Тайное прибытие
Люциан впервые ступил на землю Турции. Стамбул встречал его мягким морским ветром и лёгкой прохладой вечера. Город был новым, незнакомым, но глаза его уже искали одну цель — Аделин.
Он арендовал машину и незаметно проехал вдоль побережья Босфора. Сердце билось быстрее с каждой минутой: здесь, среди тысячи людей, могла быть она — и он хотел увидеть её, хоть издалека, хоть на мгновение.
Вечером, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, он заметил её. Она сидела на песке, одна, спиной к нему. Чёрный купальник подчёркивал её силуэт, а длинные светлые волосы игриво развевались от ветра.
Люциан замер, не в силах отвести взгляд. Он наблюдал, как она тихо смотрит на море, будто полностью погружённая в свои мысли. Сердце его колотилось, дыхание участилось. Она казалась одновременно нежной и сильной, такой далёкой и в то же время… невероятно близкой.
И тут к ней подошёл мужчина — местный, немного старше, с уверенностью в походке и намерением, явно нацеленный на неё. Он улыбнулся, завязал разговор, делал жесты руками, пытался расположить её к себе. В какой-то момент протянул телефон — явно с намерением получить её номер.
Люциан ощутил прилив злости и раздражения, хотя понимал: он не имеет права вмешиваться прямо. Но каждое движение этого человека, каждая улыбка, направленная на Аделин, жгли его взгляд. Его рука непроизвольно сжалась в кулак, тело напряглось, а в голове промелькнули мысли:
«Он смеет так просто подходить к ней… Никто не имеет права… никто.»
Он наблюдал, как Аделин отказалась, и мужчина попытался оставаться спокойным, хотя Люциан видел по выражению лица — он не собирался сдаваться. Внутри Турка горела решимость, а Люциан почувствовал холодок тревоги: это могло перерасти в неприятности, если он не вмешается вовремя.
Аделин, поняв, что ситуация неприятна, встала, что-то сказала, и пошла к морю. Ветер поднимал её волосы, волны сливались с вечерним светом. Она шла всё дальше, погружаясь в воду. Волны были высокими, море неспокойным — очевидно, сейчас купаться было опасно, но она шла всё глубже.
Люциан замер на месте. Его разум кричал, тело готовилось действовать, но пока что он не мог прорваться к ней. Сердце колотилось так, что казалось, услышит каждый звук вокруг.
«Нет. Она не должна рисковать. Не сейчас…» — мысли метались внутри него.
Он наблюдал, как она скрылась среди волн, и сердце его словно сжалось. Одновременно страх, ярость и безмерное желание быть рядом охватили его целиком. Он знал одно: он не отпустит её. Никогда.
Люциан крепко сжал кулаки, стиснул зубы и шепнул себе:
— Я найду способ быть рядом… И никто, ни один человек, не встанет между мной и ней.
И в этот момент на фоне шума волн, далеких огней города и вечернего ветра, он впервые почувствовал, что готов нарушить любые правила ради того, чтобы защитить её.
Люциан уже несколько минут с тревогой осматривал море. Аделин шла слишком далеко, и что-то в её поведении насторожило его. Она погружалась глубже и глубже в тёмные волны, а вечерний свет отражался на воде лишь кусками. Сердце Люциана сжалось.
— Адди… — пробормотал он, и, не думая о людях вокруг, бросился в воду. Волны хлестали по телу, морская соль жгла глаза, но ему было всё равно. Он не мог позволить ей оказаться в опасности.
Он плыл к тому месту, где видел её в последний раз. Сердце билось так, что казалось, слышно было каждое его сокращение. И тут он заметил её: ноги обмотались водорослями или каким-то мусором, и она не могла выбраться. Дыхание становилось всё прерывистее, глаза закрывались.
— Не бойся, я рядом! — прокричал Люциан, стараясь проплыть как можно быстрее.
Он схватил её за талию и попытался вытащить на поверхность. Вода хлестала в лицо, волны накатывали одну за другой. И как только он почти вытащил её на поверхность, новая волна ударила обоих, сбивая с ног, накрывая их с головой. Морская вода хлынула в рот и нос, и Люциан с силой сжал её тело, удерживая, чтобы она не утонула.
Когда они наконец выбрались на другую часть берега, Аделин была бледной, без сознания. Его руки дрожали, когда он оценил ситуацию: нога была поцарапана, немного крови стекало по щиколотке, одежда и волосы мокрые и тяжелые.
— Проснись, Адди… — тихо сказал он, почти шепотом. И, наклонившись, прижал губы к её рту, аккуратно делая дыхание, помогая ей прийти в себя.
Медленно её веки задергались, взгляд был туманным, дыхание прерывистым. Она моргнула, и постепенно осознала, кто перед ней.
— Л… Люциан…? — произнесла она с трудом, глаза расширились, и она резко отошла. — Что ты здесь делаешь?!
Люциан сжал челюсть, удерживая её взгляд:
— Я видел, что ты в опасности… и не мог стоять в стороне. Прости меня… — тихо сказал он. — За то, что произошло в клубе.
Аделин пыталась прийти в себя, но в этот момент к ним подошёл тот мужчина, который раньше пытался завладеть её вниманием.
— Всё в порядке? — спросил он с наигранной заботой.
Люциан мгновенно встал между ними, крепко прижимая Аделин к себе:
— С моей женой всё в порядке.
Мужчина хмыкнул, словно понимая, что спорить бессмысленно, и ушёл.
Аделин резко оттолкнула Люциана, держась на безопасной дистанции, глаза блестят от возмущения:
— Как ты смеешь называть меня своей женой?! — выкрикнула она, хотя дыхание ещё было тяжёлым после волн.
Люциан, сжав кулаки, тихо, но твёрдо ответил:
— Потому что никто, никто не будет угрожать тебе. Ни один человек, ни одно обстоятельство. Это я обещаю.
Аделин снова отшатнулась, но внутри что-то дрогнуло. Её взгляд был тревожным, но уже меньше страха — больше удивления. Она поняла, что перед ней не просто незнакомец, а тот, кто готов был броситься в бушующее море ради неё.
Ветер доносил запах моря и соли, волны ещё бились о берег, но между ними на этом пустынном участке пляжа стояла тишина, наполненная пониманием: здесь, в этом мгновении, никто не был чужим, кроме самой опасности, которую они только что пережили.