Шёпот заколдованных дверей

Первый луч солнца, пробивавшийся сквозь занавески в комнате Кейт, упал на её лицо. Она застонала, пытаясь отдышаться после очередного кошмара. Во сне она снова бродила по бесконечным зеркальным коридорам, а голос Кассиуса был уже не просто звуком — он был холодом в костях, тяжестью на груди. Тёмные пятна перед глазами сгущались в знакомые зеркальные очертания, и на мгновение ей показалось, что в глубине одного из них мелькнуло бледное лицо Кассиуса Блэка. Девушка подошла к небольшому зеркалу над умывальником и на секунду не увидела своего отражения. Сердце её бешено заколотилось, пока образ медленно не проступил, бледный и размытый, словно сквозь запотевшее стекло.

— Опять? — раздался тихий голос с порога.

Эмми Долгопупс стояла в дверях, держа в руках два стакана с апельсиновым соком. Карие глаза дочери великих волшебников, обычно сверкавшие энергией, сейчас смотрели с безмолвным беспокойством.

— Я в порядке, — автоматически ответила Кейт, вытирая лицо полотенцем.

— Врёшь как дышишь, — парировала Эмми, ставя сок на тумбочку. — У тебя трясутся руки. И ты выглядишь так, будто провела ночь в Запретном лесу.

Несмотря на своё легендарное происхождение, Эмми никогда не кичилась статусом родителей. Её страсть к магической математике была личным выбором, а не семейным наследием. В строгих формулах и безупречных доказательствах она нашла убежище от бремени великого имени. Возможно, именно этот побег в мир чистой логики и сделал её такой проницательной — она могла раскладывать по полочкам не только математические теоремы, но и самые запутанные чувства.

Они сидели в Уютном уголке на седьмом этаже. Кейт безуспешно пыталась сосредоточиться на «Теории магического поля», в то время как Эмми с аппетитом уплетала булочку и делала пометки на пергаменте.

— Не могу понять ни строчки, — пожаловалась Кейт, откладывая книгу. — Буквы плывут.

— Это потому что ты пытаешься читать, а не дышать, — не отрываясь от расчётов, сказала Эмми. — И ешь хоть немного. Ты таешь на глазах.

Внезапно комната перед Кейт поплыла. Звуки стали глухими, будто доносились из-под воды. Она судорожно ухватилась за край стола.

— Кейт!

Голос Эмми прозвучал где-то очень далеко. Следующее, что Кейт осознала — это то, что подруга держит её, не давая упасть со стула. Через несколько секунд мир медленно вернулся в фокус.

— Всё... Всё в порядке. Просто закружилась голова.

Эмми не спорила, но её сжатые губы и испуганный взгляд говорили красноречивее любых слов.

— Ладно, хватит о моих недомоганиях, — Кейт сделала глоток сока. — Как там твой ухажёр? Замок с потайными ходами и свидания при луне?

Эмми залилась румянцем.
— Он не ухажёр! Это просто Стефан из Пуффендуя. И... мы вчера гуляли. Возле той беседки, у розовых кустов.

— И? — Кейт почувствовала, как на мгновение тоска отступает.

— И... он был очень мил. Говорил о своих совах. А потом... — Эмми потупила взгляд. — Потом, когда мы прощались, он... чмокнул меня в щёчку. А я стояла как дурочка, вся красная, и не могла вымолвить ни слова. Представляешь? Я, которая может доказать теорему о магических силовых линиях за три минуты, опешила от одного поцелуя в щёку!

Она выглядела одновременно и смущённой, и счастливой. Кейт невольно улыбнулась. Это было так по-человечески, так нормально... Так далеко от её собственной реальности.

И в этот момент мысли Кейт снова вернулись к Скорпиусу. Он уехал всего вчера, и они договорились встретиться сегодня вечером в библиотеке. Но тревога за него уже поселилась в ней холодным, тяжелым камнем. Что, если её состояние как-то связано с его внезапным отъездом? Что, если он, пытаясь ей помочь, навлёк на себя беду там, в своем мрачном родовом поместье?

— Он вернётся, — тихо сказала Эмми, словно прочитав её мысли. — Вы же договорились о встрече. Мальфой не из тех, кто бросает слова на ветер. Особенно когда дело касается тебя.

— А если он пострадает из-за меня? — прошептала Кейт.

— Тогда мы вдвоём с ним поговорим, — Эмми решительно хлопнула ладонью по столу. — Моя логика и твоё... ну, всё то, что с тобой происходит. Никто не устоит.

*****

Сумеречный свет наполнял библиотеку, окрашивая стеллажи в глубокие синие тона. Даже привычные шепчущие книги вокруг казались притихшими, будто чувствовали напряжение, витавшее между двумя подругами. Свет магических шаров мерцал тревожно, отбрасывая прыгающие тени. В одном из укромных уголков, заваленные книгами, сидели Кейт и Эмми. Вопреки школьному уставу, на них были не мантии, а удобные шорты и просторные футболки оверсайз, в которых можно было забраться с ногами в кресло.

Кейт бесцельно листала трактат о магических артефактах XVIII века, но слова расплывались перед глазами. Каждый скрип двери в дальнем конце зала заставлял её вздрагивать и с надеждой смотреть на вход. Но Скорпиуса всё не было.

Эмми, уткнувшись носом в «Основы нумеромагии», внезапно оторвалась от чтения и тихо спросила, в который уже раз за вечер:

— Как думаешь, я ему правда нравлюсь?

Кейт отложила книгу, с трудом подавив вздох. Они обсуждали это уже трижды за последний час.

— Эмми, — мягко сказала она, — он проводил с тобой весь вечер, слушал твои рассказы о магических теоремах, а в конце... чмокнул в щёку. Как по-твоему?

— Но что если это была просто вежливость? — настойчиво продолжала Эмми, накручивая прядь волос на палец. — Может быть, он так со всеми девочками? Или это пуффендуйская традиция прощания?

— В Пуффендуе нет традиции целовать девочек в щёку на прощание, — устало улыбнулась Кейт. — Поверь мне.

— Просто... — Эмми замолчала, смущённо опустив глаза на свои носки с узором из летающих ключей. — Я никогда раньше не нравилась мальчикам. Точнее, они мне не нравились, а я им... В общем, это впервые. И я не знаю, что делать.

В её голосе прозвучала непривычная неуверенность, так контрастировавшая с её обычной рассудительностью. Кейт с нежностью посмотрела на подругу. В этот момент Эмми была не дочерью великих волшебников и не юным гением математики, а просто девочкой, переживающей свою первую симпатию.

— Ты сама ему очень нравишься, — твёрдо сказала Кейт. — Просто будь собой. Той, кто может за три минуты доказать сложнейшую теорему и заставить весь класс почувствовать себя глупцами. Эта уверенность тебя и красит.

Эмми немного порозовела и снова уткнулась в книгу, но Кейт заметила, что уголки её губ дрогнули в счастливой улыбке.

Тишина снова окутала их, став ещё более звенящей от сознания пустующего места напротив. Кейт взяла с полки первую попавшуюся книгу — «Современные подходы к зельеварению» — и попыталась читать, но мысли упрямо возвращались к Скорпиусу. Почему его до сих пор нет? Они же договорились...

Она поймала себя на том, что снова и снова перечитывает одну и ту же строчку, не понимая её смысла. Время тянулось невыносимо медленно.

*****

Ещё пара минут тягучего молчания — и знакомый силуэт наконец показался в проёме между стеллажами. Скорпиус стоял там, будто не решаясь подойти. Он выглядел измождённым, под глазами залегли тёмные тени. Он пах дождём и холодным камнем, а на его мантии виднелись следы дорожной пыли. Казалось, он принёс с собой саму атмосферу мрачного поместья Малфоев. Но в самом его присутствии чувствовалась какая-то новая, напряжённая решимость.

У Кейт ёкнуло сердце. Первым порывом было подбежать, обнять его, ощутить, что он цел и невредим, засыпать вопросами. Но она вцепилась пальцами в обложку книги, заставив себя остаться на месте. Вместо этого она подняла подбородок и произнесла с наигранной лёгкостью, которую они обычно использовали в своих перепалках:

— Ну наконец-то. Мы уж думали, ты решил бросить Хогвартс и переквалифицироваться в привидение. Выглядишь соответствующе.

Но Скорпиус не успел ответить. Эмми, отложив свою нумеромагию, решительно поднялась и, не говоря ни слова, обняла его. Это было стремительно, неловко и совершенно на неё не похоже.

— Эмми? — растерянно пробормотал Скорпиус, застыв в её объятиях.

— Молчи, — отрезала она, отступая на шаг и сурово глядя на него. — Ты заставил её волноваться. А когда она волнуется, она становится невыносимой. Так что в следующий раз предупреждай.

Скорпиус перевёл взгляд на Кейт, и в его серых глазах мелькнуло что-то тёплое и виноватое одновременно. Он подошёл ближе и опустился в свободное кресло напротив них с таким видом, будто на его плечах лежала тяжесть всего замка.

— Я нашёл кое-что, — его голос был тихим, но твёрдым. Он вытащил из внутреннего кармана мантии небольшой, тусклый предмет на цепи. — Это Медальон Анимавиора. Прототип того, что сейчас связано с Кейт.

Он положил его на стол между ними. Кейт почувствовала, как знакомый холодок пробежал по коже — тот самый, что она ощущала во время своих обмороков. Медальон пульсировал в такт её собственному учащённому сердцебиению. Эмми нахмурилась, изучая медальон взглядом учёного.

— Согласно дневнику моего деда, он может разорвать связь, — продолжал Скорпиус, его пальцы сжались в кулаки. — Но за это есть цена. Серьёзная. Он может... вытянуть не только связь, но и часть тебя самой. Твоих воспоминаний, твоих чувств.

Эмми резко подняла голову от медальона, её научный интерес мгновенно сменился ужасом. «Потеря памяти? Эмоциональная ампутация? Это не лечение, это... калечение!»

Он посмотрел прямо на Кейт, и в его взгляде была готовность к её гневу, к страху, к чему угодно.

— Кассиус Блэк знает, что я взял медальон. И теперь его ярость обрушится на нас обоих. — Скорпиус замолчал, в его глазах читалась тяжелая правда, которую он не хотел, но был вынужден произнести. — Потому что ты всегда была его главной целью, Кейт. Только ты можешь стать тем проводником, что окончательно вытащит его из небытия. Моя семья... мы были лишь инструментом в его руках. А ты — приз, ключ к его воскрешению. Я не принёс тебе новой опасности. Я лишь... вручил тебе оружие против той, что уже нависла над тобой.

Кейт медленно выдохла, её пальцы непроизвольно потянулись к виску, где обычно начиналась головная боль перед обмороками. «Значит... я не жертва, а приз,» — прошептала она. «И оружие.» В её голосе прозвучала не только страх, но и первая нота сопротивления.

Она посмотрела на медальон, потом на Скорпиуса, и в её глазах зажёлся новый огонь — не страха, а решимости. «Если уж я ключ, — твёрдо сказала Кейт, — то решать, какую дверь открывать, буду я сама.»