Крылатые

Пестрянка нежниковая
Минора https://vbm.su/adscita-geryon-pestryanka-nezhnikovaya.php
https://pin.it/KLtroIH

Она лежала на кровати и смотрела в деревянную стену. Она тут уже неделю, но первый раз у неё случился только что с её хозяином. Он мирно спал, а она пыталась справиться с болью и боялась, что умрёт от потери крови, чувствуя, что внутри плоть начала твердеть, а значит скоро, начиная с промежности, начнёт застывать всё тело. Девочка, чувствуя скорую смерть, вспомнила, что ключи от ошейников, перед тем как уйти в спальню, хозяин положил в самый нижний ящик стола. Она вздохнула и поднялась с кровати. Закусив нижнюю губу от боли, девочка нашла свои трусы и сложила в них наволочку, которую сняла со свободной подушки. Если у неё получится задумка, то будет тяжелый и долгий путь, на котором лучше не капать кровью. Следом она надела штаны, длинную майку и всё же вышла в кабинет. Там, в столе, на самом деле лежала связка разных камней-ключей. Она запомнила, что её ключ был насыщенный чёрный, причём единственный такой среди остальных. Она сняла его и пошла в коридор, зажав в маленьких пальчиках камушек. Девочка знала, что надо идти в любом направлении вдоль озера. Рано или поздно можно выйти к лифтам. Её несколько раз на них возили, а старшие рассказывали, что в месте, куда она попала, три уровня и девять этажей. Пока её возили в лифте, она смотрела на панель с кнопками и ей казалось, что квадрат из девяти кнопок это самое страшное место, а те четыре, что над ними, выстроенные в один ряд - что-то совсем другое, изолированное. Туда она и хотела попасть. Это был для неё последний путь. Девочка считала, что лучше умереть в маленькой передвижной комнатке или коридоре, чем в постели. Поэтому шла, не смотря на боль, которая начала появляться и в нижней губе. Она её так закусила, что по светлому подбородку побежала кровь. В сторону свободы маленькая направилась глубокой ночью. Все мотыльки уже ушли в спальни, а охрана разошлась по норам и во всю, скорее всего, пила. За весь её путь она никого не встретила. Все слишком просто происходило. Она спокойно нажала кнопку лифта. Тот открылся. Девочка зашла и прижалась с левой стороны, нажав на нижнюю кнопку в единственном столбце. Пока двери закрывались, она вжала камень в углубление ошейника и открыла ненавистные кандалы. Их не стала бросать тут - думала, что если умрёт, то держа ошейник в руках она докажет, что смогла вырваться из этого безумия. У неё хватило сил для этого.
Двери окрыли путь в коридор с витринами магазинов, а на той стороне, слишком далекой, была видна дорога и дома не выше трех этажей, но девочка видела их и едва светлеющее небо. Последний коридор и она почти свободна. Всяко лучше умереть под небом. Маленькая детская мечта, которая давала силы и притупляла боль. Она не заметила, как оказалась на улице. Было холодно, но и это пустяки. Пускай она шла босая, но шла и решила двигаться пока не упадёт. Она проходила по пустым улицам, мимо закрытых калиток. Впереди из-за угла вывывернули неожиданно две фигуры. Издалека они напоминали охрану вокзала, но сил куда-то сворачивать уже не осталось.
- Дура! Куда ты идёшь?! - крикнул мальчишеский голос, рванув девочку куда-то вподворотню за руку.
Она не успела даже пискнуть. Он ей без остановки что-то говорил, но крепко сжимал в своих грубых тёплых пальцах её мягкую ладошку. Он шёл так быстро и говорливо, что девочка забыла про боль. Одно только, у неё потекли слезы от неизвестности. Мальчишка завёл её в один из многочисленных магазинов и прошёл в комнату с тряпками и вёдрами. На стене девочка увидела огромного дракона с алыми глазами. Мальчик вытащил из кармана красный камешек и вдавил его в правый глаз крылатого змея.
- Ты не бойся. Я, - он обернулся к ней с улыбкой, но сразу убрал, как только увидел её короткие бирюзовые волосы и почти такие же, но в зелену, глаза. - Чёрт.
Мальчик снял кофту и надел её на голову девочки, завязав на шее рукава.
- Все будет хорошо, - он тепло ей улыбнулся. Мальчик присел, взял её на руки и зашёл, закрыв дверь с драконом.
Им пришлось пройти по коридорам, пока девочку не накрыла непривычная оглушительная музыка. Мальчишка шёл вдоль столов возле стен, не выходя в заполненный танцпол. Девочка выглянула из-под куртки и первое, что кинулось в глаза - голые девушки, танцующие у шестов. Она от испуга сжала шею и опустила взгляд. Мальчик же подходил к столикам и спрашивал, где он может найти Сёму. Ему хотелось сказать "папу", но понимал, что гости могут и не знать о таком родстве. Не получив результатов, мальчик подошёл к девушке у шеста и спросил, где может быть Лиза.
Тут ему ответили быстрее, направив к комнатам, а именно к четвёртой. Там он долго стоял, напевая девочке песенку. Неожиданно вышла высокая стройная блондинка с голубыми глазами в одном халате и на каблуках.
- Коленька, здравствуй, - она поцеловала его в лоб. - А это кто?
- Давай без лишних ушей и глаз.
Она усмехнулась, но увела его к себе. Когда Лиза заперла дверь своей небольшой комнаты с наполнением из кровати, стола и зеркала во всю стену, мальчик поставил ребенка на пол и снял с головы мотылька кофту. Девушка ахнула.
- Ты где её подцепил?!
- Лиз, у неё кровь, вроде, - Коля показал девушке покрасневшие руки.
- Мамочка родная! Иди за Сёмой, он у себя! - Лиза вложила мальчику в руки тряпку. - И на, вытри.
Коля выбежал. Мчался он на другой конец коридора, освещённого красными лампами. Там находилась комната Сёмы - хозяина тайного места за прекрасной дверью. Мальчик, постучав, загляну в комнату. Сёма с кем-то разговаривал и слишком грубо выгнал. Коля не обиделся, терпеливо прижавшись к стене с той стороны. Приёмный всегда так кричал при других на него, делая вид, что это обычный мелкий вор, который на него работает. Ведь если на людях тот проявит нежность, то с помощью ребенка мужчиной начнут манипулировать. Из комнаты вышел гость. Дверь не успела закрыться, как в неё проскользнул Коля.
- Привет. Садись, - произнёс хозяин. На вид ему было уже под пятьдесят. На чёрных волосах до плеч и бородке, которую он по виду решил солидно опускать, уже проступала седина.
- Пап, надо, что б ты сходил. Я принёс кое-кого, - мальчик застенчиво опустил светлую голову.
- Эх, ты всё не угомонишься, - прихрамывая, Сёма направился к выходу. - И кто же это? Щенок, котёнок или опять деньги?
- Нет. Бабочка! - крикнул Коля.
Приёмный без промедления дал мальчику подзатыльник за повышение голоса.
- За длинный язык и громкую глотку убивают в первую очередь, - сказал он на ухо ребёнку.
- Я понял.
- И?
- Запомнил.
- Молодец. Куда идём?
Когда они зашли к Лизе, девочка уже лежала на кровати, прикрытая одеялом. Лиза сидела рядом с ней и подкармливала конфетами, воглаживая голову. Грязная одежда лежала на полу. Девочка, увидев мужчину, резко вздохнула, сжала ноги и сожмурилась от боли. Он склонился над ней, разглядывая.
- Ее разорвали. Я не знаю, как она ещё жива, - дрожащим голосом произнесла Лиза.
- Баттефы - твари живучие, - он схватил левую руку девочки и перевернул ладонью вверх. - Да, мотыль.
Вынес он решение, увидев трёхконечную звезду. Сама девочка не смотрела на его цепкие пальцы, а разглядывала лицо. В голубых глазах пусть и отражалась некая усталость и возможно тоска, но что в них никак не могло спрятаться - это тот блеск, который она видела в каждом почаснике. Она сразу поняла что это за человек и попыталась вырвать руку.
- Бойкая. Сейчас звякну кое-кому. Лиз, ты продолжай её отвлекать.
Сёма направился к телефону, находился тот далековато, аж на кухне, но перспектива держать при себе баттефа, тем более такой красоты, да ещё мотылька, опустила боль в ноге на самый низ. Хозяин набрал номер знакомого врача.
- Денис, доброе утро, - начал Сёма.
- Что так рано?! - пробубнил заспанный голос.
- Я по делу для тебя очень интерсному. Ты же бабочек собираешь? Помнишь мне коробочки показывал с ними?
- И ради этого стоит меня будить?
- Да. Мой мальчуган поймал сегодня на окне зелёную бабочку, а может и мотылька. Я не разбираюсь. Скорее всего последнее, уж больно он мохнатый.
- Зелёный? А по размеру какой?
- Сантиметров десять. Но хочу предупредить, у него задние лапки отломаны. И течёт что-то снизу.
- И ладно. Мне крылья нужны. Вы его не выкидывайте! Я заберу сегодня. Точно-точно, - за "точно-точно" врач спрятал фразу, что приедет в ближайшие часы.
- Готовлю закуску и водку!
Такого вида разговоры у них происходили частенько. Звонки могли быть прослушаны, а тут бытовая болтовня ни о чём. Тем, чем занимался Сёма и его подчинённые - дело было незаконное и каралось пожизненным заключением как для сутенёра, так и работницы. Только вот если мужчины могли себе легко найти работу, жилье и обустроиться в жизни, то у женщин только один путь - стать женой. В остальном для них всё закрыто. Что бы не умирать на улице от голода, многие идут на опасную тропу, по которой их ведёт хозяин. И чем лучше он, а бывало и она, это будет делать, тем большая вероятность того, что закончат девушки свою жизнь в личной кроватке тайного притона в преклонном возрасте, а не на койке тюрьмы.
Денис приехал через час. Сам по себе он был низким и толстым молодым человеком. Врач мгновенно подбежал к кровати. На глазах девочки он вытащил персик из сумки и откусил. А следом протянул с улыбкой ей. Малышка взяла и откусила.
- Дени, порвали беднягу, - сообщила Лиза.
- Такая маленькая ещё. Девочка?
- Ага, у нее волосы уж слишком короткие. На мальчика смахивает.
Девочка на них испуганно смотрела, хотя Денису она уже крепко доверяла - с ней никогда в новом мире ничем не делились. Только вот ещё страшнее ей было от того, кто сидел на стуле возле зеркала и внимательно на них всех смотрел. Перед ним у неё внутри сидел животный страх. Она не выдержала и указала пальцем на Сёму, а потом перевела на дверь.
- Хочет, что бы ты вышел, - засмеялась Лиза. Девочка улыбнулась на её задорный смех.
- Сём, выйди. Мне её колоть сейчас надо.
- Коля, пошли. Мы тут над жизнью малолетки трясемся, а она нас выгоняет!
Как только дверь закрылась врач посоветовал Лизе как-то прикрыть голову девочки, а сам отвернулся, набирая в шприц раствор.
- Баттефы великолепны тем, что выздоравливают за одну ночь, Лиза. За это их и ценят. Сделал инъекцию и на утро у тебя здоровый работник. Не то что вы. Как подцепите, то переводи на вас бабло целый месяц, а то и больше. От этого вы незаконны, что бы не отнимали доход почасников. Лизонька, ты спрятала её? - он обернулся.
- Да, - девушка уже давненько перекинула свои длинные волосы на правую сторону, закрыв лицо девочки, и пела песню.
- Отлично. Сейчас она дёргаться начнёт.
Как только игла вошла под кожу, малышка закричала.
- Вот и всё. Ради этого только и приехал.
По телу девочки начал змеями расползаться кипяток, бросая ребенка в дикий жар. Сильнее всего жгло между ног. Лиза как-то пыталась девочку успокоить, гладила по голове, целовала в лоб, заплаканные глаза и щёки, но так и не могла унять истерику.
- Ничего страшного. Так и должно быть. Её сейчас жжёт изнутри. Многие люди отдали бы всё за эту панацею. Давай мы ей ещё снотворного вколем, что бы во сне всё было.
От второй инъекции девочка не успокоилась и продолжала орать. А вот врач пригласил Сёму и Колю обратно. Те боязливо не хотели заходить. Уж слишком девочка кричала.
- В общем так, - начал Денис. - Она сейчас уснёт. Пока будет спать вы её под душ и хорошо отмоете. Промежность к тому времени уже заживёт. Ближе к вечеру она будет себя хорошо чувствовать. На неё не кричите, особо новым не грузите. Делайте это постепенно. Сёма, у неё если зуб выпадет, ты его в банку с дырочками и мне. Я хочу посмотреть на её бабочку.
Пока он говорил, она начала успокаиваться и в конце концов уснула. Лиза только сейчас заметила, что в пальчиках одной руки девочка что-то зажала.
- Сём, смотри, - она показала хозяину камень и ошейник.
Все молча смотрели на "кандалы". И осозновали одну и ту же суть - девочка оказалась слишком сильной для своего возраста.
- Тут километр где-то до Златлина, - удивился врач.
- Лиза отдай мне, - протянул Сёма руку.
- Что ты хочешь сделать? Надеть его? - испугалась девушка.
- Дуру не дуй. Отдай.
Лиза нехотя, но передала.
- Не надевай его пожалуйста, - взмолилась она. - Уничтож его.
- Я сам решу что с этим делать, - он взял комплект и произнёс в дверях. - Как сможет ходить, приведёшь ко мне. Нам поговорить надо.
- Она же языка не знает.
- Мы найдём общий язык.
Ближе к трём часам дня Лиза привела девочку к Сёме. Он попросил посадит её в кресло и уйти. Девочка, как только девушка ушла, сжалась и задрожала как лист, кутаясь в махровый халат Лизы. Он, не особо растягивая время, положил на стол перед ней ошейник и камень. Она посмотрела на них и перевела взгляд на Сёму. Сам он прикрыл с её стороны ладонью камень и ударил по нему обухом топорика, который поднял с пола возле стола. Чёрный камень разлетелся на мелкие кусочки. Мужчина собрал их в ладонь и протянул девочке. Она в ответ сложила ладошки и приняла крошку. Так же они поступили и с ошейником. Сёма поставил перед ней пепельницу, куда она все стряхнула. Последнее, что они сделали - это улыбнулись друг другу, а девочка положила на его грубую раскрытую ладонь свою.
Так началась жизнь баттефа. Пусть девочка, которой дали имя Минора, вынуждена была красить волосы и брови в чёрный, да и частенько надевать платок. Но она была рада тому, что вырвалась из ада, которого коснулась лишь слегка. У неё появился отец, пускай он напоминал неприятных людей, однако, взрослея она всё сильнее понимала, что он добрый человек, который помогает всем, кто попросит, пусть даже молчаливо и грубо, как это сделала она. Девочка в новом месте обрела друзей и даже практически маму в лице Лизы. У них всех она идеально и очень быстро выучила не только язык, но и научилась гламоте. Единственное, что её печалило - звезда на левой ладони, которую ей приходилось прятать то в перчатках без пальцев, то под лентой. На последней она остановилась и носит её до сих пор, обматывая руку в основном зелёной лентой, прикрепляя на неё ракушки, ключики, фигурки и прочие мелкие украшения.