Неправильный хранитель

- Эти гонки без тормозов
Опьяняют сердца,
Будем вечно играть с грозой
Где-то там в небесах...*(Катарсис "Гонки за мечтой")

Ветер задорной дворнягой вился вокруг. Нырял в пустую лифтовую шахту и с воем взвивался назад к небу сквозь отсутствующие перекрытия. Эхо возмущённо грохотало в такт бессмертному року из крохотной капсулы в левом ухе. Субтильная девчонка с повязанной на лоб цветастой банданой резко затормозила, подошвой оставив на грязной плитке чёрный росчерк.

За горизонтом прячется туман,
Но Солнце наши души греет и хранит,
Весь мир стал домом, жизнь – как ураган,
Покажет время-я, кем же были мы-ы!

Путь наверх был заказан. Строители в прошлом толи успели разобрать, толи не успели поставить участок лестницы и теперь возжелавшему преодолеть расстояние от десятого этажа к одинадцатому пришлось бы учиться ходить по воздуху. Девчонка смерила взглядом расстояние между бетонными островками лестничных площадок.

- Нилб, а ведь и верно, что тяга к гигантизму - признак скорого краха цивилизации.

- Го-онки за мечто-ой
С Богом или Дьяволом до финишной прямой...

"- А ведь не так уж и далеко, собственно, на пролётах местные точно сэкономили."

Девчонка медленно отошла назад, тонкая косичка на затылке покачивалась в такт музыке. Не удержавшись, она начала подпевать вокалисту.

- По спирали вверх,
Крылья за спино-ой!
Для одних ты сумасшедший, для других...

Резкий вдох наполнил грудную клетку до боли в лёгких. Короткий разбег. Толчок. Воздух выходит в единичном вопле.

- ... Ге-еро-о-ой!

Шипованные подошвы цепляют стену, осыпая кусочки штукатурки.

Шарк... Шарк... Шарк...

Белая пыль оседает на ступени ниже.

На последний толчок уходят весь оставшийся в крови кислород. Пальцы рук в черных байкерских перчатках мертвой хваткой вцепляются в край, едва не напарываясь на торчащую арматурину. Сорвиголова валится на холодный бетон площадки одиннадцатого этажа, хватает ртом воздух.

Щедрая порция адреналина в крови заставляет сердце заходится в бешенном ритме. Девчонка вскочила на ноги и торжествующе вопя новые строчки преодолела последние два пролёта.

- Ночь опять позовет с собой
Бросит звёзды в глаза-а
Будем вечно играть с грозой
Где-то там, в небеса-ах!

Небо встретило солнечным плевком прямо в глаза. Девчонка спотыкаясь о собственные ноги проковыляла к краю крыши и опустилась на невысокий бортик. Оправившимся от подъездного полумрака глазам открылась широкая панорама.

Внизу шумели влажной листвой деревья, кое-где из зелёной ряби выглядывали темные крыши старых низкорослых хрущёвок. Приложившись к извлеченной из камуфляжного рюкзачка красно-серебристой жестянке с газировкой девчонка запрыгнула на бортик и прошлась по нему взад - вперёд ловя раскинутыми руками потоки ветра и подпевая сменившейся композиции. Не такая буйная как предыдущая она помогала унять сумбурные от пережитой встряски мысли.

- - Огонь всё ярче, страни-ицы жизни в нём горя-ят.

Соскок на устилающий крышу рубероид и обратно.

- Что будет дальше – об этом знаю только я!* (Ария "Свобода")

Девчонка закружилась переступая ногами как исполняющая номер канатная танцовщица.

- Вопросов больше нет.
В ответ не слышно красивой лжи!

Будто пребывая в трансе от собственной безбашенности она замерла у самого края, так близко, что носки кроссовок повисли над многоэтажной бездной.

- Меня в бесконечность уносит...

Резкий порыв швырнул в лицо горсть мелкой пыли, заставив согнуться пополам от мощного чиха.

- Поток...

Лежащие внизу крыши стали чуть ближе.

- ... стальны-ых...

Рефлекторно взмахнув руками она лишь сильнее сместила из пяток ненадежный центр тяжести. Земля с остатками старого асфальта стремительно прыгнула к лицу.

- ... ма-аши-ин...

Уплотнившийся воздух подушкой заглушил рвущийся вопль. В оставшееся до страшного удара мгновение её мозг успел породить одну единственную мысль.

"- Не хочу... Умирать... Не умру!"

Мир вокруг смазался, будто меловой рисунок под струёй из брандспойта. И из под скрывающего страшную правду слоя проглянуло Ничто.

***
Заброшенные дома громоздились будто куча серых от времени, чуть подгнивших картонных коробок. Они похрустывали обветшалыми стенами, плевались слезающей от влаги штукатуркой и осыпались досками.

Парень, укоротивший свой век уже на полторы декады впился взглядом в крохотную точку на крыше заброшенной высотки. Бросив бесплодно щуриться он навёл на скачущую точку камеру смартфона с изображением большеглазой героини японской мультипликации на чехле. Под многократным зумом точка превратилась в крохотную и чересчур пиксельную но вполне различимую фигурку человека. Он нервно сжал пальцы на гладких боках гаджета, гадая: забрался на верхотуру экстремал  за острыми ощущениями или прыгун-самоубийца. "- Копам что-ли маякнуть?" - подумал он и в тот же миг человек на крыше, словно услышал его мысли и косо покачнувшись полетел вниз.

***

Даже тьма растворялась в этой всеобъемлющей пустоте. Что уж мог ей противопоставить крошечный человек. Она забилась, пытаясь грести немеющими руками, но руки растворялись на глазах, как спичечный дымок от малейшего дыхания. Искристым шлейфом развернулась в мысленном кинотеатре лента воспоминаний.

Она цеплялась за каждую секунду, каждый кадр, но те проходили насквозь, устремляясь фейерверочными искрами в необъятную даль. Вся кинолента длиной в четырнадцать лет исчезла за пару секунд. От последних секунд перед нырком, до редких смазанных образов, зафиксированных сознанием младенца.

Наконец, среди пустоты осталось лишь ярко-алое сердце. Последний оплот сознания вмещал лишь крохотную искру - Я. Я не помнило ни прожитых лет, ни своего имени, оно даже не знало, что такое имя, но было уверенно, что оно именно Я. И что ему, Я, очень не нравится Ничто.

Я не сдавалось, сияя на всё Нигде, не желая растворяться вслед за... тем, что растворилось. И на его свет, как заблудший корабль к маяку, вышел тот, чей долг был оберегать альтернативные вселенные.

***

Смазанное пятно, в которое превратился прыгун, у самой земли исчезло, словно реальность тормознула переключаясь с видеоряда на игру и не успела подгрузить текстуру трупа. Парень недоуменно моргнул и тут же больно впечатался носом в траву. Что-то, находящееся вне поля зрения заворочалось и девичьи-тонким голосом пожелало переспать неким неизвестным лицам.

- И тебя заодно! Подвинься уже, жиробас с гантелями!

Парень встал на четвереньки, путаясь в ногах: своих в летних ботинках и обутых в громоздкие черно-красные кроссовки незнакомки. Подошва одной из них крепко приложила его под дых, но удивительным образом удар помог куче-мале разделиться. Он встал, разглядывая неудавшуюся самоубийцу. Той оказалась хрупкая черноволосая девчонка, хотя последнее можно было понять лишь по голосу.

Мешковатая не по размеру одежда скрывала вторичные половые признаки. Из под яркой хипповатой банданы треугольным забралом прикрывавшей лоб на него уставилась пара слишком крупных для её лица светло-коричневых, почти до желтизны глаз. На всякий случай он протер глаза. Всё в этой девчонке казалось острым. От подбородка и носа, до складок на ветровке и тонкой косички, даже волосы топорщились словно ежиные иглы.

Девчонка в свою очередь уставилась на него, с нарочито пренебрежительной миной разглядывая кремовую толстовку с небольшим гербом в виде двух наложеных друг на дружку крыльев - черного и белого на месте нагрудного кармана, круглые очки с зеркально-серым напылением и рыжеватые волосы, собранные в короткий хвостик на затылке.

Ему очень хотелось сказать что-нибудь, вопросы танцевали лезгинку в глотке, но наружу смогли пробиться лишь три слова.

- Максим, а ты?

--Терентьева-Амели-Шерлок-Дельфина-Триметил-Бульба-Федот-Мария-Кипеловна-Морана-Фрост-ибн-Хоттаб-аля-Румпенштильстхен. - Выпалила она на одном дыхании, даже не пытаясь скрыть улыбку, всё шире расползающуюся с каждым новым словом. - Это краткое имя, а полное...

Максим скрестил руки на груди как сердитый препод. - Издеваешься.

С трудом сдерживая смех, та кивнула. Кисти рук легонько подрагивали, даже упираясь в землю. Она наслаждалась тем, что вновь жива. Все органы чувств работали на грани, как лампочка накаливания,  подключённая напрямую к ядерному реактору.

- Ладно, рофлю, Оса я.

- Оса? Это прозвище?

- Просто сокращение. Но учти, за Оску и Осыча или прочие коверканья получишь по аватарке. Впилил?

- Впилил. И можно Макс.

Оса попыталась подняться, но стоило ей занять вертикальное положение, как те подкосились вновь роняя свою хозяйку на землю. Вестибулярный аппарат бунтовал, перекраивая картину мира так, что масса тела и рост казались непривычно большими.

- Что с тобой? - Макс присел рядом. - Сломала? Скорую? Как вообще выжила? Ну вот, он опять заволновался и начал глотать слова.

- Не не не. Оса отчаянно затрясла головой и попыталась отодвинуться. - Просто подумала, как себя чувствовал Брюс Бреннер после превращения. Он же на всех, как на детсадовцев со своей колокольни должен был смотреть.

Ещё одна попытка принесла неутешительные результаты. Тело, словно в память о пережитом, закололи тысячи невидимых иголочек. Затёкшие мышцы отказывались работать, а в груди на месте сердца поселился странный холодок.

- - Наверное, это откат, - больше себе объявила Оса, меланхолично откидываясь на спину, чтобы видеть небо. - Я же кувырок сделала. Едва ноги не сломала, с такой то высоты. Знаешь, с телефонами также бывает. У меня как то раз он с пятого этажа упал и ничего, только крышка отлетела, а неделю спустя просто со стола свалился и готово. Решил, что такой жизни с него достаточно.

Поняв, что большего от впавшей в прострацию девчонки он не добьется, Макс наконец заметил, что до сих пор держит смартфон в руке, а в уголке экрана горит красная точка. "- Неужели все на записи?! Бакемоно!". (яп. Демон) Он поставил видео на паузу и стал медленно двигать ползунок.

Вот в самом начале - Оса стоит на крыше. Похоже, тогда он и задел кнопку записи. Изображение на секунду перекрывает палец. Вот фигурка исчезла, вот смазанное от скорости пятно. Вот... Макс застывает, спина покрывается липким потом.

Всего два кадра.

На одном - Оса, она лежит на земле, распластавшись как поломанная кукла. Макс тихо радуется, что не видно лица, наверняка смятого в блин. На втором - тело окружает красноватое свечение, но лежит уже не Оса. Он растягивает изображение двумя пальцами, пытаясь уловить в смазанных пикселях знакомые предметы.

Смартфон падает в траву. Череп. В отличии от лица Осы он смотрит точно в камеру. Красно-белый с парой разноцветных искорок в пустых глазницах.

- Послушай...

- Да, чё?

Голос если и не дрожит, то лишь от сюрреализма произошедшего. - Видела кого-нибудь? Когда, ты...

- Вроде нет, а может видела.

- Скелета?

Теперь скептически смотрит уже Оса. Бровь поднять у неё не вышло и потому просто щурит один глаз.

- Прикалываешься?

- Нет... "- И что сказать? "Я серьёзно"? Тогда она точно примет меня за чокнутого." Я имел в виду...

Оса жестом останавливает его. - Видела. Не помню кого и как оно или она, оно выглядело, но кто-то там был. Хоть, может, мне всё показалось. Доволен?

- Больше ничего?

Оса хмурится, морщит лоб пытаясь вспомнить. Темно, страх сжимает сердце холодными пальцами вакуума. Но вот она уже не одна... Память неуклюже ворочается ленивым котом. Даже просто сфокусироваться на образе того, кто пришёл, с каждой секундой требует больших и больших усилий. Не в силах держаться на весу голова склоняется в груди. На глаза ей попадается носок Максового ботинка. Щелкнув, встает на место единственный образ.

- Коричневый.

- Что?

- Коричневая тряпка, нет, две. Может флаги или шторки, длинные такие.

- Концы шарфа?

- Может. Может потом вспомню или наоборот забуду как сон. Черт, я так надеюсь на второе!

- Ясно. Немного поколебавшись он протянул руку. - Помочь?

- Да забей, я уже в норме. Оса перевернулась, вставая на   колени, затем распрямилась и приняла вертикальное положение, покачиваясь, как пружинная фигурка в салоне едущего по кочкам авто. - Видишь, всё... нилб! Подрагивающие от напряжения колени подогнулись и от падения Осу спасло лишь попавшееся под руку Максово плечо. Парень зашипел, но терпеливо отцепил впившиеся в него ноготки и закинул её руку за шею не давая потерять и без того шаткий балланс.

- Вижу. "- Ксо! И зачем я вообще подвязался, но видео..." Он посмотрел на экран всё ещё демонстрирующий размытого скелета. Все гневные комментарии насчёт Осиной самоуверенности и своих ног, заведших его к заброшкам на выходе остыли до краткого.

- Где ты живешь?

- А, да тут просто. Сначала нужно к забору, там где секция обвалилась. Макс кивнул, именно так он и попал в пустой квартал. - - Затем налево рядом с меллорном, поток лавы обойти можно по Биврёсту, у КаэнМорхена разворот на три с половиной ачтрономические минуты и дальше прямо по лучу до...

- Оса!

- Сорян, не удержалась. Живое воплощение своей клички прекратило хихикать. - Ты памятник старый знаешь?

- Кот - скрипач?

- Да, он.

- За ним парк, слева новостройки. Нужно ко второй в ряду, подъезд с сиренью.

- Понял.

Дорога в основном прошла в молчании. Оса, исчерпавшая свой запас болтливости, мерно шагала рядом, концентрируясь на том, чтобы случайно не отдавить спутнику ногу. Вестибулярный аппарат всё ещё бунтовал, отказываясь признать размеры тела нормальными. Макс вообще не замечал за собой излишнего словоизвержения, даже по жизни обходясь минимумом реплик.

Хлынувший дождь удачно распугал прохожих и бредущих по улице подростков окинули лишь парой любопытных взглядов. Он собрался расстаться со странной девченкой ровно в тот момент, когда та приложила ключ к домофону, но та вдруг странно вздрогнула, и будто выключенная повалилась на ступеньки, чудом не выбив себе зубы, хоть до этого вполне уверенно держалась за стенку и успокаивала Макса, что теперь-то уж дойдёт сама.

Шепотом помянув всех ёкаев и синигами впридачу Макс вновь поднял безвольное тело и удостоверившись, что оно всего-лишь спит, подобрал выпавшие ключи. На пластиковом набалдашнике квартирного ключа корректором было нарисовано число шестнадцать. Всей душой надеясь, что это номер квартиры, он зашёл в подъезд. К счастью, лифт работал.

Замок шестнадцатой квартиры послушно щёлкнул и дверь распахнулась в небольшое квадратное помещение, со светло - голубыми обоями и обстановкой в виде жёлтого в мелкую клетку дивана на спинке которого растянулся...

- Мрряу.

Макс вздрогнул и моргнул, "- Покажется же." Вовсе никакой не тигр, а домашняя кошка черепаховой окраски с красным ремешком ошейника. От стандартных комнатных мурчалок её отличал лишь размер. Такая зверюга могла истреблять не только корм в миске или голубей, но и наверное своих сородичей, причём одной лапой.

Кошка в упор смотрела на парня, угрожающе помахивая хвостом, всего одним, затем потянулась, выпуская внушительных размеров когти и спрыгнула на пол освобождая путь к дивану куда он с облегчением в сгрузил полубессознательную тушку Осы, едва не свернув по пути журнальный столик с видавшим виды ноутбуком и целой горой коробочек и стаканчиков с остатками еды.

В такие же, он припомнил, клали еду на вынос в кафе-кондитерской на другой стороне парка. Одна из коробочек от апельсиновых пирожных была доверху забита сложенными в виде корабликов обёртками энергетических батончиков. Кроме дивана и столика в комнате были три закрытые двери, выход на кухню, больше похожую на небольшую нишу в стене, отделённую декоративной аркой и окно во всю стену с широченным, как скамейка, подоконником, хотя открытым для суждений о размере оставался лишь небольшой пятачок, всю остальную его часть, как и часть окна скрывали составленные в гротескную пирамиду картонные коробки и коробочки в компании клетчатых сумок.

- Мрре. Напомнила о себе кошка. Макс поймал себя на мысли, что уже с минуту смотрит на неё, точнее на хвост, будто ожидая, что тот сейчас раздвоится.

- Э-эм. Замялся он не до конца понимая, отчего так неуютно под взглядом пары зелёных, расчерченных узкими, будто удар ножа, зрачками, глаз. Оса на диване всхрапнула и дёрнула ногой, отчего та сползла за край.

- Послушай... те, "- Ксо, ну и день, уже с кошками разговариваю," я не собираюсь ничего красть или вредить ей. Я не могу уйти. Вдруг, Осе станет хуже, "- Ну да, после того, как она выжила свалившись с крыши." не могу запереть дверь без ключей, в открытую могут зайти... Вообщем, просто помочь. "- И понять, как она связана с Инком."

Кошка, до этого не отводившая взгляда подняла переднюю лапу и принялась умываться, в тот же миг, Макс почувствовал, как с плеч сползает минимум арктическая шапка. На всякий случай он вновь глянул на хвост, но тот оставался совершенно обычным. И ту речь он произнёс для себя. Да, именно для себя, просто чтобы успокоить нервы. И кошка никакая не Бакэнэко, просто крупновата.

Успокоившись, он прошёл на кухню, где основное пространство занимал холодильник, который казался отпочковавшимся от стены, ибо такая монструозная техника никак не могла пролезть в арку. Но несмотря  на скромные размеры помещения кроме стандартной кухонной комплектации, в нём нашлось место для, мольберта?

Да именно мольберта - основательного, из покрытого лаком светлого дерева, конструкция могла поспорить размером с холодильником, в корне отличаясь от хлипких складных этюдников. Приставленный к неум холст был прикрыт измазанной краской тряпицей. Ведомый любопытством Макс отдёрнул её и с недоумением уставился на листок бумаги, пришпиленный к фанерной подставке канцелярскими кнопками. Кажется, художник пытался изобразить тарелку с пирамидкой из яблок, остатки которой нашлись на подоконнике. Половина яблок превратилась в огрызки, краски на палитре засохли, а испачканные кисточки торчали из пустого стакана, вода в котором давно уже испарилась.

- Художником, явно, был человек импульсивный и склонный срывать агрессию на предметах. - резюмировал Макс, хоть и не обладающий великими детективными способностями, но отпечаток кулака, как раз в центре красного пятна, обозначающего яблоки, говорили про тонкую натуру не мене чётко, чем тест Роршаха.

На всякий случай вернув тряпку на место он включил электрический чайник, выглянул в комнату. Оса спала, кошка сидела на спинке, как сторожевая горгулья. Макс сел на икеевский, даже с наклейкой, табурет. Достав смартфон, проверил почту: три спама, немного обновлений в ленте, короткое сообщение от друга по игре, предупреждающего, что сегодняшний рейд отменяется, "- Ксо, совсем забыл," ни одного от родителей, даже бородатого как китайский мудрец мема.

В душу вместе с давящим идиотизмом ситуации начали закрадываться сомнения. А был ли скелет, может его и не было? Макс ещё раз пересмотрел видео. Но как же был удивлён, когда вместо красной вспышки на записи вновь появился палец. Перемотка. Оса на крыше - падает - палец - его сбивает с ног и телефон улетает в сторону. Макс принялся судорожно рыться в галерее, мысленно скрещивая пальцы за то, что догадался сделать скриншот. Точно, догадался, но скрин со скелетом тоже стал скрином с пальцем.

"- Прямо как в "Вперёд в прошлое", или "Матрице". Реальность допустила ошибку и теперь разглаживает картину событий, истирая следы сбоя. Или я просто сошёл с ума."

*****

Некоторое время Оса просто лежала и смотрела в потолок, память не сохранила ни момента прибытия, ни того, почему она лежит обутая и в уличной куртке. Но во всяком случае чувствовала она себя не в пример лучше, чем... Чем после приземления. Оса села, согнав устроившуюся на впалом животе кошку. А может ничего и не было, а она просто заснула на диване. Всякое случается. Шипящий на кухне чайник щёлкнул выключаясь.

Позвоночник щекотнуло легкое беспокойство и усилилось, когда на глаза попалась пара ботинок, аккуратно поставленная у входной двери. Чужих ботинок. Не до конца проснувшееся сознание всколыхнуло паранойю. Оса осторожно и максимально тихо сползла с дивана. Левой рукой вытянула из скрытой под ветровкой кобуры старый армейский нож с потертой прорезиненной рукоятью - подарок одного из друзей отца, считавшего, что ребёнку нельзя гулять одному без хоть каких-то средств самозащиты. Правда, людей этот подарок ни разу не коснулся, в основном открывая тугие упаковки и подцепляя колечки банок с газировкой.

До арки семь шагов. Осторожно, мягко наступив на пятку плавно перетечь на всю стопу. Шаг, ещё один, выровнять сбитое дыхание, сердце колотится слишком громко. Пригнувшись к самому полу Оса выглянула на кухню, ниша была отгорожена не только аркой, но и приподнималась на невысокой платформе, а внутри у входа стоял искусственный фикус, под прикрытием которого она оказалась.

Сквозь пластиковую листву и ветки было видно сидящего за столом паренька, роющегося в телефоне. Успокоившись и даже проникшись некоторыми симпатию к не бросившему бессознательное тело человеку, Оса выпрямилась и вернув на место нож прошла в арку.

- Привет, а ты чего здесь?

- Да, привет. Как-то рассеянно отозвался Макс, наблюдая как Оса открывает холодильник и брякает на стол упаковку газировки. - В целом - размышлял, в частности - ждал, пока очнёшься.

- Угу. Оса принялась расковыривать пластик, но плюнула и вскрыла его ножом. - Будешь? И спасибо, что не оставил там валятся, когда я в подъезде вырубилась. Нилб, тебя, кстати, Киса не обижала?

- Киса? Кошка - Киса?!

- А чё, чем проще - тем... проще и запоминается легко.

- Логично. И я тут подумал - может, ты после смерти попала в ад и заключила сделку с каким нибудь демоном? - Предложил Макс свою версию.

Оса расхохоталась. - При таком раскладе, я ещё попросила бы летающую тарелку, лям зелёных и суперспособности, и неубиваемость наверное.

Макс кивнул и не зная что сказать указал на мольберт. - А это твой?

- Не, - Оса сделала большой глоток и поморщилась от ударивших  в нос пузырьков, - отца. Он по хобби художник, а я так. Оса, присевшая на подоконник, протянула руку и сняла тряпку. Макс подавился газировкой и та брызнула у него из носа, украсив тёмную столешницу пенящимися брызгами.

- Это... Это тоже не моё.

Оба в недоумении уставились на изображение. Лист сохранил прежний формат, но был довольно сильно потрёпан, местами даже обгорел и теперь осыпался коричневым крошевом, но рисунок пока ещё был различим.

В глаза сразу бросились два скелета мультяшного вида: один - высокий в оранжевой кофте, в зубах зажата то ли сигарета, то ли палочка от леденца, второй - мельче и с голубым платком на шее.

- Макс, твои приколы?

Парень покачал головой. - Ты их не узнаешь? Или кого-то похожего на них?

- Нилб, да первый раз вижу!

- И про Андертейл не слышала? - - На всякий случай уточнил Макс.

- Чё? Чел, если ты хоть что-то в этом театре абсурда впиливаешь, то - не будь гадом и проясни.

- Ну, это игра. Пиксельная, с боевой системой "увернись от града пуль", девять основных персонажей, если не считать аватар игрока. Всего три концовки пацифистическая, где ты никого не убиваешь - она же хэппи энд, нейтральная - убиваешь кого-то одного или пару, но финальный босс меняется и геноцидная - бэдэнд, тут убиваешь всех.

- Кого "всех" то?

- Я не закончил. Игра проходит в подземном мире, населённом монстрами и они не абстрактные чудовища, а разумная раса, но заперты людьми в этом подземелье под горой Эббот, после проигрыша в древней межрасовой войне. Игрок же управляет человеком, точнее ребёнком, свалившимся в подземелье. Монстры же пытаются его убить, так как им нужно семь человеческих душ, чтобы выбраться на поверхность. Макс замолчал, переводя дыхание

- Оке-ей. Оса почесала в затылке. - А вот эти на рисунке, значит, одни из сюжетных.

- Да, только не из оригинала, а из альтернативной вселенной - Сваптейла, от английского "сдвиг". Кстати, в фандоме принято сокращение АВ или АУ, если использовать транслитерацию аббревиатуры.

- Нилб, ты конечно интересно рассказываешь, но каким Макаром этот фанарт оказался у меня дома?! Я до сегодня ни о чём подобном ни ухом и глазом.

- Это может прозвучать безумно, я не могу быть уверенным до конца...

- Валяй уже, а потом уже проверим на безумность.

- Я снял на видео твоё падение с крыши и там на мгновение вместо тебя был виден Инк - тоже фанатский персонаж.

- Полнейшее безумие. Пруфы на бочку!

Макс понуро уставился в забрызганный стол. - Их нет. Видео изменилось. И единственное, чем можно это подтвердить - мои слова и вот ещё, - Макс повернул к Осе экран смартфона, - так выглядит. Помнишь, коричневый шарф?

- Нилб, ты хотел сказать "Так он выглядит дохлым"?

- Он монстр.

- Окей, а скажи-ка, что не только тебе кажется, что этот групповой портрет стал старее.

Максим обернулся. Рисунок и вправду потерял в цвете, синеватые ёлки скрючились, будто пораженные артритом, а лица скелетов подрасплылись, словно на рисунок брызнули водой. Да и края листа почти потеряли форму лохматясь и подворачиваясь.

- АВ разрушается.

- - В смысле?! Как?

- Либо создателем, либо... Либо это Эррор. Макс открыл папку с сохраненными фанартами и показал Осе картинку. Предвещая - фанонный антагонист, разрушитель вселенных и главный враг Инка - хранителя АВ.

В гостиной испуганно взвыла кошка. Оса мигом оказалась за аркой, преодолев расстояние чуть ли не со скоростью света. Макс рванул следом и чуть не налетел на девчонку, почему-то замершую посреди комнаты. Едва Макс приоткрыл рот для вопроса, как получил чувствительный тычок локтем, а Оса поймав возмущенный взгляд кивком указала на чёрный школьный рюкзак, примостившийся у одной из больших коробок. Припавшая на передние лапы кошка шипела, встопорщив хвост. Рюкзак мелко трясся, словно был напуган или внутри у него бесилась стайка мышей - спринтеров.

- В подъезде подождём? - Предложил Макс, не горевший желанием увеличивать массу странного в последних сутках его жизни.

- Кису я не брошу. Оса опустилась на корточки и вытянув руки принялась подзывать кошку. - Эй, комок шерсти, сюда давай. Кис - кис - кис.

Скррр - вжик! Разъехалась застежка - молния. Кошка метнулась под диван. Подростки отскочили к противоположной стене. Из горловины рюкзака вылетела и покатилась по полу гипертрофированная кисть. Рядом плюхнулся предмет, напоминающий охотничий патронташ, только вместо боезапаса в ременных креплениях поблескивали стеклянные бока полных краски колб.

- Офигеть не встать. - - Прокомментировала Оса, подбирая кисточку. Размером та походила на бейсбольную биту, может, была чуть длиннее. - Я даже не скажу, от чего больше: того что они появились или того, что твой скелет мелкий, как детсадовец.

Макс пожал плечами, факт о росте Инка ничуть его не волновал. Краем глаза наблюдая за Осой, фехтовавшей кистью с невидимым противником, в основном потому что не хотел получить по макушке, он взял в руки, патронташ. На первый пересчёт колб было тридцать две, проходящие сквозь весь цветовой спектр, но стоило чуть склонить голову, как оттенок менялся.

"- Нужно идти. Нужно их спасти." - произнёс голос, где-то на задворках Осиного разума. Одновременно её собственный и чуждый, будто с другой стороны реальности, но почему-то казавшийся таким привычным, как летняя обувь. Уже разношенная, но непривычная после тяжелых зимних ботинок.

- - Так, всё, хорош залипать, у нас чэпэ!

Отвлекшаяся от размахивания кистью Оса забрала у Макса патронташ и попыталась перекинуть через плечо, но ремешок оказался коротковат и потому пришлось закрепить его на поясе.

- Ты пойдёшь туда?! Но там же...

"- Там АВ и она в опасности, нужно идти." - настаивал голос.

- - Там всеразрушающая убер-некро-шняга, но у меня есть суперспособности. - Отмахнулась Оса. Кисть уже не казалась тяжелой и лежала в руках привычно, "- Как любимый пистолет у наёмного киллера." Она заглянула на кухню, забрала лист и бережно свернув в трубочку убрала в карман. Кивнула растерянно топчущемуся на месте Максу и самоуверенно ухмыльнувшись выдернула из пояса колбу. На стене растеклось ярко-синее пятно. Рука с кистью пришла в движение, превращая пятно в вытянутый овал, достаточного размера, чтобы в него мог пройти человек.

- Так, вроде всё.

Овал налился изнутри молочным свечением и растаял, оставив лишь размытый синий контур, очерчивающий мутный, будто в видео с йети, елово-снежный пейзаж. Оса занесла ногу над кромкой.

Выглядывающая из под дивана кошачья морда осторожно подкралась в порталу и шевеля вибриссами принюхалась к лёгкому ветерку с той стороны. Вдруг словно уловив что-то кошка оглушительно шипя отпрянула от чуть светящегося в полумраке овала. Уши прижались к голове, а распушившийся хвост заметался из стороны в сторону, будто автомобильный дворник.

- Стоп! Макс вцепился в капюшон ветровки.

Портал безмятежно переливался вися в воздухе. Кошка всё ещё не решаясь приблизиться притоптывала передними лапами и то подавалась вперёд, то отскакивала на добрых полметра.

- Эй, ну зачем?

- Запоминай. - оборвал её Макс, оказавшийся в привычной для него ситуации инструктажа команды перед новым данжем. - атаки в стиле "дождь пуль", стандартно: метает кости, призывает черепа, стреляющие лазером, мощным, очень. Персональная абилка - нити, очень прочные, рвёт ими материальный мир, но горят. Минус - плохое зрение без очков. Поняла?

Киса что-то проворчала, будто отчитывая себя на кошачьем. Припала к полу, напрягла все мышцы и бросилась вперёд.

- Как есть, чел. Не парься, я быстро, как в магаз за хлебом.

Оса скрылась в портале. Макс несколько секунд смотрел ей в спину и уже сцепив зубы протянул руку в подрагивающей, как воздух над костром пелене. Холодное сияние погасло ровно в тот момент, когда розовый нос зверька почти соприкоснулся с затягивающей дыру в пространстве туманной плёнкой.

Лапы мягко спружинили о приерывающий нижние полметра стены деревянный плинтус. Кошка обернулась на то место, где висел портал и помотала ушастой головой. На усатой мордочке застыла почти человеческая гримаса отчаяния. Медленно кошка приподняла передние лапки и обхватила ими голову, казалось ещё чуть-чуть и она начнёт биться лбом о стену.

Если бы кошка была человеком и ходила на работу, то можно было бы подумать, что её прямо сейчас вызвали к очень строгому начальству и она предвидит самый наихудший вариант развития событий.

Но кошки, как известно, не ходят на работу. Потому, единственный соглядатай, узревший эту сцену, скорее всего бы подумал, что кошка думает о еде, сне или охоте на мышей. Но он был слишком занят тем, что рассматривал краску на подушечке пальца и не обратил внимания, что ушла кошка на эту самую охоту растворившись в воздухе, как небезызвестный Чешир.