Классный Номер.

Глава 37. От имени Эмери.

– Разве ты не работаешь сверхурочно сегодня вечером?– спросил Джимми, симпатичный рыжеволосый официант.
– Нет, я работаю всю неделю. У меня ранние смены.
Чтобы я мог пойти домой и приготовить ужин для Эйба. Из-за всех этих поздних смен я ни разу не готовил для него на этой неделе. Он всегда готовил ужин, когда я приходил домой. Как бы мне ни пригодились дополнительные деньги, мне нужно было найти время и для Эйба.
– Ладно. На этой неделе ты действительно выкладывался по полной.
– Да. Ещё раз спасибо, что помог мне на этой неделе.
Джимми был приятным парнем и работал в одни и те же смены, чтобы научить меня. Я всё ещё был новичком. По крайней мере, я больше не ронял посуду и не проливал ничего на клиентов. В мой первый день один клиент так пристально смотрел на меня, что я трясся от волнения. Это была его вина, что моя рука так дрожала, что я поставил тарелку с супом слишком близко к краю стола, и она упала ему на колени. Теперь я умел улыбаться и подавлять свои нервы, даже когда некоторые посетители заставляли меня чувствовать себя неловко.
Несколько раз мне подсовывали номера мобильных телефонов, или кто-то делал навязчивые замечания. Однажды один из посетителей не переставал меня трогать. Он почти заставил меня чувствовать себя виноватым за большие чаевые, которые он мне оставил, но я не сделал ничего плохого. Вряд ли меня можно винить за то, что люди дают мне хорошие чаевые. Некоторые официанты, работающие здесь уже давно, не слишком меня любили.
Это делало доброту Джимми ещё более особенной.
– Кстати, – сказал он. – Ты собираешься ему позвонить?
– Позвонить кому?– я проверил свой телефон. Эйб написал мне, что будет дома примерно на час позже, чем обычно.
Хорошо, у меня будет больше времени, чтобы подготовить для нас приятный вечер.
– Тот последний парень, которого ты обслуживал. Не думай, что я не заметил бумажку, которую он тебе подсунул.
– О, он? Я выбросил его в мусорную корзину. Даже не стал читать.
– Почему? Он выглядел богатым и, кажется, был увлечён тобой.
Я улыбнулся ему.
– Если бы я захотел стать «сахарным ребёнком», поверь, я знаю, как это сделать.
– Похоже, у тебя уже есть кто-то. Правда?
– Может быть. Я взвалил сумку на плечи.
– А у тебя?
– Ты ждёшь, что я буду отвечать, когда сам не даёшь мне прямого ответа?
Я кивнул.
Он огляделся по сторонам, а затем прошептал мне на ухо. Я задохнулся.
– Брюс?
Он закрыл мне рот рукой и приложил палец к губам:
– Тише. Мы не говорим об этом вслух. Чёрт, может, мне и не стоило ничего говорить, но ты выглядишь так, будто умеешь хранить секреты.
Я оттолкнул его руку.
– Не волнуйся. Я могу. Я ничего не скажу о том, что ты трахался с официантом.
У меня был свой секрет, который я бы не хотел, чтобы кто-то узнал.
– Это просто секс. – Тоскливое выражение его лица говорило об обратном.
– Увидимся завтра, – сказал я.
Он рассеянно помахал рукой. Я выскользнулчерез задний вход и вышел в безоблачный день. После стольких часов, проведённых в кондиционированном ресторане, я наслаждался теплом солнца на своей коже.
По дороге домой я заехал в продуктовый магазин, чтобы купить кое-что на ужин, а также закуски и пиво для Эйба. Конечно, мне пришлось показать им своё удостоверение. Парень посмотрел на мой поддельныйдокумент, потом покачал головой, словно его это не беспокоило, и выписал продукты. Эйб, наверное, прочитал бы мне лекцию о том, что я покупаю для него пиво, но какого черта? Если по закону я мог спать с этим человеком, то уж точно могпокупать ему пиво.
После почти двух недель жизни с Эйбом каждый раз, когда я парковался, мне приходилось сидеть пару минут, чтобы дать реальности опуститься на землю. Наш дом. С тех пор как отец избил меня, я ничего о нём не слышал. Казалось, он умыл руки, и это было очень хорошо. Я беспокоился, что он может создать проблемы для нас с Эйбом, но пока всё в порядке.
Я быстро принял душ и вымыл волосы. Теперь я делал это в два раза чаще, чтобы избежать запаха ресторанной еды, прилипшего ко мне. Однажды вечером Эйб обнюхал меня и в шутку спросил, почему от меня у него пересохло во рту и ему вдруг захотелось есть. В итоге я оказался с раздвинутыми ногами на диване, а мои руки запутались в его волосах, пока он занимался именно этим.
Вернувшись на кухню, я с улыбкой переставлял вещи в кладовке. Эйб всегда запихивал вещи обратно в любое место, когда торопился, хотя в последнее время он больше старался запомнить, как я организовал нашу кладовку.
Звонок в дверь испугал меня. Я замер. Человек, стоящий по ту сторону двери, наверняка ошибся домом. Но звонок раздался снова.
Как любопытно. Кто мог прийти сюда? Мы ещё не познакомились ни с кем из соседей.
Я открыл входную дверь, и под моими ногами зашевелились тектонические плиты. Я прижался к двери.
– Мэнди?
Она ничего не сказала. Просто стояла на ступеньке и смотрела на меня, как на букашку под микроскопом. Я приготовился к её ненавистным словам. Она полностью отгородилась от Эйба, игнорируя его звонки, а Тереза оказалась верна своему слову и сменила замки.
Почему же она молчала?
Она быстро моргнула, и по её щекам потекли слезы. С тех пор как началась вся эта история с Эйбом, я никогда не чувствовал себя так ужасно, как тогда.
– Мне очень жаль.
Из её уст вырвался всхлип, и она бросилась ко мне. Я поднял руку, чтобы отразить удар по голове, но она крепко обняла меня. Её тело содрогалось от рыданий. Я отпустил дверь, позволив своим рукам безвольно повиснуть по бокам. Должен ли я обнять её в ответ?
Я не понимал. Почему она обнимала меня? Разве она не собиралась ударить меня? Поругаться со мной за то, что я разрушил её семью? И всё же она прижалась ко мне, положив голову мне на плечо.
– Мне очень жаль, – всхлипывала она. – Мне так жаль, Эм-Эмери. Это всё моя вина.
Ей было жаль? О чём ей было сожалеть?
Я проводил её в дом и закрыл дверь. Когда она была в таком состоянии, разговаривать с ней было бесполезно, поэтому я ждал и неловко похлопывал её по спине. Друг? Родитель? Какой ярлык подойдёт?
Её дрожь улеглась, и она фыркнула. Она опустила руки и отступила назад, вытирая лицо тыльной стороной ладоней.
– Ты, наверное, ненавидишь меня? – спросил я.
– Ненавижу тебя?– она глубоко вдохнула. – Нет. Я ненавижу своего отца за то, что он так с тобой поступил.
– О чём ты говоришь?
– Я чувствую, что это моя вина. Я просила его присматривать за тобой, а он всё это время хотел спать с тобой, использовать тебя. Мне становится так плохо каждый раз, когда я думаю об этом, Эмери. Как он мог так поступить с тобой?
– Что сделать со мной? – я покачал головой. Её слова не имели смысла. – Что Эйб сделал со мной?
– Он манипулировал всей ситуацией и воспользовался тем, что ты очень нуждался в чьей-то помощи.
Это и было причиной её расстройства?
– Нам нужно сесть.– я подтолкнул её. – Я собираюсь приготовить ужин. Давай поговорим на кухне.
Она прошла за мной на кухню и села за стол. Я протянул ей бутылку воды, хотя она и не просила. Она отпила из неё.
Я сел напротив неё и сцепил руки на столе. – Мэнди, твой отец из тех, кто может манипулировать кем-то?
– Я...– она нахмурилась. – Я не думала, что он может быть таким.
– Так почему ты думаешь, что он манипулирует мной?
– Ты всего на пару лет старше меня. Он может быть твоим отцом. Как я могу не винить его за это? Он должен знать лучше.
– Ты должна знать, что твой отец - хороший человек. Ты всегда видела его таким, но после развода ты стала относиться к нему свысока и сомневаться в нём. Он всё тот же человек. Просто влюблён в меня.
– Эмери...– Она тяжело сглотнула.
– И я в него влюблён. – я упёрся руками в колени. – Если кто и виноват, так это я. Он столько раз пытался сопротивляться мне, но я ничего не мог поделать с тем, что чувствовал к нему.
– Ты хотел этого?
Я медленно кивнул и улыбнулся.
– Он делает меня счастливым, и с ним я чувствую себя в безопасности. Он хорошо заботится обо мне, Мэнди.
– И вы занимаетесь сексом.
– Да.
– О боже. – Мэнди застонала и закрыла глаза. – Что, чёрт возьми, здесь происходит? Я уже не знаю, что и думать. Мама разглагольствует об изменах отца, а теперь ты говоришь, что любишь его. Что я должна чувствовать?
– Эйб любит тебя и никогда не переставал любить. То, что ты отгородилась от него, причинило ему боль, Мэнди. Очень больно.
Она фыркнула:
– Ну, у него есть ты.
– И это не имеет никакого отношения к вашим отношениям. Ты его дочь. Его единственный ребёнок. Вы всегда были так близки, и вдруг ты отказалась от него.
– Он изменил моей маме с тобой, Эмери. Что ещё я должна делать? Вести себя так, будто ничего не произошло? Тогда я бы предала свою маму.
– Не предашь. Эйб изменил ей со мной. Он изменил ей, но не тебе!!! Пусть они сами разбираются между собой, но ты не должна вмешиваться. Если бы у меня был такой отец, как Эйб, я бы никогда его не отпустил.
Она скривила лицо.
– Это странно звучит из твоих уст.
– Может быть, но это правда. И я знаю, какой он хороший парень, и я не собираюсь его отпускать, так что, надеюсь, ты не будешь против.
– Ты правда его любишь? Эмери, он такой...
– Добрый и внимательный? Тёплый и любящий? Да, он весь такой и строгий со мной, когда мне это нужно.
Она открыла рот, как будто собиралась возразить, её плечи подтянулись к ушам. Она тяжело вздохнула и опустила плечи.
– Ты прав. Он всегда был таким. Но как мне дать маме понять, что я не против?
– Никто не должен заставлять тебя чувствовать себя виноватой за то, что ты любишь своего отца. Я не хочу этого говорить, но я должен. Твоя мама играет на твоих эмоциях, чтобы привлечь тебя на свою сторону, а не на сторону Эйба, но ты не должна выбирать сторону.
– Папа говорил мне то же самое, но ты не знаешь, каково это. Если она плохо отзывается о папе, а я не соглашаюсь и напоминаю ей, что, возможно, развод - это к лучшему, ведь они так часто ссорились, она смотрит на меня как на предателя.
– Я прошу прощения за всё.
– Так ты серьёзно относишься к моему отцу?– она протянула руку. – Вы живете вместе.
– Да. У нас всё серьёзно.
– Ты выйдешь за него замуж?
Я прочистил горло:
– Этот вопрос ещё не поднимался.
– Но если он попросит тебя?
– Я скажу – да.
– О боже. Ты глубоко упал.
Я хихикнул.
– Да. Он - всё, что я когда-либо хотел видеть в парне, Мэнди. Мне жаль, что всё так вышло и как мы начали, но я не могу жалеть о результате.
– Понятно.
– Так ты перестанешь на него злиться?
Она побарабанила пальцами по столу.
– Может быть.
– Мэнди! Пожалуйста. Это будет иметь для него огромное значение.
– Хорошо, но он причинил боль маме. Если он причинит боль и тебе...
– Его романтические отношения не должны влиять на то, что он отличный отец.
– Может, и так, но ты мой самый близкий друг. – она сморщила нос. – О боже, если ты выйдешь за него замуж по-настоящему, я тоже буду называть тебя папой?
– То есть только, когда мы будем на людях, – пошутил я.
Мэнди разразилась хохотом, её веселье успокаивало. Наконец-то всёпрояснилось.
– Не волнуйся. Это твоё наказание за то, что ты спал с моим отцом. Я буду называть тебя папой всё время, если ты выйдешь замуж.
– Не начинай. Ты сбиваешь людей с толку.
Она хихикнула:
– Не могу дождаться.
И в какое-то мгновение я словно протрезвел.
– Кстати, как ты узнала, где мы живём?
– В тот вечер, когда ты сказал нам, что ушёл из группы поддержки. Ты так уклончиво рассказывал о том, где живёшь и так далее. У меня возникли подозрения, и я подумала, что ты просто так говоришь, поэтому не стала волноваться. Я следила за тобой в ту ночь.
О нет. В ту ночь мы с Эйбом целовались на подъездной дорожке. Моё лицо горело.
– Так ты узнала?
– Да. Я была чертовски шокирована. Пришлось несколько раз останавливаться по дороге домой.
– Мне жаль, что ты узнала таким образом. Клянусь, мы планировали рассказать тебе. Мы просто хотели сначала оформить развод.
– Вы должны были сказать мне об этом с самого начала, но я вас прощаю.
– Спасибо.
– Кстати, ты можешь больше не беспокоиться о Присте. Я слышала, что родители забрали его из школы, и он больше не вернётся.
– Правда?
Что ж, это было облегчением. Одним поводом для размышлений стало меньше. Как я мог встретиться с ним после его последнего трюка?
– Да. Я не поверила ни единому слову, которое они сказали о тебе.
– Спасибо. – я встал. – Я должен начать готовить. Хочешь остаться на ужин со мной и Эйбом?
– Ммм...– она тоже встала. – Может быть, в другой раз. Думаю, мне всё ещё нужно всё обдумать.
– Но я могу сказать твоему отцу, что ты больше не сердишься на него, не так ли?
Она кивнула:
– Конечно. Я разблокирую его.
– Это было жестоко.
– Да, но меня ужаснула мысль, что он воспользовался тобой.
– Ну, теперь ты знаешь точно. Твой отец - милый человек.
– Не заставляй меня блевать. – она рассмеялась и вышла из кухни. – Мне пора домой. Но, Эмери...
– Да?
– Будь осторожен. Моя мама не любит проигрывать.
Ей было нелегко сказать мне это.
– Я буду……