Только он

Хогвартс. Замок, созданный величайшими волшебниками всех времен. Основатели потрудились на славу при постройке этого могучего монумента силы и по совместительству — по крайней мере, на семь лет — жилья для многих поколений колдунов и ведьм. Многие из учеников и преподавателей изучали тайны Хогвартса. Кто-то узнавал больше, кто-то меньше, но ни один из них не находил в нем столь многого, как Гарри Поттер. Для Гарри это был не просто замок. Один только вид коридоров, кабинетов и прочих закоулков Хогвартса был для него самым родным из всех образов и воспоминаний.

Вот и сейчас, неспешно переставляя ноги, Гарри Поттер шагал по коридору. Казалось, он находился в полной прострации, погрузившись в воспоминания. «Как много нужно человеку для счастья?» — вспоминал Гарри давным-давно услышанную фразу. Скорее, как мало нужно человеку, чтобы быть счастливым. Он любил эти прогулки. И всегда старался выкроить немного драгоценного времени в своем плотном учебном графике, чтобы просто пройтись по замку. Всматриваясь в каждую деталь, старался отложить как можно глубже в долговременной памяти.

Так было и сегодня — ровно до того момента, пока Поттер не услышал звуки, которые обычно не раздавались в замке в столь позднее время. Громкие голоса в конце коридора привлекли его внимание. Гарри посмотрел на запястье: часы показывали ровно полночь. Многим могло показаться странным, что он в такое время позволяет себе находиться вне безопасной гостиной Гриффиндора. Но уж точно не самому Поттеру. Ведь с собой он всегда носил всё для того, чтобы не быть обнаруженным: отцовскую мантию-невидимку, Карту Мародеров и, конечно же, магию.

Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы заклинание, заглушающее звук шагов, окутало его обувь, следом в ход пошло заклятье, скрывающее запахи, — это для чересчур чувствительного носа кошки Филча. После этого небольшого импровизированного ритуала Гарри побежал по коридору в ту сторону, откуда доносились звуки. Завернув за угол, он увидел двух студентов Когтеврана и девушек из Слизерина. Одна из них, привалившись к стене, лежала на полу, вторая же стояла между ними.

— Что вы наделали, придурки! — крикнула она когтевранцам.

— Всего лишь заклятье оцепенения и ватноножное, красавица, — ответил один из них. — Хочешь присоединиться к своей подруге? Если нет, то бросай палочку, — продолжил он.

— Я, по-твоему, совсем дура, Белби? — гневно выкрикнула она. — Убирайтесь отсюда! Дайте нам вернуться в гостиную.

— Нет уж, Гринграсс. Вы, слизеринцы, совсем отбились от рук, давно пора поставить вас на место, — с ненавистью сказал второй. — Это будет уроком Малфою за то, что он заколдовал Энтони Голдстейна на уходе за магическими существами.

— Мне плевать на ваши разборки! Ни я, ни Трэйси в них участия не принимали! — еще громче выкрикнула Гринграсс.

— Ну все, змея, мне надоело это слушать...

— Маркус, — раздалось вдруг сзади. И все участники стычки посмотрели в темноту коридора. Оттуда на свет факелов вышел никто иной, как сам Гарри Поттер собственной персоной, с палочкой в руке.

— Мне кажется, эта дама ясно вам сказала, что не желает находиться в вашем обществе дольше, чем это необходимо, поэтому прошу тебя и Терри оставить её в покое, — сказал негромко Поттер и крутанул палочкой в руке. При этом на лице у него не отобразилось ни одной эмоции.

— Хех, Поттер, где ты тут дам увидел? Эти слизеринские змеюки спят и видят, как бы нагадить порядочным людям, а ты еще и защищаешь их, — сказал Маркус Белби.

— Я так понимаю, к этим порядочным людям ты относишь в первую очередь себя и своего друга Бута, — скучающим тоном ответил Поттер. — Знаете, что? Я думаю, будет лучше, если вы, два куска дерьма, развернётесь в сторону своей гостиной и рванёте отсюда, пока я не придал вам пинка для ускорения, — отчеканил он и приподнял руку с палочкой. И в ту же секунду второй когтевранец выпустил Ступефай.

Гарри, не особо напрягаясь, принял оглушающее на слабенький щит, тем самым развеяв и заклятье, и сам щит.

— Что ж... — протянул Поттер. — Поиграем, мальчики.

Одновременно с этим он проговорил про себя формулу заклятья.

— Tenebras circum, — после легкого движения палочкой все факелы потухли, и коридор погрузился в непроглядную тьму.

— Lumos, — произнес Бут, о чем тут же пожалел. Точнее, успел бы пожалеть, но невербальное оглушающее, прилетевшее с того места, где стоял Гарри, потушило его сознание, как свечку. Белби начал кидать заклятья туда, откуда секунду назад вылетело оглушающее. При этом он не догадывался, что Гарри там уже нет. Гарри обошёл его сбоку и кинул в него Петрификус.

Не успел тот приземлиться носом в пол, как факелы вспыхнули, и Поттер оказался прямо перед Гринграсс, которая от неожиданности дернулась в сторону.

— Поттер! Мерлиновы подтяжки, зачем так пугать... — начала было она, но Гарри ее перебил:

— Как твоя подруга? — спросил он.

— Я не знаю, они кинули в нее два заклинания. Оцепенения и ватноножное. Я не знаю, как расколдовать ее.

— Значит, поступим методом зубила и молотка, — сказал Гарри. Повернувшись к Трэйси, он произнёс: — Finite incantatem, — мощный луч магии пронесся к ней, снимая проклятья. Дэвис начала слабо шевелиться.

— Это... как? — выдавила Гринграсс. — Так просто?

На что Поттер пожал плечами и произнес:

— Магия, — взглянув на наручные часы, он добавил: — Советую вам как можно скорее отправиться в гостиную, вы тут сильно шумели. Филч наверняка уже где-то рядом.

— Да? И почему же тогда ты не в гостиной, Поттер? — съязвила она.

— Я просто особенный, — сказал тот и отвернулся от них, собираясь уходить.

— Поттер, постой... — начала было Гринграсс.

— Да? — замер тот.

— Спасибо тебе, — произнесла она почти шёпотом. Гарри не ответил и пошёл дальше. Уже отворачиваясь к подруге, Дафна услышала тихое: «Не за что». Может, ей показалось?

— Моргана вас всех раздери, — прошипела очнувшаяся Трэйси. — На мне что, тролль попрыгал?

— Нет, это были заклинания этих двух придурков, — кивнула Гринграсс в сторону двух лежащих на полу когтевранцев.

— Это ты их? — удивилась Дэвис.

— Нет, Поттер...

— Да ну? Ты врешь.

— Ты спросила — я ответила, можешь не верить, если не хочешь, — начала злиться Дафна.

— Да ладно, верю, а чего это он помочь нам решил? — ответила Трэйси, поднимая руки в знак примирения.

— Откуда я могу знать? Между прочим, если бы не он, то пришлось бы мне тащить твой зад к мадам Помфри. И еще он... — замялась Гринграсс.

— Ну? Что он?

— Он какой-то странный. За две секунды вырубил этих идиотов, расколдовал тебя и даже бровью не повел, — с сомнением в голосе сказала Дафна.

— Ха, это же Поттер. Мерлин знает, что у него в голове. Про него столько слухов ходит, за шесть лет он немало тайн накопил, — с улыбочкой протянула Дэвис.

— М-да... Ладно, идем скорее в гостиную. Поттер сказал, что где-то здесь Филч бродит.

— Бр-р-р... Ненавижу этого противного сквиба. Идем.

Вернувшись в гостиную, девушки расположились у камина и продолжили свой ранее прерванный разговор.

— Ну, что написал твой отец? — спросила Трэйси.

— Сказал, что помолвка должна быть заключена. Он уже подобрал несколько кандидатов, но при этом написал, что не будет настаивать, если я уже нашла кого-то более подходящего под описание благородного и чистокровного аристократа, тьфу, — сказала с разъярённой гримасой Дафна.

— Да уж, — протянула Трейси. — Как будто там есть, кого выбирать. Одни сплошные придурки!

— Я завтра вечером напишу маме. Надеюсь, она сможет повлиять на отца, — продолжила Дафна.

— Ага, а как же тот брачный контракт, что Малфой послал твоему отцу для заключения брака между Драко и малышкой Асторией? Ты думаешь, он откажет Малфою? — напомнила Дэвис.

— Надеюсь, Трэйси. Я не хочу, чтобы мою сестру к чему бы то ни было принуждали. Даже наши родители, — ответила Дафна с сомнением в голосе.

А сама в этот момент вспоминала черноволосого юношу с зелеными глазами. Он не был похож ни на кого из тех, кого она знала. Удивительно, что он напомнил Дафне её собственного отца, такого же непредсказуемого, сильного и волевого человека. Она поняла, что Поттер действительно смог заинтересовать её. Было бы неплохо, если бы он обратил на неё своё внимание. Дафна почувствовала желание узнать о нем если и не все, то очень многое. Что он делал ночью в коридорах замка? Зачем помог? И где он научился всему тому, что она увидела? Поттер всегда был тенью в Хогвартсе; как бы он ни хотел иного, принимал участие во всех происшествиях. Он был неброским спокойным мальчиком, который постепенно превращался в серьёзного взрослого парня. Гринграсс представила, каким он будет мужчиной, и поняла, что этот образ ей очень понравился. А ещё она поняла, что все же постарается узнать тайну Мальчика-Который-Выжил. Она и не догадывалась, как скоро ей предстоит встретиться с ним вновь. Только уже совсем в другой обстановке.

Гарри же тем временем поднялся на второй этаж. Зашёл в туалет Плаксы Миртл, прошёл к умывальникам, осмотрелся и прошипел:

— Откройся!

Умывальник распахнул перед ним зияющий провал во тьму подземелий Тайной комнаты.

— Лестница!

Медленно по кругу сливной трубы из стен появлялись ступени. Действительно, не мог же один из великих магов древности спускаться в свою обитель, скользя по трубе на заднице. Привычно зажигая на конце палочке свет, Поттер начал спуск в глубины. Он уже сбился со счета, какой раз приходил сюда. Спускаясь по лестнице, Гарри вспомнил свой второй курс и как они с Роном и Златопустом Локонсом впервые оказались здесь. В то время здесь всё было жутким, но сейчас, казалось, сами стены Тайной комнаты очаровывали своей магией.

Когда на четвертом курсе во время Турнира Трех Волшебников от него отвернулись все его друзья, он решил найти место, где мог бы побыть один и при этом начать плотно заниматься искусством под названием Магия. Именно так, с большой буквы. Поттер многое узнал с той поры. И понял, что был самым настоящим болваном, раз так легкомысленно относился к учебе. А еще он понял одну очень важную вещь. То, чему учили преподаватели — лишь жалкие фокусы в сравнению с той магией, которую он обнаружил в обители Салазара Слизерина.

Подойдя ко входу в Тайную комнату, он прошипел, чтобы та открылась, и вошел, вдыхая сырой запах подземелья.

Постояв у входа, он продолжил свой путь; эхо его шагов, казалось, отдавалось в каждом углу Тайной комнаты. Пройдя мимо лежавшего с открытой пастью мертвого василиска, он подошел к статуе Слизерина и произнес заветную фразу, открывшую ему совсем другой мир магии:

— Говори со мной, Слизерин! Величайший из хогвартской четвёрки! — рот статуи послушно распахнулся перед ним.

Забравшись в самое логово василиска, Поттер прошел дальше по туннелю и уперся в дверь, преграждавшую ему вход в кабинет и одновременно библиотеку основателя дома Слизерин. Открыв ее, он прошел и уселся за стол. Там его дожидался ветхий том, который он не прочел до конца в прошлое свое посещение. Сегодня он его дочитает. И еще на шаг приблизит свою победу над Волдемортом.

Наследник моего рода, если ты читаешь эти строки, то будь уверен, никакая сила не сравнится с той, что сокрыта в моих фолиантах. Я потратил долгие годы на то, чтобы создать эту комнату и запечатать в ней тайные знания своей эпохи. Если ты одолел либо подчинил моего стража, то ты достоин знаний, что сокрыты в них. Но будь осторожен: если долго смотреть во тьму, то тьма обратит на тебя свое внимание. И тогда ты можешь потерять самого себя. Используй мою библиотеку с умом...

Подобные сноски Поттер видел во множестве книг, написанных Слизерином. И пользуясь опытом древнего мага, Гарри предпринимал все меры предосторожности, которые только мог. Но при этом признавался самому себе, что сдержаться иногда трудно. Так хотелось раскрыть свой потенциал на полную. Не это ли чувствовал молодой Том Риддл, когда начинал постигать Темную магию во всех ее проявлениях?

Сегодня Гарри решил посвятить себя лишь теории. На практику, увы, времени совсем не оставалось. Нужно было все-таки поспать перед завтрашними занятиями.

— Тяжелый день, наследник? — раздался голос.

Оторвавшись от чтения, Поттер поднял глаза к портрету, что висел напротив стола.

— Нет, Основатель. Просто немного утомился, — ответил Гарри Салазару Слизерину, в который раз удивляясь голосу, звучавшему даже спустя сотни лет после гибели хозяина.

— Хм-м, ты стал реже приходить, — продолжил Слизерин.

— Много уроков, мистер Слизерин. Я не могу бросить учёбу там ради учёбы здесь. Мне пригодятся все знания для того, чтобы одержать победу над твоим разбушевавшимся много раз праправнуком.

— Да, Том Риддл — поистине великий колдун, — заступился за того Основатель. На что Гарри гневно ответил:

— Он всего лишь убийца!

— Что не отменяет моего утверждения, — ухмыльнулся Слизерин.

Гарри промолчал, опуская взгляд. Минутой позже он продолжил:

— Как бы то ни было, наше могущество не даёт нам права решать судьбы людей и уж тем более лишать их жизней.

— Слова не ребёнка, но мужа. Впрочем, не забывай, где ты сейчас находишься и что собираешься совершить. Учись, Гарри Поттер, мне будет интересно посмотреть, что из этого выйдет, — ответил Основатель.

— И мне, мистер Слизерин, — сказал негромко Гарри, после чего портрет замер.

Гарри часто задавался вопросом, как бы все обернулось, если бы он не пришел сюда на четвертом курсе. Как много бы он потерял. Даже после того, как он помирился с Роном и все студенты, казалось бы, поняли, что он не был обманщиком. Он так и не открыл никому из друзей своей главной тайны. Тайны, которую он лелеял в своем сердце. Больше никому из них он не мог доверять по-настоящему. Лишь Сириусу он мог бы открыться, но так и не успел. В прошлом году его крёстный погиб, упав в Арку Смерти в Министерстве магии. Это событие еще пуще подтолкнуло его к изучению знаний, сокрытых в Тайной комнате. Это помогало ему отвлечься от мрачных мыслей, всё чаще посещавших его голову.

Но как бы много он ни изучал, как часто бы ни изматывал себя занятиями, Поттер никогда не мог полностью избавиться от чувства одиночества. Оно сводило его с ума. Доверять как раньше он уже не мог никому, даже Дамблдор предал его доверие в прошлом году. Ведь именно по его вине Гарри потерял близкого человека. Если бы не все эти тайны, если бы только директор рассказал ему всю правду про связь с Волдемортом... Ничего этого бы не было бы. И у него был бы крёстный отец.

Потратив на чтение около двух часов, Поттер понял, что пора заканчивать, и начал собираться в обратный путь. Но перед выходом из Тайной комнаты решил все-таки попробовать одно интересное заклинание.

— Flagellum inferni! — произнес он. И в тот же миг с кончика его палочки вырвался огненный хлыст. Гарри размахнулся и ударил по статуе змеи, отчего та разлетелась на куски.

Уже подходя к башне Гриффиндора, он вспомнил про сегодняшнее ночное происшествие со слизеринками. Интересно, что же они делали ночью в коридорах замка? Поразмыслив немного, он принял решение: если еще раз столкнется с ними ночью, то обязательно выяснит, зачем им эти ночные прогулки. С этой мыслью он пробрался в свою спальню и улегся спать. Утро вечера мудренее.