"прошлое"
Билл стоял у окна, нервно крутя в пальцах зажигалку. В кабинете по-прежнему витал запах табака и гнева. Маркус всё ещё молчал, медленно листал документы, будто пытаясь успокоиться.
Билл — Пап, ты слишком загоняешься, — осторожно начал Билл. — Том просто… отвлёкся на пару дней. Он ведь всё равно потом разрулит.
Маркус — Отвлёкся? — Маркус поднял взгляд. — Ты называешь это отвлёкся?
Билл пожал плечами, усмехнувшись неловко.
Билл — Ну… да. Я же знаю, где он был.
Маркус приподнял бровь.
Маркус — Интересно. Где же?
Билл хотел отмахнуться, но, чувствуя взгляд отца, всё-таки пробормотал.
Билл— Да с девушкой какой-то. Эмма, кажется, зовут. Подруга Мии..
Маркус резко отложил ручку.
Маркус — Эмма? — переспросил он, чуть наклонившись вперёд.
Билл — Ну да. — Билл растерянно пожал плечами. — Какая-то медсестра из боксерского клуба, где он занимается. Я случайно услышал, как он разговаривал с ней по телефону… Не думал, что это важно.
Наступила пауза. Та самая, когда воздух в кабинете будто сжимается.
Маркус медленно откинулся в кресле и постучал пальцами по столу.
Маркус — Медсестра, значит…
Он говорил спокойно, но в этом спокойствии чувствовалось что-то опасное — Из клуба. Имя.. Эмма.
Билл — Пап, — вмешался Билл, чувствуя, как его затея выходит из-под контроля, — не нужно…
Маркус — Я просто хочу знать, с кем мой сын тратит ночи, когда рушатся наши сделки.
Он поднялся, подошёл к окну и сказал ровным голосом, не глядя на Билла.
Маркус — скажи нашим людям, чтоб они нашли всё что можно об этой девушке. Полное имя, адрес, где работает, с кем живёт. И быстро.
Билл нахмурился.
Билл — Ты серьёзно? Это уже перебор.
Маркус — Я не шучу, — резко ответил Маркус, обернувшись. — Том слишком легко теряет голову. Я не позволю, чтобы какая-то неизвестная девчонка разрушила всё, над чем я работал почти что всю свою жизнь
Билл сжал губы, но спорить не стал. Он знал, если отец сказал, значит, уже решил.
Маркус вернулся к столу, поднял телефон и коротко приказал.
Маркус — Подключите к делу Серова. Пусть проверит всё по девушке по имени Эмма. Медсестра. Боксерский клуб. Работает в нашем районе. Срок.. сегодня.
Он положил трубку и добавил почти шепотом.
Маркус — Посмотрим, кто она такая, из-за кого мой сын начал терять голову.
прошло
3 месяца :
Три месяца пролетели незаметно.
Весна растворилась в зелени, город наполнился запахом липы, тёплым ветром и ленивыми вечерами, когда солнце садилось за горизонт слишком медленно, будто не хотело уходить.
Отношения Тома и Эммы становились крепче, не взрывными, не бурными, а какими-то живыми и настоящими.
Он стал меньше хмуриться, чаще смеяться, иногда даже помогал ей по дому, хотя каждый раз ворчал, что это «не по-мужски».
Она, перестала настороженно реагировать на его дерзость, научилась отвечать в том же тоне, и теперь их шутки часто превращались в смех до слёз.
Иногда они ездили к реке, просто сидели на пирсе, слушали плеск воды, и Том, щурясь от солнца, говорил.
Том — Если бы мне кто-то сказал, что я смогу просто сидеть без дел и кайфовать, я бы не поверил.
Эмма — А сейчас? — спрашивала Эмма.
Том — Сейчас я не хочу, чтобы это заканчивалось.
Она улыбалась, но в её глазах всё ещё мелькала тень, что-то из прошлого, что не отпускало. Том чувствовал это, но не давил. Просто был рядом.
——
Тем временем, в другом конце города, в холодном и тихом кабинете Маркус Каулитц держал в руках старое досье.
На столе лежали пожелтевшие документы, отчёты, финансовые записи, фото, и та самая папка, которую он когда-то приказал уничтожить.
Но кто-то сохранил копию.
Он медленно перелистывал страницы, и с каждым листом взгляд становился всё тяжелее.
На одном из фото, он и отец Эммы, улыбающиеся, рукопожатие после заключённой сделки. Три года назад.
Под фото, краткий отчёт: “Происшествие. ДТП. Водитель погиб на месте.”
Пальцы Маркуса сжались.
Он вспомнил ту ночь, спор, гнев, крики.
Отец Эммы требовал долю, угрожал разоблачением. И тогда… решение пришло само собой. Он не сделал выстрел, но приказал.
Теперь, спустя годы, когда его сын связан с дочерью того самого человека, прошлое вдруг поднялось из-под земли.
Маркус встал, подошёл к окну.
Снаружи,яркое лето, голубое небо, безмятежность. А внутри него, страх.
Если Том узнает… если она узнает…
Он сжал кулаки.
Маркус — Этого нельзя допустить, — тихо произнёс он, глядя в пустоту. — Никогда.
---
А Том в это время стоял на балконе Эммы, босиком, с чашкой кофе, наблюдая, как она возится с цветами на подоконнике.
Том — Знаешь, — сказал он, — если бы кто-то сказал, что я стану жить с девушкой, которая поливает растения в шесть утра, я бы рассмеялся.
Эмма — А теперь? — обернулась она с улыбкой.
Том — Теперь я думаю, что ты — худшая, но самая правильная привычка в моей жизни.
Эмма засмеялась, подошла ближе и положила ладонь на его руку.
И в этот момент они не знали, что над их идеальным отношениями, собираются тучи прошлого
Прошла
неделя:
Маркус почти не спал. Днём он решал дела компании, вечером,
просматривал отчёты, собранные его людьми.
На мониторе мелькали фотографии, Эмма, выходящая из клуба, где работала медсестрой. Эмма, сидящая с Томом в кафе. Эмма, смеющаяся с Мией и Биллом на улице.
Обычная девушка.
Слишком обычная, чтобы быть частью чего-то тёмного.
Но каждый раз, когда Маркус начинал сомневаться, он вспоминал документы , подписи, счета, переводы. Всё слишком реально.
Он откинулся на спинку кресла, постучал пальцами по столу.
Маркус — Или она действительно не знает, что у неё в руках, — произнёс он тихо. — Или играет слишком умело.
В дверь постучали.
Маркус — Входи, — бросил он.
На пороге появился его человек, высокий мужчина в тёмной куртке.
Агент — Мы проверили всё, что вы просили.
Маркус — И?
Агент — У Эммы действительно есть доступ к счетам компании её отца. Но она не пользуется ими часто. На этом всё. Эти люди слишком скрытые я больше ничего не нашёл.
Маркус нахмурился.
Маркус — Совсем ничего?
Агент — не капли.
Он замер, глядя на своего человека.
Что-то в нём дрогнуло.
Маркус — может она использует тома ради мести..
Агент — А может, совпадение, — осторожно произнёс тот.
Маркус молчал.
Совпадений он не любил. В его мире они не существовали.
Но чем дольше он смотрел на фотографию девушки, тем сильнее его грызло сомнение.
В её взгляде не было расчёта. Ни холодной уверенности, ни хитрости. Только усталость и мягкость, которые он помнил у её отца, до того, как всё испортилось.
Он вздохнул и встал.
Маркус — Следите за ней. Но не трогайте. Не вмешивайтесь.
Агент — Понял.
Когда дверь за агентом закрылась, Маркус остался один.
Он налил себе виски и посмотрел в окно, где лениво таял вечерний дождь.
Маркус — Если ты правда ничего не знаешь , Эмма, — произнёс он тихо, — значит, я уже перешёл черту.
Он сделал глоток и сжал стакан в руке.
Потому что если она невиновна, то виновен он сам, в том, что начал эту игру снова.
время
19:35 :
Вечер был тёплым, тихим, впервые за долгое время. Эмма возвращалась домой после тренировки в клубе. Волосы прилипли к вискам, дыхание всё ещё сбивалось, а мысли были где-то далеко, о Томе, о его улыбке, о том, что, возможно, в этот раз всё по-настоящему.
Но ощущение чужого взгляда появилось внезапно.
Как будто кто-то стоял за спиной.
Эмма остановилась на полпути к дому, делая вид, что поправляет сумку . В отражении витрины напротив мелькнула тень, мужчина в тёмной куртке, слишком знакомый силуэт. Он не приближался, но не отходил.
Она знала таких людей.
Слишком ровная осанка, слишком сдержанные движения. Не простые прохожие, обученные.
Эмма медленно выдохнула, поджала губы.
Эмма — Значит, Маркус снова решил начать игру, но уже не с моим отцом а со мной.. — прошептала она почти беззвучно.
Она не растерялась. Вместо того чтобы ускорить шаг, спокойно пошла дальше, свернув во двор с тупиком, где знала каждую трещину в стенах. Прошла до конца… и внезапно обернулась.
Мужчина стоял метрах в десяти.
Эмма — Передай Маркусу, — сказала она ровно, без страха, — если он хочет поговорить — пусть делает это лично. Не прячется за спинами других.
Он чуть дёрнулся, будто не ожидал, что она его узнала.
Агент — Я не знаю, о чём вы…
Эмма — Знаешь, — перебила Эмма. — И если он думает, что я не понимаю, кто следит за мной, он зря недооценивает дочь человека, на чьей крови он построил своё богатство.
Несколько секунд длились как вечность.
Потом мужчина отвёл взгляд и медленно ушёл.
Эмма осталась одна в тусклом свете фонаря, с дрожащими руками и тяжёлым дыханием.
Она закрыла глаза, чувствуя, как знакомое чувство возвращается, та самая смесь ярости и холодного расчёта, которую она прятала все эти месяцы.
Эмма — Ты сам выбрал, Маркус, — прошептала она. — Теперь я тоже начинаю игру.
^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^
Ребята! Ставьте пожалуйста звёзды, это очень матевирует ;)