Анакин [3]

- Господин Доктор!

- Фа!

Я присел на корточки, чтобы поймать бегущего ко мне ребёнка.

- Мы не виделись всего несколько месяцев, а ты стал таким тяжёлым, - я поднял его на руки и притворно пожурил.

- Я не тяжёлый, - хихикнул тот и ущипнул меня за щёку. Хорошо ещё не сильно. - А где твоя борода?

- Сбрил.

- Оу, - он вроде даже расстроился.

Пару месяцев назад он попал к нам с гриппом и прилип ко мне. Мне нравится, какой он серьёзный для своих лет, разговаривать ещё толком не умеет, а уже рассуждает как взрослый. Его тут все обожают.

- Ты зачем пришёл? Опять заболел? - я потрогал его лоб. - Я же тебе говорил поберечься, кто будет маме помогать, пока ты болеешь? Помнишь?

- Помню-помню. Мама! - он ткнул пальцем мне за спину.

Я обернулся. К нам бежала молодая женщина, но увидев Фа у меня на руках, остановилась, чтобы отдышаться.

- Госпожа, присядьте, - я помог ей устроиться на свободном стуле и строго посмотрел на Фа. - Ты сбежал от мамы?

- Фа! Спасибо, что присмотрели за ним, доктор, - она протянула руки, чтобы забрать ребёнка, а тот вцепился в меня как маленькая обезьяна.

- Я подержу его немного? - я потрепал его по голове. - Он снова нездоров? Что случилось?

- Он просто непослушный, вот что с ним случилось, - женщина рассмеялась. - Я навещала друга и взяла Фа с собой, вот и всё. А пока разговаривала с медсестрой, он сбежал.

Я понимающе кивнул. Фа стало скучно, и он решил развлечься. Или увидел меня.

- Вы так изменились, доктор.

- Простите?

В смысле?

- Сбрили бороду и теперь выглядите куда моложе. Поразительно, что Фа смог вас узнать.

- Просто слегка изменил имидж, - не говорить же ей правду.

К нам подошла медсестра, и мне с Фа пришлось расстаться. Хорошо, что он послушный ребёнок и спокойно вернулся к матери, так что мы попрощались вполне мирно и без слёз.

Я только пару дней назад вернулся к работе и уже вошёл в прежний ритм. Почти. В этот раз моё расписание куда спокойнее, и смен у меня гораздо меньше, а времени на отдых, наоборот, куда больше.

- Я сильный и не буду плакать!

- Какой смелый юноша.

- У нас вакцинация, это Хэуп, доктор.

- Ясно. Хэуп ты храбрец.

Судя по лицу, храбрился мальчишка из последних сил и явно хотел бы заплакать. Но я всё равно им гордился, в свои восемь он куда смелее тридцатилетнего меня, например. Он, закусив губу, чтобы не тряслась, зашёл в процедурную, очевидно зная, что его ждёт.

К сожалению, реальность иногда вносит свои коррективы в наши планы. Хэуп заревел. Отец ребёнка явно не знал, чем помочь и как его успокоить. Всё, что он мог - вытереть ему слёзы и похлопать по спине.

- Ты молодец.

- Но я вовсе не храбрый.

Я просто пытался поддержать.

- Мой бедный мальчик, - отец ребёнка погладил его по голове и перевёл взгляд на меня. - Доктор, он...

- Всё с ним в порядке, просто испугался иглы, - объяснил я. Родители всегда пугаются детских слёз.

Хотел бы я сказать, что плакать - нормально и бояться уколов тоже нормально, особенно ребёнку. Вот тридцатилетнему лбу - как-то уже не очень.

Я осмотрел ещё нескольких пациентов, и на этом сегодняшняя смена закончилась. Я не торопился домой, решил сначала проверить детей на площадке. У больницы своя игровая площадка на территории. Там маленькие пациенты ждут своей очереди на приём.

- Господин Доктор!

О, даже Фа здесь.

- Я думал, ты уже ушёл домой, - я снова обнял мальчика. Его уставшая мама сидела на скамейке неподалёку. Я кивнул ей, что пригляжу за ребёнком, а та просияла и показала в сторону туалетов. Ей, видимо, было нужно отойти, но она не могла оставить сына, к тому же самого маленького на площадке.

- Я жду папу.

А, понятно. Отец должен их забрать, вот почему они не торопятся уходить.

- Доктор.

- Хм? - я поднялся. Фа тянул меня за рукав, чтобы я пошёл следом.

- Давай найдём того господина.

- Какого ещё господина?

- Идём! - он скривился, видя, что я не иду за ним.

- Ладно-ладно, иду, - я подчинился и послушно пошёл за человеком, едва доходящим мне до пояса. Территория у площадки довольно большая для его маленьких ног, и через какое-то время мне стало его жаль, так что я присел на корточки и пошёл вслед за ним гусиным шагом. Так мы хотя бы в скорости сравнялись.

Знать бы ещё куда мы идём.

- Фа, можно мне...

- И куда вы направляетесь?

- Господин! - взвизгнул Фа, и таинственный господин, которого мы искали, подхватил его на руки. Я же сначала увидел длинные ноги. Потом поднял голову и встретился взглядом с пустыми глазами на снулорыбьем лице. Это определённо был человек, с которым мы только утром созванивались. И который определённо должен быть на Пхукете.

- Парм!

- Как дела? - глаза у него сияли.

- Как... Ты как тут отказался? - сердце моё, только успокоившееся, снова забилось быстрее.

Я не понимал, что происходит, и как он оказался здесь, но чувствовал себя счастливым. И не мог перестать на него смотреть. Даже когда подошли родители Фа, чтобы забрать малыша, я попрощался, не отрывая от Парма взгляда.

- Помнишь, я говорил, что, кажется, знаю, что ты потерял, и что я приеду? - он присел на корточки рядом со мной, я ведь так и не нашёл в себе сил подняться. И я снова утонул в его глазах.

- Помнишь, я сказал, что помогу тебе найти то, что ты потерял?

- Помню.

- Я на самом деле знаю, что это. Вопрос в том, примешь ты или нет.

- Что это?

- Вернись сначала в Бангкок. Я найду тебя там.

- Ну вот. То, что ты потерял, прямо перед тобой.

Он прижал мою руку к своей щеке. А я, сам от себя такого не ожидал, но провёл большим пальцем по его скуле, и это казалось самым правильным на тот момент. Мне хотелось, чтобы он знал, что я скучал.

- Я...

- Дело за тобой. Готов ты это принять или нет, - он улыбнулся, и я отвёл глаза. - Скажи.

Но как.

Я не мог выдавить ни слова, а Парм не подгонял меня, но было видно, что он готов сидеть вот так хоть до завтрашнего утра, ожидая моего ответа.

- Ну, - я прикусил губу, пытаясь подобрать слова. Я хотел отказать, сказать, что нет, он мне не нужен, но это было бы неправдой. А я не мог обмануть уже даже себя. - Нет. Нет, я не запрещаю тебе. И не прогоню.

Я смотрел на землю и уже изучил все травинки перед собой, но никакая сила не заставила бы меня поднять глаза.

Только когда он отпустил мою руку, я удивлённо посмотрел на него. Парм улыбался.

- Спасибо, - он выглядел счастливым, а взгляд, некогда пустой, был полон нежности. От этого вида я покраснел и ничего не мог с собой сделать.

- Ура!

- Тише ты, услышат!

- Заткнитесь! Или нас заметят!

Сложно не заметить стайку детей, застывших неподалёку.

- Так, - поверить не могу, что Парм заставил меня забыть обо всём, в том числе и о том, что вокруг дети. - Что вы там делаете?

- Мы играли с господином, - честно ответил один из них. - Но потом он велел нам сидеть тихо, и мы послушались.

Я сердито посмотрел на Парма. Хорошо ещё, охрана нас не видела, не то мне бы пришлось уволиться.

- Доктор! - девочка в розовом платье дёрнула меня за рукав. - Не сердитесь на господина. Он хороший, я не хочу, чтобы он грустил.

Другие дети тоже наперебой стали упрашивать, чтобы я не злился, пока от их воплей у меня уши не разболелись.

- Ладно-ладно, - я поднял руки. - Я не сержусь.

- Ура!

Я утащил этого манипулятора с площадки, пока там не стало слишком громко. Утром мне было лень брать машину, поэтому я приехал с отцом, а вернуться планировал на такси, но теперь сидел в дорогущей ауди Парма и считал, что мне повезло.

- Где ты остановился?

- В кондо, - он кивнул в сторону кондоминиума неподалёку от больницы.

- Ого, так близко, - особенно по сравнению с моим домом. - Аж завидно.

- Там хватит места и для тебя.

- Что? - Он издевается?

Но он лишь слегка ухмыльнулся, показывая, что абсолютно серьёзен.

- У меня большая кровать.

- Ты нормальный вообще? - ему и правда стоит прекратить говорить это.

- Я не настаиваю. Так, просто чтобы ты знал на будущее.

На будущее! Посмотрите на него.

===

Приближалась зима, и дни становились всё короче. Погоды это, правда, совсем не касалось, и жара не спадала. Я привык, ведь всю жизнь провёл в Бангкоке, а вот Парм - нет. Он страдал с того момента, как мы вышли из машины, и даже расстегнул часть пуговиц на рубашке, но не похоже, чтобы это ему помогло.

- А я говорил тебе идти домой, ты сам не захотел.

- Хотел побыть с тобой подольше.

Ну и как с ним спорить?

Мы уже минут десять как приехали, но Парм сказал, что не хочет пока домой, и попросил побыть с ним ещё немного. Так что я привёл его на детскую площадку неподалёку от моего дома.

- Парм, - я забыл, что хотел сказать, когда увидел, как изменилось его лицо. Он стоял у площадки и не решался на неё шагнуть. Я хотел подождать, пока он соберётся с мыслями или что там у него случилось, но взгляд у него снова стал пустым, и я испугался. Поэтому взял его за руку, чтобы показать, что я рядом, и поделиться теплом, всё что мог сделать на тот момент. Он повернулся ко мне.

- Хочешь, пойдём в другое место?

Я не психиатр, но уверен, у Парма явно какие-то проблемы. Я задумывался об этом, ещё когда мы впервые встретились в том поезде, а потом он только подтверждал мои догадки, особенно когда он легко догадался, как я устал от своей жизни и какие это может иметь последствия. Всё говорило о том, что он уже проходил это, хоть я и не знаю, что с ним на самом деле произошло.

- Всё нормально, - он сжал мои пальцы. - Ты же рядом.

- Смотрите-ка, как заговорил, - я потянул его за собой. Чего мне точно не нужно, так это стоять и слушать, как он надо мной издевается.

Эту площадку я помню с детства. Кажется, её обновили и добавили какие-то новые штуки. Дети тут до самой темноты зависают, но потом родители загоняют их по домам. У нас хороший район с охраной, но лучше быть осторожными всё равно.

- Это что? - Парм ткнул пальцем в горку с лестницей в виде стены с отверстиями и зацепами.

- Это горка для детей постарше, - сам я с такой не катался, кстати, хотя в моём детстве она уже здесь стояла. Я предпочитал сидеть внутри. - Иди сюда.

Помню, в детстве я всё хотел увидеть звёзды через дыру в потолке. И мне никогда не удавалось этого сделать, потому что мама загоняла меня домой раньше, чем в небе появлялись звёзды.

Я заставил его сесть на землю и сам сел рядом. Знакомая дыра в небо всё ещё была на месте, только звёзд сквозь неё видно было совсем немного.

- Что такое? - он не мог понять, что меня так расстроило.

- В детстве я думал, что через эту дыру звёздное небо будет прекрасным. А на самом деле всё оказалось совсем не так, - я вздохнул. - Небо на острове было куда красивее.

- В городе сложнее увидеть звёзды.

- Верно.

- Когда я был маленьким, мама водила нас с Пи'Пху на площадку рядом с домом, - он медленно огляделся.

- В Англии?

- Да. Я давно на неё не ходил.

- А почему?

Парм помолчал, а потом повернулся ко мне, и в его глазах была вся печаль мира, но он моргнул, и взгляд снова изменился.

- Потому что мамы больше нет.

Я сжал его пальцы. Может быть, слишком сильно, не знаю. Но он снова посмотрел на меня и взгляд его стал мягче, а печаль постепенно исчезла.

- Всё нормально. У меня добрая мачеха, она заботится обо мне, словно я ей родной, тебе не нужно беспокоиться.

Но мачеха всё равно не сможет заменить маму, да?

Я не знаю всего, но что-то мне подсказывает, что нужно сменить тему. Мне, конечно, любопытно, но кажется, это не стоит той грусти, которую он испытывает, вспоминая маму. И если ему от этого грустно, я не хочу этого знать.

- Как ты оказался в больнице?

Он удивлённо поднял брови, но уже спустя мгновение улыбнулся. Кажется, он понял, почему я сменил тему. Я же не знал, что сказать ещё, и просто смотрел в небо через дырку в потолке.

- Као сказал, где ты работаешь и что ты всегда приходишь на эту площадку перед тем, как идти домой. Вот я и ждал тебя там. Не думал только, что там будет столько детей, и они заставят меня с ними играть.

- Вот оно что, - я рассмеялся, представив эту картину.

- Местные дети куда громче и настырнее, чем на острове, - он немного нахмурился.

- Ну, плачут они ещё громче.

Помню, Тан споткнулся и некоторое время просто сидел с несчастным видом. Он заплакал, только когда Парм подошёл спросить что случилось. И всё равно это было тише, чем рыдания моего утреннего пациента.

- Ты совсем другой, когда работаешь, - он переплёл свои пальцы с моими. - Куда мягче и гораздо более взрослый.

- Это комплимент?

Или он снова так издевается?

- Многие дети и так достаточно напуганы тем, что их привезли в больницу. Я хочу, чтобы они знали, что врачи не такие страшные, как им кажется. Шприцы куда страшнее. Нет, правда, разве ты не боишься их? Мне от одной мысли об уколах плохо, вот поэтому я прекрасно их понимаю.

- Ну ты... - он не стал продолжать, словно даже не знал, что сказать.

- Что? - кажется, ему стало лучше, и я выдохнул. Конечно я сказал правду, но сделал я это больше для того, чтобы он успокоился, а не чтобы в очередной раз выставить себя трусливым дурачком.

- А! Ещё Као сказал, что твоя мама звонила ему вчера, чтобы поблагодарить.

Снова этот засранец Као. Он не отвечает на мои звонки и игнорирует сообщения.

- Почему Као не отвечает мне? И Соло тоже, они же на Пхукете, да?

- Ага, - он кивнул. - Као сказал, что ответит, когда вернётся в Англию, а Соло просто лень.

Вот скоты!

Парм тоже жертва этих сволочей, так что я даже пнуть его не могу. Остаётся только злиться про себя и пытаться успокоиться, не причиняя урона окружающим.

- Анакин.

- Что?

- Анакин.

- Тридцать лет уже, - я усмехнулся и посмотрел на него. Только сейчас понял, что он не зовёт меня Джейди, хоть это и проще. К тому же я не помню, кто бы ещё звал меня Анакином, кроме него, как в тот раз, когда мы...

Я вспомнил, как мы целовались на пляже, и тут же отвёл глаза, опасаясь, что он как-то заметит это.

- Ты скучал? - он осторожно дотронулся до моей щеки, как делал это на острове.

А я скучал? Если я всё время вспоминал о времени, проведённом с ним, это значит, что скучал?

- Тебе не нужно отвечать, достаточно того, что ты слушаешь.

Его глаза сияли, пока он гладил моё лицо кончиками пальцев.

- Что слушаю?

- Я скучал.

Я вспыхнул. Прямо чувствовал, как горит лицо, словно я на солнце перегрелся, а сердце снова ускорилось, не обращая внимания на то, что я приказывал ему успокоиться.

- Анакин, - его большой палец прошёлся по моей губе, и это прикосновение вместе с его низким голосом совершенно меня заворожили. - Анакин.

Я чувствовал его дыхание на своей щеке и, не в силах этого вынести, попытался отвернуться. Но Парм мне не позволил. Он надавил на подбородок, заставляя меня посмотреть на себя.

- Не убегай, - от этих слов я замер, а он, воспользовавшись этим, поцеловал меня в уголок рта. Он едва коснулся меня губами, но я и от этого дышать перестал. Прямо как там. На острове.

Он не настаивал, всего лишь раз прикоснулся, и всё. А потом уткнулся носом мне в лоб и поцеловал меня в кончик носа. Он будто пытался донести до меня всё, что чувствует, этим поцелуем.

- Я жить без тебя не могу.

И, может быть, не он один такой.

автор новеллы: Chesshire