Глава 9
Вой теней по-прежнему оставался самой животрепещущей темой, и писали о нем почти все газеты, каждая на свой лад. И если влияние воя на здоровье интересовало только тех, у кого это здоровье хромало, то природа теней интересовала куда более широкую публику. Ученые и богатые алры одинаково хотели заполучить теней в свое пользование: одни для исследований, другие для хвастовства перед менее богатыми гостями. А потому после второй охоты черноорденовцев и генералов засыпали письмами с предложениями о покупке теней и цийронов за их необычную шкуру порой предлагали столько, что можно было уйти со службы на пару лет и при этом гулять на широкую ногу где-нибудь на источниках или в виноградниках со всеми удобствами и всеми удовольствиями, какие только душе угодны.
Но ворота открывались лишь по воле короля, а само королевство окружал силовой щит, доступа к которому ни орденовцы, ни генералы не имели. А потому если кого и прельстило подобное предложение, то оставалось лишь ждать, когда тени завоют в очередной раз.
И пока особо озабоченные умы ожидали нового воя, умы менее озабоченные ждали праздника в честь наступления осени. Смена времени года - всегда большой праздник. И в этот раз король решил отметить его своим присутствием в Красном ордене, о чем новостей тоже было предостаточно. Кроме того Седрик решил отмечать не в королевских залах, а это означало, что любой желающий алр мог попасть на праздник с королем, не имея при этом королевского приглашения!
Практика подобных праздников была не нова, но после разрушения королевства Седрик впервые устраивал подобное торжество, а потому все королевство было в предвкушении и волнении.
Предпраздничная суета охватила и Виеру. Приодеть Ария ей хотелось даже больше, чем саму себя. Но Арий ссылался на бесконечные дела и никак не мог выкроить для нее времени. Обиженной Виере пришлось отправляться за покупками с Шоном, который вился рядом с пугающе навязчивой услужливостью.
У Ария же в действительности никаких бесконечных дел не имелось и самой большой его бедой была Виера. Он не мог придумать, как от нее избавиться. Как-то у него даже проскочила мысль заказать ее убийство. Конечно, мысль эта была очень нехорошая и Арий бы никогда так не поступил, но его начинало настораживать, что он вообще об этом думает. Наверное, из-за теней. Не зря ж говорят, что от их воя можно сойти с ума.
Но для сумасшедшего чувствовал он себя слишком хорошо. Настолько, что мог ни с того ни с сего начать улыбаться на ровном месте, что в приличном обществе считалось тоном довольно странным. Но Арию было все равно. Ведь он танцевал с королем!
Вот и в первый день осени, заходя с Виерой в праздничную залу в Красном ордене, он улыбался счастливой мальчишеской улыбкой и сердце у него трепетало от волнения, как давно не трепетало перед началом праздника. Что же такое случилось, что король решил устроить праздник подобным образом? Значит ли это, что он будет по-настоящему веселиться? Может, Арию снова позвать его танцевать?
И вот Арий улыбался уже во все зубы, а Виере становилось не по себе от его улыбки.
- У вас, кажется, очень хорошее настроение? - с беспокойством уточнила она и крепче стиснула его локоть.
Арию никогда не нравилось, как она цепляется ему в локти. А сейчас от ее цапаний ему стало особенно противно. Настроение упало куда-то ниже первого этажа. Улыбка на его губах застыла и теперь походила на оскал.
Как спровадить Виеру? Как вообще расторгнуть эту дурацкую помолвку? Как?! Ему нужно было у кого-то спросить, но он не знал, у кого. Столько орденовцев, а ни к одному нет доверия. Он один в бушующем вихре праздника и если кто его и спасет, то только король. Да, именно! Надо ему все сказать! Во всем признаться! Сегодня! Быть смелым! Седрик бы не стал с ним танцевать, если бы Арий ему не нравился. От одного воспоминания об их тесных объятиях у Ария кружилась голова. Но Виера отрезвляюще цеплялась в локоть.
Просторные залы с высокими кессонными потолками были украшены пестрыми лентами и нежными цветочными гирляндами. И хотя залы эти были лишены блеска золота и мрамора, охра настенных красок и темный дубовый паркет как нельзя лучше передавали настроение приближающейся осени. В воздухе пахло терпким сладким вином, свежими ягодами и всеобщим возбуждением. Из соседней залы доносилась игривая мелодия озорных скрипок.
- Я вас сегодня не отпущу, - серьезным тоном заявила Виера, так и не дождавшись от Ария никакого ответа.
Арий только неопределенно хмыкнул. Как будто догадалась, что он бросить ее хочет!
- И пить вам совершенно нельзя, - продолжала Виера свои нравоучения, ведя его в сторону залы со скрипками.
- Один бокал за короля можно, - буркнул Арий. А можно и не один. С каких пор она решает, что ему можно, а что нельзя?!
И тут вдруг увидел короля. Они пропустили его выход!
Седрик и правда вышел сегодня намного раньше обычного. И если прежде он даже на праздники являлся в скромных темных одеждах, то сегодня на нем был наряд из алого струящегося шелка. Тонкая ткань выгодно обрисовывала его фигуру: сильную, гибкую, грациозную.
Арию стало жарко от одного взгляда на него. Он никогда не видел короля в таком наряде и теперь догадывался, почему Седрик так не одевается. Ведь ему не нравилось, когда на него смотрят. А в таком наряде непременно будут смотреть!
Вот и Арий не мог отвести глаз.
- Пойду поприветствую Его Величество, - с чувством выпалил он.
- Я с вами, - настояла Виера.
Арий глянул на нее так, будто она его укусила. На что Виера только недовольно скривила губы и плотнее сжала его руку, не собираясь отпускать. Она теперь окончательно убедилась в том, что Арий повредился умом из-за теней. Ведь до первого визита в разрушенное королевство он таким не был! Виера была готова его спасать, надеясь, что эта жертва вдохнет какую-то жизнь в их бездыханные отношения.
А Арий был готов отбиваться от нее, лишь бы выбраться из ее хватки. Но это было так унизительно! Сейчас он был готов искать спасения даже у Дитриха. И к своему счастью, увидел знакомое лицо.
- Элиот! - гаркнул Арий таким радостным тоном, будто весь вечер только его и искал. - На пару слов!
Скучавший неподалеку Элиот подошел ближе и вежливо поклонился им обоим. Арий наконец выскользнул из когтей Виеры и поманил Элиота за собой. И Элиот покорно пошел следом.
- Отвлеки ее, - процедил Арий сквозь зубы, делая выразительные глаза в сторону опостылевшей невесты.
Элиот проследил за его взглядом и сокрушенно вздохнул - разговоры никогда не были его сильной стороной.
- Не уверен, что смогу, господин генерал, - честно признался он.
- Просто поговори с ней! - властно шикнул Арий, готовый тут же удирать, если Элиот откажет.
А Элиот лучше бы еще раз с тенями подрался, чем генеральскую невесту отвлекать: она косилась на него с таким подозрением, что ему страшно было к ней подходить.
- Как прикажете, - откликнулся он безнадежным тоном, отвесив Арию легкий поклон.
И Арий преисполненный радости поскакал к королю. А Элиот пошел к Виере с таким чувством, будто она его сейчас сожрет.
- У господина генерала появились важные дела, - невозмутимо сообщил он с каменным лицом. - Я составлю вам компанию?
Виера даже не глянула на него. Все смотрела вслед Арию и ничего не понимала. Раньше ведь без проблем вдвоем подходили.
- И какие же это у него дела? - язвительно бросила она, переведя взгляд на Элиота.
- Дела королевской важности, - невозмутимо ответствовал тот.
Виера вперила в него пристальный взгляд, ожидая хоть каких-то подробностей, но Элиот только бестолково хлопал глазами в ответ, как отбившийся от стада теленок.
- Могли бы ради приличия придумать отговорку поинтереснее, - уколола Виера.
Элиот внутренне сконфузился, но внешне этого не показал.
- Нам не полагается придумывать отговорки, - заметил он. - Скоро начнутся танцы. Не желаете потанцевать?
Виера глянула на него, как на дурочка. С таким же успехом ей можно было танцевать с шифоньером.
- Вы мне по росту не подходите, - сухо заметила она, а самой так обидно стало. Этот праздник обещал побить рекорд предыдущего по своей паршивости.
Элиот придал лицу выражение виноватой вежливости, а сам был рад, что танцевать в итоге не пришлось.
- Вы правы, - согласился он и посмотрел поверх чужих голов, надеясь, что Арий уже достаточно далеко и его невесту можно больше не отвлекать.
Виера тоже глянула в том направлении, но за чужими спинами Ария ей не было видно. И не было ничего хуже, чем чувствовать себя брошенной в самом начале праздника. Может, Арий мстил ей за прошлый раз? Хотя она очень сомневалась, что он на такое способен, учитывая его вечное к ней невнимание.
- Тогда желаю вам хорошего вечера, - дежурно проговорил Элиот, которому и дальше находиться в компании Виеры становилось очень неудобно.
- О нет, нет! - резко встрепенулась та и взглянула на него милостиво и любезно, как кошка, что прячет острые коготки в мягкую лапку. - Простите мне мою неучтивость! - замурлыкала она оттаявшим голосом. - Для танцев я чувствую себя совсем не важно, но вашему обществу буду только рада. Как думаете, правду ли говорят, что от воя теней можно сойти с ума?
И раз уж она неважно себя чувствовала, Элиот не мог ее бросить и под руку повел к ближайшему диванчику, чувствуя себя при этом тоже совсем не важно.
- Не думаю, что кто-то из нас способен сойти с ума от их воя, - возразил он, пряча за напускным спокойствием досаду, - мы достаточно выносливы, - а про себя думал, хватит ли ему выносливости пережить ее компанию.
- Но Арий так юн, - сокрушалась Виера.
- Он ученик Его Величества, - попытался успокоить ее Элиот, искренне веруя в их генерала вопреки его юным годам.
Но Виеру это не утешило. И хотя она уже расспрашивала Шона, расспросить еще одного орденовца ей показалось удачной идеей, чтобы сравнить мнения. А потом выведать-таки, чего ему Арий на ее счет наговорил.
И пока Элиот отвечал на расспросы Виеры, Арий топтался среди гостей, ожидая своей очереди поприветствовать Седрика.
Толпиться слишком плотно вокруг короля было очень невежливо, а потому желающие поговорить с ним лавировали вокруг, стояли поодаль, стараясь быть достаточно заметными, но при этом не слишком навязчивыми. Вот и Арий занял удобную позицию и пока радовался тому, что мог просто любоваться Седриком. Ему было видно каждую небрежную складку его одежд, и от мысли, что мог бы почувствовать его шелк своей кожей, у Ария перехватывало дыхание. Мечтательная улыбка бродила на его лице. И мысли тоже бродили...
Красный - цвет любви. Надо было и ему одеться в красное, как предлагала Виера. Что хотел сказать король своим нарядом? Что он любит всех? Или кого-то конкретного? Может, Ария? От таких догадок душа наполнялась неизъяснимым восторгом, хотелось безудержно улыбаться и смеяться, и Арий едва сдерживался. А то подумают, что он немножко не в себе.
Будешь тут в себе! Под громко бухающее сердце и далекую трель скрипки он то и дело повторял про себя слова признания, боясь, что как только выйдет к Седрику, то все забудет.
Седрик говорил с Эмили. Арий чувствовал, что он следующий: Седрик уже несколько раз смотрел на него. И Арий изнывал от нетерпения. Да поскорее, Эмили!..
Внезапно по зале прошлась мощная кольцевая волна от центра к стенам. Как порыв ветра, что влетает в распахнутое окно и сметает с письменного стола аккуратно разложенные листы, а затем швыряет их по всей комнате, так и эта волна разбросала гостей по зале, выбивая из них испуганные вскрики.
Только король остался стоять на месте. Но в центре залы он был не один. Рядом с ним стоял Рэйга.
Это поняли даже те, кто никогда прежде его не видел. И скорее не поняли, а почувствовали: такую ненависть, такую ярость невозможно было не почувствовать. Его злоба пронизывала души острыми иглами, лишала возможности двигаться и заставляла трепетать сердца в колючем и всеподавляющем страхе.
Один только Седрик не боялся. Он знал, что Рэйга его ненавидит. Знал, что Рэйга освободился. Знал, что Рэйга придет за ним сегодня.
Со скорбной улыбкой Седрик вынул из широкого рукава тонкий меч. Он знал, что не победит. Но не драться не мог.
Рэйга первым сорвался с места.
Скрипка в соседней зале испуганно сникла и ей на смену пришло лязгающее пение холодной смертоносной стали. Седрик и Рэйга кружились алым шелком и черной тенью в опасном и жестоком танце. Застывший вместе с прочими Арий наконец нашел в себе силы отлепить от себя врезавшуюся в него Эмили и самому отлепиться от стены. От удара мечей сердце его каждый раз замирало в ожидании самого худшего.
В мыслях звенело только одно: ему нужно туда, спасать Седрика! Невидимый щит не пускал. Значит, надо его сломать! В нахлынувшей панике Арий забыл про блокирующие печати и принялся биться о щит с особым остервенением, даже не разобрав, что тот поставлен королем.
Как вдруг Рэйга ранил Седрика. Упав на колено, Седрик выронил меч и схватился обеими руками за раненый бок.
Сердце у Ария оборвалось. Щит перед ним рассыпался и он влетел на арену боя не до конца осознавая происходящее. На его глазах Седрик сделался тонким и прозрачным, как заиндевелый хрусталь, и рассыпался без звука и пыли вместе с изрезанными одеждами и мечом.
Тишина повисла настолько ужасающая, что никто не посмел даже вскрикнуть. Только ленты украшений шелестели под потолком тревожно и печально. Арий все еще смотрел туда, где только что был Седрик, где его теперь не было, и это никак не укладывалось в его голове - там настало какое-то мысленное онемение, как бывает совершенно бесчувственно место, в которое пришелся очень болезненный удар. Он так и замер в неловкой позе с протянутыми руками - не то собираясь упасть, не то выпрямиться. Не дотянуться до короля.
Короля не стало.
Острие меча уперлось ему в грудь, и Арий перевел ошарашенный взгляд на Рэйгу, чувствуя, как внутри него тоже что-то посыпалось без звука и пыли.
А Рэйга смотрел на него глазами цвета вечернего неба. Такими красивыми синими глазами с осколками чистой лазури. Такими жестокими и безразличными глазами. Его бледное лицо с идеальными чертами было холодно и прекрасно, как бывает холодно и прекрасно лицо равнодушной, бесчувственной статуи. Как бывает холоден и прекрасен солнечный зимний день, в котором нет ни намека тепла. Только кудрявые черные волосы мягко растрепались до самого пояса. Единственное, что было в нем мягкого. Сквозь изодранную черную рубашку на теле не виднелось ни царапины.
Рэйга нажал на меч и его кончик распорол ткань генеральского жакета.
Но Ария как парализовало. Зачем отступать? За что сражаться? Пусть его лучше убьют!
И словно сквозь оглушение в замедленном действии видел, как из разных углов залы с мечами и без мечей бросились к Рэйге и другие генералы, и орденовцы, и главнокомандующий. Один Арий ничего не мог сделать и просто стоял и смотрел, как Рэйга опять отмел всех к стенам. Всех, кроме Ария. Не заметил. А потом чиркнул мечом по воздуху и шагнул в серебристый разрез.
И тут у Ария в голове тоже что-то чиркнуло и он со всех ног кинулся за Рэйгой в этот разрез с одной только мыслью: убить или умереть!