Финал
Кристиан сидел в пустынном зале церкви и молча смотрел на огромное распятие на белоснежной стене. Он держал в руках смятый лист с клятвой, которую он должен был произнести перед алтарем. Над текстом он корпел всю ночь, несколько вариантов оказались в мусорном ведре, а в последнем он все еще не был уверен.
– О чем думаешь?
Отец Фолкнера-младшего появился из ниоткуда. Жених посмотрел на него грустным и уставшим взглядом и молча вручил ему лист. Аксель бегло прочитал текст и улыбнулся уголком рта.
– Сам писал?
Кристиан кивнул. Сейчас он четко понимал, что любит Эву. А после фиктивной свадьбы их история закончится. Кто же знал, что все так обернется?
Аксель сел рядом с сыном и вернул ему клятву.
– Сынок, что бы я тебе ни говорил всю твою жизнь, в глубине своей души я считаю, что воспитал достойного человека. Ты искренний, добрый, внимательный – и это твои самые сильные черты. Я очень горжусь тобой, несмотря на наши разногласия. И если ты считаешь, что Эва – твоя судьба, сделай ей предложение по-настоящему. Вся наша жизнь – это длинная череда выборов и их последствий. И твой выбор привел тебя к тому, что ты нашел свою любовь.
– А если она мне откажет?
– Она будет полной дурой. Я попрошу помощника отправить на ее адрес бутылку с кетчупом.
– Зачем? – Кристиан приподнял одну бровь в недоумении.
– Чтобы локти было вкуснее кусать, когда она поймет, кого упустила.
Мужчины рассмеялись. После слов отца жениху действительно стало немного легче.
– Извини, но я должен встретить кое-кого, – сказал Аксель и, поправив галстук, встал с места, собравшись уходить.
– Погоди. У тебя есть ручка?
Мужчина отдал своему сыну именную металлическую ручку, которую всегда носил с собой на всякий случай.
– Смотри, чтобы она не протекла в самый ответственный момент, – не сказав больше ни слова, он вышел на улицу.
Кристиан же принялся вновь править свою клятву. На этот раз он был настроен решительно.
***
Жених стоял у алтаря, переминаясь с ноги на ногу от волнения, пока его невеста пыталась унять мандраж в келье. Она понимала, что это конец. В следующий раз они встретятся, чтобы Крис передал ей чек, а еще через несколько месяцев разведутся. Она погасит долг, но эта мысль больше не вызывала у нее радости. Единственное, чего ей хотелось, так это признаться Кристиану, что она влюбилась в него по уши.
Эва никогда не испытывала ничего подобного даже к Бьерну. В ночь перед свадьбой она решила, что ей не нужна больше Франция, если Фолкнер не полетит туда с ней. Она не станет восстанавливаться в университете, если это будет значить, что в их истории поставлена жирная точка. И ни одна кошка в мире не скрасит ее одиночество, если она не будет вместе с Кристианом.
– Если ты не перестанешь дрожать, я нарисую тебе кривые стрелки, – проворчала Софи.
Подруг у Эвы больше не было. С Моникой она перестала общаться практически сразу после того, как в ее жизнь вернулся Бьерн. Эта идиотка встала на сторону бывшего парня Баккер и высмеяла свою приятельницу за то, что она сама его спровоцировала. Поэтому в качестве свидетеля и подруги невесты она попросила выступить девушку лучшего друга своего будущего мужа.
– Прости. Весь день ничего не могу с собой поделать. Кажется, еще чуть-чуть, и у меня сердце выпрыгнет из груди.
Баккер не могла никому рассказать об их с Крисом афере. От этого становилось еще хуже.
– Ты должна сиять сегодня. Это твой день. А если кто-нибудь посмеет его испортить, с ним разберется Ио, – Софи хихикнула, словно ребенок. – Медленно вдохни и выдохни.
Эва набрала в легкие побольше воздуха и постаралась медленно выдохнуть.
– Вот так, прекрасно. А теперь дай мне внести последний штрих в твой макияж.
Как только Софи закончила рисовать вторую стрелку, она достала из кармана невидимку и заколола ей одну из прядей.
– Что-то новое, что-то старое, что-то голубое и что-то взятое взаймы. Вернешь заколку когда-нибудь потом, – улыбнулась девушка. – Я взяла ее у матери, она счастлива в браке. Поэтому все правила соблюдены.
– Я не нашла ничего голубого, – девушка вздохнула. – Мама Криса подарила мне свое жемчужное колье, которое ей купили несколько лет назад. Новое – платье и туфли. Ты дала заколку своей мамы взаймы. А голубого ничего нет...
Баккер уже была готова расплакаться. Она никогда не верила в традиции, но почему-то именно сейчас ей захотелось, чтобы все было «как у всех». На ее глазах начали блестеть слезы.
– Нет! Ты не будешь плакать! – командным тоном произнесла Софи, пытаясь успокоить невесту. – Я сейчас выйду к гостям и попрошу у них что-нибудь. Договорились? Только, пожалуйста, не испорти макияж!
Неожиданно дверь кельи скрипнула. Эва решила, что это кто-то из друзей Криса пришел ее поторопить, однако перед дней возник отчим.
– Какой же ты у меня выросла красавицей, – нежно улыбнулся Томас, глядя на свою падчерицу в подвенечном платье.
Эва молча смотрела на мужчину и не знала, что сказать. Ее губы задрожали.
– Ну-ну, – Уле обнял девушку крепко, по-отечески. – Не плачь.
– Откуда ты...
– Это неважно. Разве я мог пропустить твою свадьбу? – он тихо засмеялся. – Пойдем. Там уже все собрались. Позволишь проводить тебя до алтаря? Я мечтал об этом с того дня, как мы впервые познакомились.
Эва улыбнулась и кивнула. Томас подставил ей свой большой локоть, а она схватилась за него своей миниатюрной ручкой.
***
Фолкнер заметил тестя только тогда, когда Эва встала напротив него. Все это время он завороженно любовался ее красотой. Свадебное платье, которое они так долго выбирали с его мамой, смотрелось на ней шикарно.
Видимо, у них все пошло не так, как они задумали. Кристиан заметил, что в самом конце зала сидят его родители вместе с мамой невесты. Но он не подал виду.
– Возлюбленные, вы слушали слово Божие, напомнившее вам о значении человеческой любви и супружества. Теперь от имени святой церкви я желаю испытать ваши намерения, – начал литургию старый священник после того, как завершил проповедь.
– Извини, Эва, сегодня кое-что еще пойдет не по плану, – прошептал Кристиан, когда они взялись за руки. – Пообещай, что простишь меня.
– Что? – ее голос предательски дрогнул.
Эва и без того нервничала. А когда ее жених заявил, что сейчас что-то вновь поменяется, она почувствовала, как у нее подкашиваются ноги. Девушка даже не слышала, что говорит священник, а просто уставилась на лицо своего жениха, стараясь делать вид, что все идет как надо.
Когда настала очередь Фолкнера произносить клятву, он попросил микрофон. Крис достал из кармана пиджака листок и начал читать с него:
– Для начала я хочу извиниться перед всеми собравшимися. Изначально все затевалось только для того, чтобы решить наши с Эвой проблемы.
По залу пронесся громкий шепот. Лишь Аксель и Томас сидели и улыбались на задних рядах, вызывая еще большее недоумение у гостей.
– Вы не ослышались. Мы решили соврать всем вам. Мы встретились с Эвой около месяца назад и договорились, что эта свадьба для нас всего лишь фикция. Но именно это решение стало началом удивительной истории, о которой, я думаю, можно снять отличный сериал.
«Что он несет, мать его?!» – у невесты от стыда щеки стали пунцовыми. Она хотела было что-то сказать, но все слова застряли комом в горле. От бессилья у Эвы прыснули слезы.
– Сейчас я стою здесь, чтобы пообещать тебе свою любовь, верность и заботу – не только сегодня, но и каждый день в нашей жизни. Я клянусь быть твоей опорой в трудные времена и разделить с тобой радость в моменты счастья. Я клянусь слушать тебя, даже когда слова путаются, и слышать тебя, даже когда ты молчишь. Я клянусь смеяться с тобой, мечтать вместе с тобой и расти рядом с тобой. Я обещаю беречь твои мечты, как свои собственные, и всегда напоминать тебе, как сильно ты любима. Мой отец сегодня сказал, что вся наша жизнь – это череда выборов и их последствий. Ты – мой лучший выбор. А наше знакомство – мое главное приключение. И я обещаю выбирать только тебя. Сегодня и каждый день, до самого конца, – оторвавшись от текста, Кристиан спросил: – Эва, ты станешь моей женой, но по-настоящему?
– Что? – снова спросила Эва. От нахлынувших эмоций она даже не поняла, чего хочет ее жених.
– Скажи «да»! – крикнул шафер Кристиана.
– Если ты откажешь ему, я задушу тебя подолом твоего же платья! – пригрозила Иоланда.
Обескураженный священник молча наблюдал за происходящим и не знал, что сказать. Кажется, в его практике подобное было впервые.
Эва, позабыв про макияж, вытерла слезы. Тушь вместе с подводкой размазались по векам, из-за чего она стала напоминать панду.
– Я ненавижу тебя, Кристиан Фолкнер, – процедила она.
В зале стало оглушительно тихо. Только было слышно, как Ио разминает пальцы – так сильно хрустели ее суставы в церковной тишине. Жених, кажется, тоже не ожидал такого ответа: из его рук выпал листок с клятвой, улыбка исчезла, взгляд потух, а лицо сильно побледнело. Ему казалось, что земля вот-вот уйдет из-под ног, но перед тем, как он успел что-либо сказать, девушка выхватила из рук своего избранника микрофон и сказала:
– Я клянусь, что буду всю жизнь напоминать тебе об этом. До самого конца. И даже после своей смерти я тебя не оставлю. И после твоей тоже, – а затем, набрав в легкие побольше воздуха, громко заявила: – да, черт возьми! Я хочу быть твоей женой. По-настоящему.
Крис выдохнул, схватившись за сердце.
– Я чуть не умер прямо здесь! – теперь уже из его глаз полились слезы. Он отвернулся от зала и заплакал так горько, словно любовь всей его жизни только что не согласилась выйти за него замуж, а отказала.
Баккер, точнее уже фру Фолкнер, вернула микрофон священнику и, широко улыбаясь, прошептала:
– Объявите нас поскорее мужем и женой, пока никого не пришлось отпевать.
Настоятель церкви закончил свадебную литургию и наконец-то позволил молодоженам поцеловаться. Эва прикоснулась руками к щекам своего новоиспеченного мужа и вытерла его слезы, испачкав уже его лицо тушью.
– Я впервые в жизни вижу, как плачет мужчина, – прошептала Эва. – Ты красив даже сейчас, с мокрым от слез лицом и моей тушью под глазом.
– А ты еще красивее, – так же тихо ответил ей Крис. – Даже с испорченным макияжем. Поклянись, что больше не будешь меня так пугать.
– Клянусь.
И их губы наконец-то соприкоснулись.
***
– Ну, вот и все. Что же, это были долгие и прекрасные годы соперничества, – Аксель протянул Томасу руку. – Я буду скучать, без шуток.
Их ладони впервые соединились в крепком рукопожатии.
– Ну что же ты? – усмехнулся Уле. – Оно не исчезнет, просто перейдет в другую плоскость. Скажем, праздники. Мы отмечаем Новый год и Рождество в кругу семьи.
– Ни за что. Мы и так уступили твоей падчерице, согласившись на свадьбу в церкви, – отрезал Фолкнер-старший. – Мы в это время ездим в Лиллехаммер каждый год.
– Ох, а мы никогда там не были! – влезла в разговор Линда, утерев слезы. – Дорогой, мы точно должны поехать туда вместе с новыми членами нашей семьи на следующий зимний уикэнд. Я всегда мечтала научиться кататься на лыжах и сноуборде.
– А вот настрой твоей жены мне нравится, – рассмеялся Аксель.
– Ты же голову себе расшибешь! Господи, ну какие лыжи! Какой сноуборд! – запротестовал Томас.
– Мне кажется, в первую очередь нам нужно просто собраться и обсудить все, – сказала Хелен, потирая подушечками пальцев виски. – Я так понимаю, только вы оба знали обо всем.
– Скажем так, догадались в самый последний момент, – успокоил свою супругу Аксель. – Мы можем обсудить все прямо во время застолья. Что скажешь?
– Нет уж, – фыркнула мать Кристиана. – Я хочу полностью насладиться свадьбой своего сына.
– И я того же мнения, – наконец прервала свое молчание Ингрид. – Я в шоке от поступка внука. И как он только додумался!
Родители жениха молча уставились на старуху в напряжении. Неужели все зря?
– Но! Раз, в конце концов, мой любимый и единственный внук нашел вторую половинку, я сдержу свое слово.
Аксель и Хелен дружно выдохнули. Кажется, сегодня точно никого не будут отпевать.
***
Уже сидя в машине Эва начала суетиться.
– Мы забыли! Боже мой, мы забыли!
– Что? – испуганно спросил Кристиан.
– Кольца! Мы не обменялись ими. Они остались там, на алтаре!
Фолкнер начал смеяться. Еще вчера он весь день капал на мозги своему шаферу, чтобы он их не забыл, а сейчас это ему казалось ничтожной мелочью.
– Я тут шучу по-твоему? Это важно. Какая я тебе жена, если у меня нет кольца на пальце? – Эва слегка стукнула кулаком по плечу своего мужа.
– Я их отдал Олафу накануне. Он же мой шафер. Похоже, он растерялся после того, что мы устроили в церкви.
– Нет, милый мой, это ты устроил. А я лишь ответила, – она фыркнула.
– У меня чуть инфаркт не случился! Я эту клятву всю ночь писал и корректировал прямо перед началом свадьбы! – возмутился Крис. – Сойдемся на том, что оба хороши?
– Нет уж. Я чуть со стыда не сгорела, потому что решила, что ты вздумал меня кинуть прямо у алтаря.
Они начали громко смеяться, а потом крепко сжали ладони друг друга. В зеркале заднего вида Эва заметила свое отражение. Макияж, который так старательно делала Софи, был безнадежно испорчен.
– Поехали домой? – неожиданно спросила девушка. – Плевать на ресторан. Пусть остальные веселятся. Мы же оба не хотели пышную свадьбу.
– А что мы будем делать?
– Пить вино, долго целоваться и любить друг друга. А утром я приготовлю завтрак. Как тебе такой план? У нас с тобой есть время мира, еще успеем закатить вечеринку и отметить нашу свадьбу.
– Прекрасный план, – Фолкнер поцеловал супругу и достал из кармана пиджака телефон, дабы всех предупредить. Ему не хотелось, чтобы сегодня их кто-то тревожил. А то еще решат, их неожиданный побег – часть другой аферы, о которой никто даже не догадывался.
В этот момент Олаф прислал ему видео, где они с Софи показывают свои руки, а на пальцах – их с Эвой кольца.
«Она сказала «да»!» – кричал обезумевший от счастья парень, пока избранница целовала его в щеку.
Кристиан улыбнулся. Похоже, его поступок подтолкнул лучшего друга сделать шаг, который он не решался сделать долгие годы. И он этому был несказанно рад.
– Видимо колец мы не дождемся, – цокнула языком Эва. – А он времени зря не терял.
– Зато со свадебным подарком не сломаем голову, – шутливо ответил Фолкнер. – Побудешь еще немного моей «не женой»? А потом сходим вместе в ювелирный и выберем новые кольца.
– Только лишь потому, что я хочу снять эти дурацкие туфли. Они мне все ноги стерли, – нарочито сказала фру Фолкнер, вновь поцеловала своего мужа, а уже потом пододвинулась ближе к водителю. – Извините! У нас тут все резко изменилось. Отвезите нас, пожалуйста, домой.
Водитель лишь коротко кивнул в ответ и под диктовку вбил в навигатор адрес, где жил Кристиан.