Украденный поцелуй
Прошел ровно месяц. В воздухе снова витало напряжение — приближалось ежегодное мафиозное мероприятие, которое собирало всех донoв, их семьи, а также ключевых игроков из Америки, Италии, Мексики. Аделин знала, что у неё нет выбора: она должна была идти.
Она стояла перед зеркалом в своей комнате, рассматривая своё отражение. Платье, которое она выбрала, было настоящим произведением искусства: элегантное чёрное платье с глубоким вырезом, облегающее фигуру, украшенное мерцающими деталями, создающими эффект звёздного неба. Лёгкая полупрозрачная накидка с бирюзовым свечением изящно ниспадала по плечам и рукам, добавляя образу таинственности и грации. Волосы она собрала в аккуратную причёску, а макияж сделал акцент на глаза — глаза, в которых угадывалось внутреннее напряжение и холодная решимость.
Леонардо застыл на мгновение, разглядывая дочь, и в его глазах вспыхнула гордость, смешанная с лёгким тревожным чувством:
— Адди… ты… великолепна.
Стефано слегка приподняв бровь, но в голосе слышалась забота:
— Не забывай, что мы рядом. Держи себя достойно.
Доменико, как всегда, более прямолинейно:
— Отлично выглядишь.
Лилит улыбнулась, сдерживая восторг:
— Моя девочка… Ты выглядишь как настоящая звезда.
Аделин кивнула, слегка смущаясь, но уже в мыслях готовая к вечеру.
Машина подкатилa к огромному особняку, где проходило мероприятие. Они вышли, и свет вечерних фонарей отразился в её платье, создавая иллюзию, что звёзды переливаются по ткани. Автоматически её взгляд поймал его.
Люциан стоял среди гостей, выглядя безупречно: костюм идеально сидел на его плечах, рубашка и галстук были безупречны, волосы аккуратно уложены. Рядом с ним стоял мужчина, которого Аделин не знала — высокий, подтянутый, с холодным взглядом, в костюме строгого кроя. Его осанка выдавала уверенность и власть.
На мгновение их взгляды встретились. Сердце Аделин дрогнуло, дыхание чуть ускорилось. Он держался сдержанно, будто не замечая ни волнения, ни восхищения вокруг, а его глаза оставались фиксированными на ней.
Аделин почувствовала, как вокруг неё собралась лёгкая дрожь — смесь волнения и напряжения. Она не знала, как долго сможет выдержать этот взгляд, но инстинктивно понимала: сегодня их пути пересекутся снова, и всё будет совсем иначе.
Люциан заметил её мгновенно: она была не просто красива — она была неподражаема, властная и загадочная, словно звёздная галактика в полумраке зала. Он сжал кулаки, стараясь удержать эмоции под контролем, но внутренне знал, что этот вечер станет новым этапом их сложной, опасной и притягательной истории.
Люциан стоял у края зала, глаза невольно скользили к Аделин, которая только что вышла вместе с семьёй. Её платье с глубоким чёрным кроем и мерцающей накидкой с бирюзовым свечением выглядело словно воплощение ночного неба — и Люциан не мог отвести взгляд.
Данте, стоявший рядом с ним, тихо сказал:
— Люциан… хотя бы ради приличия хоть иногда отводи взгляд. Не будь таким очевидным.
Люциан хмыкнул, не спуская глаз с Адди:
— Что ты знаешь о приличии? — прохрипел он, сжав кулаки, но внутренне улыбнулся.
Данте усмехнулся, не обижаясь:
— Да, признаю… её образ действительно шикарный. Но если тебя заметят так, как я вижу сейчас, ты станешь объектом слухов вдвое быстрее, чем она сама.
Люциан слегка скривился, но мысли его были совсем не о слухах. Он видел, как каждая деталь — платье, собранные волосы, макияж — подчёркивает её грацию и силу одновременно. В голове крутились тревожные ощущения, смешанные с восхищением: «Она опасно красива… и я не могу это игнорировать».
Данте в свою очередь наблюдал за девушкой с лёгкой улыбкой, оценив профессионально:
— Кажется, никто не сделает из этого вечера шоу лучше, чем она сама. Даже лучшие светские дамы Италии меркнут рядом с ней.
Именно в этот момент к ним подошёл Алессандро из клана Моретти, в сопровождении сына — Маркуса.
— Добрый вечер, Люциан, — сказал Алессандро, кивая, а его взгляд скользнул к Аделин. — Сын хотел бы сделать вам комплимент.
Маркус, высокий, сдержанный молодой мужчина с внимательными глазами, слегка наклонился и сказал Аделин:
— Вы… потрясающе выглядите. Платье и образ — безупречно.
Люциан, стоя рядом, заметил их разговор. Его тело напряглось, сердце сжалось от ревности и раздражения. Он видел, как они смеются, как Маркус внимательно слушает её, и ощущал, как в груди растёт злость.
Когда началось время танца, Маркус снова подошёл к Аделин, робко предлагая руку. Взгляд Леонардо кивнул дочери — она должна выйти. Аделин, слегка нервно, приняла приглашение.
Люциан стоял неподвижно, сжатые кулаки дрожали. Данте положил ему руку на плечо:
— Спокойно, Люциан. Это просто танец. Она не твоя собственность.
— Это не просто танец… — пробормотал он, сжатые зубы дрожали. — Идиот…
Аделин и Маркус начали танцевать. Плавные, точные движения, музыка окутывала их словно кокон. Люциан видел каждое её движение, каждое лёгкое прикосновение рук, каждое мягкое движение плеч. В его глазах пламя ревности и ярости.
Он заметил, как Аделин наклонилась к Маркусу и что-то прошептала ему на ухо. Его сердце замерло, а в голове крутилось только одно: «Что она ему говорит? Что они планируют? Почему я не могу быть там?»
Данте наблюдал за ним с ухмылкой, тихо говоря:
— Спокойно. Она не твоя, Люциан. Не сейчас.
Но в глубине души Люциан понимал: это не просто танец. Каждый взгляд, каждое движение, каждое её слово, даже услышанное мимо, — они действовали на него как магнит. Он знал одно: этот вечер только усилил его желание быть рядом с ней, защищать и контролировать, хотя сам прекрасно понимал, что это невозможно.
И пока музыка продолжала звучать, Люциан стоял в тени, наблюдая, как Аделин и Маркус танцуют, и внутренне клялся: он не позволит никому приблизиться к ней так, как Маркус сейчас.
Аделин, немного отошедшая от танцпола, стояла рядом с Лилит, тихо разговаривая с матерью. Она пыталась собраться с мыслями после танца с Маркусом, смягчая лёгкое чувство раздражения и напряжения.
Данте, стоявший рядом с Люцианом, заметил девушек, сверлящих взглядом.Каждая хотела быть рядом с ним, каждая буквально сохла по его вниманию. Но Люциан не шевельнулся, не поднял взгляда. Его мысли были сосредоточены только на Аделин.
— Ты мог бы позвать любую из этих девушек на танец, — тихо сказал Данте, усмехаясь.
— Они мне нахрен не сдались, — отрезал Люциан, не отводя взгляда.
Данте поднял бровь, удивлённый и немного развеселённый:
— Серьёзно? Ни одна из них? Даже ради приличия?
Люциан молча скривился, внутренне вспоминая маленький браслет. Его взгляд автоматически попытался поймать взгляд Аделин, намекая, что она может выйти на террасу. Но она не смотрела на него — лишь что-то сказала отцу и медленно отошла.
Она шла к месту, где начиналась терраса, не подозревая, что он пойдет за ней. Через пару минут Люциан осторожно предупредил Данте и направился вслед за Аделин.
Она почувствовала его присутствие ещё до того, как обернулась. Его шаги были уверенными, движения спокойными, но взгляд — наглым, внимательным, остановившимся на вырезе её платья.
— Хватит пялиться, — резко сказала она, пытаясь скрыть смущение.
Люциан тихо усмехнулся, и в голосе звучало тепло, смешанное с едва скрытой угрозой:
— Ты сегодня выглядишь… убийственно красиво.
Он сделал шаг ближе и продолжил, взгляд всё ещё скользил по силуэту:
— Ты ничего не потеряла?
Аделин нахмурилась, не понимая, о чём он:
— Что? — спросила она.
Тогда Люциан медленно достал браслет:
— Это.
— Откуда он у тебя? — удивлённо спросила она.
— Нашёл в песке, — сказал он спокойно.
Аделин протянула руку, пытаясь его взять, но Люциан дернул её к себе чуть ближе:
— Отдал бы… но просто так не хочется.
— Люциан! — начала нервничать Аделин. — Отдай! Сейчас же.
Он ухмыльнулся, почти игриво:
— Тогда я оставлю его себе.
Она резко сделала шаг к нему, пытаясь вырвать браслет, но тут же оказалась прижата к нему. Они стояли так, на короткой дистанции, смотря друг на друга.
— Отдай браслет, — сказала Аделин, глядя ему прямо в глаза.
— Нет, — ответил Люциан с самодовольной ухмылкой.
— Чего ты хочешь? — уже более злобно спросила она.
— Поцелуй в щеку, — сказал он, протянув руку к её лицу.
— Да не за что! — воскликнула Аделин, резко отстраняясь.
Люциан вспомнил, как она танцевала с Маркусом, и его голос стал серьёзнее:
— А как шептать Маркусy, так ты можешь…
Аделин удивленно приподняла бровь:
— Какая тебе разница?!
Люциан медленно протянул ей браслет. Она только протянула руку, чтобы его взять, как он, ловко и внезапно, обхватил её за талию и притянул к себе, мягко, но уверенно. И в тот момент он поцеловал её.
Аделин замерла, глаза широко раскрыты, сначала была растеряна, а потом, постепенно осознавая, кто перед ней, её взгляд стал тёплым и напряжённым одновременно.
Он отстранился чуть, всё ещё держась за её талию, и сказал с едва уловимой улыбкой:
— Теперь твой браслет — у меня. И я не отдам его просто так.
Аделин, несмотря на лёгкое сердцебиение, только нахмурилась, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией.