Непредвиденное исключение

Сразу после звонка Эвандер спустился вниз, чтобы попросить Саймона отвезти его к Императору. Он знал, что такие вопросы решаются лично.

Когда они прибыли во дворец, Бернис был занят на заседании Совета, но Карл быстро доложил, что Эвандер ожидает его по какому-то важному делу. Поэтому он взял перерыв на 10 минут, ведь на повестке дня было много вопросов, и освободится самый главный альфа Империи не раньше чем через 2 часа.

— Привет, главный омега Империи, — поздоровался Император, когда в сопровождении Карла вошел в кабинет, где его ждали Саймон и Эван.

— Я могу получить приз за пари прямо сейчас, Бернис? — не ходя вокруг да около, заговорил юноша, чем очень удивил Карла и Саймона.

— Вау! Сразу с порога, ни привет, ни как поживаешь? — подтрунивал Бернис, понимая, что это будет что-то из ряда вон выходящее.

— Прости... Привет, как поживаешь? — вспомнив, что перед ним все же Император, Эвандер склонил голову в знак уважения.

— Ой, хватит! Я же пошутил! — остановил его альфа, — Итак, что такого ты хочешь попросить, что готов даже желание использовать?

— Это по поводу миссии Маршала... — заговорил омега, и Император понял, что разговор должен стать приватным.

— Оставьте нас, — приказал альфа, и Карл с бывшим адмиралом, переглянувшись, вышли из кабинета.

Эван первым делом поставил заблокировал любые воздействия навыков посторонних в кабинете, чтобы только что вышедшие мужчины не могли их подслушать или подсмотреть с помощью интуиции.

— Что происходит? — нахмурился Бернис, приглашая Вине сесть в кресло.

— Ты должен внести альпенфонсов в список исчезающих видов и подписать документы, подтверждающие, что они находятся под нашей защитой до того, как их численность не превысит 5 тысяч особей. А еще... Спаро должна стать их планетой, — выдал омега, смотря на удивленного мужчину.

— Что? Разве не их ядра должен был привезти Вассаго? Как ты вообще узнал о том, куда он направлялся?

— Я случайно услышал во время звонка, как ему доложили, что они в 10 минутах от Рокота, — признался Эван и решил, что показать будет быстрее, чем объяснять на словах, — Проще показать причину моей просьбы, чем рассказывать...

Он посмотрел на Императора и перед альфой появились события контакта с альпенфонсами. Правда сперва омега показал ему воспоминания о геноциде, а потом и их договор о том, что один из них отдаст свое ядро в обмен на безопасность оставшихся сородичей.

— И они согласились? — удивился Бернис, потому что считал, что инопланетные монстры или звери даже высокого ранга не могут понимать людей.

Вместо ответа Эван показал ему как альпенфонсы один за другим сами, по собственной воле, входили в перемещающий луч из кольца Го.

— Поэтому я тут, чтобы мы могли подготовить документы, — когда воспоминания закончились, Вине продолжил говорить.

— Сейчас Спаро безжизненная бесполезная планета, я не вижу ничего такого в том, чтобы отдать ее им. Но внести инопланетных зверей такого ранга в книгу исчезающих видов – это сложнее, чем тебе кажется, — пытался объяснить Император, потому что если с первым проблем не возникнет, то со вторым точно будут сложности.

— Альпенфонсы мирный вид. Если тебе нужна причина, по которой их нужно защищать, то у меня она есть. Их чешуя после линьки становится твердой как камень, но при этом остается очень тонкой. Ее можно использовать для пил в меха-мусорщиках. Но этим свойством обладает только отлинявшая чешуя. Та, что находится на их телах сейчас – бесполезная для нас. Я докажу тебе важность их расы и планеты Спаро, но только позже. Сейчас я не могу рассказать тебе всё, но когда модель моего меха закончит симуляцию, ты будешь первым, кто увидит ее, — не унимался Эвандер, потому что как только узнал о них, то планировал использовать их чешую в своем меха.

— Я могу сейчас подписать только согласие на передачу Спаро в твою собственность, а как ты им будешь распоряжаться – твое дело. Если ты сможешь уговорить мужа оставить на Спаро беспилотных меха-воинов для их защиты, никто не посмеет возразить, понимаешь? — Бернис придумал план, как обойти обсуждение на Совете вопроса о том, что на Спаро нужно поселить альпенфонсов.

— Спасибо! Спасибо, Бернис! Ты лучший Император всех времен! — заулыбался омега, тряся с благодарностью руку мужчины, а потом резко одернулся, — Извини... я слишком импульсивен...

— Стой, стой, стой! Значит, Го уже летит обратно?! — вдруг до монарха дошло, что сегодня только четвертые сутки его отсутствия.

— Да, и что-то мне подсказывает, что дорога домой займет у него меньше времени, чем до Рокота... Он выглядит ужасно, Бернис... — поделился Эван, ощущая внутри жгучее желание в низком мурлыканье, выражающее потребность помочь своему альфе, но подавил это.

— Карл! — позвал альфа и Саймон с Карлом вошли в кабинет, — Подготовь договор на передачу прав на Спаро в собственность семьи Вибралиум-Вине. Это мой подарок на их годовщину свадьбы. Маршал и его супруг отныне будут отвечать за эту планету, безопасность ее жителей, кем бы они не были, за ресурсы и их использование на благо Империи.

— Всё, что будет получено со Спаро мы будем передавать Империи безвозмездно, но ресурсы, какими бы они ни были, должны быть запатентованы, — добавил Вине, понимая, что в скором времени ему придется заявить о новом металле и чешуе.

— Ты не против, если имя на патенте будет... Фелага Сансара? — поинтересовался Бернис, смотря на омегу.

— Я не против. Так даже лучше, — согласился Эван, но вот Саймон никак не мог понять почему вопрос подарка в виде Спаро стал так важен именно сейчас и кто такой этот – Фелага Сансара.

— Карл, ты все запомнил? Шевелись! Сегодня Совет должен одобрить этот документ! — подгонял альфу Император и тот быстро записал подробности в заметки.

— Да, Ваше Императорское Высочество, договор будет готов через 20 минут, — принял приказ Карл, смотря с недоверием на омегу.

— Вы можете подождать во дворце. Когда закончится совещание, я найду вас, — улыбнулся Саймону и Вине Бернис, а потом добавил, — Я так понимаю, искать тебя нужно в ремонтном ангаре? Дилан будет рад твоей компании, у него столько вопросов, но он не решался задать их, когда доставлял тебе оборудование.

— Да, я буду там, – склонил голову Эвандер, — Помогу твоему механику, с чем бы он там не влип...

— Мне начать платить тебе зарплату? — хохотнул Император, на что омега только хмыкнул и покачал головой в отрицание, — О! И Саймон... Маршалу не обязательно знать, чем занимается его жена в ангаре...

— Да, Ваше Величество... — дворецкий понял, что это был не просто намек, а приказ.

Император вместе с Карлом вернулся в зал для совещаний, а Саймон вместе с молодым господином отправился в ремонтный цех.

— Господин Вине! Я так рад, что вы тут! — радовался как мальчишка Дилан, широко улыбаясь, что не очень понравилось распорядителю поместья Маршала и мужчина нахмурился.

— Я же говорил, можешь называть меня просто Эван, — остановил восторг омега, и решил сразу перейти к делу, ведь здесь он может заняться исключительно шаром для меха, потому что проект Доброго зла есть только на его компьютере, — Его императорское Высочество сказал, что у тебя есть какие-то вопросы?

— Да! Я проапгрейдил несколько плат по вашей... то есть твоей методике, но почему-то они не хотят запускаться на мехах ранга А... Я все перепробовал: обновил настройки конфигурации, проверил и прописал совместимость, обновил драйвера BIOS, и даже ввел вручную новые данные, но он все равно выдает ошибку: "Плата не поддерживается". Что я сделал не так?

— Идём... — вздохнул Эвандер, понимая, что действительно не сказал, что сделать.

Миниатюрный паренек подошел к столу, где располагалась материнская плата меха, попросил Дилана подключить к нему свой браслет, потому что не хотел палиться перед Маршалом, и сделал несколько манипуляций. Первое — убрал галочку возле показателя «Максимальный размер памяти», потом прописал новое значение, на 512 Гб больше, чем память на обновленной плате. И потом уже зашел в настройки BIOS, чтобы задать объем памяти, прошил его и перезапустил материнскую плату.

И... вуаля, все заработало! От запуска до инициализации системы прошло 1,36 секунды, хотя ранее это занимало 3,12.

— Стало меньше в 2,3 раза! — выпучил глаза Дилан, смотря на показатели, а потом на омегу.

— Теперь тебе есть чем заняться, Дилан. Можно я воспользуюсь паяльной станцией? — поинтересовался для вида омега, потому что понимал, что это не его территория.

— У тебя же высший уровень допуска! Ты можешь не спрашивать! Пользуйся чем нужно!

И пока императорский механик занимался платами, Эван продолжил собирать шар для меха. Легкий, едва уловимый аромат сирени витал в воздухе, пока довольный омега занимался любимым делом, тихонько мурлыкая себе под нос. Вибрация успокаивала его, но в то же время внутри все равно как-то было неспокойно. Саймон сидел на небольшом диване, наблюдая за женой Маршала. Заседание Совета затянулось и Бернис освободился только спустя 3 часа и 20 минут. Когда Император вошел в цех, Вине уже заканчивал шар для Злого добра, потому что знал все данные на него, в отличие от Доброго зла, модель которого ещё даже не завершена на компьютере.

— Бог ты мой! Он же точь-в-точь шар Маршала! — Бернис почти закричал, встав за спиной омеги, который уже заканчивал с припоем последних контактов кнопки.

— Хорошо, что я слышал, как ты подошел, иначе мог бы запороть всю работу, — спокойно ответил Эван, не отвлекаясь от паяльника под микроскопом.

— Прости, он уже готов, да?

— Последние пятаки остались и да, уже готов, — подтвердил новый владелец тела, заканчивая.

— Затестим? Да? Да? Да? — не унимался Бернис, ведь помнил, что супруг Маршала обещал уменьшить время пространственной трансцендентности.

— Посиди тихо 5 минут, пожалуйста?

— Все! Я нем как рыба!

Как только голова Эвандера отодвинулась от линз микроскопа, Император закричал, — Дилан! Неси сюда тестер для ПТ!

Главный механик аж выронил из рук транзистор, когда услышал такой нетерпеливый возглас. Саймон перевел взгляд на Императора и жену Маршала, не совсем понимая такого ажиотажа. Даже если у молодого господина удачно получилось собрать шар для меха, то зачем тогда тестер?

«Наверное, Его Величество хочет похвалить Эвандера за старания. Даже если там будет 10 секунд или 15... Бернис очень мудр...» — размышлял седовласый мужчина, наблюдая издалека.

Дилан отложил плату и достал из шкафчика тестер, направляясь к двоим. Когда он подключил шар к нему, запустив симуляцию появления меха, то был шокирован не только он, но и все, кто на тот момент находились рядом с ними в цехе и могли видеть показатели на экране.

— У меня галлюцинации? Или это ошибка?! — бубнил себе под нос Дилан, шокированный цифрой, — Наверное, у меня проблемы со зрением...

— Это... невозможно? — вопрос главного механика был полон такого удивления, что Саймон невольно напрягся, видя таким потерянным гения мехастроения.

— Ух ты! Получилось даже лучше, чем я предполагал! — обрадовался омега, смотря тестер.

— Ты должен сделать это и для моего меха! — схватил за локоть Эвана Бернис, практически умоляя.

— Давай позже... после годовщины? Ты же знаешь, у меня сейчас мало времени... — остановил его Вине, намекнув на незаконченную модель Доброго зла.

— Все, что тебе будет нужно – просто скажи! — согласился Император, и сам не до конца веря в цифру на экране, — Точно... вот документы на Спаро. Теперь планета твоя. Совет единогласно проголосовал за ее передачу тебе.

Омега взял бумаги и довольный отдал честь с идеальной военной выправкой, — Благодарю вас, Ваше Императорское Величество!

— Опять меня бесишь этим Величеством, Эван? — отругал его Бернис, — По поводу твоей второй просьбы... я подумаю, что мы можем с этим сделать на государственном уровне.

От такого жеста офигел даже Саймон, потому что так превосходно могли выполнять это только люди, не один год отслужившие в армии.

— Мне пора домой. Я прекрасно провел время... — улыбнулся юноша, поправляя выбившиеся из косы волосы, а потом тише заговорил, — Пожалуйста... не говорите никому о цифрах на тестере... все-таки это подарок для Маршала на годовщину свадьбы...

— Никто не узнает! — подтвердил монарх, метнув суровый взгляд на Дилана, который как заговоренный не мог оторваться от небольшого экрана, показывающего нереальные цифры: 1,01 секунды.

— Саймон, нам пора возвращаться! — обернулся омега, говоря с распорядителем дома.

— Да, господин Эвандер, — согласился мужчина, чуть склонив голову, а в мыслях подумал о том, чтобы посмотреть на камерах видеонаблюдения, какое же число ввело в такой шок собеседников жены Маршала.

По возвращении Эван пошел не в свою комнату, а к пруду, чтобы проверить, как идут дела у малявки. Юноша был приятно удивлен продуктивности своего помощника и даже обрадовался, когда Свити отчитался, что через 43 часа все запасы руды будут переработаны в металл. Вот только омега начал ощущать что ему чего-то не хватает и это определенно что-то важное, потому что чувство грусти заполняло грудную клетку, противно обволакивая органы.

"Надо занять чем-то голову... тогда не будет времени на это необъяснимое чувство... " — убеждал себя Вине, возвращаясь к себе, чтобы продолжить чертеж меха.

— Ужин, господин? — как только парнишка вошел в гостиную, Саймон тут же напомнил ему.

— Да, надо поесть, — кивнул Эвандер, решив, что так даже лучше: после еды он сможет работать над меха пока не уснет, не отвлекаясь.

Поднимаясь по лестнице после вкусной трапезы, ему позвонил муж. И вот теперь, когда омега увидел Вассаго, то понял, что это было за чувство... Он скучал по своему Богу войны. Но то, какой взгляд был у Маршала, даже немного напугало его. Го был похож на разъяренного зверя, готовый разорвать в клочья любого, кто осмелится не так посмотреть на него.

— Вассаго... — тихо прошептал он, а из груди вырвалось жалобное мурлыканье.

Омеге не нравилось видеть таким своего партнера. Это был звук, наполненный желанием помочь, негодованием и в то же время заботой.

Раскатистое мурчание, переходящее в рык, ясно давало понять, что сейчас альфе тяжело и невыносимо грустно.

— Мой маленький омега... — пальцы потянулись к голограмме, в глазах мелькнула надежда, но когда рука прошла сквозь изображение, взгляд стал ещё более раздражительным, чем до этого.

— Чертовы технологии! — злился Маршал, крича от бессилия и невозможности прикоснуться к жене.

— Эй... я тут... перед тобой... по крайней мере, мы можем видеть друг друга... — ласковый тон еще больше злил альфу, потому что ему было чертовски мало просто смотреть.

Маршал приложил к лицу футболку, повязанную на шее, вдыхая едва уловимый аромат сирени, и от этого жеста Эвандер покраснел, а по телу пронеслась волна жара. Юноша даже не заметил, как открыл двери не в свою комнату, а в спальню мужа, ложась на кровать.

— Смотри, что у меня есть! — решив отвлечь мужчину, Эван показал сертификат на владение планетой, — Император подарил нам Спаро на годовщину свадьбы.

— Ты виделся с ним? — вспышка ревности захватила альфу, который сейчас был гиперчувствительным ко всем и всему, что касалось его жены.

— Вассаго! Возьми себя в руки! Мы с тобой женаты почти 3 года! Я твой супруг! Твой! Ты не можешь вести себя подобным образом! — отчитывал его Вине и при этом повернулся на живот, положив руки на подушку Маршала, а на них подбородок.

Он инстинктивно делал глубокие вдохи, ощущая не только феромоны своего альфы, но и запах его тела, который остался на наволочке. И это немного помогало уменьшить тоску. От упрека альфа зарычал, а внутренний омега мурлыкнул в ответ, успокаивая.

— Я понимаю, — вздохнул Эвандер, — Потому что чувствую тоже самое... Но сейчас мы не можем ничего изменить. Ты уже летишь обратно, верно? Я попрошу Саймона отвезти меня на Спаро.

Он говорил то, что хотел услышать его муж, потому что только так они могут пережить эти несколько дней. Притяжение было слишком сильным, а противостоять ему они не могли. Каждый из них чувствовал себя частью натянутой резинки, которую растягивают все сильнее, отдаляя два конца друг от друга. И оба понимали, что дальше ситуация будет становиться только хуже: тоска превратиться в физическую боль, убивающую душу. И если у омег природа предусмотрела для этого случая гнездование, то альфы становились опаснее, свирепее и выплескивали все в драках.

Около тысячи лет назад один безумный ученый на основе этой потребности альф в своих омегах даже создал сыворотку, чтобы "усилить" солдат. Но ее запретили, потому что альфы умирали в течение двух недель. Сперва они действительно становились сильнее, их жестокость к врагам не знала границ, но потом они начинали причинять вред себе. А обратить этот процесс на химическом уровне ученые не смогли, потому что каждая пара уникальна и подобрать нужный феромон-антидот омеги было невозможно для тех, у кого не было совпадения по феромонам. Поэтому Эвандер прекрасно знал, что ждет его кумира, если в ближайшие дни они не встретятся...

— Я устал... — признался Го, но ему стало чуть легче, когда он понял, что жена лежит в его кровати, — Сегодня только 4 сутки, а мне уже хочется все бросить и уйти в отставку, чтобы ты всегда был рядом...

— Маршал... — замурлыкал омега, — Тебе не нужно увольняться, я ведь уже согласился летать с тобой, помнишь?

— Но ты мне нужен здесь и сейчас! — возмутился альфа, на что Эван только улыбнулся, а после в его голову пришла гениальная идея, но он решил не озвучивать ее, а просто воплотить в реальность...

— Как насчет объятий? — задал вопрос он, и тут же применил интуицию, чтобы оказаться прямо перед мужем в его воображении, окутывая Вассаго ароматом сирени.

Не раздумывая и секунды Маршал крепко прижал к себе омегу. Эта фантазия была такой реальной, что даже смогла обмануть инстинкты. Альфа набросился на его губы, целуя и кусая их, его руки блуждали по миниатюрному телу и два разных по тону мурчания создавали прекрасную симфонию счастья. Вот только проблема была в том, что Эван сегодня потратил слишком много сил: на использование интуиции для переговоров с альпенфонсами, для скрупулезной пайки и теперь снова использовал интуицию, подпитывая ее цигуном и немного выносливостью.

— Давай спать... я так устал сегодня... — оттолкнув от себя мужа, прошептал омега, перемещаясь с Маршалом к его кровати в каюте.

Они легли в постель и мужчина крепко обнял его, по крайней мере, так считал его мозг. Эвандер добавил еще выносливости, чтобы заставить Вассаго почувствовать сонливость и закрыть глаза. Только убедившись, что его Бог войны спит, он покинул сознание Маршала и тяжелая голова юноши упала на подушку с мыслью о том, что его кумир не должен страдать...

Проснулся Эван в 7 утра и тут же сел за модель меха, когда вернулся в свою комнату, попросив перед этим Саймона принести ему пищевые добавки вместо нормального завтрака. И хотя он не очень их любил, но так по крайней мере мог есть не отрываясь от работы.

Следующие 4 суток проходили легче, чем первые, потому что Эвандер через день позволял мужу обнимать себя и целовать в фантазиях, используя интуицию. Это хоть и расходовало много энергии и сил, но по крайней мере так Вассаго чувствовал себя более менее нормально, что давало новому владельцу тела время закончить модель своего меха.

Когда ему позвонил Маршал, говоря, что им до Спаро осталось около 4 часов полета, Эван как раз заканчивал последние детали в чертеже, готовясь запустить компиляцию файлов, а после и симуляцию боев и полетов. Он не спал последнюю ночь, просидев за работой. Вид у него был не очень опрятный, усталый и немного нервный. Вассаго заметил на омеге свою кофту, которую обычно надевал в штаб, и улыбнулся тому, как забавно в ней он смотрелся. Но внутри все сжалось буквально спустя несколько секунд, потому что его мальчишка, как оказалось, не только был в его кофте... вокруг него на постели в комнате Маршала лежал практически весь гардероб мужчины, блокноты, книги, ручки, даже награда, которую ему вручил в прошлом году Император за отличную службу... Го догадался... Эван начал гнездиться... и никак не мог понять, почему ему стало лучше, а его жене совсем не становилось легче...

— Эван...? — позвал он его, пока тот перекатывался с одного края кровати на другой, желая впитать как можно больше аромата дождя.

— Я слышал, 4 часа. Я буду там, — ответил омега, стараясь не смотреть на Маршала, потому что это сводило с ума, а ему сейчас нужен более менее трезвый разум, чтобы успеть закончить модель до полета на Спаро, — Я еще не завтракал... поэтому прости... увидимся через 4 часа, хорошо?

— Ты в порядке? — беспокойство в голосе и нежность все же заставили ему посмотреть на мужа, и тот увидел в глазах отчаянную тоску и боль.

— Когда ты вернешься, я точно буду в порядке... — отвернулся омега, а на глазах выступили слезы, — Я ушел есть!

Он отключился, пытаясь вернуть себе самообладание с помощью цигуна и выносливости, которую, кстати говоря, использовал все сильнее. Саймон и прислуга в доме не обращали на запах сирени внимания, считая, что это нормальная реакция омеги, скучающего по своему альфе. Вот только если обмануть Маршала с помощью интуиции он мог, то себя не получалось...

"Надо успеть! Я должен все сделать за 2,5 часа!" — уговаривал себя альфа в теле омеги, возвращаясь к модели, ведь ему осталось только закончить синхронизацию основного меха с соулмейтом.

Когда распорядитель вошел в спальню Маршала, то был шокирован кучей вещей на кровати, которая шевелилась. Внутри был Эвандер, запустивший на компе компиляцию файлов своего творения, кусая губы до крови. Сейчас Вине не был уверен: делает он это потому что нервничает из-за того, что компиляция может прерваться, если он где-то допустил ошибку, ведь последние два дня был сам не свой, или, причиняя себе боль, он может держать свой рассудок более-менее ясным, или потому что до встречи с Вассаго осталось так мало времени?

— Господин... — тихий, сочувствующий голос Саймона отвлек парня, и он развернулся лицом к двери, выглядывая из кучи одежды, — Маршал позвонил, попросил отвезти вас на Спаро. Вылет через 20 минут...

— Я... да... я сейчас... — снова повернувшись к компу, где до завершения компиляции оставалось 17%, — Через 15 минут буду готов.

Дворецкий кивнул, жалея мальчишку, который сейчас выглядел как маленький щеночек, которого бросил хозяин, и бывший адмирал вышел из комнаты.

— Да! — громкий крик радости был заглушен вещами, когда на голографическом экране высветилась надпись "Компиляция файлов успешно завершена. Приступить к симуляции?", и услышав голосовое подтверждение, система начала симуляцию.

Эван в спешке свернул экран, выбираясь из-под завала одежды, держа в руках компьютер. Он быстро убежал в свою комнату, чтобы одеться для полета, и спустя оговоренные 15 минут уже стоял перед Саймоном с сертификатом на планету в руках. Они прошли ко второму гаражу, где стоял космический военный корабль, который любезно предоставил им Император. Через полтора часа космолет приземлился на поверхности Спаро, ожидая прибытия корабля Маршала.

Омега не мог успокоиться, внутри все вибрировало, зубы продолжали кусать губы в кровь, а пальцы нервно постукивали по подлокотнику кресла. Сейчас он чувствовал себя некомфортно, даже не смотря на то, что на его плечах был накинут черный плащ Вассаго с легким шлейфом дождя. Эван не сводил взгляда с панели, на которой обычно отображались приближающиеся корабли, но в данный момент там было тихо. Вине с помощью цигуна пытался унять скребущее желание вернуться в кучу одежды на кровати Маршала, ведь обычно омег в этот период невозможно вытащить из гнезда по просьбе. Именно этого и боялся Саймон, когда пришел позвать юношу. Но тот на удивление был в адекватном психическом состоянии и даже сам спустился вниз через оговоренное время.

Когда на экране появилась синяя точка, а панель издала писк, подтверждающий приближение корабля, Эвандер замер, задержав дыхание.

«Он здесь!» — скандировали тараканчики в голове омеги, вышедшие на митинг с огромными транспарантами: «Держи и не отпускай!», «Обними его!», «Поцелуй его!», «Укуси его!», «Стань с ним одним целым!».

— Тр-р-р-р, тр-р-р-р, тр-р-р-р... — от предвкушения встречи вибрация поднималась откуда-то из солнечного сплетения, побуждая трепетать голосовые связки, усиливая протяжное тарахтение.

И пусть Эван не видел еще Вассаго, но сейчас чувствовал себя счастливым и... наполненным. Он не сводил взгляда с синей точки, что очень быстро приближалась к ним, а после пилот запросил разрешение на стыковку кораблей, ведь на Спаро не было атмосферы. Пальцы альфы в теле омеги среагировали практически молниеносно, нажимая кнопку открытия стыковочного шлюза.

Он вскочил с кресла и ноги сами несли его навстречу мужчине, который с каждым шагом становился все ближе. За всем этим наблюдал Саймон, с улыбкой на лице, даже немного завидуя тому, как маленький омега ждет Маршала. Когда он был адмиралом, его некому было ждать, да и сейчас тоже. Он не знает, что такое притяжение и какие эмоции люди испытывают, просто находясь рядом со своей половинкой.

Эван ни на секунду не переставал мурлыкать, ладони вспотели, сердце билось как бешеное, когда юноша остановился перед последним рубежом — раздвижными дверями, отделяющими стыковочный отсек между двумя космолетами. Вине переминался с ноги на ногу, снова начав кусать губы, все его лицо выражало наиполнейшее состояние сосредоточенности, пальцы теребили друг друга, то растирая, то сжимая, глаза не отрываясь следили за стеклянной частью на двери, словно боясь пропустить появление самого желанного на свете человека.

Дверь корабля Маршала открылась, впуская бегущего белокурого мужчину в стыковочный отсек. И теперь омега сделал шаг вперед, чтобы двери его обнаружили и раздвинулись.

Проливной ливень накрыл благоухающий сиреневый сад, заполняя небольшое помещение в хвосте космолета. Вассаго подхватил под попку своего омегу, и когда из его приоткрывшегося ротика вылетело громкое гортанное мурчание, натура альфы требовала впитать в каждую клеточку тела этот звук...

Когда их губы наконец соприкоснулись, это был не просто поцелуй – это было возвращение домой. Словно после долгих месяцев или лет разлуки, когда каждый вдох был наполнен тоской, а ночи – пустыми объятиями, этот миг стал взрывом накопившейся потребности, ожидания и, прежде всего, голода.

Это был не тот нежный, робкий чмок, которым встречают после короткой разлуки. Это был поцелуй, выкованный в горниле тоски, жадный, требующий, словно они пытались наверстать упущенное время, впитать в себя запах, каждый оттенок вкуса родного человека, всю ту жажду, которая сжигала их изнутри.

Их губы сминались, не давая друг другу ни секунды передышки. Они не искали нежности, они жаждали владения, полного поглощения. Языки сплетались в яростном танце, исследуя, требуя, словно пытались вспомнить каждый изгиб, каждый нюанс, который так долго хранили в памяти. Это было не просто касание – это было столкновение душ, изголодавшихся по близости.

Вассаго чувствовал металлический привкус крови во рту, поэтому принялся вылизывать израненные губы жены, попеременно возвращаясь к их посасыванию и покусыванию.

В этом поцелуе было всё: боль разлуки, сладкая мука ожидания, бурлящая радость воссоединения, и неуемная тяга друг к другу. Воздух вокруг целующейся парочки сгустился, наполняясь их стонами, редкими выдохами, тихим отчаянием и безумным вожделением, которое нашло своё главное выражение в этом требовательном, голодном, всепоглощающем слиянии душ через губы.

И ни один человек не осмелился приблизиться к ним, потому что Саймон отдал приказ всем оставаться на местах до дальнейших указаний. Распорядитель не был уверен, смогут ли остановить металлические стены феромоны этих двоих, потому что занимающиеся сексом солдаты совсем не входили в их планы.

Вот только бывшему адмиралу пришлось прервать их, напомнив о себе и месте, в котором они находились, когда Маршал прижал омегу к стене, кусая шею, а его руки торопливо пытались сорвать с Эвана рубашку: — Кхм... кхм... Маршал, остановитесь! Вы можете продолжить дома, а сейчас у вас есть важные дела...

«Как же ты не вовремя, Саймон...» — подумал Маршал, отпуская мягкие горячие губки, но миниатюрное тело продолжал прижимать к себе, при этом громко мурлыкая.

«Какой ты своевременный, Саймон...» — положив голову на плечо своего Бога войны, тяжело вздохнул Эвандер, ощущая задницей эрекцию мужа, пока его собственный член с нетерпением подергивался, упираясь в живот альфы.