Анакин [3]

Вокруг стало так тихо, что я слышал собственное дыхание. Я только сейчас понял, что день безветренный, и море тихое и спокойное, и тихо-тихо, ни вода не шелохнётся, ни листик на дереве. Как будто мир замер, позабыв про этот остров, и люди застыли, не смея даже смотреть. Спустя долгие и мучительные секунды, а может даже, минуты, я не знаю сколько это длилось, дядюшка Хэм велел всем продолжать работать и повернулся к нам. Уверен, сегодня я получу все свои ответы.

- Посидите пока где-нибудь.

Я не стал спорить и подгонять его. Посидеть, так посидеть, я подожду. Я потянул молодого хозяина за собой к бревну в тени деревьев. Парм молчал. Он молча шёл за мной, молча сел рядом. Разве что камеру не поднял, как будто знал, что я захочу с ним поговорить, но не торопил, просто ждал и вёл себя так, будто уже всё знает. И как мне не расстраиваться? Я поджал губы.

- Я так понимаю, тебя никто не заставлял ничего от меня прятать, да? - я заставил себя на него посмотреть. Парм не отвёл взгляда, не отвернулся, он вообще не сменил выражение лица. Смотрел на меня как прежде решительно и открыто.

- Я никогда не лгал тебе.

- Это не ответ.

- Если не говорить - значит скрывать, то у всех этих людей сотни тайн от тебя. Но если ты имеешь в виду прятать конкретную правду или лгать, то ответ всё тот же. Я тебе не лгал.

- Я знаю, - я отвернулся, чтобы унять чувство, которое всегда возникало, стоило мне посмотреть ему в глаза.

- Есть кое-что, что ты должен знать, - он положил руку мне на плечо, будто упрашивая повернуться и выслушать. Самое обидное, что я не могу ему отказать. Я действительно словно дурацкий кот, ищущий внимания хозяина, тут же повернулся к нему и подставил щёки под короткое прикосновение прохладных пальцев.

- Что? – всё, что я могу - это подгонять недовольно.

- Я не люблю говорить много, да и вообще говорить, особенно с чужими, - ну и что тут нового, скажите? Я закатил глаза. - Так что иногда я не сознаюсь, даже если знаю что-то. Просто потому, что мне не хочется.

- Даже если тебя спросят?

- Если захочу - отвечу. Или нет, если не захочу.

- Жестоко.

- Но ты не чужой. И если спросишь - я отвечу.

- А если я не спрошу, но должен знать ответ?

- Смотря что это, - он усмехнулся, и я ненавижу эту его улыбку, она одновременно бесит и очень ему идёт. - Иногда куда забавнее смотреть, как ты сам догадываешься.

И его я тоже ненавижу! Он издевается. Я бы съездил по его довольной роже, но мне нельзя, он же ответит.

- Разве мне тогда не хуже, чем чужакам? - кажется, он что-то говорил про особые привилегии, но я пока не вижу ничего особого.

- Я честно отвечу на все твои вопросы. Это не считается чем-то особенным?

- Особенный - это особенный, - я не хотел спорить. Какой смысл, если он просто хочет надо мной поиздеваться?

Рыбаки тем временем вернулись к работе. Только Май и дядюшка Хэм шли к нам, и лица у них были такими серьёзными, будто это не бревно под деревом, а зал суда.

Слушайте, ну я просто хочу знать правду, я же даже не злюсь, что такого-то?

- Простите, - дядюшка извинился, как только подошёл к нам. Он смотрел на Парма и выглядел действительно испуганным, а я даже не мог понять, за что он извиняется.

- Дядюшка, просто скажите правду. Мы не сердимся, - мне его даже жалко, какая злость, вы о чём.

- Но... - он беспомощно смотрел на Парма, я даже пнул последнего, чтобы он сказал уже что-нибудь, и мы наконец разобрались с этим.

- Расскажи всё, - бросил Парм и, судя по всему, больше говорить ничего не планировал.

- Как скажете, молодой Хозяин. Доктор, вы можете спрашивать что угодно, - он серьёзно на меня посмотрел. Его слова звучали довольно странно, но я подумаю об этом потом.

- Май и Дам не взяли нас на рыбалку, почему?

- Это я им велел, боялся, что если что-то случится, нам придётся отвечать, а это слишком большая ответственность.

- Так, почему тогда нам нельзя помогать, а Парму даже до рыбы дотрагиваться нельзя?

- Это неприемлемо, - ответил Май. - Тебе ещё можно, хотя тоже нежелательно, но мы же знаем, кто он такой, и как можем после этого позволить заниматься подобной работой?

Я, наверное, слишком тупой, потому что они честно отвечали, но я всё равно ничего не понимал.

- И, если честно, мы покидаем остров куда чаще, чем раз в месяц. Нам же нужно доставлять рыбу, и делать покупки, и отвозить детей в школу. Просто сейчас у детей каникулы...

Просто всё так совпало, да.

- Если я правильно понял, - я поднял глаза, - вам приказали так сказать, верно?

- Да, - дядюшка нервно оглянулся на Мая. Ну что такого сложного в том, чтобы говорить правду, я не понимаю.

- Вы же помните рыбака, который вас сюда привёз? - Май перенял у дядюшки эстафету откровенности. - Это Хозяин и его бойфренд велели доставить вас на этот остров.

- Ага. Последний вопрос. Как их зовут?

Май посмотрел на дядюшку Хэма, спрашивая разрешения, и когда тот кивнул, тихо ответил:

- Господин Пху и господин Као.

Нечего и думать, что без них тут обошлось.

У меня в голове всё встало на свои места. И забитые отели, и то, как Парм сказал, что Као рекомендовал ему этот остров, и то, как быстро мы нашли эту лодку, и как все сначала путали Парма с кем-то другим, и как нас приняли, и даже как все обманывали, что можно уехать только через месяц. Все, кроме Дама, который просто не знал, что нужно говорить.

И Парма они не видели раньше, они просто знакомы с его братом.

- Ты знал? - я повернулся к Парму, который всё это время смотрел на меня.

- Знал только, что это остров Пи', а остальное понял потом.

Ну я бы тоже догадался, знай кому принадлежит остров.

- Тогда почему не сказал?

- Ты не спрашивал.

Теперь понятно, что он имел в виду, когда говорил, что ему весело смотреть, как я пытаюсь сам догадаться. Я бы ему сказал, ух, сказал бы! Но он вроде как не виноват и действительно мне не врал. Так что я только зубы сжал.

Даже дядюшка Хэм не лгал. Он же сказал, что ему приказали так ответить, и нам разрешили войти в дом хозяина, чтоб ему пусто было! Как вспомню, что переживал, как бы нас за вторжение с острова не выгнали, плакать хочется. Никто не врал, все честно отвечали. Я просто не то спрашивал.

- Као, скотина, - клянусь, я его убью, когда увижу. Это же надо было придумать такой план, заманить нас сюда, подговорить всех и держать целый месяц.

Хотя я за это время изменился.

Если бы это придумал не Као, стал бы я так злиться? С Као мы привыкли издеваться друг над другом, поэтому не могу не отметить, что этот его план в каком-то роде вышел блестящим. Кроме того, я не встретил бы всех этих людей, если бы не он. Не встретил бы...

Нет, стоп, никаких «бы», остановимся на деревенских.

- Ты как?

Парм махнул рукой, отсылая дядюшку и Мая, а потом спросил меня. Я же, проводив взглядом широкие спины рыбаков, схватил Парма за воротник и прошипел:

- Рассказывай всё.

Парм моргнул, и мне показалось, что он рассмеётся, но он не стал. Я сердито на него посмотрел, потому что, уверен, про себя он ржёт надо мной. Вместо ответа он поднялся и потянул меня за собой. Мы шли и шли, пока я не устал, а мне ведь приходилось почти бежать следом за ним. Я дёрнул его за руку, и он тут же остановился.

- Устал?

- Устал, - мне бы посидеть. - Дальше я не пойду, только если ты меня понесёшь.

Он заломил бровь, интересуясь, серьёзно я или как, хотя я всего лишь пошутил, и мне пришлось его останавливать, потому что он в самом деле собрался меня нести. Ну сильный, но выпендриваться-то зачем?

- Мы ещё не пришли.

- Куда?

Я присел на корточки. Сегодня мы только и делаем, что ходим туда-сюда, я правда устал.

- В дом Пи'.

- А зачем нам туда?

- Ты же хотел зайти? Мы там даже остаться можем.

- Но наши вещи, - я, не раздумывая, забрался к нему на спину, как только он присел рядом. Привычно устроил подбородок на его плече. Парм легко поднялся и зашагал дальше. Всё это было так привычно и естественно, что я не сразу сообразил, что произошло.

- Потом перенесём.

Звучало неплохо. Я целый месяц не спал в нормальной кровати и не включал кондиционер. Что там кондей, мы электричества-то не видели. Даже вода была просто бутилированной, не из холодильника и даже безо льда. В хозяйском доме нам определённо будет удобнее, даже удобнее, чем в моём доме в Бангкоке.

- Давай вернёмся.

- Ты разве не хочешь сходить?

- Хочу. Но я слишком устал. Давай вернёмся домой.

- Мы почти пришли.

- Я про наш дом.

Я не знаю, что он подумал, потому что сам тут же отвернулся. Но он точно остановился и, наверное, посмотрел на меня. Моё дурацкое сердце билось слишком быстро, и я не могу убежать, потому что я у него на спине, чёрт!

- Ладно, - в его голосе слышалась явная радость, но я не спешил поворачиваться. Он же тут же сменил маршрут и свернул в лес. Всю дорогу домой мы неловко молчали.

- Ты мне так и не ответил, - думаешь, я забыл?

- Я хотел рассказать всё в доме.

- Оу, - я подумал, что он подождёт, пока мы придём домой, но он пошёл медленнее и принялся рассказывать.

- Несколько месяцев назад я возвращался в Англию после долгого путешествия. Когда Као спросил, куда я хочу поехать дальше, и я ответил, что не знаю, он посоветовал мне Таиланд.

Так он планировал это несколько месяцев?

- А потом?

- У Као уже был билет на поезд, когда я приехал. А что было потом, ты знаешь. Я ничего не знал, начал догадываться позже, когда наблюдал за местными.

- Подожди, - я потёр глаза, сильнее вцепившись в него второй рукой, чтобы не упасть.

- Если честно, я думал, ты сам обо всём догадаешься, когда увидишь беседку.

- Почему?

- Ты правда не заметил, что там на входе написано имя Као?

Я почувствовал себя идиотом. Я же такой наблюдательный. Как я мог не увидеть, что там написано «Ачира»? Нет, я заметил, но подумал, что это беседку так назвали.

- Не помнишь?

- Кто бы запомнил, - пробурчал я. Если я чего-то не понимаю или не считаю важным, просто забываю об этом и всё.

- Ты злишься? За то, что тебя заманили на этот остров, что местные тебя обманывали и что... - он запнулся, словно сомневался, говорить дальше или нет, но всё же сказал, - что оказался заперт здесь со мной.

Я не знаю, что именно я почувствовал, но мне определённо не нравился этот вопрос. Настолько не нравился, что я ударил его по плечу, пусть даже он и не пострадает от этого удара. Я должен как-то наказать его за то, что он посмел спрашивать такое.

- Думаю, мне стоит злиться на Као, это он во всём виноват. Но с другой стороны, я отлично провёл этот месяц, так чего злиться-то? И ещё, если ты ещё раз скажешь что-то вроде этого, я тебя серьёзно побью. Нет, правда, меня носят на руках, когда мне лень ходить, это же мечта, чего мне расстраиваться?

- Такой добрый.

Я больше ничего не сказал. Спрыгнул со спины, как только заметил наш дом, и поспешил внутрь, даже не думая про Парма. Главное сейчас оказаться подальше от него и успокоиться, потому что дальше находиться рядом с ним, его мягким голосом и широкой улыбкой опасно.

Парм дал мне время прийти в себя и зашёл только спустя минут десять. Но он снова улыбался, и все мои усилия были зря, сердце снова заколотилось как ненормальное.

- Ты себя плохо чувствуешь? - он сел рядом.

- Всё нормально. Только ногу свело.

- Вытяни ноги.

Я настолько привык, что он мной командует, что сначала сделал, что он велел, а только потом подумал зачем. Он же положил мою ногу себе на колени и принялся аккуратно её разминать.

- Ты что делаешь? - я попытался поджать конечность, но он не позволил. - Парм...

- Всё нормально.

- Но...

- Это же ты. Всё нормально.

Я, не зная, что сказать, закрыл рот и вцепился в матрац, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами. Но под его мягкими прикосновениями расслабился и растянулся на спине.

- Немного выше.

- Здесь?

- Угу, - я простонал от удовольствия. - Ты хорош.

- Настоящий кот.

Я даже не сержусь.

- Если быть котом вот так круто, то мне давно стоило согласиться, - нет, действительно. Валяться весь день, прерываясь только на еду, чем не рай?

- Не совсем. Так круто быть моим котом, - он продолжал разминать мышцы ног, и я не мог следить одновременно за тем, что чувствую и что говорю.

- Твой кот.

Он усмехнулся и остановился на пару мгновений, чтобы я хорошенько подумал над тем, что только что сказал. Стоило ему прекратить, как я полностью осознал, что только что сказал, а он определённо услышал. Я покраснел.

- Забудь, - я вывернулся и отобрал у него свои ноги.

- Как я могу забыть, если ты сказал это всего минуту назад?

- Ну так подожди ещё минуту и забудь, - я отвернулся и с головой накрылся одеялом.

- Ты что, спать собрался? А как же душ?

- Нет, просто хочу полежать немного.

- Уже темнеет, и ты наверняка уснёшь, - но в ответ я ещё плотнее завернулся в одеяло.

- Дай мне полежать.

- Но ты же уснёшь, - он попытался отобрать одеяло, но не смог, потому что я завернулся тщательно.

- Я не могу, смотри, глаза закрываются, - если бы Парм был серьёзен, он бы уже нашёл возможность утащить меня в ванную. - Слишком много всего, у меня голова болит.

- Ты же сказал, что в порядке.

Да чтоб тебе провалиться с твоей прекрасной памятью.

- Нет, у меня болит голова. Отстань.

В конце концов он сдался и кивнул, это было так весело, что я бы рассмеялся, но мне же приходилось притворяться, поэтому я только улыбнулся незаметно и закрыл глаза.

Я действительно уснул и сквозь сон почувствовал мягкое прикосновение к лицу, будто Парм действительно пользовался возможностью и аккуратно, кончиками пальцев гладил меня по щеке. Самое странное, что мне это нравилось, нравилось настолько, что я вытянул шею, подставляясь под ласку, а потом сгрёб тёплую ладонь под щёку.

- Ты меня к этому приучил, - я слышал шёпот у своего уха. Чувствовал тёплое дыхание на щеке, даже отвернулся немного, чтобы уклониться. Глаза у меня были закрыты, но я не спал и вряд ли смогу списать это на сон.

Он тоже приучил меня к этому. К тому, что он всегда рядом, что он обо мне заботится, всё для меня делает и даже носит на руках. Что мне теперь делать? Как мне вернуться к прежней жизни доктора Джейди?

- Не спишь? - думаю, я не очень талантливо изображал сон, раз он это заметил.

- Угу.

- Спишь или нет?

- Сплю.

Тёплая ладонь тут же исчезла. Я сердито на него посмотрел и даже сел, а он никак не мог понять, что меня так разозлило.

- Что не так?

- Дай руку, - я протянул ладонь, даже не думая отвечать. Дождался, пока он вложит свою руку в мою, и тут же сжал её, испугавшись, что он снова отберёт, а потом лёг обратно, положив его ладонь под щёку.

Он перевёл взгляд со своей руки на меня, потом обратно, и глаза его сверкнули, а сам Парм заулыбался, и я не знаю в который раз за сегодня это произошло.

- Не хочешь закрыть глаза?

- Я слежу, чтобы ты снова не отобрал ничего моего.

- Твоего? - он не понял, и мне пришлось сжать пальцы на его ладони, отвечая. - Моя рука?

- Теперь моя.

- Ты и правда всё больше кот с каждым днём.

Я пожал плечами и закрыл глаза.

Как я и говорил, если быть котом так же круто, то я согласен. Я сговорчивый.

автор новеллы: Chesshire