Глава 16. Клятвы
Ветер, казалось, взбесился, будто разъяренные Девы, что никогда не знали земной женщины и принадлежали лишь Роксане, носились в его потоках с яростными кличами, взбивая острыми крыльями облака. Лэйк швыряло из стороны в сторону, и только звериное чутье позволяло улавливать малейшие воздушные токи, в которые можно было вклиниться, чтобы двигаться ровно. Зверь в ее голове выл, словно сошедший с ума. Неприятный холодный запах чешуи ящеров наполнял ноздри, и это бесило зверя, заставляя его рычать и царапаться, сражаясь с Лэйк за право драться с ними один на один.
Ночь была темна, и далекие звезды на черном покрывале неба совсем не освещали ее, как и бледный глаз луны, который поминутно перечеркивали крылья ящеров. Им-то легче было, у Лэйк за спиной светились огненные крылья, и она была перед ними как на ладони: бери да бей. Только вот почему-то стрел с их стороны не летело: то ли луков у них не было, то ли решили, что на таком ветру стрелять бессмысленно. Да она особенно и не переживала из-за этого.
Тугой комок ярости пульсировал в глотке, заставляя горячие волны звенеть в теле. Когда-то эти твари убили ее мани и ману, именно они, вот так же, верхом на ящерах, что породили Драконы Проклятого Рода, исчадия бездны мхира. Она еще никогда не сталкивалась с кортами в воздухе, лишь с конными отрядами на земле, и ярость кипела так, что ей казалось, что она сейчас задохнется. Пальцы до боли стискивали древко нагинаты, а крылья за спиной мощными толчками несли ее вверх. За моих родителей! Всех разорву на клочки!
- Роксана! – зарычала Лэйк, и огненные струи стекли с ее пальцев, пробежали по древку и подожгли длинное искривленное лезвие нагинаты. Богиня была с ней, Богиня направит ее руку.
Тело звенело от напряжения, и Лэйк перевела большую часть силы зверя на глаза. Теперь она видела в цветовом спектре, так четко, будто и не было этой чернильной ночи, будто щит Роксаны пылал в небе, яркий и незамутненный. Ящеры подсвечивали бледно-розовым, холодным свечением, а корты на их спинах горели алым пламенем, и ярость перекатывалась в них волнами огня. Лэйк сжала нагинату, концентрируясь на руках и плечах, стягивая всю свою силу в них. Вы не спрячетесь от меня нигде!
Она выбрала цель: крупный ящер и молодой корт на его спине. Она видела, что он одет в кожаную распахнутую на груди безрукавку, и жар его тела слегка дрожал по краям синим: корт замерзал. Его черные волосы полоскались за спиной под порывами ветра, а глаза были зелеными, словно весенняя трава. Все его лицо покрывали темные рисунки боевого раскраса, так же как и широкую грудь, такую непривычно плоскую и некрасивую на взгляд Лэйк. В одной руке он сжимал длинное копье с обоюдоострым наконечником, а в другой – поводья ящера.
Хоть она никогда и не сражалась с кортами в воздухе, но училась этому последние шесть лет. Сжав нагинату, Лэйк свернулась в тугой комок и нырнула под брюхо ящера. Так хорошо, как нужно было, у нее не получилось: воздушные потоки не давали сосредоточиться, швыряя из стороны в сторону. К тому же, корт прочитал маневр и резко положил ящера на крыло. Тот сильно ударил по воздуху, его когтистые лапы клацнули прямо возле лица Лэйк, и сильный порыв ветра от крыла твари бросил ее назад.
Лэйк выправилась и сразу же ринулась в погоню, преодолевая тяжелые потоки ветра. Она прекрасно видела глаза корта и жгучую ненависть, плещущуюся в них. Нет уж, этого я сама зарежу! Лэйк прыгнула вперед, занося нагинату, и нанесла длинный рубящий удар сверху вниз. Мелькнуло серебристой вспышкой обоюдоострое лезвие копья корта, и два оружия сшиблись с громким сухим треском.
Он был силен, наверное, так же силен, как и она. Лэйк зарычала, давя на древко, пытаясь продавить его оборону и пронзить тело. Огонь с лезвия ее нагинаты облизывал копье корта, и смутные рисунки, в которых было что-то знакомое, проступили на стали. Но тут ящер вывернул голову к ней, и длинная клювастая пасть щелкнула прямо у самого ее бока, едва не вырвав кусок ткани из форменной куртки. Лэйк ударила правым крылом сильнее, уходя вбок. Нагината скользнула по лезвию копья, и сильный толчок воздуха отбросил ее в сторону.
Ящер камнем упал вниз, опережая Лэйк. Она развернулась и попыталась нанести ему удар сверху по голове, но помешал ветер. Крутнувшись волчком, проклятущая тварь рванула стрелой снизу вверх, метя клювом ей в живот. Лэйк ушла назад, с силой рубанула нагинатой, но древко копья перехватило удар, не позволяя кусачей стали достигнуть сочленения крыла ящера. Не теряя времени, она взлетела следом за ящером, отчаянно молотя огненными крыльями.
Ящер был тяжелым, а потому мог двигаться быстрее, но при подъеме почти сразу же выдыхался. Шум его огромных крыльев практически перебивал доносящееся со стороны Леса дребезжание железа, а агрессивные крики, вырывающиеся из пасти, раззадоривали зверя внутри Лэйк. Она ощутила, как удлинились клыки, и в горле заклокотало рычание. И бросилась на корта.
Он пригнул голову: при полете вверх ему приходилось прижиматься к спине ящера, чтобы его не выбило из седла встречным ветром. Теперь у Лэйк было преимущество. Она попыталась уколоть его нагинатой, словно шипом, пронзив широкую спину, да только тот неожиданно гортанно вскрикнул и дернул ногами, и ящер моментально нырнул вперед головой. Мелькнул хвост с длинной треугольной стрелочкой на конце, и он ушел от Лэйк вниз и в сторону, по широкой дуге. Зарычав от ярости, она кинулась в погоню.
Что-то промелькнуло рядом с ней, и Лэйк резко развернулась. Бледный свет луны высветил побелевшее лицо Ниал. Она медленно снижалась, зажав рукой бок, и на лице ее было написано страдание. Алые капли крови проступали прямо сквозь черную ткань формы. Они ранили ее! Проклятые корты ранили ее сестру! Ярость полыхнула так жарко и остро, что на миг она ослепла.
Железное древко затрещало под хваткой пальцев Лэйк. Зверь в голове раскрыл пасть, гигантскую, будто огненное жерло Горна Роксаны, и бросился вперед. Она больше не контролировала себя. Рот раскрылся, и из горла в ночное небо вырвался то ли рев, то ли вой, от которого содрогнулось и завибрировало все тело. Убью! Она вскинула нагинату и ринулась на зеленоглазого корта, что как раз выходил из аккуратного поворота, разворачивая ящера навстречу ей. Разорву на клочки и кровью их умоюсь с ног до головы! Роксана! Принимай жертву, Грозная!
Лэйк ударила крыльями по воздуху, отчаянно несясь навстречу врагу. Тот выровнял ящера и гикнул, резким движением бедер посылая его вперед. Копье в его руке поблескивало острым наконечником, а взгляд был жестким, словно камень. Грозная! Направь руку мою! Лэйк замахнулась, выставив левое плечо вперед. Вот сейчас они сшибутся, и она вгонит нагинату ему в кишки так, чтобы насквозь прошла!
Небо вдруг полыхнуло ослепительно белым. У Лэйк не был времени оборачиваться по сторонам, смотреть куда-то. Она лишь увидела, как во все стороны брызнули молнии, тысячи и тысячи тонких, будто иглы, змеистых молний, что заполнили своим светом все небо, а дрожь от разрядов пронзила воздух и моментально поставила дыбом все волоски на теле Лэйк. Убью! Метался и рычал в голове зверь, и Лэйк вздернула верхнюю губу, обнажив жемчужные клыки и рыча всей собой. Бхара с молниями, Найрин справится. Напротив нее был враг, и больше ей ничего не нужно было.
Каким чудом разряды Найрин не попали в нее, она не знала, но небо почернело так же резко, как и полыхнуло. Лэйк на секунду ослепла, но тепловой спектр сразу же вернул ей зрение. Ей да, а вот корту – нет. Он слепо заморгал, но копье не убрал, так же, как и Лэйк, держа его вскинутым перед собой. Судя по всему, проклятый выродок вознамерился протаранить ее. Лэйк ощутила, что улыбается. Пусть попробует! Вот только пусть попробует!..
Ящер под кортом ревел, и его золотые глаза горели яростью и жаждой крови. Лицо самого корта исказила судорога ненависти, и мышцы его обнаженной руки вздулись, покрытые узлами набухших жил. Лэйк зарычала еще громче, переводя всю свою силу в правую сторону тела. Еще чуть-чуть, еще буквально двадцать метров!..
Вдруг прямо перед ней возникла сияющая стена, и Лэйк едва не швырнула нагинату вперед от неожиданности. Хлопнув крыльями, она изменила направление полета, притормозила и зависла в воздухе, слепо моргая и оглядываясь по сторонам. Стена светилась в темноте ослепительно-белым, уходя во все стороны, вправо и влево, вниз и вверх насколько хватало глаз. Сквозь нее было видно, как сквозь падающую ленту водопада, замершего по ту сторону корта. В руке его было вскинутое копье, ящер под ним отчаянно молотил крыльями, удерживаясь в воздухе на одном месте. Теперь эта стена разделила их, и Лэйк не могла убить его.
Она зарычала в ярости, потрясая нагинатой, и обернулась, пытаясь понять, кто же сотворил эту стену. Ниже ее зависли со вскинутым оружием Эрис и Саира. С лука Дочери Воды сорвалась стрела, ударила в светящуюся стену и отскочила назад, срикошетив в бок.
Где Найрин?! Паника холодной волной пронзила все тело, заставив вздрогнуть каждую клеточку. Где она?! Лэйк взглянула вниз, на землю, в ужасе боясь увидеть...
- ОСТАНОВИТЕСЬ! – оглушительный мужской голос заполнил собой все, вытеснив даже грохот Железного Леса и рычание зверя в ее голове. Казалось, что он проходил прямо сквозь Лэйк, наполняя ее собой изнутри и вибрируя в черепе. Голос говорил с сильным акцентом, понимать его было сложно, но она все же разобрала слова: - БЕССМЫСЛЕННО СРАЖАТЬСЯ ДРУГ С ДРУГОМ! У ВАС ЕСТЬ ДРУГОЙ ВРАГ!
Лэйк зашарила глазами по земле, пытаясь найти источник звука, и выдохнула от облегчения: на траве, раскинувшись, будто спала, лежала Найрин. Свечение ее тела было слабым, но она была жива и здорова, и повреждений на ней видно не было. А рядом с ней стояли две фигуры, полностью затянутые в длинные темные плащи с капюшонами на головах.
Не зная, что делать, Лэйк застыла в воздухе со вскинутой нагинатой. Кто эти люди? Это враги? Сияющая стена перед ней говорила о том, что это ведуны, причем сильные ведуны, раз могли сделать такое. Найрин никогда ничего подобного не делала. То есть, они специально создали эту стену, чтобы прекратить сражение с кортами? Значит, нападать они не хотели?
- МЫ НЕ ХОТИМ ВАМ ЗЛА! – продолжил мужской голос. Акцент у него был вяжущим, растягивающим звуки. Он так гремел в ушах, что Лэйк сощурилась. – ОПУСТИТЕ ОРУЖИЕ! МЫ ХОТИМ ГОВОРИТЬ!
Лэйк взглянула вниз. И Саира, и Эрис обе вопросительно смотрели на нее, ожидая ее решения. Она вскинула голову, глядя сквозь стену света на размытые очертания кортов. Судя по жестикуляции, там тоже шло жаркое обсуждение происходящего. И что теперь делать? Лэйк вновь взглянула вниз. Эти люди вмешались к ее схватку с заклятыми врагами, в ее священный бой, угодный Самой Огненной. По всем правилам их полагалось убить, но могли ли они их убить? Ты настолько самонадеянна и глупа, что думаешь, будто сможешь победить двух ведунов, создавших это?! Тебе не хватило шестерых мертвых сестер? Лэйк сжала зубы. Огненная требовала закончить поединок. Но стрела Саиры отлетела от стены, будто на камень натолкнулась, да и Найрин лежала прямо возле ведунов, и Ниал где-то внизу истекала кровью. Им ничего не стоило развернуться и перерезать им обеим горло, если Лэйк дернется в сторону стены.
- ПОВТОРЯЮ: ОПУСТИТЕ ОРУЖИЕ! МЫ ХОТИМ ГОВОРИТЬ! ЭТО ВАЖНО! РЕЧЬ ИДЕТ О ВЫЖИВАНИИ ЭТЛАНА ЗАПАДНОГО!
Это слово не значило для Лэйк ничего, тем не менее внутри зашевелилось сомнение. Ведуны все еще не спешили их атаковать, но могли решиться на это в любой миг.
«Что нам делать?» - спросили руки Эрис.
«Снижаемся. Оружие не убирать», - прожестикулировала в ответ Лэйк.
Опустив нагинату вдоль тела наконечником вниз и погасив пламя на ее лезвии, она осторожно захлопала крыльями, сбавляя высоту, и бросила взгляд на другую сторону сияющей стены. Корты активно жестикулировали и поглядывали на них, потом тоже пустили ящеров по спирали, опуская их в жесткую траву степей. Ладно, с ними и потом можно будет разобраться.
Крылья хлопнули в последний раз, и земля мягко спружинила под подошвами сапог. Лэйк повела плечами, позволяя крыльям исчезнуть, подождала, когда рядом приземляться Эрис с Саирой. Ведун, что был пониже, смотрел в их сторону, другой – в сторону кортов. Держались они расслабленно и уверенно. Лэйк втянула носом воздух: страхом не пахло, хотя из-за железной вони точно она сказать не могла.
- Эрис, кто они? – приглушенно спросила Лэйк подошедшую к ней сестру.
Та напряженно вглядывалась в незнакомцев, опустив катаны вдоль тела и нагнув голову, будто в любом миг готова была подпрыгнуть в воздух и завертеться острой Юлой, состоящей из каленой стали. Для глаз Лэйк она виделась серебристой, и глаза на ее лице пылали почти так же ярко, как и бледная луна в небе. С другой стороны стояла Саира, и в ее черных глазах плескалась угроза, а напряженные пальцы продолжали держать натянутой тетиву с наложенной на нее стрелой.
- Они Боевые Целители, как и Найрин, - тихо проговорила Эрис, не сводя глаз с ведунов. – Мужчина сильнее женщины, но она более умела, чем он. Вдвоем они могут одолеть Найрин.
- Мужчина? – заморгала Саира, но Лэйк было не до удивления.
- От них исходит угроза?
- Нет, я ничего такого не вижу, - покачала головой сестра.
- А Найрин что? Что с ней?
- Ее ранил ведун кортов, а эти двое исцелили ее. Она без сил, в беспамятстве, но она жива.
- Ниал видишь?
- Да, тоже жива. Ранена, но жива. Метрах в пятидесяти к югу отсюда.
- Хорошо, - Лэйк почувствовала, как гора с плеч упала, но приказала себе не расслабляться. Еще неизвестно, что их ждало дальше. – Подходим медленно. Без моей команды ничего не делать, - негромко приказала она.
- Слушаюсь, первая, - проговорила Эрис, а Саира только отрывисто кивнула головой.
На всякий случай переведя всю свою силу в ноги, чтобы в любой миг можно было высоко и быстро выпрыгнуть, Лэйк зашагала навстречу незнакомцам. Нагината жгла руку, а адреналин стучал в висках, она всем телом, каждой порой чувствовала окружающий воздух, стремясь предугадать малейшую угрозу. Это ведь ведуны, на их стороне мощь Богинь. Но и они тоже умирают, как и другие смертные, от куска каленой стали в груди.
Серебристая стена мерцала и светилась так ярко, что все вокруг было залито белесым светом, не отбрасывающим теней. Лэйк заметила, что недалеко от них пасутся в густой траве два высоких боевых коня, низко опустив головы к земле. Таких лошадей у анай не водилось: эти были крупными и мускулистыми, способными долго бежать и выдерживать большие нагрузки.
Фигура повыше (мужчина?) шагнула сквозь сияющую стену, будто той и не было, и остановилась на другой стороне. Лэйк видела размытый силуэт, а дальше по жесткой траве навстречу ему шли на напряженных ногах четверо кортов: трое из них сжимали оружие, четвертый брел согнувшись в три погибели и зажимая рукой живот. Лицо его было перекошено мукой, оружия у него не было.
Когда до ведунов осталось не больше десяти шагов, Лэйк остановилась, и приняла вторую боевую стойку, выставив вперед правую ногу, чтобы в любой миг можно было закрыться нагинатой. Против огненных шаров и ведьминской силы это, конечно, не сработало бы, но инстинкты были сильнее ее.
- Мы не причиним зла, - раздался приятный женский голос, и низкая фигура подняла руку.
Лэйк следила за каждым ее движением, но ведьма лишь медленно откинула с головы капюшон и тряхнула волосами, позволяя им рассыпаться по плечам. Она была средних лет, с миловидным лицом и темно-русыми волосами, в которые уже вплелись серебристые нити, сильно ниже Лэйк, почти на полторы головы, и очень хрупкая, но при этом держалась так царственно, что у Лэйк возникло чувство, будто она смотрит ей вровень в глаза. Черты лица у нее были скорее приятные, чем нет: небольшой аккуратный нос и тонкие губы, темные брови и высокие скулы. Но вот ее глаза заставили Лэйк слегка напрячься. Слишком уж они были темными, похожими на два бездонных пруда с поблескивающим на их поверхности отражением звезд. И смотрели так, будто женщина все знала про нее, до самого последнего слова все знала. Ее взгляд прошил Лэйк насквозь, и та невольно поежилась. Так смотрели только самые старые из Способных Слышать. И Жрицы.
- Огненная сияет всем, - проворчала Лэйк самое холодное из всех приветствий, что было у Каэрос, граничащее с открытым оскорблением. Не поздороваться она не могла: женщина уже заговорила с ней, и этикет требовал ответа. Но и как-то более тепло здороваться тоже смысла не было. Если ведуны все же нападут, крови будет море, а потому и расшаркиваться с врагом как-то не с руки.
- Творец сияющей рукой укрывает мир от вечной ночи, - проговорила женщина в ответ, оценивающе разглядывая их троих. Акцент у нее был очень странным: из-за растягивающихся слов Лэйк с трудом понимала, что она говорит. – Не бойтесь, - продолжила ведьма, - мы хотим только поговорить.
- Что с ней? – Лэйк кивнула на лежащую без сознания Найрин. Глаза ведьмы блеснули.
- Нимфа была ранена Темным ведьмаком вельдов. Мы залечили раны. Скоро она придет в себя.
Слепая ярость вскипела с такой силой, что Лэйк громко зарычала, сжимая нагинату. Она даже не осознала, что сделала шаг вперед, и за ее спиной точно также двинулись вперед Эрис и Саира. Женщина резко вскинула ладонь, и в ней засветился какой-то белый сгусток.
- Спокойно! Не вынуждайте меня нападать! – напряженным голосом проговорила она.
- Вы помешали священной битве, зрячая! – нагнула голову Лэйк. – Эти выродки, проклятые Небесными Сестрами и Их Мани, давно уже должны кормить червей! Они ранили двух наших сестер! Уйдите прочь. Мы убьем их и потом обсудим с вами все, что вы хотели услышать!
Громкие мужские голоса послышались с другой стороны сияющей стены.
- Именем Орунга, убирайся прочь, проклятый отступник! – угрожающе прорычал чей-то голос. – Это наша битва и наша война! Не смей лезть!
- Спокойно! – вновь повторила женщина, не двигаясь с места, и столько уверенности было в ее голосе, что гнев Лэйк слегка схлынул. Из-за ее спины тоже доносились голоса, но Лэйк могла разобрать далеко не все слова. – Вы продолжите свою битву после того, как выслушаете нас, если захотите. Обещаю вам! Только выслушайте!
- Твои уста сочатся ядом! – прорычал кто-то с другой стороны стены, и следом за этим голосом послышался другой:
- Сын Неба, ведун силен и он не собирается нападать. Дай ему слово!
- Ты рехнулся?! – зарычал третий голос, полный звонкой ярости. – Это проклятый Сероглазый! Они все изгнаны из Божьей земли за своих грехи, их нельзя слушать!
- Закрой рот, Лейв!
Лэйк перестала слушать.
- Огненная жаждет крови! – настойчиво проговорила она.
- Жестокая требует мести! – горячо поддержала ее Саира, выходя вперед и опуская голову. Глаза ее недобро сверкали. – Она хочет крови врагов на Своих сочных губах! Она хочет плоти врагов! Отойдите в сторону, зрячая!
- ХВАТИТ! – волна мужского голоса была такой сильной, что Лэйк не выдержала и отступила на шаг. Саиру и Эрис оттолкнуло гораздо дальше, сестра даже пошатнулась, едва не упав.
Сияющая стена между ними исчезла, и мир погрузился во тьму. Лэйк ощутила, как радостно ударило в груди сердце, дернулась вперед и поняла, что не может сделать ни шагу. Невидимые путы сковали все тело. Она так и застыла посреди степи со вскинутым оружием. Зверь внутри взвыл от ярости и страха, и она непроизвольно зарычала, морща лицо и показывая ведьме жемчужные клыки.
С другой стороны точно так же замерли четверо кортов, скалясь и сыпля проклятиями. Спокойно стоял лишь один из них, тот самый, что никак не мог разогнуться, будто был ранен, вот только крови на нем видно не было. Лицо его было серым, но взгляд оставался спокойным и кристально чистым. Лэйк попыталась обернуться назад и взглянуть, как там Эрис с Саирой, но не смогла двинуть ни одним мускулом шеи.
Ведьма только покачала головой и подняла руку. С ее пальцев слетела белая сфера, поднялась на метр над ними и зависла в воздухе, освещая степь. Ее отблески плясали в хищных глазах ящеров, что недовольно били хвостами по земле за спинами кортов и шипели, но нападать не спешили.
Ведун тоже сбросил капюшон и потер друг о друга ладони. Его волосы были черны как ночь, а черты лица прямые и сильные. Из-под густых бровей смотрели ярко-синие глаза, и один из кортов издал громкий вздох удивления.
- Ты - вельд! – крикнул он, и Лэйк узнала голос того, кого называли Лейвом.
- Творец, все гораздо хуже, чем я думал, - тихо проговорил мужчина, качая головой и обращаясь к женщине. Та рассеяно кивнула ему, потом повернулась к Лэйк.
- Раз вы не хотели выслушать нас сами, нам придется заставить вас это сделать.
Что-то втиснулось Лэйк в рот, невидимое и твердое, будто комок из тряпок. Она поняла, что больше не может говорить, словно кто-то пихнул ей кляп между зубов. Разъяренно замычав, Лэйк попыталась выплюнуть это нечто, но толку от этого не было никакого.
- Мы пока заткнем вам рты, иначе здесь придется проторчать до самого утра, а это в мои планы не входило, - заговорила женщина уверенно и спокойно. – Не говоря уже о том, что времени у нас не слишком много. Сюда идут дермаки, и если мы сейчас же не уйдем, вы умрете.
Мысли с бешеной скоростью закрутились в голове Лэйк, но сделать она ничего не могла: рот-то заткнули. Можно было конечно попробовать выпустить зверя, но она не была уверена, что эти невидимые тиски позволят ей изменить форму тела. Скорее всего, только зря продемонстрирует свой козырь врагу. А он ведь еще мог пригодиться, ох как мог.
- Арайне? – женщина вопросительно взглянула на мужчину, и тот кивнул ей, а потом заговорил, попеременно глядя то на кортов, то на анай.
- Мое имя Рольх, и я был рожден в городе Эрнальде от вельда по имени Кьер. Это – моя сестра, Истель, рожденная в государстве Тарн, расположенном на Северном Материке. Мы – Анкана, Дети Ночи, серые ведуны, способные Соединяться с обоими Источниками, и сюда нас направила Великая Мать Ночей.
Непонятно почему, но тот самый корт, которого называли Лейвом, задергался в своих путах, мыча во весь голос. Лэйк не понимала ни слова, но, судя по всему, что-то задело его в речи этого ведуна. Она перевела взгляд на лицо своего давешнего зеленоглазого противника. Тот молчал, упрямо сжав челюсти, впившись горящим взглядом в говорящего мужчину. Лицо его было суровым и твердым, как камень.
- Над всей вашей землей нависла угроза, - Рольх повернулся к анай и взглянул в глаза Лэйк. – Вы, дочери гор, уже встретились с ней, насколько я понимаю. Мы были в ваших землях, там идет нескончаемая война, и вы проигрываете ее, что бы вы там ни думали и какие бы победы ни одерживали.
Его слова кипятком плеснули на открытое мясо Лэйк, и она вновь забилась, пытаясь высвободить руки, только невидимые пути были крепче стали. Что он мог знать?! Этот... этот...
Мужчина повернулся к кортам.
- А в ваши земли война придет со дня на день. И вы не сможете остановить ее. Эльфы не помогут вам, им нет дела до того, что ваша цивилизация исчезнет. Они используют вас, чтобы торговать, но точно также и забудут о вас, найдя себе другой рынок сбыта. И вы останетесь один на один с ними.
Корты в ответ сверкали глазами и молчали, лишь взгляд зеленоглазого внезапно сверкнул так, будто тот что-то понял в словах ведуна.
Клокочущая ярость не проходила, и то, что она даже не могла передернуть плечами, бесило Лэйк до крайности.
- Арайне, давай я попробую, - предложила ведьма. – Они не слышат тебя.
Рольх наградил ее ничего не выражающим взглядом, потом безразлично кивнул. Истель выпрямилась и зорко взглянула в глаза Лэйк. Она была совсем крохотной рядом с ним, едва доставая ему до плеча, но взгляд у нее был почти такой же пронзительный, как у первой нагинаты Неф.
- Этот лес, что вы зовете Железным, - тонкая рука ведьмы указала на север, - это первая из семи Преград, что в незапамятные времена взрастили сильнейшие из Анкана вокруг логова Неназываемого. Я знаю, что вы не чтите и не помните его, веря в своих Небесных Сестер, но и в вашей истории тоже хранятся немногие следы. Там, за этим лесом, за огненной землей и землей червей, за непроходимыми болотами и краем ветров, за стеной из Духа и Лабиринтами Эха лежит то, что вы зовете бездной мхира, а вы, - ее взгляд переместился на кортов, - Бездной Мхаир. И в ней, на самом дне, в окружении неприкаянных духов Эвилид спит Неназываемый, само разложение, сама Тьма и вечная ночь, способная погасить и ваше солнце, и ваши жизни, словно крохотные свечи ураганный ветер.
Гнев слегка отступил. Лэйк внимательно слушала слова ведьмы, втягивая носом ее запах. Истель верила в то, что говорила, и от нее исходили волны решимости, острые и прямые, будто клинок нагинаты, заглушающие даже вонь железа. Лэйк задумалась. Способные Слышать всегда говорили, что бездна мхира существует, и бесы в ней так и стремятся вырваться на поверхность и пожрать все светлое, что дышит воздухом и радуется солнцу. И онды, что лезли в последние два года из-под земли, и черные одноглазые псы, воняющие серой, и те безглазые твари в капюшонах, которых нельзя было ранить при помощи энергии Богинь, все они очень напоминали созданий этой бездны, бесов, о которых вещали ведьмы. Лэйк прищурилась, глядя на Истель. Та не врала, но в ее словах пока еще было слишком мало смысла. Следовало послушать, что она скажет дальше. Как будто у тебя есть другие варианты!
- Это Неназываемый разбудил дермаков, что вылезли из нор под вашими горами, - голос Истель зазвенел сталью. – Это он натравил на вас Псарей и Свору, и это еще не все, что у него есть в запасе. Твари множатся в черных норах под землей и скоро они хлынут наверх волной, которую вам не остановить, чтобы вы ни делали. Они сметут ваши поселения, сожрут ваших детей, вырежут людей. Ничего не останется живого в Роуре, только горелая степь и вонь разложения. Потому ради всего святого, ради Творца, чья сияющая длань слепила этот мир из Ничего и вдохнула в вас жизнь, послушайте нас!
Что ж, если это была правда, то это многое объясняло. Лэйк догадывалась о том, что ондов (дермаков?) больше, чем казалось на самом деле, что еще не все резервы подошли к границам. Слишком уж все было просто, слишком. Тяжело так, что надорваться можно, и все же слишком просто. Вот только эти ведьмаки недооценивали анай. Небесные Сестры вскормили их Своим молоком, из рук Своих напоили силой, закалили сердца в вечных боях и суровой природе. И они продержатся и выстоят, несмотря ни на что.
Истель оглядела замерших в путах анай и кортов и продолжила, чуть тише.
- Орден Анкана, Детей Ночи, к которому я принадлежу, заботится о сохранении жизни, о поддержании мира в Этлане. Мы собираем и сохраняем знания, мы храним ту Правду, о которой все остальные уже давным-давно позабыли. Мы можем помочь вам, мы согласны помочь вам. И пока мы просим только одного: разрешите нам отвезти вас и показать вам то, что вы должны увидеть. Вы должны взглянуть на то, что делает Неназываемый, чтобы быть готовыми. После этого вы можете быть свободны. Мы не станем удерживать вас, не станем заставлять вас что-либо делать или платить за помощь. Мы только покажем вам Истину.
Ее взгляд перемещался с лица Лэйк на лицо зеленоглазого корта, словно ища ответа на вопрос. Лэйк только смотрела, нахмурившись и соображая. От Истель пахло правдой, уж точно она сама верила в собственные слова. Обмана здесь не было, а это означало, что она вполне может предоставить необходимые сведения об ондах. С другой стороны, ей-то это зачем? Из всех этих объяснений Лэйк поняла, что страна этих Детей Ночи находилась где-то далеко на севере. А Неназываемый угрожал Роуру и прилегающим территориям. В таком случае, им-то какое дело до нас? Может, они как Способные Слышать, что все время вмешиваются в дела царицы, считая, что делают только лучше? Что имеют право говорить от имени Богини?
«Она говорит правду», - мысль Эрис пришла в голову Лэйк серебристой трелью соловья в летнюю ночь. «Я не чувствую зла от нее. Я бы согласилась».
Лэйк еще раз оглядела ведунов, потом кортов. Она колебалась, и это только раззадоривало зверя внутри, который рычал и скалил зубы, стремясь как можно быстрее вырваться наружу, вонзить клыки в глотку того зеленоглазого выродка и вырвать ее, чувствуя теплую сладкую кровь на языке... Лэйк с трудом сосредоточилась, возвращая себя обратно из сильных и горячих образов зверя. Она должна сохранить голову спокойной и принять решение.
Внезапно глотке стало легче, тугой комок из ее рта пропал, и Лэйк непроизвольно сглотнула, наслаждаясь тем, что наконец-то вновь может чувствовать собственное горло. Прямо напротив нее точно так же тяжело задышал зеленоглазый корт. Ало-черный раскрас на его лице придавал ему хищный вид, глаза горели почти так же, как и у пригнувшего к земле голову и шипящего ящера за его спиной.
- Что вы скажете? – Истель поворачивала голову, глядя то на корта, то на Лэйк.
- Куда вы хотите, чтобы мы с вами направились? – спросил корт. Голос у него был напряженный.
За его спиной замычал и задергался в путах еще один корт, и Лэйк прищурилась. Значит, кляпы вынули только у них двоих. Означает ли это, что ведуны следили за ними и выясняли, кто из них командует? И если да, то как давно они это делали? И почему ни Найрин, ни разведка этого не заметили?
- К западу. В то место, где река Кверхан сливается с Внутренним Морем. – Корт прищурился еще больше, а у Лэйк внутри внезапно возникло нехорошее предчувствие, что она знает, о чем идет речь. Истель повернулась к ней и подтвердила его, кивнув головой. – В то место, что вы зовете Крененом.
- Кренен запретен, зрячая, - тихо проговорила Лэйк, чувствуя усталость.
Она не могла нарушить законы племени, но она должна была это сделать, чтобы спасти племя. Роксана запретила ступать не землю Кренена в незапамятные времена. Почему же тогда сейчас Она хотела, чтобы Лэйк шла туда? Или это была чья-то чужая воля? Не глупи! Все, что происходит в этом мире, делается потому, что этого хочет Огненная. Недаром же щит Ее поднимается в небо каждый день, чтобы согревать теплом посевы и дарить жизнь Дочерям. Значит, это Роксана ведет меня туда?
- Настает время, когда людские обычаи и традиции, религии и память перестают что-либо значить, - Истель говорила глухо, и голос ее рефреном отдавался внутри Лэйк. Что-то было в ведьме сейчас такое, что не слушать она не могла. – Мир содрогается в агонии, сопротивление нарастает. Волны бегут и бегут, разбегаются в разные стороны, и каждая следующая сильнее предыдущей. Настает Час Бога, и скоро все людские меры, все слова больше не будут значить ничего. И нам останется лишь встретить это время и выстоять, когда все вокруг будет рушиться.
Взгляд ее остекленел, и некоторое время она молчала. Молчала и Лэйк, пристально разглядывая эту маленькую женщину. От нее пахло железом, едва ли не сильнее, чем от Железного Леса. И ведун, что стоял за ее плечом, тоже пах так же. Они действительно верили в то, о чем говорили, и что-то внутри Лэйк тоже хотело верить.
Ведьма встряхнула темными волосами и выпрямилась, сбрасывая прочь задумчивость. Лицо ее вновь приобрело отрешенное выражение.
- От этого зависит выживание твоего народа. Один запрет ступать на земли города против жизней всех твоих сестер.
Молчаливое одобрение теплой волной согрело затылок, будто пальцы сестры в ее коротких волосах. Нечего здесь было думать, и Лэйк кивнула головой в знак согласия.
- Я пойду, зрячая.
- Благодарю тебя, дочь гор, - Истель слегка нагнула голову, потом повернулась в сторону кортов. – Ну а ты, сын степей? Что скажешь ты?
Тяжелый взгляд зеленых глаз корта переместился на Лэйк, и она встретила его, ответив таким же. Ярость плескалась на дне его глаз, ненависть и упрямство. Но при этом там было и еще что-то, какой-то огонек, пристальный и горящий. Лэйк не поняла, что это, а с такого расстояния унюхать его эмоции было сложно: ветер сносил прочь все запахи, кроме запаха железа.
Корт отвернулся от нее и посмотрел на ведуна Рольха.
- Ты – сын народа вельдов, - проговорил он, нарочито игнорируя мычание одного из своих путников, который все так и не мог успокоиться и дергался в путах. – Как ты попал к Северным ведунам? Сероглазых детей отдают эльфам.
- Да, - спокойно кивнул Рольх. – А эльфы отвозят их к Анкана, чтобы они могли учиться. Не весь мир живет так, как живете вы, Сын Неба. Иртан сияет везде, заливая светом своим четыре материка, щедрой рукой посылая им тепло, дожди и детей. И свет его один для всех: для Белых, Черных и Серых.
Некоторое время корт молчал, переваривая его слова, потом спросил вновь:
- Ты знаешь, кто я такой. А это означает, что ты все еще вельд, даже несмотря на свою иноземную одежду и женщину возле тебя. Ты вельд, а потому скажи мне: угроза со стороны Бездны Мхаир реальна? Эти уродливые коротконогие твари опасны для нас?
- Да, Сын Неба. Они несут на себе разложение, - кивнул Рольх.
- Сколько их?
- Сотни тысяч.
Такого ответа не ожидала даже Лэйк. Сотни. Не одна сотня, что сражалась сейчас в землях Лаэрт и изрядно поредела за последние годы. Сотни.
Ветер взметнул холодный запах тревоги, смешанный с тяжелой решимостью.
- Веди, Сероглазый, - кивнул корт. – Мы пойдем за тобой.
- Сын Неба, - Рольх слегка склонил голову.
Корт прищурился, не глядя на Лэйк, но она готова была поспорить, что прямо сейчас он думает о ней.
- Но у меня одно условие. Как только вы покажете нам все, что должно, вы позволите нам нашу битву. Иначе все это теряет смысл.
- Как только вы увидите правду, вы сможете сделать с ней все, что вам вздумается. Как и друг с другом, - спокойно кивнул Рольх.
Лэйк оскалилась и зарычала, глядя на корта. Внутри приятно щекотался азарт. Этот щенок был так уверен в своих силах? Да, у него может и столько же сил, что и у нее, но он еще зеленый, совсем зеленый, как весенняя трава. От него почти и смертью-то не пахло. А это означало, что она раздавит его как букашку.
Корт на ее взгляд не ответил, пряча глаза. Эти твари вообще никогда не разговаривали с анай. В свое время Ия говорила, что это, похоже, запрещено им какими-то обычаями, но Лэйк было плевать на это. Ей не очень-то хотелось разговаривать с кортами, ведь насаживать их на лезвия нагинат было гораздо более приятным занятием.
- Именем Творца, чья длань хранит в себе весь свет мира, мы клянемся показать вам то, что вы должны увидеть, и не чинить препятствий в том, что вы захотите сделать, - негромко проговорил Рольх, и Истель повторила за ним его слова, напряженно разглядывая Лэйк и корта.
- Именем Орунга клянусь следовать за вами до тех пор, пока не увижу того, о чем вы говорите, а также соблюдать перемирие до тех пор, пока чести и жизни моих братьев и моей собственной ничто не будет угрожать, - глухо проговорил корт.
- Именем Роксаны клянусь соблюдать условия перемирия, пока оно не будет нарушено другой стороной, хранить честь и покой моих сестер, - Лэйк тоже не смотрела на корта, хоть и чувствовала, что он ловит каждое слово. – Клянусь идти туда, куда вы скажете, пока вы не покажете мне того, что угрожает моему народу.
- Решено, - твердо кивнула Истель, и путы моментально спали с Лэйк.
Она сразу же пошевелилась, проверяя, все ли мышцы ее слушаются. Руки и ноги слегка затекли, но кровь в венах стучала так, что тело полнилось силой и жизнью. Теперь она стояла напротив корта, держа оружие в руках, не сдерживаемая ничем.
Он тоже замер, напряженно сжимая в руках копье. Взгляд у него был тяжелым и полным хладнокровного спокойствия. Лэйк ощутила, как дрожит над клыками верхняя губа, и одернула себя. Она дала слово, она поклялась именем Богини. Убить его еще время будет.
- Нам нужно уходить, - Рольх смотрел на север так, будто видел сквозь пространство и время, и лицо его было тревожным. – Сегодня ночью здесь будут дермаки, много. Нам нужно покинуть степь до их появления.
Лэйк только пожала плечами и обернулась на своих сестер. Эрис смотрела на нее задумчиво, а Саира – с тревогой.
- Посмотрите, что там с Ниал, - негромко проговорила она, убрала нагинату в чехол за плечами и зашагала в сторону Найрин. – А я пока проведаю неверную.
Их ждал путь в Кренен, запретный город, в который за две с лишним тысячи лет не ступала нога ни одной из анай. Они шли туда вместе с двумя Боевыми Целителями с далекого Северного Материка, с проклятыми кортами, которые недостойны были даже дышать воздухом мира Небесных Сестер. И где-то там, на севере, за звенящим от вечного напряжения лесом, ждал Неназываемый, исторгая из своего чрева тысячи уродливых тварей, гнилых заживо. На все воля Твоя, Огненная. Лэйк прикрыла глаза, чувствуя холодные прикосновения ветра к разгоряченному лбу. Я принимаю Твою волю и я следую ей.