Трепет намерения

Погода в день их прибытия в Страну Воды выдалась не из лучших: мелкий дождь окутывался влажным, почти осязаемым туманом, а громоздкие волны за спиной со звуком ударялись о пришвартованные судна и причальную стену.

Сакура не выносила морских путешествий и, ступив на землю, ощутила невообразимую тошноту, а спустя всего каких-то десять-пятнадцать шагов — предательски пошатнулась. Видимо, её состояние не осталось незамеченным Какаши, который мгновенно поравнялся с ней, стоило ей только затормозить — тем самым он как будто бы оповещал, что готов подставить плечо.

Она хотела обязательно ему сказать, что всё в порядке, что она не маленькая уже девочка и что лучше бы сенсей надел поскорее плащ, а то весь промокнет, — но Какаши смерил её шутливо-непроницательным взглядом, с улыбкой отсалютовал и тут же двинулся вперёд. Только когда он поравнялся с уже прилично обогнавшими их двумя членами АНБУ, которые молчаливо сопровождали их от самой Конохи, Сакура позволила себе отрывисто задышать в надежде поскорее отогнать тошноту.

Хорошо, что Какаши пошёл вперёд, не задавая лишних вопросов.

Двое помощников мизукаге ожидали их у одной из прибрежных забегаловок. Это были мужчина средних лет, который представился как Хироши, не обозначив фамилии и не постаравшись дать тому объяснений, и невероятной красоты девушка на вид лет двадцати. Её звали Мива Учида, и она, в отличие от Хироши, встретила их сияющей улыбкой. Волосы Мивы пшеничными волнами ниспадали до самой талии, что резко контрастировало с розоватым зарубцевавшимся шрамом на щеке Хироши — Сакура так и не смогла определить, был ли он от ожога или от какой-то невероятно сильной техники.

— Рады вас приветствовать. — Мива кивнула каждому, задержав чуть дольше положенного взгляд на Какаши. — Госпожа Пятая передала извинения за то, что из-за перестройки порта Скрытого Тумана вам пришлось прибыть сначала сюда. Мы сопроводим вас до деревни.

— Не ожидал от мизукаге такого тёплого приёма, — со скучающим весельем в голосе проговорил Какаши.

Интересно, понимал ли он двусмысленность словосочетания «тёплый приём» при том, что высказано оно не сводящей с него глаз Миве?

Сакура молча следила за тем, как Какаши проводит рукой по пепельным волосам, сгоняя как бы мелкие капли застывшего там где-то дождя, и как не смотрит даже на Миву, точно хочет поскорее завершить все формальности их приветствия, и в очередной раз подумала, что он то ли невинен (но как-то всё же по-взрослому невинен), то ли успешно притворяется таковым.

— Госпожа Пятая должна была вам сообщить об участившихся случаях исчезновения шиноби, Хокаге-сама, — раздался низкий и не терпящий возражений голос Хироши.

— Что же это, и хокаге тоже может исчезнуть, по мнению госпожи Пятой? — не удержалась Сакура. Уже договаривая фразу, она успела подумать, что переходит черту, и почти примирительно ухмыльнулась в надежде, что не выдаст перед всеми какого-нибудь нервного смешка.

Спроси кто у Сакуры, что же на самом деле задело её сильнее — то, как недооценили хокаге и тем самым всех шиноби Конохи, или то, как недооценили её саму в частности, — она бы не смогла ответить честно.

— Сакура, — вмешался Какаши, мигом кладя руку — невесомо — на её плечо, — думаю, в сложившихся обстоятельствах мизукаге имела в виду не более, чем соблюдение простых приличий.

Она успела заметить приятную и неприятную детали: как Хироши смерил её взглядом, точно Сакура не представляет для него совершенно никакого интереса, и как ревностно Мива проследила за рукой Какаши, которой тот удержал плечо Сакуры.

Деревня встретила их отсутствием моросящего дождя. Взамен тому туман здесь обволакивал каждое видневшееся в сумраке здание, верхушки которых укатывались в серые облака.

— Я уже начинаю скучать по Конохе, — тихо обратилась Сакура к идущему рядом с ней Какаши.

Стоило им добраться до Тумана, Мива и Хироши, как провожатые, отдалились на несколько метров вперёд, а двое членов АНБУ скрылись где-то позади. Сакура не слышала даже их шагов.

— Совсем я тебя всё же избаловал. — Какаши по старой своей привычке положил руки в карманы.

Сакура всё ещё не могла взять в толк, как он не зябнет без плаща. Конечно, раньше им приходилось терпеть куда более сильную непогоду и условия, которым по неприятности нет равных, но последние годы Какаши только и делал, что просиживал день ото дня в резиденции либо посещал политические или социально значимые мероприятия. Не может же он быть сделанным из железа.

— Если бы баловали, не оставляли бы меня тут одну. Встречи каге что, никогда не длятся больше трёх дней?

Ей, конечно же, в сущности было безразлично, что через три дня Какаши уедет и она останется в Скрытом Тумане одна. И Какаши, конечно же, всё это знал. Но она не хотела предавать анализу мотивы такого своего поведения с ним. Одно было точно — все эти бессмысленные диалоги, что они затевали почти при каждой встрече, маяком выводили её к воспоминанию о том, кто такая Харуно Сакура без груды работы и нерушимого одиночества, стены которого она хоть и воздвигла собственноручно, но, по правде, очень их страшилась.

— Я знаю, что ты прекрасно со всем справишься, — серьёзней, чем ей бы хотелось, ответил Какаши.

Сакура понимала, что он пытается её подбодрить, но серьёзных разговоров почему-то ненавидела. Особенно серьёзных разговоров с Какаши, который — она знала точно — проницательнее всех из её окружения.

— А вы заметили, сенсей, какая Мива молодая и красивая и как она заглядывается на вас? — Сакура даже не стала благодарить его за подбадривание, потому что сбилась со счета — сколько раз ей приходилось говорить ему спасибо. Какаши-сенсей стал уже оттого Какаши-сенсеем, который говорит ей, что она лучший ирьёнин из ныне живущих; Какаши-сенсеем, который находит её на тренировочных площадках, если давеча заметил что-то неладное в её настроении; Какаши-сенсеем, с которым они шутливо, но с немым вопросом во взгляде выясняют, есть ли между ними что-то большее, чем тренировка техник флирта.

Оба они, и он в особенности, были слишком одиноки для того, чтобы слишком легко запутаться.

— Девушки, которые намного младше, меня совсем не интересуют.

Сакура была бы рада ему поверить.

Их поселили в огромном двухэтажном доме для гостей недалеко от резиденции мизукаге. За высокими створчатыми окнами просторной залы уже сгустился вечерний мрак, и если бы не видневшийся за счёт своей яркости и размеров символ Страны Воды, прибитый к серым стенам резиденции, то Сакура бы вовсю дезориентировалась.

Хироши остался снаружи, в отличие от Мивы, которая последовала за ними и даже сняла свой серый плащ, едва переступив порог. Её обтягивающее фиолетовое платье заметно выделялось на фоне белоснежных стен гостиной. Сакура готова была поклясться, что глаза членов АНБУ почти выползли из масок при виде фигуры Мивы, но бедняги так и остались застывшими статуями стоять у дверей гостиной, точно сторожевые псы.

— Ваши спальные комнаты на втором этаже, можете выбрать любую по вкусу. Мизукаге примет вас завтра утром, Хокаге-сама, — сказала Мива.

Стены вокруг были заставлены высоченными деревянными стеллажами со старыми рукописями, посередине — расположились низкий столик и светло-бежевый диван. Сакура сняла тяжеловесный рюкзак и села, продолжая поглядывать в окна напротив. Жители Скрытого Тумана, проходившие мимо, закутывали головы в капюшоны. Интересно, как долго продлится такая погода?

— Да-да, я помню, — отозвался Какаши, садясь на другой конец дивана.

— Харуно-сан, — Мива, пожалуй, впервые обратилась лично к Сакуре, — советую вам выбрать комнату поудобнее. Вам придётся ещё долго здесь пробыть, в отличие от господина Хокаге.

— Завтра днём, — бесстрастно отозвалась Сакура, выдавив, правда, вежливую улыбку, — вместе с Нарой Шикамару прибудет даймё Страны Огня, который, если я правильно понимаю, тоже должен будет остановиться здесь. В таком случае наилучшую комнату лучше оставить тому, кто более придирчив к окружающим условиям, чем я.

— Конечно, как пожелаете, Харуно-сан. — Мива излучала столько дружелюбия, что Сакура не могла определиться, какой дальнейший стиль общения ей лучше выработать. — Госпожа Пятая и вас завтра ожидает вместе с господином Хокаге. Отдохните как следует. Мы ещё раз извиняемся за причинённые неудобства.

Легко поклонившись, что было почти неотличимо от кивка, Мива покинула гостиную. В коридоре зашелестел её плащ, а через пару секунд со стуком хлопнула входная дверь.

— Почему мизукаге не встретила вас? — тут же спросила Сакура, поворачиваясь к Какаши. — Время не такое уж позднее.

Какаши положил голову на спинку дивана, расслабленно вытянул ноги вперёд и скрестил на животе тонкие пальцы рук, наполовину обтянутые чёрными перчатками. Глядя на его полную экипировку, Сакура не понимала, почему он не снимет наконец промокший жилет.

— Может, робеет от мысли о неформальных встречах со мной?

— Будь она в вас заинтересована, сенсей, не стала бы отправлять двадцатилетнюю девушку в качестве провожатой.

— Пожалуй, ты права. Видимо, я совсем ей неинтересен. — И почти без перехода, но уже серьёзней спросил: — Как ты себя чувствуешь?

— В каком это смысле? — Сакура обеспокоено подумала о продолжавших сторожить их АНБУ, как будто те стали свидетелями чего-то интимного.

— Тебе надо отдохнуть, — безучастно отозвался Какаши.

Его глаза были прикрыты, и Сакура позволила себе вглядеться в сухую бледную кожу, покрытую складками небольших морщин. Они выдавали не только возраст, но и следы непроходимой усталости.

Она бы непременно затеяла их очередную пустую, полусерьёзную беседу и обязательно сказала бы не сидеть сенсею в мокрой одежде, будь они наедине.

Вместо этого Сакура поднялась, взяла рюкзак и произнесла только:

— Я лягу пораньше. Всем спокойной ночи.

* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *

Утром следующего дня Какаши и Сакура стояли в кабинете Мей Теруми. При их виде взгляд Мей заметно потеплел, она встала из-за стола и подошла прямиком к ним.

— Рада вас приветствовать, господин Хокаге, Харуно-сан. Присаживайтесь.

Мей указала на тёмно-синие кожаные софы в самом центре кабинета, меж которых стоял на маленьких ножках ничем не заставленный чёрный столик. Пока они с Какаши садились с одной стороны, а Мей — с противоположной, Сакура скользнула взглядом по Ао, так и застывшему позади рабочего стола мизукаге. Его руки были сцеплены за спиной, нескрытый повязкой глаз щурился, демонстрируя неприветливость хозяина.

— Надеюсь, добрались без особых пришествий, — добродушно проговорила мизукаге.

— Иначе и быть не могло, — с тихим весельем отозвался Какаши.

— Уверяю вас, что погода у нас не всегда такая. Надеюсь, Харуно-сан не поспешит в солнечную Коноху вслед за вами, господин Хокаге. Мы здесь очень рассчитываем на её помощь.

— Всё в порядке, — тут же вмешалась Сакура, — я уверена, что мы с вашими ирьёнинами сможем проделать отличную работу.

— Полагаюсь на вас, Харуно-сан. Вы знаете не хуже меня, к чему приводит отсутствие квалифицированной помощи детям, оставшихся после войны без родителей, и я искренне сожалею, что наших средств оказалось недостаточно для открытия специализированной клиники для детей. Казекаге очень хвалил вашу работу, проделанную в Суне.

— Благодарю вас. В Суне не обошлось без помощи опытных людей.

— Здесь вам будет помогать Ао. Он введет вас в курс дела после того, как завершатся переговоры с даймё.

Сакура снова бросила взгляд на Ао. Тот смотрел прямо перед собой. Кажется, он не очень рад предстоящему занятию.

— Давайте постараемся вместе, Ао-сан, — сказала Сакура.

Ао хмуро кивнул и ответил коротким «да».

Недолгий разговор с Сакурой исчерпал себя, и мизукаге вдруг озабоченно посмотрела на Какаши. Сакура поняла: она не уверена, стоит ли обсуждать перед Сакурой политические вопросы, которые они собираются затронуть.

Сакуре не нравилось думать, что Мей может предположить, будто бы необходимость уйти её задевает. Она уже собиралась встать и распрощаться, придумав отговорку вроде «нужно готовиться к сегодняшнему торжеству по случаю прибытия даймё», когда Какаши произнёс:

— Можете не стесняться говорить перед Сакурой. Думаю, вы согласитесь с тем, что она одна из самых доверенных лиц Альянса.

— Да-да, конечно, — поспешила ответить мизукаге. — Честно говоря, проблема немного в другом, господин Хокаге.

Мей заметно замялась. Она перекинула ногу на ногу, как будто пытаясь собраться, и наконец сказала:

— Даймё обеспокоены случаями с беглыми шиноби, они наверняка затронут эту тему.

— Меня старались застигнуть врасплох? — с характерным весельем проговорил Какаши. — Никто даже не удосужился сообщить, что этот вопрос тоже будет в повестке.

— Даймё Страны Воды, когда мы виделись с ним пару месяцев назад, обмолвился об этом как бы между словом. Они... честно говоря, они подозревают, что в происходящем замешан Учиха Саске.

Повисло молчание.

Сакура обхватила ладонями коленки. Всё внутри неё перевернулось с ног на голову.

— Саске-кун тут ни при чём. Он только и делает, что старается на благо всех нас. Это несправедливо — подозревать его в таком, — отрывисто произнесла она.

— Я знаю, что вы все были весьма близки. Но нужно понимать, что опасения даймё небезосновательны.

— Небезосновательны? — Сакура знала, что переходит черту, но не в силах была остановиться. — Если бы не Саске-кун, Альянс ни за что бы не смог остановить войну.

Мизукаге смерила её странным взглядом.

— Сакура, — твёрдым голосом прервал их Какаши, не давая Мей ответить. От его напускного шутовства не осталось и следа.

— Я лишь хотела сказать, — решительно проговорила мизукаге, — что у даймё есть основания считать, что Саске причастен. Это не означает, что мы считаем так же.

— И Сакура это понимает, — отозвался Какаши. — Но вы не должны так далеко заходить в вопросах, касающихся ничем не доказанных обвинений против шиноби Конохи, даже несмотря на наличие союзных договорённостей между нашими деревнями. Вам прекрасно известно, что Учиха Саске полностью оправдан.

Мей беспристрастно посмотрела на Какаши, скрестив перед собой руки. Её грудь чуть вздымалась вверх-вниз от учащённого дыхания — она явно пыталась сдерживать свой темперамент, чтобы не наговорить лишнего.

— Должно быть, вы правы, господин Хокаге. Пожалуй, мне стоило просто пресечь любые неподобающие разговоры даймё Воды. Но, пожалуйста, не стоит меня больше попрекать — ведь я сделала доброе дело, предупредив вас заранее, — мизукаге расплылась в улыбке, — лучше уж я выслушаю ваше с Харуно-сан недовольство, чем даймё.

Постепенно их разговор сместился на темы, касающиеся снижения количества миссий и повышения агломерации скрытых деревень. Какаши и Мей заранее обозначали вопросы, в которых им лучше сойтись во мнениях на случай, если даймё выскажут недовольство или свои предложения по реформированию.

Сакура не издавала ни звука и то и дело поглядывала на Какаши. Она уже давно не видела в нём лишь безучастного сенсея, опаздывающего на тренировки и с завидным спокойствием почитывающего любовно-эротические романы господина Джирайи, пока Наруто, Саске и сама Сакура пытаются отнять у него позвякивающие металлом колокольчики. Но даже несмотря на это, ей до сих пор было весьма непривычно наблюдать Какаши в такой официально-деловой ипостаси. Ведь с ней-то он, даже обременённый титулом, был совсем другим — простым и понятным Какаши, который был ей равным и, пожалуй даже, другом. Перед Наруто, Ино и другими ребятами, а самое главное — даже в своих мыслях, Сакура называла его совсем простым «Какаши», хотя в разговоре непосредственно с ним и продолжала с невероятной упорностью использовать извечное «сенсей».

Когда Сакура и Какаши покинули резиденцию мизукаге, был уже полдень. Погода немного прояснилась, но воздух как будто так и оставался тяжёлым от тумана. Ноги Сакуры покрывались гусиной лапой.

— Тебе есть что надеть сегодня вечером? — спросил Какаши. — Предполагается, что там будет много приличных людей.

— А вам-то самому, сенсей? — весело отозвалась она, чувствуя, как тем самым отгоняет следы плохого настроения. — Лордам только дай поговорить о том, что хокаге не снимает своей боевой экипировки. Представляю, насколько нелепы шиноби в их глазах.

— Люди с диаметрально противоположными взглядами на жизнь всегда нелепы в глазах друг друга. Не вижу смысла оправдывать их ожидания — для этого мне придётся притворяться тем, кем я не являюсь. — Говори это кто-нибудь другой, получилась бы вполне серьёзная речь. Но Какаши произносил каждое слово со скукой и безучастием, словно ему не хотелось тратить себя на объяснение очевидного.

— По вашей логике я могу не оправдывать ничьих ожиданий и пойти в том же, в чём тренируюсь.

— Ну почему же, — губы Какаши, обтянутые маской, изогнулись в едва заметную улыбку, — тебе ведь идут гражданские платья. Думаю, тебе и самой приятно их надевать.

Сакура была уверена, что её сердце стучит чаще, чем должно бы.

— Пожалуй, вы правы. — Помолчала несколько секунд и посчитала обязательным тут же добавить: — Кстати, спасибо вам, сенсей, что заступились за Саске-куна.

Какаши повёл плечом и кивнул.

— Это мой долг. И я так же, как и ты, уверен, что Саске абсолютно ни при чём.

Они уже почти приблизились к дому, а Сакура так и не сказала, что Какаши тоже очень идёт гражданская одежда.