Глава 15 : Конец отношений?
Ночь не принесла Алисе желанного покоя. Вместо сладких снов ее разум атаковали кошмары – обрывки воспоминаний о ссоре с физичкой, недовольный взгляд завуча, тревожные мысли о будущем. В полузабытьи, следуя привычке, выработанной годами, Алиса поднялась с кровати. Раньше, когда ей снилось что-то страшное, она всегда шла в комнату к родителям. Этот автоматизм сработал и сейчас.
Она, словно лунатик, брела по темной квартире, не до конца осознавая, где находится и что делает. Дверь в спальню Павла Геннадьевича оказалась приоткрыта. Алиса, не раздумывая, вошла внутрь и, добравшись до кровати, забралась под одеяло. Тепло чужого тела успокоило ее, кошмары отступили, и она провалилась в глубокий сон, лишенный сновидений.
Павел Геннадьевич проснулся от непривычного ощущения тепла рядом. Он рефлекторно обнял того, кто лежал под боком, машинально подумав, что это Инна. Память о разводе еще не стала частью его новой реальности, и привычка к присутствию жены в постели была сильнее разума. Он вновь провалился в сон.
Но следующее пробуждение было уже совсем другим. Солнечный свет пробивался сквозь щели в шторах, и Павел Геннадьевич, открыв глаза, с ужасом осознал, что рядом с ним лежит не Инна, а Алиса. Он резко сел в кровати, стараясь не разбудить девушку, и сердце его бешено колотилось в груди. "Что я наделал? Как это могло произойти? Что теперь будет?" – эти вопросы роились в его голове, не давая покоя.
Он осторожно выбрался из постели и на цыпочках вышел из комнаты, стараясь не скрипнуть половицами. В ванной он умылся ледяной водой, пытаясь привести мысли в порядок. Взгляд в зеркало отразил растерянное лицо человека, оказавшегося на грани катастрофы.
Павел Геннадьевич направился на кухню, решив, что приготовление завтрака поможет ему хоть немного успокоиться. Он достал из холодильника яйца, молоко, муку – все необходимое для блинчиков. Механические действия отвлекали от тревожных мыслей.
Тем временем Алиса начала просыпаться. Сначала она почувствовала непривычную жесткость матраса и чужое тепло рядом. Медленно открыв глаза, она осмотрелась и не сразу поняла, где находится. Спальня Павла Геннадьевича… Но как она здесь оказалась? Воспоминания о кошмарах и ночном блуждании всплыли в памяти обрывками, словно кусочки разбитого зеркала.
В голове Алисы вихрем пронеслись самые страшные мысли. "Что он подумает? Неужели я… неужели мы…?" Она судорожно пыталась вспомнить, что было ночью, но память предательски молчала. Страх сковал ее тело, заставляя сердце биться с бешеной скоростью. "А вдруг он подумает, что я специально пришла к нему? Что я… соблазняю его?" Эта мысль была особенно мучительной.
Наконец, собравшись с силами, Алиса встала с кровати. Ноги казались ватными, а голова – пустой. Она медленно побрела в ванную, надеясь, что холодная вода поможет ей прийти в себя.
Выйдя из ванной, Алиса направилась на кухню, откуда доносился аппетитный запах блинов. Павел Геннадьевич стоял у плиты, спиной к ней, и что-то напевал себе под нос.
– Доброе утро, – неуверенно произнесла Алиса, садясь за стол.
– О, доброе утро! – Павел Геннадьевич повернулся к ней, стараясь, чтобы его голос звучал как можно бодрее. – Я тут блинчиков напек. Будешь?
– Буду, – кивнула Алиса, стараясь не смотреть ему в глаза.
На столе уже стояли две тарелки с румяными блинчиками, вазочка с вареньем и чашки с горячим кофе. Алиса машинально взяла вилку и начала есть, но вкус еды почти не чувствовала.
– Вкусно? – спросил Павел Геннадьевич, внимательно наблюдая за ней.
– Да, очень, – ответила Алиса, стараясь улыбнуться.
Молчание затягивалось. Алиса чувствовала, что должна что-то сказать, объяснить свое появление в его постели, но слова застревали в горле.
– Паш… – наконец решилась она. – А… как я оказалась у тебя в комнате? Я… я ничего не помню.
Павел Геннадьевич вздохнул и опустил глаза.
– Алиса, я… я сам не понимаю, как это произошло, – начал он. – Ты пришла ночью, я спросонья подумал, что это Инна… Прости меня, пожалуйста. Я не должен был…
– Нет, это ты меня прости, – перебила его Алиса. – Мне снились кошмары, и я… я, видимо, на автомате пошла к тебе. Как к родителям раньше ходила…
– Я понимаю, – кивнул Павел Геннадьевич. – Но это не меняет того, что… что это неправильно. Мы не должны были…
– Я знаю, – прошептала Алиса. – Но я рада, что это случилось именно с тобой.
Павел Геннадьевич поднял на нее глаза, полные удивления и… надежды?
– Правда? – тихо спросил он.
– Правда, – кивнула Алиса, и на этот раз ее улыбка была искренней.
Они доели блинчики в молчании, но это молчание уже не было тягостным. Оно было наполнено пониманием и… зарождающимся чувством близости.
Субботу они провели дома, погрузившись в просмотр фильмов. Выбрали старую добрую советскую комедию, чтобы разрядить обстановку. Смеялись над шутками, обсуждали персонажей. Но вечером, когда стемнело, решили, что сидеть взаперти – это слишком скучно.
– А давай прогуляемся? – предложил Павел Геннадьевич. – Свежим воздухом подышим.
– А вдруг кто-нибудь увидит? – засомневалась Алиса. – Твои коллеги, например, или мои одноклассники… или чьи-то родители..
– Ну и что? Мы же просто гуляем, – возразил Павел Геннадьевич. – Не делаем ничего предосудительного.
Они оделись и вышли на улицу. Вечерний воздух был прохладным и свежим. Они шли по улице, держась за руки, и разговаривали обо всем на свете. Обсуждали планы на будущее, мечтали о том, как сложится их жизнь.
– А ты не боишься, что все это… что наши отношения… могут плохо закончиться? – спросила Алиса, глядя на Павла Геннадьевича.
– Боюсь, конечно, – честно признался он. – Но я еще больше боюсь потерять тебя. Я готов рискнуть. А ты?
– И я готова, – ответила Алиса, крепче сжимая его руку.
Они шли по улице, смеялись, шутили, обменивались взглядами, полными любви и нежности.
-А помнишь как ты меня с урока забрал и закрыл у себя в кабинете? - со смехом спросила Алиса
-Конечно помню. А ты похоже не особо расстроилась из-за этого- Ответил Павел
-Да, не особо. - Ответила Алиса
-Кстати, говоря о твоем учителе по истории.. Она на меня очень нелестно смотрит когда я прошу отпустить тебя с ее урока. Мне кажется, или она хочет тебя завалить? - спросил Павел
-Да не, не думаю. Просто ей не нравится когда учеников забирают с ее уроков, тем более если эти ученики вот так вот проводят время со своим учителем химии- Сказала Алиса и обняла Павла
Вдруг, словно из-под земли, перед ними выросла фигура Инны Владимировны. Ее лицо было искажено гневом.
– Павел! – воскликнула она. – Я не поняла! Это что такое?! Ты же говорил, что между вами ничего нет!
Павел Геннадьевич и Алиса замерли на месте, не зная, что сказать.
– Инна, успокойся, – попытался Павел Геннадьевич. – Мы просто гуляем.
– Гуляете?! – взвизгнула Инна Владимировна. – Ты с ученицей гуляешь?! Ты совсем с ума сошел?!
– Инна, мы уже не муж и жена, – напомнил Павел Геннадьевич. – Я имею право делать то, что считаю нужным.
– Ах, вот как! – Инна Владимировна перевела взгляд на Алису. – А ты, малолетняя дрянь, что себе позволяешь?! Ты знаешь, что он тебе в деды годится?!
– Инна Владимировна, не смейте так со мной разговаривать! – возразила Алиса, чувствуя, как в ней закипает гнев. – И вообще, это не ваше дело!
– Не мое дело?! – Инна Владимировна, казалось, вот-вот взорвется. – Да я… да я тебя…
– Инна, хватит! – Павел Геннадьевич встал между ними, загораживая Алису. – Немедленно прекрати этот балаган!
– Ты еще ее защищаешь?! – Инна Владимировна была в ярости. – Да я… да я всем расскажу! Всю школу на уши поставлю!
– Делай, что хочешь, – устало ответил Павел Геннадьевич. – Мне уже все равно.
Инна Владимировна, прошипев еще несколько проклятий, развернулась и ушла, оставив Павла Геннадьевича и Алису наедине.
Они еще немного погуляли, но настроение было испорчено. Домой вернулись поздно и молча легли спать, каждый в своей комнате.
Алиса долго не могла уснуть, ворочаясь в постели. Встреча с Инной Владимировной выбила ее из колеи. Она понимала, что их отношения с Павлом Геннадьевичем обречены на осуждение, и это пугало ее.
Вдруг на телефон пришло сообщение от Кирилла: "Как ты? Что делаешь?".
Алиса вздохнула и начала печатать ответ. Она подробно рассказала Кириллу обо всем, что произошло за день: о ночных кошмарах, о пробуждении в постели Павла Геннадьевича, о прогулке, о встрече с Инной Владимировной.
Кирилл внимательно выслушал ее, точнее, вычитал, и ответил: "Держись, подруга! Я с тобой. Если что – звони, пиши в любое время."
"Спасибо, Кир, – написала Алиса. – Ты – лучший друг."
"Знаю, – ответил Кирилл. – А теперь спи давай. Завтра поговорим."
Переписка с Кириллом немного успокоила Алису. Она закрыла глаза и, наконец, уснула.
Утром, проснувшись, Алиса обнаружила, что Павла Геннадьевича уже нет дома. На столе лежала записка: "Ушел по делам. Буду поздно. Не скучай."
Алиса вздохнула. Она понимала, что Павлу Геннадьевичу нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах и решить, что делать дальше.
Она позавтракала в одиночестве, а потом, не зная, чем себя занять, решила позвонить Кириллу.
– Привет, Кир, – сказала она в трубку. – Ты не занят?
– Для тебя – всегда свободен, – ответил Кирилл. – Что случилось?
– Да так… – Алиса рассказала ему о записке Павла Геннадьевича. – Мне кажется, он избегает меня.
– Не накручивай себя, – успокоил ее Кирилл. – Ему просто нужно время. Все будет хорошо.
Они еще немного поговорили, и Алиса почувствовала себя немного лучше. Но, когда она повесила трубку, одиночество снова навалилось на нее.
Она решила, что не будет сидеть дома и ждать у моря погоды. Нужно заняться делами, отвлечься от грустных мыслей.
– Так, – сказала она сама себе, – сначала – домашнее задание. Потом – уборка. А вечером… вечером, может быть, Павел Геннадьевич вернется, и мы поговорим.
Алиса принялась за уроки. Но мысли ее постоянно возвращались к Павлу Геннадьевичу. Она понимала, что их отношения – это сложный и тернистый путь, но она была готова идти по нему, держась за руку любимого человека.
Тем временем Павел Геннадьевич, сидя в кафе и попивая остывший кофе, думал о том, что ему делать дальше. Он любил Алису, но понимал, что их отношения могут разрушить его жизнь. И не только его.