Не случайно

Яркое солнце ослепляло. Я ела мороженое огромных размеров, которых в жизни не видала. Рядом со мной шёл мужчина и громко смеялся. Он обнимал меня за талию и рассказывал что-то смешное. Мне было хорошо и спокойно рядом с ним. Это было похоже на свидание.

Я видела нас со стороны. Парила над землёй, смотря происходящее как ребёнок, подглядывающий в коробку с игрушками. Лица мужчины я не видела - мне постоянно мешало солнце, листва или какие-то прочие предметы. Места сменялись с молниеносной скоростью. Сначала мы гуляли с мороженым, потом мы сидели в кафе, а затем любовались закатом на набережной. Мужчина трепетно относился ко мне и не упускал возможность вступить со мной в физический контакт: будь то прикосновение руками, поцелуй или долгое объятие. Я постаралась подойти ближе и дотронуться до него, но бесполезно. Как только я дотянулась до нас, то всё заволокло туманом.

Вспышка, и я снова смотрю на себя со стороны. Но я одна. Вокруг никого, лишь больничная палата, букет оранжевых гербер и записка на столе. В палату заходит доктор и мой отец. Я пытаюсь подойти к нему, но тело не слушается — теперь я всего лишь зритель. Отец выслушал врача и, когда тот ушёл, бросил вазу с цветами об стену. Тысячи осколков разлетелось по палате, цветы замертво упали на пол. Когда он увидел записку, то порвал её в мелкие клочья, а потом рухнул на колени и зарыдал. Я зарыдала вместе с ним.

Писк медицинского оборудования разнесся вокруг меня, перетекая в звонок в дверь...

Я открыла глаза. В дверь не переставая бесцеремонно звонили. Поднявшись с кровати, оказывается одного из близнецов, я спустилась вниз в чем и спала: шорты, футболка Криса, а украшали этот кавардак неимоверно спутанные волосы. Открыв дверь я наткнулась на какого-то мальчишку. Он отшатнулся от двери и закричал, убегая прочь. Закрыв дверь, я побрела в сторону ванной и взглянула на себя в зеркало: тут было чего испугаться. Красное опухшее и злое лицо, рыжие беспорядочные волосы и бледный взгляд. А я сегодня красотка. Пока я проводила процедуру по спасению своего внешнего вида, то вспоминала беспорядочный сон из которого меня вытянул мелкий мальчуган. Снова прошлое всплывало в моем подсознании. И оно было хорошим, кроме больницы. Опять больница. Она не в первый раз является в моих снах. Может это связь того, что я училась на доктора и эмоций? Я опёрлась о раковину руками и снова посмотрела на себя в зеркало.

Мне нужны ответы. Но сначала...

Я закусила губу и вспомнила о вчера. О предательстве, обмане и полной дезориентации. Останавливая очередную волну слёз, я обрызгала себя холодной водой. Не раскисать, ни в коем случае! Выйдя из ванной на кухню, я включила чайник и села за стол. Начался активный мозговой штурм. Кристофер был виноват в том, что случилось. Он не хотел говорить мне об этом, чтобы не ранить и его понять можно: отношения были в прошлом, ребенок не был выходом из ситуации и он пытался загладить свою вину? Может она была ему всё ещё дорога, судя из вчерашнего рассказа, стала достаточно близкой. Я не могла понять то, что он не посвятил меня в своё опоздание, повлекшее за собой нападение на меня. Объясни бы он ранее, то я бы простила его и поняла всё, но сейчас ситуация достигла точки кипения.  

А если... Кристофер помогал Ран не из благих побуждений? Что если она его шантажировала? Может даже и мной. Нет, этого быть не может, он бы мне рассказал вчера об этом. Но остался ли он до конца честным? Вопрос открытый, я должна узнать у Кристофера всю правду. Но пока, я обижена и унижена. Мне неприятно и горько от произошедшей ситуации. Поэтому — разговор пока что откладывается, на неопределённый срок.

Мысли о Миранде ставили в тупик. Она была такой доброй и отзывчивой, милой девушкой. Её рвение к обучению и помощи было великолепным, я так ей гордилась! Мы хорошо проводили время, а она, оказывается, ненавидела меня. Но потом я ей понравилась. Но нелюбовь никуда не ушла. Нечестная игра с ребёнком, это было настоящим кошмаром. А последующая новость о том, что у неё выкидыш, видимо совсем выбила из колеи, раз она решила вот так всё рассказать. А если бы меня не было рядом тогда? Чем бы закончился тот вечер? 

Чайник закипел и выключился с булькающими звуками. Я повернулась к нему и потянулась за чашкой возле раковины. Кофе не спасёт ситуацию, но зато скрасит немного обстановку. У Рута имелся чудесный запас кофе — именно им я и позавтракаю. Есть не хотелось совершенно.

Возвращаясь за кухонный стол, я думала о Миранде. Вряд ли я смогу простить её за то, что она сделала. Да, мне было жаль девушку и её потерю, но, как бы ужасно не звучало, она это заслужила и отплатила за свои поступки такую цену. Не делай другому зла, как говорится. 

«А как бы ты поступила в такой ситуации?» — в голове пронёсся голос совести. Я отхлебнула горячий кофе и задумалась. Она осталась одна с ребёнком, а мужчина, которого она якобы сильно любила, наконец-то нашёл свою любовь и совершенно забыл о ней. И девушка всеми силами привлекала его внимание единственным имеющимся способом - здоровьем, к сожалению, покойной малышки. Это имело смысл, таких примеров я повидала не мало.

— Думаю, что Миранду нужно просто забыть, — проговорила я вслух и допила кофе. Удивительно, как быстро я смогла разобраться в ситуации. Раньше, чтобы решить «сердечные проблемы», мне нужны были недели. Я убивалась и была настолько подавлена, что могла просто запереться на несколько дней дома и рыдать без остановки. А сейчас — ночная истерика и всё, решение в голове сложено по полочкам. Поразительно. 

Кажется я старею.

На часах было половина третьего. Я так долго спала, что потеряла счёт времени. Пора бы уже включить телефон и проверить: искал ли меня Кристофер, звонила ли Алексия, доставала ли Миранда. Я, со своей кружкой-спутницей и второй порцией кофе, поднялась на второй этаж в комнату Фиделя. Телефон валялся под подушкой. Я достала его и включила. Как только появился сигнал о наличии сети, то смартфон начал безустанно вибрировать. Я положила его на кровать, ожидая конца приема входящих сообщений.

Наконец-то телефон затих. Я разблокировала его и просмотрела бегло СМС.

Бо́льшая часть была от Кристофера. Он сожалел о том, что случилось, пытался узнать где я, несколько раз звонил и под конец отправил «Я тебя люблю».

Следующей была Лекси: она сообщила, что в курсе о моем пребывании у них дома. Пожелала приятных снов и попросила сообщить почему я у них.

Миранда отправила лишь одно сообщение под утро, с текстом «наверно это была не лучшая идея». Тут я с ней не соглашусь. Пусть даже мне было плохо, мы серьёзно все поссорились и закончился вечер таким образом — хорошо, что это случилось. 

И одно сообщение заставило меня сразу же перезвонить по номеру от которого оно пришло.

— Мадам Инаре! Слушаю Вас! — директриса взяла телефон с первого гудка. Она прокашлялась в трубку.

— Здравствуйте, Мисс Лайт. Я бы хотела, чтобы вы завтра зашли в школу, мы будем проводить ремонт, — она снова прокашлялась, а на фоне стучали молотки— поэтому необходимо забрать все личные вещи из кабинетов.

— Хорошо, я обязательно приду! — женщина отключилась, а я обрадовалась появившимся планам. Мне необходима была смена обстановки. Я специально не ответила Кристоферу и Миранде, но прочитала их сообщения. Алексия получила СМС в ответ, что все в порядке. Раз завтра мне необходимо было пойти на работу, то нужно собраться. Но как я пойду на работу, если я практически не взяла вещей, чтобы переодеться? Раз сейчас около трех часов, то Кристофер будет дома через два часа, а это значит я могу прибежать к нему за сменной одеждой. Но есть маленький шанс быть пойманной им. Не особо хотелось встречаться сегодня, нужно дать остыть ему и мне, да и обида ещё царапала сердце. 

Моя вылазка до дома Кристофера прошла успешно: он был на работе, поэтому в доме была тишина. Я быстро собралась, но пробегая мимо кухни заметила разбитую бутылку, полупустой стакан и мою любимую футболку на столе. Так захотелось помочь ему убрать, но если я это сделаю — то вскрою ему раны, показав, что я была без него. Пусть он думает, что меня не было. Так будет спокойнее. 

К шести часам вечера я сделала всё что хотела: приготовила себе еды, собралась на завтра и посвятила вечер просмотру телепередач. Иногда писал Кристофер, но я даже не смотрела его сообщения. Когда я видела их, то была готова бросить всё и поехать к нему, но так было запрещено делать. Я выработала стратегию молчания двух дней: послезавтра я приеду к нему и мы поговорим. Помиримся. Станем в старости вспоминать этот день с улыбкой, что мы смогли это выдержать, пусть даже тяжело. Но пока, ему нужно было понять свою ошибку и мне убрать все остатки злости на него. Думаю, так будет лучше.

На следующий день я пришла на работу к десяти часам утра. Необычно было видеть школу в предремонтном состоянии: вокруг были накинуты специальные тенты, возле фасада стояли строительные леса, а вход в здание ограничен пожарным выходом. Я пришла внутрь и оглядела пустые пыльные коридоры.

Ремонт во всю идёт. По пути до медкабинета мне встретились несколько учителей бегали по коридору в поисках обходных путей до своих рабочих мест. Хорошо, что мой основной путь не был ограждён ремонтными работами и я смогла без проблем пройти в кабинет. Его уже начали подготавливать: накинули плёнку на шкаф с ультрафиолетовым и кварцевым оборудованием, закрыли тканью мой стол и несколько шкафов. Я прошла до углового шкафа и начала доставать оттуда свои личные вещи, складывая их в заранее подготовленный пакет. Туда полетели несколько книг, кружки, чай, заначка с деньгами и мелкие предметы. 

В дверь осторожно постучали.

Я уже была готова уходить с работы, но неожиданный посетитель заставил меня задержаться и сильно удивиться. Сейчас не было учеников, да и работников по минимуму, кто может зайти ко мне в такой день? Подойдя к двери, я открыла её и впустила гостя в кабинет.

Этого человека я точно не ожидала увидеть. Как его пропустили?

Мужчина азиатской внешности зашёл внутрь и закрыл за собой дверь. Я оглядела вошедшего с ног до головы, пытаясь совладать с моим удивлением. Это был мой бывший жених и сын директора моего отца, Суо Гаато.

— Госпожа Аино, здравствуй, — снова его «госпожа». Он меня сильно смущал таким обращением, хоть это и не было издевкой. Суо выглядел хорошо, о чем говорил его внешний вид: он был в строгом костюме цвета мокрого асфальта, с дорогими часами на запястье и начищенными до блеска ботинками. Мужчина создавал образ серьёзного и богатого человека, каким, собственно, и являлся. Гаато был хорошо воспитан и не проходил дальше без приглашения. Я даже начала забывать о его манерах, слишком давно мы не общались.

— Здравствуй, проходи, пожалуйста, — я жестом пригласила его войти. Он пропустил меня вперёд и прошёл к моему столу. Встав возле него, мужчина прокашлялся. Я встала напротив и выжидающе посмотрела на внезапного гостя.

— У тебя здесь очень даже неплохо, — Суо огляделся и нежно улыбнулся. Гаато прилежен, как и всегда.

— Ты не видел кабинет таким, каким он был пару месяцев назад — не такой пустой, — я, нервничая, потеребила локон своих рыжих волос. Как давно мы с ним не разговаривали вот так. Возможно это впервые после моего отъезда из Японии год назад, виделись мы лишь пару раз: в Японии после моего возвращения с практики и на последнем юбилее отца. Наше общение ограничивалось «Привет, как дела, неплохо, пока». Мы не обсуждали события прошлого, просто резко вычеркнули друг друга из жизни.

— Чем обязана визиту? Что-нибудь болит? — мне захотелось разрядить обстановку шуткой. Гаато её не оценил и серьёзно посмотрел на меня.

— Я приехал по делу. Аино, твой отец, — он отвернулся ненадолго от меня и посмотрел в окно, собираясь с мыслями, — попал в больницу с сердечным приступом.

Беда не приходит одна, верно? Я резко вздохнула и зажала рот руками. Это меня ошарашило. Отец был уже не молод, поэтому всякое могло случиться. Но я вряд ли буду готова к хрупкому здоровью моих родителей. Оперевшись на стол, я пыталась ровно дышать и не сорваться на истерику. Суо продолжил:

— Твоя мама не взяла в больницу телефон. Я был здесь по рабочим делам моего отца, поэтому сообщаю тебе эту новость.

Когда я почувствовала, что мои щёки стали мокрыми от бесшумных слез, поддалась эмоциям и закрыла ладонями лицо. Вдруг я больше никогда его не увижу? Наш последний разговор был не так давно, но мне не хотелось, чтобы он стал последним в его жизни. И в моей. А что будет с мамой? Она выдержит этот удар? Мало того, что позавчера был самый отвратительный вечер в моей жизни, а сегодня у меня возникает опасение потерять одного из родителей. Прошло какое-то время, когда я смогла вернуть ясность мысли.

— Как давно это случилось? — я шмыгнула носом и пальцами потерла глаза.

—Вчера ему стало плохо, а твоя мама уехала сегодня, поэтому я здесь — Суо грустно вздохнул и посмотрел на меня. Пусть мужчина и был скуп на эмоции, но его взгляд передавал все беспокойство за моего отца и за меня.

— Ты следил за мной?

— Твои родители рассказывали, кем и где ты работаешь. Я иногда был поблизости, н-но зайти не решался, — он отвернулся и немного запинался. Было видно — мужчина врёт.

— А сейчас не учебное время, почему ты здесь?

— Хорошо, я следил, — Суо посмотрел на меня и печально улыбнулся. Я знала, что его отец иногда сходит с ума и болеет «сталкерством» на семьи своих работников, что я поняла в первые годы наших отношений. Я усмехнулась и снова громко шмыгнула носом.

— Тогда мне нужно в Японию, — я достала телефон, чтобы забронировать ближайшие билеты до Осаки, но Суо накрыл его рукой и опустил вниз.

— Я уже купил два билета. Вылет примерно через четыре часа, скоро начнётся регистрация..

Я убрала телефон в карман и печально улыбалась. Гаато всегда все делал наперёд. Не спрашивая меня, не спрашивая практически никого, кроме своего отца. Он не всегда был прав в таком поведении, но сейчас это была вынужденная мера.

— Мне необходимо собрать вещи, — я тихо прошептала Суо. Он утверждено кивнул.

— Возле школы такси, я специально попросил его задержаться.

— Спасибо, тогда поехали скорее за вещами, — я стёрла слёзы со своих щёк и, взяв собранные личные вещи с работы, пошла к двери. Выпустив Суо, я закрыла кабинет и мы направились к такси. 

Сначала, я попросила заехать к Алексии, чтобы забрать оттуда свои вещи. После, мы подъехали к дому Кристофера. Машины возле дома не стояло, двери и окна закрыты: значит его здесь нет. Это к лучшему. Я попросила Суо остаться снаружи, а сама побежала за своим чемоданом, который прятался в недрах шкафа спальни.

Когда я зашла внутрь, то волна страха накрыла меня с головой. А как и когда я сообщу Крису об отъезде? Мы же не разговариваем и он решит, что я сбежала, потому что выглядит это именно так. Наверно, позвоню ему как мы будем садиться в самолёт, чтобы он не останавливал меня. Но как было больно осознавать наше временное расставание с ним, особенно после такой ссоры. Зайдя в спальню, я заметила на ненаправленной кровати мою любимую футболку, ту что вчера была на кухонном столе. На полу, возле тумбочки, стояли две пустые бутылки виски. Надеюсь Крис не садится пьяным за руль. Мне стало не по себе, из-за того, до чего я его довела. 

Я быстро скидала вещи в чемодан, и поспешила к выходу. Суо подошёл к дверям и взял дорожную сумку, мы направились к ожидаемому такси. Я услышала резкий звук тормоза и хлопок двери. Только не это. Наш уход из дома прервал обеспокоенный голос:

— Лисичка, что происходит?

Мы одновременно повернулись и у меня снова хлынули слезы из глаз. Кристофер выглядел плохо. Нет. Он выглядел болезненно. Под глазами красовались огромные мешки в перемешку с синевой синяков, рубашка не менялась с позавчера. Лёгкая щетина превратилась в неопрятные пятна на лице. Взгляд болезненный и наполнен горем. 

Какая нелепая, неприятная и болезненная ситуация -  я стою с другим мужчиной и чемоданом, не разговаривая с ним уже второй день. Кристофер имеет право ревновать, но знай он обстоятельства, то всё понял бы. Я уверена. Однако сейчас мы были в крайне нестабильном положении: представить можно всё что угодно. Отойдя от Гаато, я подошла к мужчине, но он сделал шаг назад.

— Ох Крис, я хотела тебе позвонить позже...

— И сказать, что сваливаешь от меня? — он перешёл на крик. Его взгляд быстро осматривал меня, он метался из стороны в сторону, — да, я серьёзно облажался, но это не повод сбегать от меня! 

— Кристофер, тут все не так просто...

Мужчина сложил руки на груди и печально улыбнулся:

— По-моему все очевидно. Решила кинуть меня и уехать с узкоглазым мудаком. А та ссора стала отличным предлогом. Может и ты мне изменяла, а?!

— Мистер Хайтмен, не могли бы Вы успокоиться и понять, что... — начал Суо (я удивлена, что он знает его фамилию), но его прервал Крис, быстро подойдя вплотную и смотря прямо в глаза.

— Я. Не к тебе. Обращаюсь. 

Тут уже я не выдержала:

— Кристофер прекрати ревностные истерики! — теперь и мой голос срывался на крик. Мой отец сейчас в больнице, Суо специально приехал мне это сообщить! 

Я не могла уже сдерживать свою, пришедшую от осознания состояния отца, боль. Кристофер замолчал и смотрел в пол.

— Мы улетаем в Осаку, чтобы я была рядом с ним. 

Я резко развернулась и подошла к такси, и поравнявшись с Крисом, печально взглянула ему в глаза. Он был растерян. Может осознал что ошибся, может переваривал информацию. Неважно. Я резко села и крикнула Суо:

— Мы едем?! 

Но ко мне в одно мгновение подошёл Кристофер и провёл своей ладонью по щеке. Я отвернулась, шумно вдыхая воздух. Мы оба были на эмоциях и наговорили лишнего, но пока я не смогла простить его поведение. И извиниться за свою грубость.

— Аи, прости, я...

— Мне нужно уезжать.

Кристофер отошёл от машины, я закрыла дверь. Мужчина провёл пальцами по стеклу, я лишь печально посмотрела на него. Может бросить всё и затащить его в такси? Нет, не хочу, чтобы он сталкивался с моими родителями. Тем более, пускай отец не знает о Кристофере, пока что. В его состоянии их знакомство допустить нельзя. Суо сел на переднее сидение, и таксист тронулся с места. Как только мы отъехали, телефон зажужжал о входящих сообщениях.

«Я придурок»

«Прости меня»

«Я тебе верю»

«Я такой идиот»

Я прижалась грудью к коленям. Телефон лежал на соседнем сидении и не переставая жужжал. Суо оглядывался на меня, а я не реагировала на него, лишь массировала волосы пальцами, заставляя себя успокоиться. Всё, о чем я решила вчера, разрушилось к чертям собачьим!

Через несколько часов мы сидели в самолёте. Я опёрлась головой об стену, несмотря на комфортабельность кресел. Заработок позволял Суо покупать места в первом классе. Пусть это мой первый раз здесь, я ни капли не радовалась. На душе скребли кошки. На все пришедшие сообщения от Кристофера, я ответила простым «Так будет лучше» и, по настоянию стюардессы, выключила телефон. Я с тоской смотрела в иллюминатор. П

Полет предстоял долгий: двадцать два часа, целых две пересадки и несколько прохождении паспортного контроля. Стоило отвлечься, но ни спать, ни есть, ничего не хотелось. Пришла мысль поговорить с Суо. Пусть мы долго не общались, но мне было необходимо обсудить сложившуюся ситуацию. Суо молча рядом и пролистывал журнал из самолёта. Я повернулась к нему и кашлянула. Гаато положил чтиво в кармашек кресла и посмотрел на меня.

— Признаться честно, я скучал по тебе, Аино, — мужчина начал разговор первым, он как чувствовал, зачем я повернулась — Мне было очень тяжело вот так перестать общаться, поэтому я периодически следил за тобой, когда приезжал сюда по работе. Последнюю неделю я был в Тампе, даже задумывался, что хотел бы с тобой начать всё заново.

Я хотела прервать его, но он лишь поднял руку, давая мне знак помолчать. Я сглотнула.

— Но вчерашним утром всё изменилось. Наверно, ты не поверишь, — он ухмыльнулся, было видно, что Суо заволновался, — я влюбился.

Неожиданное признание Суо заставило меня широко раскрыть глаза и рот, от удивления, я даже успела громко ахнуть, прикрывая рот рукой. 

— Это же...

— Да-да, безрассудно влюбляться с первого взгляда, — мужчина посмеялся и посмотрел на меня, но я лишь улыбалась в ответ. 

— Нет, Суо, это не безрассудно и я очень рада за тебя!

— Позволь мне продолжить, — он стал снова серьезным, — и в тот момент я всё понял. Я осознал твоё поведение тогда, когда мы расстались. И поэтому, я хочу тебе признаться кое в чём.

— Суо, что происходит? — я была в смятении. Гаато мялся и не мог решиться мне сказать что-то. Он смотрел на меня с беспокойством, извинением и виной.

— Твой отец не в больнице. Это... его план. Как испортить ваши отношения с мистером Хайтменом и разлучить вас.

Бывают такие дни, когда всё идёт тихо и спокойно. Вязкие серые будни окутывают своей неторопливостью и однообразностью, что становиться тошно. А бывает наступает полная неразбериха, когда проблемы падают как снег на голову огромным комом, буквально снося с ног. 

Сейчас я себя чувствовала как лыжник попавший под лавину, состоящую из событий. И даже не верила его словам. Суо оставался серьёзен и подавленным, было видно как правда жгла его изнутри. Стук сердца гулом отдавался в моих ушах. К горлу подобрался небольшой комок, стало подташнивать. 

Я сорвалась с места и поспешила в открытую туалетную кабинку. Содержимое желудка оказалось вне моего тела. Голова кружилась, тошнота не отпускала. Я согнулась пополам, пытаясь устоять на ногах. Неужели это груз от навалившихся проблем, либо отравление. Или... Я достала телефон и зашла в приложение со специальным женским календарем. Медленно пробежавшись глазами по приложению, я осознала один момент, который добил меня полностью.

Шёл первый месяц задержки.