Ничего не изменить... [18+] //Вышла печатная версия книги! //

За полгода до основных событий…

«В тебе одном: моя боль и моё спасение...»

На город неуклонно опускались сумерки, приглушая дневные цвета, придавая всему размытые нечёткие очертания.

Аврора стояла у окна в своей квартире. В комнате царил полумрак, но девушка не спешила включать электричество. Прислонившись к холодному стеклу, она отстранённо наблюдала, как ветер неистово гоняет по пустынным улицам стайки белых мошек. Снег в конце октября... Неожиданная метаморфоза для их довольно тёплого климата. 

Зажатый в руке смартфон тихо завибрировал, сигнализируя о пришедшем оповещении. Ро тут же вскинула руку, на мгновение зажмурившись от вспыхнувшего ослепительно-белым светом экрана.

«МЧС. Предупреждение! В последующие сутки будет сохраняться...»

Аврора поморщилась и разочарованно смахнула сообщение: «Знаем, знаем. Будьте осторожны».

Ро с беспокойством глянула в окно как раз когда новый порыв ветра закручивал очередной вихрь из ледяной крупы вокруг фонарного столба. 

Пальцы машинально забегали по смартфону, набирая нужный номер. Но когда на весь экран отобразилась фотография Дана с маячащей трубкой вызова под ней, Ро застыла в нерешительности. Потом тихо вздохнула и быстрым нажатием отключила телефон. Она проделывала это уже, наверное, в десятый раз, никак не решаясь позвонить.

В любой другой день Аврора давно бы оборвала телефон друга звонками или засыпала сообщениями, желая с ним связаться. В любой другой. Но только не сегодня. Не в день его рождения. Не в день, который он полностью посвящал памяти своей матери, ушедшей, по трагическому совпадению, в день пятнадцатилетия сына ровно семь лет назад.

Этот же день свёл и их два года назад. Аврора грустно улыбнулась: «Где ещё могли познакомиться две потерянные души, если не на кладбище».

Она даже не сомневалась, где Дан провëл сегодняшний день и вечер. Так же, как не сомневалась, к кому он отправится после... Софи! Его последняя пассия. Обворожительная блондинка с небесно-голубыми глазами и вечно капризно поджатыми пухлыми губками. За два года знакомства с Даном Ро хорошо изучила его предпочтения относительно противоположного пола. Все девушки, с которыми он успел иметь отношения за это время, а их было немало, словно сошли с обложек глянцевых журналов. Аврора же, со своим невысоким ростом, чересчур огромными, как ей казалось, глазами и непослушными каштановыми кудрями совсем не вписывалась в эти идеалы. А рядом с эффектной Софи так вообще чувствовала себя «гадким утёнком». Мысли об этом неприятно теснили грудь, и Ро нервно покусывала губы, пытаясь сдержать подступающие к глазам слëзы. 

Она слишком поздно осознала, что на самом деле испытывает к Дану. К этому времени Аврора успела увидеть, какие девицы окружают парня. Смогла наблюдать его довольно небрежное к ним отношение. Слышать, как он, отключая телефон после разговора с очередной воздыхательницей, раздражённо бросает: «Достала!» Ро не хотела быть одной из... Поэтому отчаянно городила вокруг их общения плотную стену из дружбы, пресекая любую романтику. Но бывали дни, такие как этот, когда чувства всë же просачивались сквозь крепкие заграждения. Они заставляли сердце плакать, сжиматься от пронзающей его острой тоски. 

Ветер с остервенением бросил снежную пригоршню в стекло, и Ро поёжилась, представив, как должно быть, пронзительно холодно снаружи. В голове вновь возникла навязчивая картинка: Дан, изрядно выпивший, продрогший и уставший после целого дня, проведённого на кладбище, и пылкие ласки, что дарит ему Софи, согревая своего возлюбленного.

Несколько непослушных слезинок предательски сорвались с глаз и покатились по щекам, оставляя за собой влажный след досады и горечи.

Раздавшийся звонок во входную дверь заставил девушку встрепенуться, прерывая поток болезненных мыслей, опутавших её. 

Первым предположением было, что это припëрся Макс! Однокурсник, которому Аврора всë же дала «зелёный свет» на его настойчивые ухаживания. И почти сразу пожалела, увидев, с каким рвением парень принялся воплощать в жизнь «конфетно-букетный период». Но так она хотя бы меньше думала о Дане и о его раздражающе идеальной Софи.

Включив в коридоре свет, Аврора одёрнула короткую тунику и, наспех пригладив волосы, распахнула дверь.

На губах застыл удивлённый возглас, а сердце с бешеной скоростью заколотилось в груди, разгоняя кровь и заставляя так некстати вспыхнуть румянцем щёки. 

Дан стоял, опершись плечом о дверной косяк, отстранённо разглядывая зажатую в продрогших руках бутылку с виски. По короткой кожаной куртке стекали капли нещадно таявших снежинок. Несколько белых точек ещё сохранилось в его чёрных, как всегда взъерошенных волосах. В ухе красовался новый крест, как две капли воды похожий на шестерых своих собратьев. От украшения по шее тянулась тонкая дорожка из запёкшейся крови.

— Пустишь погреться? — хриплым от сковавшего его холода голосом проговорил Дан.

Аврора молча потянула его за рукав, заводя внутрь, и захлопнула входную дверь. 

Войдя, Дан первым делом поспешил снять намокшую куртку, но вдруг замер, вглядываясь в сторону погружëнной во мрак комнаты. 

— Ты одна? Этого твоего нет?

В голосе парня промелькнула неприкрытая неприязнь. Дан не относился к тем, кто будет притворяться, что человек ему нравится, если это не так. А Макс определённо не пользовался его симпатией.

Он видел его всего однажды, когда Ро решила их познакомить, предложив Дану с Софи присоединиться к ним в баре.

В итоге вечер чуть было не закончился дракой парней. При этом ни один, ни другой так и не признались, что послужило причиной ссоры.

— Одна, — поспешила успокоить она друга. — И «этого твоего» зовут Макс. Если ты забыл.

— Ой, не напоминай, Ро! — передёрнул плечами Дан.

— Дан! — возмущённо воскликнула девушка. 

Парень хмыкнул и салютовал ей бутылкой с виски.

— Ладно, ладно. За Вас! Совет вам да любовь! Вы только не забывайте предохраняться!

Даже не сами слова проникли колючей обидой в сердце, а тон, каким они были произнесены: насмешливый, пренебрежительный, преисполненный злой иронии.

Ро судорожно сглотнула, пытаясь подавить подступивший к горлу ком. Глаза, вопреки её желанию, наполнились влагой, готовой в любую секунду пролиться через край.

— Это грубо, Дан, — её голос дрогнул, и девушка поспешила отвернуться, делая вид, что занята его курткой, определяя её в шкафчик прихожей. 

Она не заметила, как Дан приблизился, но ощутила, как сердце рухнуло в тëмную бездну, когда он обнял её сзади за талию и притянул к себе. 

Исходящий от него холод вплетался морозными нотками в аромат его дорогого парфюма, перекликаясь с терпким запахом виски. Всë это навивало необъяснимую грусть, заставляло болезненно сжиматься сердце.

— Ро, прости, я несу чушь, — прошептал Дан, уткнувшись подбородком ей в макушку.

Аврора молчала, чувствуя, что стоит ей издать хоть звук — и она просто расплачется. Только теперь причиной её слёз будет отнюдь не ночной кошмар.

— Ну же, малыш, не дуйся. Прости! Я идиот!

Одним резким движением он развернул её к себе лицом. И Ро чуть ли не первый раз в жизни была рада своему невысокому росту, который позволял ей сейчас смотреть Дану на грудь и не пересекаться с ним взглядом.

Но Дана это, видно, не устраивало. Он склонился к ней, свободной рукой отодвигая в сторону шторку из каштановых завитков, прикрывающей ей часть лица. Его пальцы, словно невзначай коснулись её губ. 

— Прости. Это всë холод. Мозги совсем отморозились, — тихо произнёс он. — Но этот, мать его, Макс! Ро, ты достойна лучшего!

Ей стоило неимоверных усилий, чтобы скрыть бурю эмоций, которую вызывали у неё его прикосновения и такая опасная близость. Призвав на помощь всë своё самообладание, Аврора вскинула голову и с вызовом взглянула парню в глаза. 

— И ты решил, что можешь определять: кто для меня лучше, а кто нет! — сухо отчеканила она.

— Конечно нет! Ты права, это не моë дело!

— Вот именно. Я ведь не даю советы, с кем тебе спать!

Дан многозначительно хмыкнул и наклонился ещё ближе, так, что когда он заговорил, его губы слегка касались её чуть приоткрытых губ. 

— А зря. Я бы с удовольствием послушал… У меня самого плохо получается выбирать...

Доли секунды между ними было лишь дыхание, а потом Дан накрыл еë губы поцелуем. От неожиданности Аврора замерла, инстинктивно упираясь кулаками в его крепкую широкую грудь. Пьянящее, будоражащее чувство приятной истомой пробежало по телу, вызывая лёгкое головокружение и непреодолимое желание ответить на поцелуй. А в это время разум неумолимо твердил: «Ты всё испортишь, Ро!». Страх разрушить их дружбу ради какой-то мимолётной страсти колючим холодком прошёлся по напряжённым нервам. Аврора мотнула головой, отталкивая парня от себя.

— Дан, не надо. Мы не можем.

— И почему же? — Дан улыбнулся и снова легко коснулся её губ своими. — Не могу понять, что нам мешает, Ро?

«Например, твоя вся такая идеальная Софи!» — пронеслась в голове у неё горькая мысль. 

Аврора упрямо сжала губы и выставила вперёд руки, отстраняя парня от себя. 

— Не надо всё усложнять. Мы друзья.

Дан отпустил её и отступил в сторону. Его губы исказила кривая усмешка, отразившаяся досадой в глубине потемневших глазах.

— А, ну конечно! Как же я мог забыть про это! — с раздражением бросил он. — Дружище!

— Ты просто пьян! — обиженная его язвительным тоном выпалила Ро, сглатывая готовые вырваться наружу слёзы.

Дан подошёл к ней вплотную и покачал перед носом девушки бутылкой со спиртным. Только сейчас Аврора рассмотрела, что жидкость в ней практически не тронута.

— Я открыл её возле твоей двери. Представь, мне не нужно напиваться, чтобы целовать тебя, Ро. 

Предприняв последнюю отчаянную попытку сохранить дистанцию, Аврора отступила назад и поняла, что пропала, почувствовав, как спина упëрлась в дверцы шкафа. Слишком узкий коридор... Слишком желанный, стоящий рядом человек... 

Дан поставил бутылку на комод и снова привлёк её к себе, заключив в плотное кольцо своих рук.

— Прости, Ро. Ты права. Я... Даже не знаю, что на меня нашло, — глухо произнёс Дан. — Если хочешь, я уйду. Только скажи, — он приподнял её голову за подбородок и теперь смотрел прямо в глаза, не давая возможности избежать его пронзительного ледяного взгляда. И Ро на мгновение показалось, что она увидела в нём мольбу, когда парень тихо добавил: — Но прошу, скажи, что ты этого не хочешь.

Всего лишь миллиметры между их губами… Но Дан не спешил целовать, ожидая её решения. 

Вместо ответа Аврора подалась навстречу его дыханию, позволяя раствориться всем своим страхам и сомнениям в объятиях парня. 

Это было похоже на вспыхнувшую спичку. Искра! Мгновение! И вот уже пламя поглощает тонкую деревяшку, не оставляя ей ни единого шанса уцелеть в этом всеобъемлющем жаре, который с каждым новым поцелуем разгорался всё сильнее. 

Его руки с её талии спустились ниже, добрались до края туники. Ро почувствовала, как ткань поползла вверх, а его горячие ладони заскользили по обнажённым бëдрам.

Разум всё так же кричал ей: «Прекрати всё это! Ты всё испортишь!» Но руки своевольно обвили шею парня, а тело предательски поддавалось на ласки, выгибаясь навстречу обжигающим прикосновениям. Ро казалось, она тонет в собственных чувствах, которые так долго пыталась скрыть даже от себя, погружается на самое дно, но нет ни сил, ни желания сопротивляться. 

Тяжело дыша, Дан оторвался от её губ. Аврора видела, как потемнели его глаза, физически ощущала исходящее от него напряжение и, казалось, даже слышала неистовое биение сердца в часто вздымающейся груди. 

— Если ты не уверена, останови, — хрипло проговорил Дан ей на ухо. — Сейчас, но не потом. 

Но кто сможет остановить её саму...

Откинув сомнения, Аврора решительно притянула Дана к себе так, что их губы снова касались друг друга.

— Заткнись, Дан. Просто заткнись! — выдохнула она и уже сама прильнула к его губам.

Дан коротко рассмеялся, легко подхватывая её на руки, и направился в комнату.

Они не включили свет, и полумрак укрыл их тенями, разбавленными мягкими отсветами от горящей в коридоре лампочки.

Несколько ловких движений, и туника плавно соскользнула с тела, полетела бесформенным куском ткани к ногам. По коже пробежал волнующий холодок, и Аврора машинально обхватила себя руками, прикрывая обнажённую грудь, жалея, что не надела сегодня лифчик, и всё, что теперь отделяло её от полной наготы — это тоненькие ниточки стрингов.

Дан улыбнулся её смущению и быстро скинул с себя футболку и джинсы, уравнивая их положение. Вот только оставшиеся на нём чёрные боксеры больше подчёркивали, нежели скрывали то, как сильно он возбуждëн. И Ро порадовалась слабому освещению, чувствуя, как запылали огнём щёки.

Он увлёк её на кровать. И Аврора задрожала, когда спины коснулся холодный шёлк покрывала. По коже побежали мурашки. Никак не получалось расслабиться. «Да что же это?!» Ей так хотелось отключить мозг, отдаться чувствам, но угнездившиеся глубоко в сознании убеждения, что они могут быть только друзьями, что она может всё испортить, сковывали, не давали возможности затеряться в собственных ощущениях, раствориться в его объятиях.  

Дан если и заметил её напряжение, то не подал виду. Он ласкал, согревая поцелуями, распалял желание откровенными касаниями. Пока она полностью не расслабилась в его руках, пока её тело не стало отвечать на его прикосновения.

Ро так и не поняла, откуда и когда он успел достать презерватив, лишь заметила, как тот сверкнул серебром, когда Дан зубами рванул край упаковки. А уже в следующий момент парень стягивал с неё трусики, добавляя их к вороху одежды на полу.

Больше никаких преград между их разгорячёнными страстью телами.

Распалённый, натянутый, как тугая струна, Дан, тем не менее, не спешил проникнуть в неё. Вновь завладел её губами, в то время как руки скользили по телу, очерчивая немыслимые пируэты, заставляя сгорать от накатывающих волн наслаждения и одновременно желать большего.

Тяжесть его тела стала потребностью, а тугое нарастающее давление твёрдой плоти между ног вызывало мучительное томление внизу живота… Непреодолимое желание ощутить его внутри.

Желание и… страх. Он возник помимо её воли. Вынырнул из потаëнных закоулков памяти, где его так старательно скрывали в надежде предать забвению…

***

Такой же холодный вечер и шорох дождя по стеклу. Незнакомая квартира и чужой молодой человек рядом. Чужой, несмотря на то что хорошо знакомый. Они даже вроде как встречаются уже несколько недель. Игорь — студент того же университета, где учится Аврора. Старшекурсник. Высокий блондин с грудой мышц и небесно-голубыми глазами, на вкус Ро слишком блеклыми и невыразительными, с вечно застывшим недовольством на пухлых губах. О нём грезит добрая половина студенток с разных курсов. И говорят даже некоторые аспирантки и молодые преподши. А «повезло» ей — ничем не примечательной первокурснице.

Но Аврора не чувствует себя счастливой...

Ей просто хочется забыться, отвлечься на время от терзающих душу мыслей о болезни матери. О том, что лечение не помогает и её состояние ухудшается. Хочется побыть той самой первокурсницей, самая большая проблема которой заключается в выборе наряда для свидания с понравившимся ей парнем.

А ему… Ему просто хочется её трахнуть. С самого первого дня их знакомства. Ро это знает, да Игорь особо и не скрывает. Поэтому они здесь, в его квартире, пока нет родителей. Для этого этот дурацкий повод отметить три недели их отношений.

Бутылка дешёвого вина призвана затуманить разум, помочь расслабиться и не думать. Ни о чём не думать. Залпом несколько бокалов. И его слюнявые поцелуи уже не кажутся такими отталкивающими.

Говорят, что Игорь — восхитительный любовник. Ну уж как-то совсем коряво и неуклюже он задирает ей подол платья до подбородка, не утруждает себя снять с неё бюстгальтер и тоже просто сдвигает его вверх. Тычется носом в обнажённую грудь, больно мнëт соски. Совсем недолго. На длительную прелюдию у него нет времени. Ведь могут вернуться родители, а надо успеть... Поэтому он спешно стягивает с неё трусики. Небрежно проводит пальцами между ног.

— Я смотрю, ты уже готова, — усмехается со знанием дела, преисполненный гордости, явно приписывая её «готовность» своим заслугам.

Аврора не чувствует себя готовой. И только выпитое вино, что густым туманом растекается в голове, позволяет всему этому продолжиться. Безучастно наблюдать, как Игорь поднимается и приспускает штаны. Долго возится с презервативом...

А может, так и должно быть? В жизни? И вся эта романтика и безумная страсть — удел глупых, наивных фильмов про любовь… Ро не знает. Ей не с чем сравнивать. Это её первые отношения, это её первый раз…

Он входит резко, и боль, жгучая и нестерпимая, разрывает тело, заставляет громко вскрикнуть.

— Тихо! — раздражённо шипит Игорь ей на ухо. — Соседи услышат.

Он не замедляется и не останавливается, наоборот, набирает темп, всё жёстче впечатывая её в белый, обтянутый холодным кожзамом диван.

Всё длится не более пяти минут, но и это время Авроре кажется вечностью. Океаном бесконечной боли. И когда она начинает задыхаться от этой боли, он, наконец, кончает, издав хриплый гортанный стон. Обрушивается на неё всей тяжестью своего тела. Горячий, потный, неприятно липкий.

— Ты как? Успела? — дыша, как запыхавшийся пёс, произносит он, чмокает её в плотно сжатые губы, обдавая несвежим дыханием, и перекатывается на диван.

Аврора не отвечает. Поднимается, поправляет на место лифчик, одёргивает подол платья, натягивает трусики.

Всё, что ей сейчас хочется — это поскорее уйти. Прочь из квартиры. Прочь из этих отношений.

Она никак не реагирует на бубнëж своего новоиспечённого любовника, что-то по поводу того, что она слишком зажата и надо бы быть более раскрепощённой. Парни любят, когда девушка немного шлюха в постели… Ро не слушает дальше, пошатываясь и так и не взглянув на него, выходит из комнаты. Уже в коридоре слышит возмущённый вопль Игоря.

— У тебя, блядь, что, месячные?! Ро! Сука! Белый диван! Родаки меня повесят! Ро… — что он ещё кричит ей вдогонку, Аврора не слышит. Захлопнувшаяся за спиной дверь обрывает поток его негодований…

***

— Ро?.. — взволнованный голос Дана у её уха заставил вздрогнуть.

Аврора испуганно распахнула глаза, с упавшим сердцем понимая, что ничего не происходит.

Дан нависал над ней, упираясь руками в матрас, внимательно вглядываясь в её лицо. В полумраке сложно было понять выражение, затаившееся в его взгляде. Тревога?.. Растерянность?..

«Разочарование», — грустно решила Аврора, чувствуя, как от подступивших слёз защипало глаза.

Она не смогла справиться с эмоциями, и от Дана не укрылось то, как её тело постыдно застыло под ним в самый жаркий момент.

И сейчас он просто уйдёт.

«Парни любят, когда девушка немного шлюха в постели!» — звучал сквозь время нравоучаюший голос Игоря.

А она холодная, зажатая, закомплексованная…

— Ро, ты девственница? — в голосе Дана не слышалось разочарования, скорее неверие и ещё что-то, что заставляло его губы растянуться в довольной улыбке. — Да ладно?

От этого его «Да ладно?» в сочетании с улыбкой Чеширского Кота, собравшегося угоститься сметанкой, Авроре захотелось провалиться сквозь землю.

— С чего ты взял? Ты думаешь, тебе настолько повезло?! — ляпнула она первое, что пришло в голову, перехватывая нотки иронии из его тона, отчаянно надеясь, что Дан не заметит её паники.

— А разве нет? — Дан недоверчиво прищурился, легко коснулся губами её губ. — А, Ро?

— Нет! Говорю же!

— Мне просто показалось, ты…

— Тебе показалось!

Неловкость достигла максимальной точки. И Аврора судорожно хваталась за разбегающиеся мысли, пытаясь облечь их в подходящие слова, лишь бы только уйти от неприятной и болезненной для неё темы.

— Признайся, ты просто забыл, что делать дальше. Поэтому остановился, — немного натянуто рассмеялась она. Не самая гениальная идея, но придумать что-то лучше времени не было. Аврора изогнулась под ним, плавно двигая бёдрами, заставляя их тела испытывать силу трения в самых интимных местах. Ощутила его возбуждение.

«Он всё ещё меня хочет!» — эта мысль придала ей уверенности, и Ро скользнула рукой между их телами, сжимая его член. Твёрдый, горячий и… (несколько робких движений по его длине) большой.

— Давай я тебе напомню, — промурлыкала она, продолжая возиться под ним, прижимаясь и дразня нескромными прикосновениями.

Дан шумно выдохнул, сминая её губы нетерпеливым поцелуем, но уже в следующую секунду перехватил руку девушки, прекращая экзекуцию.

— Нет, Ро, не так быстро. Я хочу вспоминать медленно, — многозначительно улыбнулся он.

Теперь уже его рука оказалась между их телами. Пальцы уверенно скользнули внутрь, заставляя её охнуть от неожиданности и такого решительного напора.

Ро ещё хотела что-то сказать, но мысль затерялась, растаяла в волнах накатывающего возбуждения.

Дан целовал, не оставляя без внимания ни единого участка её тела. Надавливая на самые эрогенные точки и погружаясь глубже, каждым касанием пропуская сквозь её тело тонкие иглы удовольствия. Пока все они не собрались в один мощный импульс, чтобы взорваться внутри умопомрачительным оргазмом.

— Дан… — только и могла простонать она, вцепляясь в его плечи, не замечая, что оставляет на коже парня тонкие кровоточащие следы.

Дан заглушил её стон поцелуем. Вошёл решительным быстрым толчком.

Аврора напряглась, почувствовав жгучий укус боли. Но та на этот раз была такой мимолётной и очень скоро растворилась в новых сладостных ощущениях. А его движения внутри неё, глубокие и ритмичные, набирающие всё более интенсивный темп, разжигали новый виток удовольствий, добавляя очередному подступающему оргазму чувство абсолютной наполненности.

— Я не сделал тебе больно? — чуть позже спросил Дан, когда они лежали в объятиях друг друга, пытаясь перевести дыхание и успокоить гулко бьющиеся сердца.

— Нет, — тихо отозвалась Аврора, наслаждаясь его близостью и той неизъяснимой нежностью, что сейчас обволакивала их мягким теплом. — Мне ещё ни разу не было так хорошо.

Дан чуть отстранился и заглянул ей в глаза. Нежно коснулся губами её губ.

— Ты маленькая врушка, Ро. Моя маленькая врушка, — с улыбкой сказал он. Притянул её ближе, крепче обнимая, бережно укрывая их разгорячённые страстью тела воздушным покрывалом…

***

Тихий мелодичный сигнал прокрался в овеянное сном сознание. Аврора открыла глаза, сонно уставившись перед собой. Ночь ещё не отступила, но первые признаки занимающегося рассвета уже робко заглядывали в окно, разбавляя темноту светлыми тонами. 

Сейчас, в утренней серости, всё произошедшее несколько часов назад казалось каким-то нереальным и далёким. И если бы не спокойное дыхание Дана, путающееся в её волосах, его сильные руки, нежно обнимающие её, Ро могла подумать, что эта ночь ей вовсе приснилась. 

Аврора плотнее прижалась спиной к горячей груди парня. Потревоженный Дан пробормотал что-то неразборчивое, крепче обнял её и сонно чмокнул в макушку. Девушка прикрыла глаза, мысленно прогоняя терзающие её сомнения, которые, как назойливые мухи, начинали роиться в голове, нашёптывая о совершённой ошибке. Но сейчас Ро не хотела слушать их, мечтая только об одном: чтобы эта ночь длилась как можно дольше. 

Убаюканная ровным дыханием парня, девушка уже стала проваливаться в сон, когда сигнал вновь повторился. Аврора вздрогнула и раздражённо вздохнула: что-то явно не хочет, чтобы она насладилась последними часами уходящей ночи, проведя их в объятиях Дана.

Стараясь не разбудить парня, Аврора тихонько выскользнула из тёплой кровати. В поисках донимающего её звука прошлась по комнате, вглядываясь в погружëнные в предрассветный сумрак предметы. 

Источник беспокойств был найден на журнальном столике. Им оказался мобильный Дана. Ро взяла телефон, собираясь включить беззвучный режим, когда в сопровождении всё того же сигнала экран засветился мягким белым светом, и во всплывающем окне оповещения показалось маленькое изображение Софи. 

Сердце отпустило несколько рваных ударов, и Аврора застыла, глядя на фотографию улыбающейся блондинки. 

«Просто положи телефон на место…» — шептал ей внутренний голос, но пальцы уже нажимали на светящийся значок. Экран мигнул, послушно разворачивая перед ней ленту из десятка сообщений.

Первое же прочитанное послание заставило сердце мучительно сжаться. 

«Дани, Бали — это рай. Плохо, что ты не смог поехать. Здесь есть всё: горячее солнце, горячий песок. Но нет нашего горячего секса!»

«Самбука огонь! Я хочу тебя! Хочу, чтобы ты взял меня, как только ты один умеешь!»

«Изнываю от жары и от желания!»

«Пара горяченьких фоточек, чтобы порадовать моего мальчика!»

«Ты мне сегодня снился. Я скучаааю! Может, всë же приедешь?»

«Ты совсем не читаешь меня, милый»

Сообщения сопровождались довольно откровенными фотографиями Софи, облачëнной лишь в тонкие нити купальника. А за её спиной раскинулись лазурные воды и золотые песчаные пляжи, так эффектно обрамляющие стройное, покрытое бронзовым загаром тело блондинки. 

Аврора опустилась на пол в ворох скинутых возле кровати их с Даном вещей, онемевшими пальцами продолжая прокручивать ленту сообщений. Последнее пришло совсем недавно.

«Сегодня вечером я прилетаю, сладкий. Ты ведь будешь меня встречать? Не забудь презервативы! Вряд ли мы дотерпим до дому! (И будет как прошлый раз в такси. Ты помнишь?) Я собираюсь показать тебе свой загар. Везде!» 

Несколько секунд Аврора растерянно смотрела на этот набор слов, прежде чем они связались у неё в осмысленные предложения. Чувство даже не боли, а чего-то более тяжёлого и удушающего сдавило грудь. Аврора только сейчас поняла, что практически не дышала всё то время, пока читала переписку.

«Её просто нет в городе! Нет в этом чёртовом городе! Поэтому он приехал!» 

Осознание, что Дан был с ней сегодня ночью лишь потому, что Софи укатила отдыхать на Бали, впивалось острыми шипами в сердце, раздирая его на части. 

— Я всё испортила, — сдавленно прошептала Аврора. Неожиданно для себя, она громко всхлипнула, больше не в силах сдерживать раздражающие глаза слëзы.

— Ро? Аврора? — раздавшийся голос Дана заставил её встрепенуться. Скрипнула кровать под его мощным телом. Дан приподнялся на локтях, сонно вглядываясь в полумрак комнаты. 

Определённо то, что у парня такой чуткий сон, есть её заслуга. Сколько раз ему приходилось просыпаться от её воплей посреди ночи.

Испугавшись быть застигнутой за чтением не предназначенных для неё сообщений, Аврора поспешно сунула смартфон под их с Даном вещи. И тут же судорожно стала шарить вокруг себя в поисках своей туники, осознав, что из одежды на ней сейчас только узкие полосочки стрингов. Она так спешила и не сразу заметила, что перепутала в темноте одежду и натягивает футболку парня. Но переодеваться времени не было, Дан уже заметил её, сидящую на полу, и сразу бросился к ней. 

Парень опустился рядом на колени и, мягко обхватив её за предплечья, повернул к себе лицом. 

— Ро, малышка, ты что здесь делаешь? Снова кошмар приснился? — спросил он взволнованно. 

От его заботливого, обеспокоенного тона ей стало ещё больнее. И когда Дан попытался обнять её, она резко дёрнулась, отталкивая его от себя. Слёзы душили её, и вместо ответа Ро лишь нервно всхлипнула, отчаянно замотав головой. Дан явно не ожидал такой реакции. Он не отпустил её, но когда заговорил, в его голосе звучало замешательство. 

— Ро, да что случилось?.. Не молчи. Объясни. — Дан склонился к ней, пытаясь заглянуть в глаза. 

Аврора подняла на него мокрое от слëз лицо и встретилась с встревоженным взглядом парня. 

— Слушай, не заставляй меня думать, что я настолько хреновый любовник, что даже твои кошмары вернулись, — неуверенно улыбнулся Дан, попытавшись шуткой снять повисшее между ними напряжение. 

— Я хочу, чтобы ты ушёл, Дан, — холодно, без тени улыбки проговорила она. — Ушёл сейчас. 

В первые мгновения после этих слов Дан лишь напряжённо вглядывался в её лицо, словно не веря в то, что она говорит это серьёзно.

— Я не понимаю, Ро... Что всё это значит? Что такого произошло? — Он попытался привлечь её к себе, но Аврора резко высвободилась из его рук, поднимаясь на ноги. 

— Просто уходи! 

Она смотрела на него, продолжающего стоять на коленях, теперь взирающего на неё снизу вверх. Видела, как замешательство и растерянность в его глазах сменились на обиду, а губы изогнулись в ироничной усмешке. 

Дан порывисто поднялся и приблизился к ней, но на этот раз не пытался обнять. 

— Вот так, значит! Даже не соизволишь объяснить? Просто проваливай, и всё! А ничего, что мы трахались пару часов назад?! — жёстко произнёс он.

«Вот оно — самое верное определение! Мы просто трахались!»

Аврора больше не пыталась скрыть своих слёз, позволяя им свободно стекать по щекам. Каждое его слово и каждый взгляд приносили новый виток боли. Но она не могла заставить себя сказать правду. Сказать, как ей нестерпимо обидно, что «их ночь» стала возможной только потому, что Софи укатила отдыхать.

— Прошу, уйди, Дан! То, что было, ничего не значит, — упрямо повторила она. 

Дан вздрогнул, как от удара. Несколько мучительных мгновений молча смотрел на неё, возможно, всё ещё ожидая объяснений. Но потом порывисто отвернулся, собрал с пола свою одежду и стал быстро одеваться. Натянув джинсы, Дан стал оглядываться по сторонам в поисках футболки. Аврора, поймав его взгляд, опомнилась, что та на ней. Ро тут же потянула вверх за края чëрной ткани, спеша вернуть Дану его вещь. Но парень довольно грубо остановил её. 

— Оставь! — раздражённо рявкнул он и, одарив её тяжёлым взглядом, вышел в коридор. 

Через минуту Дан вновь показался в дверях комнаты в куртке, накинутой прямо на голый торс. 

— Я приеду сегодня вечером. Надеюсь, к этому времени ты придёшь в себя и сможешь объяснить весь этот бред, — бросил он и, не дожидаясь ответа, скрылся в коридоре. А уже через несколько секунд Ро услышала, как громко хлопнула закрывшаяся за парнем входная дверь. 

Она осела на пол, только сейчас осознав, как сильно дрожат ноги. Спрятав лицо в ладонях, Аврора, наконец, позволила вырваться наружу рыданиям, всë это время душившим еë. 

Но слёзы не приносили облегчения, только изнуряли душу, скручивали нервы в один большой напряжённый узел. И единственное, что не давало ей окончательно сломаться, было обещание Дана, что он приедет вечером. Ро цеплялась за него, как за последний спасительный мостик, который позволит ей удержаться над пропастью и не сорваться вниз. Это бы значило, что он выберет её, а не идеальную Софи. 

Но Дан не приехал. После нескольких телефонных звонков, на которые Ро не ответила, парень прислал ей голосовое сообщение: «Аврора, звоню тебе, но ты не берёшь трубку. Наверное, я и правда тебя чем-то сильно обидел... Знаю, обещал приехать вечером, но не получится. У отца проблемы. Мы едем в другой город. Сейчас не могу сказать больше... Вернусь, мы обязательно поговорим».

Ро отключила телефон и свернулась на кровати, опустошённо глядя перед собой: «Он выбрал Софи».

— Главное, не забудь презервативы, Дан, — прошептала она, обращаясь в пустоту.

***
Они встретятся много позже. Дан расскажет о пожарах, вспыхнувших сразу в нескольких ремонтных цехах, принадлежащих фирме его отца. И что поэтому он не смог приехать к ней, как обещал. Аврора же так и не найдёт в себе смелости сказать, что именно её так обидело в ту ночь. Вместо этого она проговорит что-то невнятное про кошмары и страх потерять его и их дружбу. Извинится и попросит оставить всё, как было. До последнего будет надеяться, что Дан возразит, скажет, что она для него больше, чем просто друг. Но он лишь согласно кивнëт и неопределённо пожмëт плечами. 

— Если ты так хочешь? 

— Да, я так хочу, — стараясь придать своему голосу уверенность и изобразив безмятежную улыбку, ответит Аврора. 

Она так и не решится сказать о своих чувствах! 

Она не сказала тогда и не скажет теперь. Просто потому, что больше некому говорить...

***

Оглушающий гул разорвал в клочья сонную тишину ночи. Аврора вздрогнула, словно пробудившись от глубокого сна, и замерла в оцепенении. В глаза ударил яркий свет, ослепляя, пригвождая к месту невидимыми кандалами. Глубоко в груди зародился крик, но застрял где-то в горле, скованный накатившей вязкой волной страха. Мозг отказывался воспринимать происходящее. А потом реальность обрушилась на неё всей своей жёсткой действительностью, парализуя, заставляя стоять и смотреть на стремительно несущиеся на неё фары автомобиля.
Но уже в следующую секунду кто-то с силой толкнул её в сторону. Ноги поскользнулись на мокром асфальте, и Аврора, не удержавшись, рухнула на землю, обдирая кожу об острые камни. Мимо, неистово сигналя, пронёсся большой чёрный внедорожник, окатив с ног до головы мутной жижей из скопившихся на проезжей части луж.

От удара Аврора потеряла способность и видеть, и слышать. И могла лишь судорожно хватать ртом воздух, даже не пытаясь подняться. Она вскрикнула от боли, когда чьи-то сильные руки бесцеремонно вздёрнули её вверх.

— Идиотка! Какого хрена ты торчишь на проезжей части!

Рассерженный мужской голос прорвался сквозь окутывающий её сознание звенящий кокон. Аврора вскинула взгляд на говорившего. Понадобилось некоторое время, прежде чем безумная пляска перед глазами прекратилась, а окружающие её предметы приобрели чёткие контуры. Перед ней стоял молодой парень. С русых волос стекала вода на и без того промокшую одежду. На бледном лице яркими полосами выделялись ещё совсем свежие царапины. Руки, что крепко держали её, тоже были покрыты кровавыми ранками, а на левом запястье красовался кровоточащий глубокий порез. 

— Эй, ты вообще меня слышишь?

Возможно, он ещё что-то говорил, но его голос поглощал стоящий в ушах звон. Аврора растерянно озиралась по сторонам, всё ещё не осознавая, где она и что происходит. Но вот глаза выхватили из темноты невзрачное кирпичное здание с выцветшей табличкой на обшарпанной серой двери: «Морг». Она всё там же! В своём кошмаре! И пусть Дана нет в морге, но она понятия не имеет: жив ли он и где его искать!

— Пусти… Со мной всё нормально… — едва слышно произнесла она, пытаясь высвободиться из крепко сжимающих её пальцев. Но стоило державшему её парню немного ослабить хватку, как Ро была вынуждена сама вцепиться в его руку, чтобы удержаться на дрожащих ногах.

— Нормально, как же! — усмехнулся незнакомец, придерживая её. Осторожно убрал в сторону прилипшие к лицу девушки мокрые пряди волос и тут же выругался, болезненно морщась. — Чёрт, сильно разбила. Тебе нужно в больницу.