взгляд упал на Кирилла.
– Мы… Мы не пьём, – почти одновременно выпалили Алиса и Кирилл, заметив его взгляд. – Мы просто разговариваем. Обещание не нарушено.
Они и правда не пили. Улица, отсутствие алкоголя в руках и, главное, отсутствие запаха спирта – всё это сыграло им на руку.
Павел Геннадьевич, присмотревшись, поверил им. Лёгкая улыбка коснулась его губ, взгляд, обращённый к Алисе, наполнился теплом и нежностью. Он кивнул и, ничего не сказав, направился в сторону ближайшего магазина.
Алиса и Кирилл, немного посидев, решили, что пора расходиться. Они покинули двор Павла Геннадьевича и направились по домам.
Павел Геннадьевич вернулся домой довольно поздно. Он молча прошёл в гостиную и, не раздеваясь, лёг на диван, ставший в последнее время его постоянным пристанищем.
Утро понедельника. Павел Геннадьевич вышел из дома намного раньше Инны – теперь ему предстояло добираться до работы пешком. Весь день он вёл уроки в привычном режиме, стараясь не думать о предстоящем разговоре с женой. Но когда настал черёд урока в классе Алисы, он почувствовал, как настроение его улучшилось. Он был мягче, добрее, улыбчивее, чем обычно. Он ловил на себе взгляд Алисы, и от этого на душе становилось тепло.
– Ну что, Ромео и Джульетта, когда свадьба? – не упустил возможности съязвить Васька Сидоров, заметив, как Павел Геннадьевич смотрит на Алису.
В конце учебного дня к Павлу Геннадьевичу пришла Инна.
– Павел, – сказала она, – после уроков мы едем подавать заявление на развод. И нам нужно решить, как мы будем делить имущество.
У них было две квартиры – одна побольше, другая поменьше, машина и совместные накопления. Павел Геннадьевич, не желая затяжных и мучительных разбирательств, предложил:
– Инна, я… Я возьму ту квартиру, что поменьше. И… И двадцать процентов от наших сбережений. Машину оставь себе.
Инна, к его удивлению, не стала спорить. Её, видимо, такой вариант вполне устраивал.
– Хорошо, Павел, – сказала она. – Значит, договорились.
После уроков они, как и договаривались, отправились подавать заявление на развод. Им повезло – в ЗАГСе не было больших очередей, и им предложили оформить развод уже на следующий день. Они согласились.
Вторник прошел спокойно. Алиса на одной из перемен подошла к Павлу Геннадьевичу, чтобы узнать, будет ли факультатив.
– Павел Геннадьевич, а факультатив сегодня будет? – спросила она.
– Нет, Алиса, – ответил Павел Геннадьевич. – Сегодня не будет. Мне нужно… Мне нужно будет срочно уехать после уроков.
Он не стал уточнять, куда именно ему нужно ехать. *Она не должна знать о разводе. Пока не должна.*
Уроки закончились. Павел Геннадьевич и Инна отправились в ЗАГС. Процедура развода прошла на удивление быстро и буднично. Никаких скандалов, никаких слёз, никаких взаимных упрёков. Просто два человека, когда-то любившие друг друга, а теперь ставшие чужими, поставили свои подписи под документом, официально прекращающим их брак.
– Ну, вот и всё, – сказала Инна, когда они вышли из ЗАГСа. – Прощай, Павел.
– Прощай, Инна, – ответил Павел Геннадьевич.
Они разошлись в разные стороны, каждый – навстречу своей новой жизни.