Цель
Арина, лежа в постели, вся укутанная в одеяло, из-под которого можно было различить лишь нос, не спеша разлепляла глаза. В комнате стоял мрак, лишь из узенького зазора между полом и дверью тонкой линией лился ровный свет коридора.
Девочка сделала глубокий вдох и потянулась к телефону. На экране бесстрастно высветилось: «05:58».
Вчера после второго льда состоялось также мучительное офп. Арининой группе разрешили не идти на него, всё-таки первый день, все очень устали. Но фигуристка почему-то, единственная из группы, не считая Ваню, решила остаться, несмотря на то, что едва ли поднимала ноги от утомления. Там она тренировалась не во всю силу, но этого хватило, чтобы ОФП добило её физически. До общежития девочка буквально ползла, наспех сделав все вечерние процедуры и не найдя в себе силы даже на телефонные разговоры, написала короткое «завтра расскажу, устала» и отрубилась в районе 9 часов вечера. А сейчас проснулась на полчаса раньше будильника.
Арина продолжала валяться в кровати, но сна не было ни в одном глазу, хотя даже достаточное количество часов сна не помогли ей почувствовать себя отдохнувшей. Ноги всё равно ныли после вчерашней перегрузки, а сегодня их ожидала та же участь.
Девочка решила всё же сдержать данное вчера обещание и позвонить матери. В это время Анна обычно собирается на работу.
Непродолжительные гудки...
-Ну как ты, Ариш? - раздалось из трубки.
-Да ничего,-сонным голосом пробормотала дочь.
Тогда мама принялась расспрашивать девочку о том, как прошли тренировки, ничего ли не ноет после них. Конечно, Арина солгала, ответив, что она эмоционально хорошо себя чувствует,а подробности про боль в ногах решила опустить. Ей не хотелось беспокоить и без того волнующуюся за нее мать.
Очень хотелось еще поваляться в постели, листая ленту в тик токе. Арина встала перед двумя выборами: отдыхать и набираться сил перед тяжелым днем или потратить эти полчаса на самостоятельную тренировку. Первый вариант манил к себе всё сильнее, но девочка, вспомнив про свой вчерашний позорный второй лед, отсекла выбор и, нехотя и очень лениво, приступила к сборам.
Она сняла с сушилки вещи, сложила форму для хореографии в сумку, быстро заплела свои жидкие волосы в тонкую косичку на затылке и направилась в столовую. Арина была не из тех спортсменов, кто не ест по утрам, и на завтрак взяла по традиции кашу, чай и какую-то сладкую булочку.
Время уже доходило до семи часов. А это значит, что зал, в котором разминалась ее группа, открыт минимум до восьми.
Не теряя времени, Арина собрала вещи и вяло поплелась в зал. Дверь и правда была открыта, но в самом помещении никого не наблюдалось. Отлично.
Фигуристка сняла черную кофту и осталась в футболке такого же цвета. Она принялась разминать стопы круговыми движениями, стоя у станка напротив зеркала, затем стала поочередно переходить на носок, чтобы включить мышцы. Усталость в ногах всё никак не хотела отступать.
Арина погрузилась в сонные мысли, апатично наблюдая за своими движениями в отражении.
Дальше последовал обычный разогрев. Фигуристка довольно быстро и беспрерывно прыгала на скакалке, закусив косу в зубах, чтобы не мешалась. Свист рассекающего воздух инвентаря и последующие прыжки монотонно раздавались на весь зал.
Спустя минут пять Арина приступила к обычной разминке и, сев на продольный шпагат с массажного ролика, взяла в руки телефон и, заметив, что Лилия Александровна в сети и зная, что у нее по вторникам выходной, без тени сомнения нажала на «вызов». Тренер сразу же ответила своей любимице.
-Привет, чемпионка, ну как ты?-бодро раздалось в динамике.
-Доброе утро,-Арина даже улыбнулась, она была рада слышать родного учителя,- хорошо, вот, разминаюсь,-она взглянула на себя в зеркале, удовлетворяясь красивым шпагатом.
-Прямо всё-всё хорошо?-каким-то лукавым тоном переспросила женщина,-какие тренировки вчера были?
-Первый лед, хореография, индивидуальный лед, второй лед и офп,-силясь напрячь свой мозг спозаранку, пробормотала в трубку девочка уже не так уверенно.
Образовалась неловкая пауза, в которой даже через связь ощущалась подозрительность Лилии.
-Ну всё, колись, что там произошло на самом деле?-каким-то волшебным образом раскусила сокрытие чего-то важного тренер. Силой мысли? Или может по голосу? Но как?
Арина лишь шумно выдохнула. Она не привыкла жаловаться и меньше всего хотела из-за этого показаться слабой, особенно перед этой женщиной. Но тут её словно прорвало, она, словно в лихорадке, быстро и нервно тараторила:
-Хореографичка говорит, что меня зря взяли, что я «с деревни», ничего не умею, у меня на ее занятии нога забилась так, что я двигаться не могла, раскатывала роликом, потом растяжка была раза в два выше, чем обычно, ноги болят. На индивидуальном с Александром Викторовичем я чуть со стыда лед не расплавила: падала с каскада, всё себе отшибла и разревелась прям перед ним. Потом вся уже замученная поперлась на офп, там еле-еле тренировалась. Ощущение, что я всем мешаюсь,-по окончании такой эмоциональной тирады, которую Лилия Михайловна не смела прерывать, голос девочки стал дрожать, а на глаза накатили непрошеные слёзы.
Женщина моментально среагировала на образовавшуюся тишину:
-Спокойно. Ещё раз расскажи только в два раза медленнее и подробнее.
И Арина принялась «жаловаться» искренне и отчаянно, а под конец рассказа не сдерживала горестных всхлипов:
-Я не справляюсь.Я здесь как чужая...И рядом совсем никого,- призналась она, указательным пальцем вытирая слезы, не прекращающие литься из глаз.
Лилия Александровна терпеливо выслушала девочку и, немного подумав, ответила:
-Не плачь, Арин. Это сейчас такой самый тяжелый период: переезд, давление психологическое, нагрузки увеличились, программы новые-да всё поменялось. Этот этап нужно пройти, он обязателен. Терпи и прекрати рыдать, сколько можно? Ты спортсменка в первую очередь!-своеобразно попыталась подбодрить женщина.
На самом деле ей именно сейчас тяжело было слышать плач своей ученицы, когда она далеко в другом городе и без единого взрослого, который бы обнял и поддержал, по сути, маленькую девочку. Но мысли Лилии никогда не расходились со словами, она и впрямь считала, что это часть борьбы, которую нужно преодолеть.
-Пошел только второй день, а ты вся расклеилась,-перешла в позицию предъявления претензий тренер,-а как ты на, допустим, чемпионате каком-нибудь будешь? Без мамочки уже всё, не могу? Ты с такой выдержкой ни одной медали не заработаешь! - пришла очередь Арины слушать,-Собралась, зубы стиснула и идешь дальше! Не смотри ни на кого, у тебя свой путь. Что тебя, хореографичка напугала что ли криками своими? Я же на тебя кричала и ничего, ты не ныла из-за этого никогда.
-Ну вы то свой человек,- слегка усмехнулась девочка.
-А я за всю жизнь шесть тренеров сменила! И все чужие люди! Значит, мой вердикт: терпи: и ноги болящие, и усталость, и крики, и сравнения с другими. Хватит себя жалеть, ты же знаешь, жалость разрушительна для спортсмена.
Кедрова не могла не согласиться с наставницей и слушала её:
-Арин, это уже не наши с тобой тренировочки детские по пять-шесть часов от силы,-более уравновешенным тоном продолжила она,-это большой спорт, у лучшего тренера. Ты же так Перову любишь! Думаешь, ее Барин с этой хореографичкой по головке гладят? Нет, именно поэтому она и побеждает. Бери пример с нее.
Еще немного подумав, тренер выдала:
-Ты вообще понимаешь, какой шанс тебе выпал? В каких ты невероятных просто для Екатеринбурга условиях тренируешься? Конечно, ты должна подтверждать свое место каждый день, за этот шанс вгрызаться, а не ныть. Выбери себе цель ближайшую и иди к ней. Вот уж не знала, что ты у меня такая размазня.
Это было жестко и даже обидно. Арина желала бы другие слова, конечно, услышать. Ей хотелось возразить, сказать, что здесь у нее просто-напросто ничего не получается, что она уже выбилась из сил-всю ту кучу мысль, роящихся в голове, как пчелы. Но девчушка не привыкла перечить тренерам, поэтому она промолчала и, вздохнув, послушно пообещала стараться больше.
Разговор подходил к своему логическому завершению, и, прежде чем сбросить трубку, фигуристка неожиданно попросила тренера:
-Лилия Александровна...
-А?
-Пожалуйста, не говорите ничего маме про меня. Я ей сказала, что все хорошо. Вы же её знаете, она на любую мою жалобу меня забрать отсюда готова моментально.
-Договорились.
Лилия и ее подопечная попрощались, пожелав друг другу успехов, и отключили звонок. Тренер сидела в своей квартире на кухне и, отложив телефон, обратила взгляд на уже остывший, так и не тронутый кофе. Её одолевали разные мысли, но женщина всё равно считала себя правой в только что завершившимся разговоре. Она прокрутила в голове Аринину просьбу ничего не говорить матери и вспомнила девочку ещё совсем маленькую...
***
Арина Кедрова-новая ученица Лилии, сразу же приглянувшаяся тренеру неоспоримым талантом привлекать внимание людей своей харизмой и очаровательностью. Ну и, конечно, пятилетняя малышка обладала неплохой координацией, но особенными данными не обладала. Обычный ребенок, но очень смешной и горящий желанием танцевать. А так как ее мать выбрала для дочери фигурное катание, то танцевала она на льду.
Однажды Лилия буквально спасла карьеру Арины:
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Юная фигуристка рассекает своими крохотными коньками лед, усердно заходя на один и тот же перекидной прыжок. Эта попытка, как и в прошлые пять, не увенчалась успехом, и малышка грохнулась на лед.
Лилия Александровна сосредоточено наблюдала за своей младшей группой.
-Кедрова, ну ты руками сейчас совсем не помогла и с прямыми ногами зачем прыгаешь? Сгибай,-крикнула издалека тренер, подъезжая к девчушке.
Та в свою очередь, выбившись из сил, сидела на льду, выпрямив колени, сгорбив над ними спину и опустив голову.
-Арина-а, доброе утро,-протянула женщина,-чего расселась, я говорю колени сгибай в прыжке.
Девочка поднялась с ледяной поверхности.
-Покажи мне перекидной ещё раз,-строго проговорила тренер.
Арина уверенно разогналась, но ради прыжка, который в принципе у нее получается, стараться не стала, что было очень заметно, и ожидаемо упала. Ей уже надоело прыгать одно и то же и каждый раз встречаться с поверхностью.
-Кедрова,-тренер выбрала наиболее холодный тон из всего своего арсенала, на что та с вызовом подняла карие глазки,- мне не нужны бездумные полеты твои. Либо работай, либо вон иди,- она указала тонким пальцем на выход со льда.
Арина снова встает, снова разгоняется и снова даже не предпринимает попытку борьбы, падая.
Лилия молча скользит к малышке, не слишком грубо, но жестко достаточно, чтобы оценить степень гнева женщины, берет ее за руку, осторожно поднимает со льда и вместе с еще не осознавшей ничего ученицей едет к бортику. Доехав до выхода с арены, она резко вручает фигуристке её ярко-розовые чехлы для лезвий коньков и подталкивает маленькую спинку к открытой двери.
-Нравится валяться? На сегодня твоя тренировка окончена. Иди в раздевалку и жди маму,-и, не сказав больше ни слова тихим, но пробирающим до костей тона, женщина развернулась на 180 градусов и отправилась к остальным ученикам.
Незаметно проследив, чтобы ребенок вышел из помещения, Лилия взяла в руки смартфон и позвонила маме непослушной фигуристки, объясняя ситуацию.
Вечером этого же дня в квартире с красивым ремонтом раздается телефонный звонок. Это была Анна Кедрова.
-Здравствуйте еще раз, Лилия Александровна,-каким-то странным неспокойным тоном начала женщина,- ещё раз приношу извинения за поведение Арины на тренировке, мы поговорили про это, и она мне сказала, что больше не хочет тренироваться, я, наверное, её заберу, раз нет желания...
У Лилии от такой новости брови взлетели. Выгон был всего лишь воспитательным процессом, который должен научить ребенка впредь не валять дурака, когда этому точно не время, а теперь Анна действительно готова забрать девочку, уже добившуюся неплохих для ее возраста результатов, из спорта навсегда. Это, конечно, погубит карьеру достаточно перспективной фигуристки.
-Так, подождите,-поторопилась ответить тренер,-что там произошло?
-Ну, я забрала Арину, дома отчитала её за непослушание, а она мне говорит: у меня ничего не получается, я ничего не хочу.
Лилия знала, что Анна никогда не имела понятия о профессиональном спорте, но чтобы из-за обычных детских жалоб, не являющихся аргументом бросать свое дело, прислушиваться к ребенку... это неправильно, и тренер не могла такого допустить.
В итоге Лилия смогла убедить мать потерпеть до ближайших соревнований и посмотреть, что скажет девочка.
И женщина выбрала правильную тактику, ведь на следующих стартах Арина стала безоговорочно первой и в ней загорелось желание не просто танцевать, а именно кататься и самое важное-прыгать. Лилия любила лед больше жизни, и эту любовь она смогла передать и ученице. С этого момента мыслей о том, чтобы всё бросить, не возникало у фигуристки ни разу.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
***
Арина разочарованно положила телефон на коврик рядом с собой.
Отвратительно. Маме высказаться нельзя-лучше не нервировать, а тренер выражает поддержку по-своему, но это точно не то, чего хотела душа, так сильно уставшая за эти два дня...
И всё-таки фигуристка прислушалась к совету выбрать себе ближайшую цель.
Пересаживаясь на другую ногу, девочка задумалась. Через месяц у неё прокаты в соревновательной форме среди учеников Академии, решающие многое в судьбе спортсменов этого заведения, как сказал сам Барин , кто-то может показать хороший результат в испытательной группе и перейти в основную, а кто-то наоборот.
Тогда-то Арина и поставила перед собой цель: откататься идеально чисто, приземлить абсолютно все прыжки, докрутить все вращения. И она сделает всё, ради этого, чтобы заполнить одиночество внутри себя.