Глава 16 : Осторожность превыше всего
Возвращение Павла Геннадьевича домой было похоже на возвращение в осажденную крепость. Он ожидал увидеть Алису взволнованной, испуганной, но она, к его удивлению, встретила его спокойной, почти будничной фразой:
– Ты вернулся. Я ужин разогрела.
Запах жареной картошки с грибами, любимого блюда Павла Геннадьевича, наполнил квартиру, создавая иллюзию нормальности, которой так не хватало в последние дни.
– Спасибо, – отозвался он, снимая куртку. – Ты как?
– Нормально, – Алиса пожала плечами, разливая чай по кружкам. – Уроки делала. С геометрией завал, как обычно.
Он понимал, что это "нормально" – маска, за которой скрывается целый вихрь эмоций.
– Алиса, – начал он, садясь за стол, – нам нужно поговорить. Обо всем. Об Инне, о школе…
Алиса опустила глаза, теребя край скатерти.
– Я знаю. Ты боишься, что она всем расскажет?
– Боюсь – не то слово, – признался Павел Геннадьевич. – Это может разрушить мою карьеру. Да и тебе… тебе тоже достанется.
– Я не боюсь, – тихо сказала Алиса, поднимая на него взгляд. – Если честно, мне все равно, что обо мне подумают. Главное, чтобы ты…
Он накрыл ее ладонь своей, чувствуя тепло ее кожи.
– Я тоже не хочу, чтобы ты пострадала, – сказал он. – Но и… и отказываться от тебя я не собираюсь. Просто… давай пока не будем афишировать наши отношения. Ладно?
Алиса кивнула.
– Я понимаю. Но… что, если Инна все-таки расскажет?
Павел Геннадьевич вздохнул.
– Не знаю, Алиса. Честно – не знаю. Будем решать проблемы по мере их поступления. А сейчас… давай займемся твоей геометрией. Может, хоть это отвлечет нас от мрачных мыслей.
Он пододвинул к себе ее тетрадь, взял ручку и начал объяснять, как решать задачу. Алиса внимательно слушала, стараясь вникнуть в суть, но мысли ее постоянно возвращались к Инне и к возможным последствиям.
Удивительно, но геометрия, которая раньше казалась ей китайской грамотой, вдруг начала обретать смысл. Павел Геннадьевич объяснял терпеливо и понятно, и Алиса, сама того не ожидая, начала понимать, как строить эти ненавистные треугольники и доказывать теоремы.
– Вот видишь, – улыбнулся Павел Геннадьевич, когда Алиса самостоятельно решила сложную задачу. – У тебя все получается. Просто нужно немного терпения и… хорошего учителя.
Алиса улыбнулась в ответ.
– Спасибо, Паш. Ты – лучший учитель. – Произнесла она и поцеловала его в щеку.
После геометрии они включили какой-то сериал, устроившись на диване под пледом. Алиса прижалась к Павлу Геннадьевичу, чувствуя себя в безопасности. Но даже в этой уютной обстановке тревога не покидала ее.
...
Инна Владимировна не сдержала свое слово – пока. Она не побежала к директору, не стала распускать слухи по школе. Но Павел Геннадьевич чувствовал, что это ненадолго.
Остаток воскресенья прошел спокойно. Они гуляли в парке, катались на велосипедах, смеялись и шутили. Казалось, что все наладилось, что буря миновала. Но это было затишье перед бурей.
В понедельник Павел Геннадьевич, следуя своему плану, вышел из дома на час раньше Алисы. Он торопился в школу, надеясь избежать встречи с Инной. Но она уже ждала его у входа, словно хищник, поджидающий свою жертву.
– Павел, – ее голос звучал приторно-сладко, – зайди ко мне в кабинет. Прямо сейчас.
Он подчинился, чувствуя, как сжимается сердце от дурного предчувствия.
Кабинет завхоза был небольшим помещением, заставленным шкафами с инвентарем и различными хозяйственными принадлежностями. Запах моющих средств и старых тряпок щекотал ноздри.
– Присаживайся, – Инна Владимировна указала на стул, а сама уселась за свой стол, принимая начальственный вид.
– Инна, давай сразу к делу, – начал Павел Геннадьевич, стараясь говорить твердо. – Что ты хотела?
– Что я хотела? – Инна Владимировна изогнула бровь. – Я хотела поговорить с тобой, Павел. О твоем… *поведении*.
– О каком поведении? – Он сделал вид, что не понимает.
– Не прикидывайся дурачком, – Инна Владимировна перешла на "ты", ее голос стал жестче. – Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю. О твоих *обжиманиях* с ученицей.
– Инна, это мое личное дело, – процедил Павел Геннадьевич сквозь зубы.
– Твое личное дело? – Инна Владимировна рассмеялась. – Да ты с ума сошел! Это *школа*, Павел! Здесь учатся дети! А ты… ты подаешь им дурной пример!
– Я не делаю ничего предосудительного, – возразил Павел Геннадьевич.
– Да неужели? – Инна Владимировна наклонилась вперед, ее глаза сверкали. – А если бы вас увидел директор? Или, еще хуже, кто-нибудь из родителей? Ты понимаешь, чем бы это закончилось?
– Инна, к чему ты клонишь? – Павел Геннадьевич начал терять терпение.
– Я клоню к тому, Паша, – Инна Владимировна вдруг смягчила тон, в ее голосе появились нотки заботы, – что ты совершаешь большую ошибку. Я понимаю, любовь, все дела… Но ты должен думать головой! Если вы хотите… *обжиматься*, делайте это дома, а не на улице, где вас могут увидеть.
– Инна…
– Я не хочу тебе зла, Паша, – продолжала она. – Я просто хочу, чтобы ты был осторожен. Ты же умный мужик, неужели ты не понимаешь, что это опасно?
Павел Геннадьевич молчал, опустив голову. Он понимал, что Инна права, что он ведет себя неосмотрительно. Но он не мог отказаться от Алисы. Не сейчас.
– Я… я постараюсь, – наконец выдавил он.
– Вот и молодец, – Инна Владимировна улыбнулась. – Я знала, что ты меня поймешь.
...
Алиса пришла в школу за пять минут до звонка. Переодевшись, она поспешила на урок "Разговоры о важном". Ничего интересного там не было, ребята спели гимн и школьный педагог-организатор рассказала о грядущих мероприятиях этой недели. После урока, если его можно так назвать, когда Алиса уже собиралась идти в следующий кабинет, к ней неожиданно подошел Васька.
– Алиса, можно тебя на минутку? – спросил он, его голос звучал серьезно, что было на него совсем не похоже.
Алиса удивилась, но согласилась. Они вышли в коридор.
– Пойдем туда, – Васька кивнул в сторону лестницы запасного выхода. – Там тихо.
Они поднялись на лестничную площадку. Алиса с тревогой ждала, что он скажет.
– Слушай, Алиса, – начал Васька, – я… я видел тебя в субботу. С Павлом Геннадьевичем.
Сердце Алисы упало.
– И что? – спросила она, стараясь сохранять спокойствие.
– Да ничего, – Васька пожал плечами. – Просто… я не ожидал. Все мои шутки… это же были просто шутки. Я не думал, что это правда.
– Вась, ты кому-нибудь расскажешь? – прямо спросила Алиса.
– Нет, – твердо ответил он. – Я не собираюсь никому ничего рассказывать. Это ваше дело.
Алиса с облегчением вздохнула.
– Спасибо, Вась.
– Да не за что, – Васька улыбнулся. – Просто… будьте осторожны.
Остаток дня Алиса старалась не попадаться на глаза Павлу Геннадьевичу. Ей казалось, что все на них смотрят, что все обо всем знают.
После уроков она ждала его у выхода из школы. Он вышел, усталый и напряженный.
– Пойдем, – сказал он, не глядя на нее.
Они шли молча, пока не отошли от школы на достаточное расстояние.
– Инна вызывала меня к себе, – начал Павел Геннадьевич. – Она… она говорила, что мы должны быть осторожнее.
Алиса рассказала ему о своем разговоре с Васькой.
– Похоже, нам придется быть очень осторожными, – заключил Павел Геннадьевич. – Очень.
Они шли, держась за руки, и молчали. Каждый думал о своем, но оба понимали, что их ждет непростой путь. Путь, полный опасностей и испытаний. Но они были готовы идти по нему вместе. Пока вместе.