Непредвиденное исключение

— Нет! Не отпускай! — слова сорвались с истерзанных губ с недовольным урчанием, когда хватка под ягодицами стала ослабевать, означая, что его собираются поставить на пол.

Каким бы сознательным не был новый владелец тела, но сейчас его мозг и тело были слишком изнурены от частого использования выносливости, с помощью которой Эван подавлял усиливающиеся симптомы гнездования. Поэтому он просто покорно отдал власть омежьей натуре, позволяя себе быть капризным и уязвимым. Внутренний омега нуждался в объятьях своего альфы, в его запахе, в тепле тела и в голосе.

— Хорошо... — улыбнулся Вассаго, поудобнее перехватив жену так, чтобы стройные ноги обвили крепкую талию альфы, а маленькая попка как раз помещалась в обе ладони Маршала, — Я тоже очень скучал, мой хороший мальчик, мое Чудо*...

*(от автора: Эвандер — имя греческого происхождения, означающее «хороший человек», а если из имени Эвандер убрать Э, то оно созвучно с английским словом Wonder - Чудо или Диво)

С очаровательной ношей Маршал направился в кабину управления кораблем, окутывая своего омегу запахом дождя, пока тот мурлыкал в его руках, словно маленький котенок, потихоньку возвращаясь к состоянию перед отлетом Го.

— Маршал, — поздоровался Саймон, улыбнувшись, когда тот подошел к креслу перед панелью управления и сел с Эваном на руках.

— Перезапусти стыковку кораблей, я не уверен, что люди спокойно смогут пройти по этому отсеку... — приказал Вассаго, и бывший адмирал сразу же все сделал.

— Эван? — позвал альфа и тот приподнял голову с плеча, смотря своими большими оливковыми глазами на мужчину, — Давай закончим с делами и вернемся домой?

— Мгм... — согласился он, снова положив голову на плечо, прижимая к себе мужа за спину, даже не думая о том, что Маршалу может быть неудобно с руками под подмышечными впадинами.

— Для этого тебе надо отпустить меня, чтобы мы могли пойти в транспортный отсек и активировать меха.

— В транспортный отсек мы можем пойти и так. Меня все устраивает! — поерзав на коленях альфы, безапелляционно отказался Эвандер, только перекинув руки на шею мужа, — А меха ты точно и не в таких условиях активировал!

— Просто... молчи... — прошипел Вассаго, потому что с огромным усилием держал себя в руках, чтобы не поцеловать этого милого капризульку.

Саймон с теплотой смотрел на парочку, радуясь за Маршала. Го поднялся с кресла с женой на руках, теперь не понимая, зачем он вообще садился, когда мог сразу пойти в транспортный отсек.

«Ты делаешь меня глупым, Эван...» — подумал мужчина, нажимая кнопку для вызова гравитационной платформы, чтобы не идти пешком.

Они добрались до нужной части корабля, Маршал достал из кольца шар со Злым добром и через несколько секунд перед ними появился меха. Поднявшись в кабину, там было все так же одно кресло пилота, потому что Го не успел добавить второе. Вассаго сел и его омега развернулся лицом к панели управления, при этом по-хозяйски взяв обе руки супруга, скрестив их на своем животе, а после откинулся на его грудь, чтобы площадь контакта была больше.

Маршал выпустил свои феромоны, чтобы успокоить взволнованного юношу. Это было похоже на короткий дождь, падающий тяжёлыми, щедрыми каплями на сухую, изнывающую от зноя землю, рождающий аромат, который можно назвать музыкой для обоняния.

В первые мгновения Эван чувствовал резкий, почти дерзкий всплеск: пыль, поднятая первыми ударами, смешивалась с живительной влагой, создавая горьковато-сладкое облако, напоминающее старинный пергамент, смоченный дождём. Затем земля, ещё не успевшая насытиться, начала отдавать свой сокровенный запах — глубокий, тёплый, пряный. Это словно аромат пробуждения: сухая трава, нагретые камни, корни растений, жадно впитывающие влагу.

Каждая капля, разбиваясь о раскалённую поверхность, выпускала в воздух целый букет — лёгкую минеральную ноту, оттенённую едва уловимыми травяными аккордами. Воздух наполнялся прохладой, свежестью, но не сыростью, а чем-то ярким и постоянным, словно обещанием и умиротворением одновременно.

И над всем этим витала чистота — кристальная, почти звонкая, как будто мир замер на мгновение, чтобы вдохнуть эту краткую, но совершенную гармонию воды и земли. Запах короткого дождя — это запах мгновенного преображения, когда всё вокруг затаило дыхание, чтобы родиться заново.

Эвандер потерялся в этой симфонии аромата, пульс становился реже, внутреннее беспокойство отступало, а ощущение безмятежности и осознание того, что это правильно, что так и должно быть, запечатывались в каждой молекуле тела юноши. Омега беззаботно мурлыкал, закрыв глаза. Безоговорочное доверие мужчине, на чьих коленях он сидел, выражалось в каждой вибрации диафрагмы, в расслабленности тела и в позе.

— Как ты? — задал вопрос Маршал, инстинктивно поглаживая пальцами живот жены.

— Ещё 5 минут... Пожалуйста...

— Сколько потребуется, Эван, — согласился альфа, но его прервала система меха.

«Обнаружены два владельца. Для выбора пилота, назовите нужное имя».

— Вассаго, — не раздумывая ответил Маршал, понимая, что его маленький омега не сможет запустить Злое добро.

«Пилот подтвержден.»

Го использовал ментальную связь, чтобы активировать свое практически второе тело из металла. Шлюз перед меха открылся и он покинул корабль, перемещаясь на поверхность Спаро.

— Скажи, когда мы будем готовы выпустить их, — Го решил дать Эвандеру время, чтобы он отошел от симптомов гнездования.

Маршал знал, что воздействовать навыками в такой период на жену нельзя, особенно если уровень воздействующего выше более чем на ранг, потому что можно нанести непоправимый вред психике омеги. Вассаго мог только надеяться, что его маленький супруг сможет справиться с этим, а его задача как альфы быть рядом и утешать феромонами.

Новый владелец тела действительно начал чувствовать себя лучше, когда его обнимал не только Бог войны, но и теплый проливной дождь, который впитывался кожей и легкими.

Спустя 10 минут Эван стянул кольцо с пальца мужа и переложил его в отсек для транспортировки к руке меха.

— Прежде чем ты выпустишь их, ты должен мне пообещать... — заговорил омега так, словно от этого обещания зависело будущее человечества, и повернулся на коленях мужчины лицом к лицу.

Вассаго с удивлением смотрел на жену, потому что слишком уж быстро он пришел в себя. Маршал слышал от женатых солдат, что их омеги после расставания могут до 3 суток не отлипать от своих альф, после того как началось гнездование.

— А?

— Ты оставишь на орбите Спаро автономный военный корабль для защиты планеты и альпенфонсов! — продолжил Эвандер, взгляд был такой рассудительный и серьезный, но в глазах Го он выглядел как милашный фыркающий котеночек.

— Объясни, — офигел Маршал, ведь его маленький омега вообще не должен был знать о них, а уж тем более просить оставить такой защищать инопланетных зверей ранга S.

— Я ведь уже говорил, что альпенфонсы вымирающий вид. Те, что у тебя сейчас в кольце - последние выжившие во Вселенной особи. Их планету уничтожил Руи Симар. А ещё они очень полезные. Я честно говорю! Спаро уже наша. Ты не можешь оставить нашу собственность без охраны! — не унимался омега, пытаясь манипулировать Вассаго, даже не зная, что тот согласен на всё, поэтому Вине чуть выпятил губки и почти проскулил, сведя грустные бровки вместе, — Пожалуйста...

— Матерь Божья, Эван... — альфа застонал, прекрасно понимая, что если его жена продолжит и дальше быть таким очаровательным, то Фонсам придется ещё какое-то время быть в кольце, потому что он зацелует Эвандера до потери сознания, — Я сделаю! Все, что хочешь сделаю! Но если ты не прекратишь смотреть на меня вот так, я тебя поцелую! Долго и сильно!

— Извини... я не специально, — щеки омеги мгновенно порозовели от стыда за свое поведение и ложь о том, что он сделал это ненамеренно.

Чтобы отвлечься, Маршал активировал кольцо, ведь только после завершения этого дела они вернутся домой, где он сможет целовать жену бесконечно долго. А может... и не только целовать...

Пятеро альпенфонсов оказались на поверхности и Эван сам вывел изображение из кабины, чтобы они могли общаться.

Омега объяснил им, что эта планета только для них и ее будут охранять. Так же он попросил о сотрудничестве с оставшимися 4 особями, чтобы забирать их отлинявшую чешую. Эван показал им руду, минералы и даже каких-то мелких неразумных тварей низшего ранга, которые будут служить им пищей. Что они могут использовать ещё и спутник Спаро - Раун-импресс, но в целях их же безопасности и сохранения вида, следующие 10-20 лет им лучше не покидать планету. Вине пообещал им, что они будут защищены и никто не будет знать, что Спаро обитаема кроме 3 человек: Эвандера, Вассаго и Императора. Контактировать с ними будут только супруги, а если кто-то другой заявится к ним, то они оставят тревожный маячок на этот случай. Если его поднять от земли больше, чем на высоту, которую они сейчас установят в настройках, то он сразу передаст сигнал SOS Маршалу.

Все эти переговоры велись с помощью интуиции, и общались они мыслеформами. И Вассаго офигевал от того, как правильно и по существу все показывал его маленький омега.

«Ты такой сексуальный, когда серьезный, Эван...» — забылся Маршал, и не скрыл эту мысль от других, поэтому ее услышал и Вине, и альпенфонсы.

— Вассаго! — прикрикнул Эвандер, краснея, но Фонсы их прекрасно поняли, ведь были достаточно социальной и развитой эмоционально расой.

Но прервала их мысль того самого альпенфонса, который обещал отдать ядро, о том, что они хотели бы получить гарантии не только от Эвана, но и от Маршала с Императором.

— Я, Вассаго Вибралиум, обещаю обеспечивать безопасность планеты Спаро и вас как ее жителей, — слова звучали убедительно, но этого точно было мало.

— Ваше императорское Высочество! Я отправил тебе договор о том, что на нашей планете все ее жители, кем бы они ни являлись, находятся под защитой Империи и Маршала. Подпиши его сейчас, — заговорил омега, уже набрав Берниса.

— Минуту, — ответил мужчина, пока открывал документ, и голограмма с Императором тоже была выведена для просмотра альпенфонсами.

— Готово, — даже не раздумывая и не читая, Бернис поставил подпись на документе.

— Спасибо за помощь, — улыбнулся Эвандер, — Мое обещание в силе. Когда закончу, мы прилетим во дворец.

Император согласно кивнул и завершил звонок, пока Маршал сидел в шоке от того, что друг только что подписал бумаги не читая, что делал так с одним человеком — с ним самим.

— Теперь твоя подпись, Вассаго, — перед Альфой открылся документ, только что подписанный Бернисом и Эван попытался встать с его колен, для удобства, но был сильнее прижат обратно одной рукой.

Второй он взял из подлокотника кресла стилус, и расписался. Как только на документе появились две подписи самых высокопоставленных лиц Империи, яркая красная печать засветилась в углу договора, подтверждая его законность. Именно эта информация была в голове Эвандера, который сейчас закрыл себя и главного Фонса от остальных, попросив его объяснить сородичам ещё и тот факт, что эта планета принадлежит ему, а в голове омеги прокручивались воспоминания о том, как он получил свидетельство о собственности.

«Я обещаю тебе, Симар заплатит за то, что погубил вашу планету!» — строгость и уверенность, с которой звучали мысли Вине в сознании альпенфонса, доказывали, что юноша не шутит.

«Я готов», — мысленно прозвучал ответ, но его остановил Эван.

«Тебе не нужно так спешить. Ты можешь попрощаться с ними», — объяснил Вине, — «Твоя жертва не будет напрасной. Ядро, которое ты отдашь, будет защищать твоих сородичей и Пояс Звезды жизни».

— Давай дадим им время попрощаться... — попросил Эван, положив ладонь поверх руки мужа на своем животе.

Вассаго лишь кивнул, растопырив пальцы, чтобы тонкие пальчики жены оказались между его, и сжал их в знак согласия. Эван знал, что это была слишком жестокая сделка, но в любом случае, альфа в теле омеги успокаивал себя тем, что погибнет только 1 из 5. Их вид будет спасен, а Спаро будет приносить ещё большую пользу.

Какое-то время пара просто наблюдала за 5 альпенфонсами, которые общались странными звуками, но подслушивать суть их разговора супруги не стали. В определенный момент Эван подумал, что они начали ссориться, но увиденное удивило и его, и Маршала.

Молодой альпенфонс забрался на спину к тому, который обещал отдать свое ядро. Он с силой оторвал на шее несколько чешуек, но тот не пошевелился и не издал ни звука. А после вонзил туда клыки с протяжным страдальческим воем, и через минуту в его рту оказалось сияющий ярким желтым светом похожий на шар сгусток энергии.

Эвандер тут же использовал интуицию, чтобы поблагодарить их и еще раз пообещал, что их вид теперь в безопасности, а тот, кто уничтожил родную планету альпенфонсов будет наказан. Юноша пообещал прилетать раз в месяц и интересоваться их делами и потребностями. Он попросил мысленно поместить ядро в правую руку меха.

Фонса сделал как просил омега и спустя несколько секунд перед ними в транспортировочном отсеке засветился яркий желтый шар.

Вине осторожно переместил его в свой кулон со словами, в которых отчетливо слышалось сожаление: — Полетели домой...

— Я же говорил... нельзя изъять ядро, не убив зверя... — пытался успокоить его муж, понимая, что его чувствительный омега, вероятно, слишком расстроен увиденным.

— Я знаю...

Омега был расстроен больше из-за того, что сразу не сказал Маршалу о Вульпесаре, где будут трое дримуиров ранга S. Эти твари враждебные, но проблема в том, что Вине не знал, на Вульпесаре они уже были или появятся только через полгода. Но с другой стороны... они спасли Эрманли от бойни и спрятали последних выживших альпенфонсов. Плюсов тут определенно больше, чем минусов. А с дримуирами можно разобраться и позже. Как бы там ни было, Эван только сейчас задумался о том, что с его появлением в этом теле история изменилась, да и его поступки, скорее всего, тоже повлияют на будущее. Маршал и он сам живы, план Симара захватить Империю потерпел неудачу, Спаро теперь в его собственности, а на ней поселились альпенфонсы. Они как раз сказали ему, что следующий период линьки у них будет приблизительно через неделю, поэтому они могут прилететь за чешуей. Единственное, чего не знал альфа в теле омеги, так это то, что руда, которой питаются фонсы, напрямую влияет на качество их чешуи. А это значит, что через неделю Эвандера ждет очень приятный сюрприз.

Вассаго положил в транспортировочный отсек сигнальный маячок, который при соприкосновении с поверхностью планеты быстро принял вид небольшого камня руды, но на несколько оттенков светлее. Фонса поднял его над собой хвостом, определяя высоту, превышение которой будет сигналом для помощи, и положил его обратно. Маскировочная сеть на маячке работает таким образом, что в сознании людей и зверей, чей ранг ауры ниже S, он не бросается в глаза и подстраивается под окружающую обстановку. Все, у кого ранг ауры S, видят его в техническом виде, как устройство.

Злое добро покинул поверхность Спаро, пока Маршал все так же крепко и заботливо обнимал жену, поглаживая.

— Адмирал Се, вы с командой останетесь на орбите планеты, пока не прибудет "Капитано", — вернувшись на военный корабль, негромко отдал приказ Го, только выйдя из меха со спящим Эваном на руках.

Омега уснул после тяжелой ночи, когда спешил закончить с моделью меха. Использование навыков, волнение и эмоции скооперировались и юноша уснул, ощущая окутывающий его аромат успокаивающего дождя.

— Вымотался, маленький... — нежно улыбнулся Маршал, поправляя на руках обмякшее тело жены, и при этом говорил тихо, — Домой, Саймон.

Они вернулись на территорию особняка, и распорядитель заговорил, — Вам лучше ночевать сегодня в комнате господина Эвандера... я не разрешал прислуге входить в вашу комнату... мало ли...

— Хорошо, чем он занимался, пока меня не было?

— Все время проводил сперва в своей, а после в вашей спальне. Когда я заходил, у него были открыты симулятор или эмулятор меха на компьютере. Юному господину было очень тяжело, но он не жаловался и не капризничал. Удивительно, что он смог покинуть гнездо... я слышал, что омеги очень привязаны к нему во время гнездования, — когда перед Вассаго Саймон открыл входные двери, то в нос альфы ударил стойкий аромат сирени, — Мы уже даже привыкли к запаху сирени в доме, — улыбнулся дворецкий, понимая, причину, по которой Маршал остановился, только переступив порог.

"Мой маленький хороший мальчик..." — пронеслась мысль сожаления в голове альфы, ведь если ему было так тяжело, то чувствительному омеге в разы сложнее.

Маршал поднялся с ним в комнату и, переодев сперва жену в пижаму, уложил его в кровать. После сам сходил в душ и вернулся к Эвану под одеяло, наконец, обнимая теплое и мягкое тело своего партнера.

Оказалось, что не только Эван устал, но и Вассаго тоже. Потому что как только он оказался в постели, а в его цепких руках размеренно дышал спящий сладким сном супруг, сонливость тяжелым грузом давила на веки, закрывая их.

Утро встретило супругов неожиданным звонком на браслет Маршала от Императора. Правда утром это было сложно уже назвать, но если верить словам Вине "Когда проснулся, тогда и утро", то 2 часа дня – их личное утро.

— Что? — хриплый голос альфы окончательно вырвал Эвандера из сна, но он не собирался ни открывать глаза, ни отпускать мужа поговорить.

Юноша продолжал лежать на груди своего кумира, даже когда услышал голос Берниса.

— Чем вы всю ночь занимались, что в 2 часа дня еще в постели? — дразнил Император, но Вассаго было все равно.

— Если ничего серьезного, то я отключаюсь и буду спать дальше, — ворчал мужчина, инстинктивно целуя благоухающие сиренью черные волосы на макушке Эвандера.

— Извини, Го... доспишь потом. Вам необходимо срочно приехать, — от этих слов теперь глаза открыли оба супруга, понимая, что что-то случилось.

И новый Эвандер быстро перебирал в воспоминаниях историю Империи сразу после казни Маршала, пытаясь вспомнить, что же могло случиться сейчас из того, на что не повлияла смерть Маршала.

— Что происходит? — задал вопрос Маршал серьезным тоном.

— Приедешь, узнаешь, — ответил Бернис и добавил, отключаясь, — Жду вас обоих во дворце. Обед с меня, точнее ваш завтрак...

— Зачем я там? — заволновался альфа в теле омеги, потому что это было очень странно.

— Если бы я знал... — вздохнул альфа, поглаживая плечо жены, приподнимая Эвана, чтобы сесть вместе с ним, — Но раз Бернис сказал быть обоим, значит, ты не можешь отказаться от поездки.

— Ладно, пока вы будете заниматься делами, я смогу в ангаре потрогать меха... — воодушевился Эвандер, улыбнувшись, вот только Го нахмурился.

— Тебе не нужно трогать чужие мехи! У тебя уже есть доступ к моему, так что ты можешь делать с ним все, что хочешь! — выдал Маршал, даже не представляя, насколько сильно он развязал этими словами руки своему маленькому омеге.

— Ты серьезно?! — глазенки загорелись, а в голосе было столько счастья, что Вассаго невольно улыбнулся.

— Конечно...

И вместо ответа он услышал лишь довольное, тихое мурчание, исходящее от Эвандера. Этот низкий, вибрирующий звук, смешиваясь с нежным благоуханием сирени, что исходило от счастливого омеги, заполнял спальню, создавая интимную ауру. И Вассаго окончательно поддался своим инстинктам. Его альфа-сущность, спокойная минуту назад, проснулась от этого звука, требуя действия.

Он не мог себя контролировать, когда слышал этот звук. Это пробуждало в нем какую-то нереальную, первобытную потребность в прикосновениях, в поцелуях, в простой близости, которая сводила с ума. С тихим, но властным движением он прижал Эвана обратно к постели, ощущая, как то самое мурчание на мгновение затихло, сменившись глубоким вздохом, а затем возобновилось с новой силой, уже от предвкушения.

Их губы встретились в ласковом поцелуе. Он был невероятно нежным, почти ленивым. Губы Маршала, несущие прохладный отзвук дождя, скользили по мягким, сладким от сирени губам юноши с терпением, которого альфа сам от себя не ожидал. Он дышал его ароматом, и его собственные феромоны — свежий, чистый запах грозового дождя — становились ярче, насыщеннее, вступая в танец с цветущей сиренью.

Но первобытный инстинкт, разбуженный мурчанием омеги, не мог долго оставаться смирным. Нежность начала нагреваться. Вассаго углубил поцелуй, его язык легко коснулся линии губ жены, и теперь их вкусы смешались окончательно: свежесть дождя вплеталась в сладость сирени, создавая дурманящую смесь. Эвандер ответил, его губы разомкнулись, поглощая властную ласку своего Бога войны.

Именно тогда рука Маршала, лежавшая на боку юноши, начала медленное, ненавязчивое движение. Его ладонь скользнула вверх по ребрам, чувствуя под тонкой кожей бешено бьющееся сердце, а затем вниз, к бедру. Это был флирт — не суетливый, а властный и успокаивающий. Широкая ладонь альфы скользила по телу, впервые очерчивая его контуры, и с каждым прикосновением запах дождя становился ярче, плотнее, в то время как сирень цвела в ответ, становясь почти осязаемой.

Эван выгнулся навстречу этому прикосновению, его мурчание стало глубже и вибрирующее. Они не говорили ни слова. В этом не было нужды. Их тела, еще теплые и расслабленные после сна, вели свой собственный, древний разговор на языке феромонов, сплетаясь в единое целое — это была буря, бушующая в саду сирени.

Сильная ладонь Вассаго скользила по его оголенной спине, и Эвандер тонул в этом прикосновении, как в теплом море. Его мурлыканье стало глубоким, вибрации отзывались в каждой клеточке тела, отвечая на властные феромоны дождя. Рубашка уже была сброшена на пол, а пальцы альфы медленно, но уверенно спускались ниже, за край пижамных штанов, касаясь чувствительной кожи на копчике. Эван бессознательно выгнулся, прижимаясь к мужу, его разум уже готов был отключиться, раствориться в инстинкте омеги...

Но именно в этот миг, когда жар уже почти полностью поглотил его, в сознании, словно обжигающий ледяной осколок, вспыхнула мысль: "Император. Бернис. Срочно."

Словно ведро ледяной воды выплеснулось на омегу, возвращая контроль внутреннему альфе. Его тело напряглось, мурчание резко оборвалось, став коротким, паническим вздохом.

— Вассаго... стой... — выдохнул он, и его голос прозвучал хрипло и непривычно тонко, почти как мольба.

Рука маршала не остановилась сразу, погруженная в туман инстинкта, а лишь замедлила движение, ладонь все еще прижималась к его коже, полная желания продолжать и не озвученного вопроса...