Анакин [3]

Люди, давно не бывшие дома, возвращаются туда обычно в отличном настроении, радостном предвкушении и с лёгкой ностальгией. Я, может, тоже испытал бы что-то подобное, если бы отец всё не испортил. Стоило мне вылезти из машины и постоять немного у порога родного дома, размышляя о том, как хорошо вернуться, как от изгороди раздался громкий возглас:

- Что, так и будешь чесать задницу у калитки или зайдёшь-таки внутрь?

- Что в нашем саду делает соседский дед? - И снова без рубашки, кстати. Что это у него в руке? Садовый шланг? - Ты перепутал таблетки, дядя? Кто поливает цветы в десять вечера?

- Где ты купил себе сарказм, бородатый?

- Да нет у меня больше бороды, эй! - я едва успел отскочить, этот ненормальный почти облил меня! - Отец!

- О, вспомнил, надо же! Назовёшь меня дядей ещё раз, и я определённо тебя побью.

- Мог бы и привыкнуть уже, - пробурчал я и зашёл во двор. Мне снова хотелось только добраться до кровати, а я ещё даже не поздоровался с мамой, так что нечего терять время на пустые разговоры.

- Жду тебя завтра после обеда, обсудим расписание, - он продолжил поливать свой газон.

Нашему дому уже много лет, он совсем небольшой, особенно если сравнивать с богатыми особняками. На первом этаже у нас кухня, гостиная и кладовая. А на втором - спальня родителей и моя комната.

Я как-то спросил у мамы не хочет ли она купить другой дом, побольше. На что она ответила, что этот её полностью устраивает, потому что его они с отцом купили на свои собственные деньги. Но если я хочу жить отдельно и купить себе собственное жильё, они будут только рады и будут ждать меня каждые выходные в гости. Звучало неплохо, но мне показалось, что это всё отец придумал, чтобы выгнать меня, и я только рассердился. Тогда я сказал, что уйду только если найду себе девушку и съеду с ней, если она захочет жить со мной, конечно. Только что-то всё никак не задавалось, потому что у меня не было времени интересоваться ещё и этим.

Из воспоминаний меня вырвало уведомление о входящем сообщении. Я даже не понял, что заулыбался, едва прочитал от кого оно.

asdf: Уже дома?

Анакин: Да.

asdf: Доброй ночи.

Анакин: И тебе. \стикер со спящим котом\

Парм всё ещё верен себе, он пишет и говорит прямо, всё что думает. Ему даже не нужно видеть меня, чтобы понять, что я собираюсь спать. И хотя ему лететь ещё долго, он всё равно желает мне спокойной ночи и заканчивает разговор.

- Кто это тут сияет на всю округу?

- Мама!

Я бросил сумку на землю и взбежал по лестнице, чтобы обнять маму. Вот по кому я ужасно соскучился.

- Что? Ведёшь себя как дитя малое, - она улыбаясь погладила меня по голове.

- Я по тебе скучал.

- Попридержи свои басенки до завтра. А сейчас ложись спать.

- Я выгляжу уставшим? - что я могу сделать, действительно пора спать.

- Именно так, но я смогла разглядеть это, потому что ты побрился наконец. Полагаю, тебя всё-таки заставили, - она покачала головой, когда я вместо ответа вернулся за своими вещами.

- Пойду к себе, - я поцеловал её в щёку. - Доброй ночи.

- Ну вот опять, - она вздохнула, но я не стал больше слушать и быстро сбежал к себе.

Я обычно только сплю в этой комнате, поэтому она тоже довольно пустая. Всякие украшения я из неё выкинул, потому что они лишь пыль собирают. Я не то чтобы большой любитель чистоты, но так утомительно стирать пыль со всей этой мелочи, потому что в своей комнате порядок я навожу сам, не люблю, когда нарушают моё личное пространство, так что горничная ко мне не заходит. На самом деле ко мне вообще никто не заходит, даже родители, если я сам их не позову.

Я принял душ и должен был спать, но никак не мог уснуть. Кровать внезапно оказалась слишком большой, комната - чересчур просторной, кондиционер слишком шумел, а главное - подушки обнимать неудобно.

Я крутился и вертелся, но уснуть никак не мог. Наконец сдался и взял телефон. Тот тут же ожил входящим звонком.

- Скучаешь?

Я смутился, услышав его низкий голос.

- Что? Никто не скучает!

- Но у тебя грустный голос.

- Ты издеваешься? - я рассмеялся и настроение у меня действительно поползло вверх. - Зачем ты звонишь? Разве ты уже не пожелал мне доброй ночи?

- Просто наугад. Ответишь или нет, если ответишь, значит, ещё не спишь.

- Что ты такого съел, чтобы так хорошо меня изучить? - теперь я могу практиковаться в сарказме. Что он мне сделает, я в другом городе?

- Осторожнее, следи за языком, или у тебя будут проблемы, - я на секунду испугался, а потом вспомнил, что он далеко и расслабился.

- И что ты мне сделаешь?

Он только усмехнулся, и я испугался по-настоящему. Эй, я же только шутил!

- А как насчёт тебя? - я сменил тему, сейчас он, возможно, и не может ничего мне сделать, но он же не забудет ничего, и в следующую нашу встречу мне определённо придётся туго.

- Переночую в городе, а утром поеду на курорт.

- А что Као так долго делает в Таиланде? - в смысле, он явно тут уже больше месяца и всё ещё не нашёл времени на старого друга, скотина. С Со и то проще встретиться, тот всегда заезжает в Бангкок и навещает меня. Думаю, я даже запишусь к Као на приём, раз он такой неуловимый, и отпинаю его от души.

- Он только вчера прилетел. Пробудет пару дней, у него тут дела.

- Я опять его не увижу, значит, - иногда мне кажется, что он специально это делает. Может, надеется, что я забуду обо всём, что он сделал, пока мы встретимся. Ясно, что за эти два дня он точно не сможет меня навестить, а я буду занят работой. Нет, серьёзно, я бы даже в аэропорт приехал, чтобы хоть разочек его пнуть.

- Когда ты выходишь на работу?

Если бы я его не знал, решил бы, что он холодный и надменный с его безэмоциональным голосом. Но я его знаю, поэтому меня этим не пробьёшь.

- Завтра после обеда мне нужно сверить своё расписание и обсудить некоторых пациентов, в том числе и Рафу, - я устроился поудобнее, потому что начал засыпать.

- Тогда спи.

- И ты тоже.

- Ага.

- Доброй ночи.

- И пусть тебе приснюсь я.

Кто научил его так разговаривать?

Я отбросил телефон, а он положил трубку. И я думал, что после такого даже глаза закрыть не смогу, но, что удивительно, после разговора с Пармом я уснул почти мгновенно.

===

Утром я проснулся примерно в то же время, в которое просыпался на острове, и полчаса потратил на пробежку вокруг квартала. Горничная, когда увидела меня, едва в обморок не упала. Лучшая награда, я считаю. Жаль, что она уже старая.

- Доктор Джейди! - она подбежала ко мне и завертела, разглядывая. Как будто искала что-то странное. - Так рано проснулись!

- Не говори, что ты бегал, - в гостиной появилась мама.

- Но так и есть. Что такого?

- Пи'Дэ, стирка отменяется, сегодня явно будет дождь.

Я не смел перебивать, потому что мама убила бы любого, кто вмешивается в разговор, поэтому только ждал, пока на меня снова обратят внимание.

- Скажите, что случилось? - она явно беспокоилась. - Может нужно показаться врачу? Позволите вашему отцу осмотреть вас?

- Да ничего не случилось. Тётушка Дэ я проголодался.

- Да, конечно.

Но она ещё долго не могла оторваться от внимательного разглядывания меня в поисках непонятной болезни, пока мой громкий желудок и несчастное выражение лица не прогнали её на кухню.

- Можно мне омлет со свининой? - крикнул я ей вслед и тут же отхватил подзатыльник.

- Я же говорила не кричать в доме!

Мама сердится на любое повышение голоса. Хорошо, что она знает, как я боюсь боли и следит за силой удара.

- Так жестоко.

- Да конечно, - она едва не ударила меня снова, но сдержалась. - Ты любишь омлет? Почему я об этом не знаю?

- Не люблю.

- Тогда почему попросил его приготовить? Ни разу в жизни ты не говорил, что хочешь съесть.

- Просто захотелось.

Чёрт.

- Кажется, я много чего не знаю, - мама задумчиво на меня посмотрела, и я решил прояснить всё сразу, прежде чем меня начнут пытать.

- Ну у меня просто был приятель... В смысле, я кое с кем познакомился в поездке, - как я и предполагал, мама тут же засверкала глазами.

- Поверить не могу что кто-то добровольно согласился путешествовать с моим заросшим сыном, да ещё и уговорил его побриться, - она улыбалась.

- Угадала.

- Ну, расскажи мне, кто твой друг, и как вы смогли договориться.

- Као заманил нас на остров. Подожди-ка... - я только сейчас сообразил, что не попал бы на остров, если бы не встретился с Пармом. А встретились мы в поезде, билеты на который купила мне она.

- Ты так и не понял.

- Ты действительно всё это спланировала вместе с Као.

- Я бы не назвала это «спланировала». Мы просто обсудили с ним, как было бы прекрасно найти тебе друга, чтобы я могла не волноваться, если с тобой что-то случится в дороге. Кто бы мог подумать, что результат будет даже лучше, чем я предполагала? Он заставил тебя побриться, и ты вообще сейчас гораздо больше похож на живого человека. Он даже твои вкусы изменил.

- Я просто привык, - я даже не задумывался, почему мы всё время едим одно и то же. Я каждый день в течение месяца ел омлет, что странного, что я привык?

- Тебе не надоело? Люди обычно устают от чего-то, что делают постоянно, тебе ли не знать.

- Я... - я начал и закрыл рот, потому что просто не знал, что ответить.

Всё это правда. Я изо дня в день делал одно и то же в Бангкоке и до смерти устал. Но я привык. И к омлету я тоже привык. И хоть убейте, я не вижу в этом смысла.

- Ладно, не важно, - она улыбнулась. - Ты хоть что-нибудь понял за это время?

- Я... Не уверен.

- Просто скажи что думаешь.

А я не знал, что думал. Не знал, как рассказать о фотографиях, о том, что делал на острове, о том, как беседовал с бабушкой по дороге домой. Я столько всего пережил, что просто не знал, как это объяснить.

- Моя жизнь - это быть врачом. Об этом я никогда не жалел, мам, - может, я и выбрал эту профессию ещё ребёнком, может, причина была смешной, может, я уставал, но никогда не жалел о своём выборе.

- Правда?

- На острове были дети. Они много болтали и в том числе рассказали о школе и о том, кем хотят стать, когда вырастут. И местные жители, которые были вполне довольны своей жизнью. И у каждого своя судьба, и свой путь, и своя цель.

- Какая, например?

Я улыбнулся, вспомнив, как дети наперебой рассказывали про свои мечты.

- Дети тогда столько болтали, что у меня голова заболела. Но что забавно, каждый мечтал о чём-то ради людей на острове. Ради родителей и всех остальных.

- Правда? - она заинтересованно меня слушала.

- А на обратном пути я встретил одну бабушку. В автобусе. Она была медсестрой. Сказала, что была прямо как я, уставала и разочаровывалась, но это была её работа, и она не могла её бросить.

- И как она справлялась?

- Сказала, что дедушка всегда поддерживал её. И это давало ей силы жить дальше, потому что она знала, зачем живёт.

Я всю дорогу до дома думал над её словами. Было ли у меня что-то подобное, хоть когда-то. Все мои девушки в университете не считались, у меня не было на них времени, и я, если честно, мало о них заботился, поэтому мои отношения не длились долго. Я никогда не задумывался о семье, по крайней мере, серьёзно.

- Я с ней согласна, - мама взяла меня за руку, привлекая внимание. - Когда получаешь всё, что хотел, не удивительно, что жизнь теряет свои краски. И я рада, что эта поездка помогла тебе понять, что твой выбор не был ошибкой, и в мире есть ещё что-то. И может быть, тебе осталось найти кого-то, человека, который будет о тебе заботиться.

- У меня есть вы с отцом.

- Ну конечно, пока ты не встретишь своего человека, родители будут на первом месте. Но Джейди, у нас своя жизнь. Наша обязанность - заботиться о тебе до конца жизни, но родители не могут дать тебе всего, ты же понимаешь? Родители только приглядывают за детьми, они не могут заполнить пустоту в их душе. Они могут помочь ребёнку пережить тяжёлое время, если он встретил кого-то плохого. Но если ты найдёшь кого-то подходящего, то береги его.

И тот человек, из-за которого ты так улыбался, не потеряй его.

Я вспомнил слова бабушки. Они очень похожи на то, что сказала мама. Единственное отличие - мама говорила абстрактно, а бабушка о конкретном человеке.

Но меня любой может заставить улыбаться.

- Поешьте, а потом поговорите, - в дверях показалась тётушка Дэ.

В голове было так много мыслей, что я почти не замечал что ем. Ни омлет, ни рыба не приносили мне особого удовольствия. Я поковырялся в тарелке и отложил ложку.

- Хочешь сказать ещё что-то?

Я кивнул тётушке, намекая, что хочу поговорить с мамой наедине, и та вышла.

- Я чувствую, как будто здесь чего-то не хватает, - я прижал руку к сердцу. - Как будто часть меня исчезла.

- О чём именно ты тоскуешь, когда говоришь это?

- О доме. Мам, знаешь, мы с Пармом построили дом. Ну, в основном строил Парм, я только смотрел. И ещё, - я рассказал всё с самого начала, как мы встретились, как жили на острове. Единственное, о чём я умолчал, это наши странные отношения.

- Это странно, - она улыбнулась. - Ты столько времени провёл в таком красивом месте, стольких людей встретил, но об этом упомянул только в самом конце. И я, если честно, давно не видела тебя таким счастливым.

Я не ожидал, что мама скажет что-то такое. Но если подумать, она сказала правду. Я обнял её.

- Я счастлив, когда ты рядом, мам.

- Какой подлиза. Не повторяй за отцом.

- Я вовсе на него не похож. - я надулся. Кто захочет быть похожим на этого деда?

- О, более чем, особенно своим упрямством, - на эти слова я надулся ещё больше.

- Не говори так.

Она вздохнула. Но поскольку уже привыкла к нам с отцом, быстро вернулась к серьёзному тону.

- Тот момент, где ты говоришь, что часть твоей жизни осталась там.... Подумай хорошенько, это потому, что там осталось место или человек?

Я не знал, что на это ответить. Она не торопила, просто держала за руку и ждала ответа. Что странно, это же простой вопрос, почему я не могу ответить на него сразу?

- Лучше я пойду соберусь на работу. Не хочу больше разговаривать, - я поцеловал маму в щёку и сбежал к себе, пока она что-то говорила вслед. Я не слушал, я слишком был занят собственными мыслями.

Из-за места или из-за человека.

Жить в маленькой хижине, болтаться по острову, помогая местным. Все воспоминания были весёлыми и чудесными, и я надеюсь, навсегда останутся со мной. Только вот...

Я открыл галерею в телефоне. Она почти пустая, в ней всего фотографий двадцать, может. И половину из них я сделал с человеком, который засел в моей голове с самого нашего расставания.

- Ненормальный.

Я же не смотрел их даже. А оказывается, на них он смотрит на меня. И три селфи, где он прижался к моей щеке. Я от одного этого вида вспыхнул, не знаю, от стыда или злости.

Но всё ещё не удалил, рука не поднималась.

Может, оттого, что он просил их прислать. Вдруг, если я этого не сделаю, он тоже не поделится своими фотографиями? Вдруг разозлится? А у него столько действительно здоровских фоток, будет жаль их не получить.

Такой упрямый.

Кто упрямый?

Такой же, как и твой отец.

Я помассировал виски, пытаясь прекратить этот дурацкий спор с самим собой. У меня есть ответ. Я просто не хочу его принимать.

Из-за места или человека?

Что-то, чего мне не хватает в жизни.

Способ изменить всё плохое, что у меня есть.

Всё кажется связанным.

И очевидным.

Но я не хочу об этом думать.

автор новеллы: Chesshire