Браслет
Я не сдавался.
Да, я знал, что ей нравится другой. Знал, что моё место — где-то рядом, но не там, где хотелось бы. Но я не мог просто взять и прекратить общение. Даже если это означало быть всего лишь другом.
К тому же, её семья тоже привыкла ко мне. Её младшая сестра — хитрая девчонка двенадцати лет — постоянно пыталась меня подколоть, а младший брат семи лет цеплялся за руку и требовал, чтобы я поиграл с ним в догонялки. Они часто гуляли с нами, и я чувствовал себя... частью чего-то тёплого.
Однажды она подарила мне браслет.
Простой чёрный браслет из резинки, без всяких украшений.
— Вот, держи, — сказала она, протягивая его мне. — Чтобы не забывал обо мне.
Я долго смотрел на него, прежде чем взять. Внутри всё перевернулось. Этот жест не значил ничего, и в то же время значил всё.
— Спасибо, — ответил я, надевая его на запястье.
Я носил его каждый день.
А потом был ещё один вечер. Мы гуляли, как обычно, и она вдруг спросила:
— Ты не голоден?
— Ну, вообще-то... — я хотел сказать, что не особо, но мой желудок предал меня, издав подозрительный звук.
Она засмеялась и, не дожидаясь ответа, пошла в магазин. Через пару минут вернулась и протянула мне сосиску в тесте.
— Ешь.
— Ты что, пытаешься меня купить едой?
— Ага, — усмехнулась она. — Теперь ты мой.
Я взял еду, улыбаясь. Такие моменты казались простыми, но именно в них я чувствовал себя самым счастливым.
А потом был тот вечер на лавочке.
Мы сидели вдвоём, её младшие брат с сестрой ушли домой. Ночь была тёплой, небо — ясным. Она включила на телефоне подборку аниме-адаптаций Дзюндзи Ито.
— У тебя странный вкус, — пробормотал я, глядя на экран.
— Просто смотри, — ответила она, внезапно положив голову мне на плечо.
Я замер.
Она лежала спокойно, словно это было самой естественной вещью в мире. Мои мысли метались, но я не пошевелился. В тот момент я решил, что запомню его навсегда.
Но вскоре всё изменилось.
Она всегда говорила о нём — о Жане. Я знал, что он ей нравится, но не знал, что это взаимно.
Они часто переписывались, иногда ночью играли в волейбол. Она была счастлива, когда говорила о нём.
Но потом Жан узнал, что она много времени проводит со мной.
Он стал отдаляться. Меньше писал, реже отвечал. А вскоре совсем перестал проявлять инициативу.
Я видел, как это её беспокоило.
И тогда я понял.
Я был частью её жизни, но не той частью, которая ей действительно была нужна.
Поэтому я сделал единственное, что мог.
Я начал отдаляться.