Глава 7. Почти признание
Ночь. Пустая гостиная.
В общежитии было тихо — та особая тишина, которая наступает после двух ночи, когда даже самые бессонные соседи наконец вырубаются. Только холодильник гудел на кухне, и где-то капала вода из крана.
Аарон сидел на полу.
Разложил вокруг себя учебники, тетради, конспекты — всё, что нужно для подготовки к грёбаному экзамену по биохимии. Свет от торшера падал на светлые волосы, делая их почти белыми. Короткая стрижка, виски выбриты, на макушке лёгкий объём — Аарон провёл рукой по голове, взъерошивая пряди, и даже не заметил этого жеста.
Ники вышел из своей комнаты за водой.
И замер.
Аарон сидел на полу, поджав под себя ноги, и что-то писал. Маленький. Светлый. Сосредоточенный. Между бровей залегла складка, губы чуть приоткрыты.
Ники смотрел на него, стоя в дверном проёме, и не мог отвести взгляд.
Три дня они почти не разговаривали. Три дня сухих «привет» и «пока», случайных столкновений в коридоре и взглядов, которые Ники научился не замечать. Или делать вид, что не замечает.
Но сейчас Аарон был здесь. Один. И Ники не мог просто пройти мимо.
Он шагнул в гостиную.
Аарон поднял голову. Светло-карие глаза мельком скользнули по фигуре Ники — высокий, тёмный, с каштановыми волосами, падающими на лоб, в старой футболке и спортивных штанах. Задержались на долю секунды дольше, чем нужно.
— Воды? — спросил Аарон.
— А?
— Ты за водой шёл?
Ники моргнул. Точно. Вода.
— Ага, — выдавил он и сделал шаг к кухне.
Прошёл мимо Аарона. Слишком близко. Задел краем штанины разложенные листы.
— Извини, — буркнул он.
— Ничего.
Ники зашёл на кухню, открыл холодильник, достал бутылку. Сделал вид, что пьёт. На самом деле просто стоял, сжимая холодный пластик пальцами, и пытался успокоиться.
Сердце колотилось.
Не потому, что он испугался. А потому, что Аарон сидел там, в двух шагах, и Ники хотелось сесть рядом. Просто быть близко.
— Ты долго там? — донеслось из гостиной.
Ники вышел.
— Нет. Просто... — он замолчал, не зная, что сказать.
Аарон смотрел на него. Ждал.
— Можно сесть? — вдруг спросил Ники.
Аарон удивлённо поднял бровь, но кивнул.
— Места много.
Ники сел на пол рядом. Нарочно не вплотную — оставил сантиметров двадцать. Но всё равно чувствовал тепло, исходящее от маленького светлого тела.
— Ты чего не спишь? — спросил он, глядя в стену.
— Экзамен, — коротко ответил Аарон. — А ты?
— Не знаю. Не спится.
Повисла тишина. Не тяжёлая, как в прошлые разы, а какая-то... другая. Будто воздух между ними стал гуще, но дышать не мешал.
Аарон вернулся к конспектам. Писал что-то, шевелил губами, иногда хмурился. Ники сидел рядом и смотрел, как двигается его рука, как падает свет на светлые волосы, как вздрагивают ресницы.
Внутри всё горело.
— Можно вопрос? — выдохнул Ники.
Аарон поднял голову.
— Давай.
Ники сглотнул. Язык прилипал к нёбу, слова царапали горло.
— Ты когда-нибудь чувствовал что-то... неправильное?
Аарон посмотрел на него внимательно. Светло-карие глаза сканировали лицо, искали ответы на вопросы, которые не были заданы вслух.
— В каком смысле?
Ники смотрел в пол. На свои смуглые руки, сцепленные в замок. На босые ступни рядом с разбросанными листами Аарона.
— Когда понимаешь, что лучше бы этого не было, — сказал он тихо. — Что это неправильно. Нельзя. Но оно есть. И ты не знаешь, что с этим делать.
Аарон долго молчал.
Так долго, что Ники решил — ответа не будет. Уже хотел подняться и уйти, сделать вид, что ничего не говорил.
— Да, — сказал Аарон.
Ники замер.
— И что ты сделал?
Ответ был коротким.
— Игнорировал.
Ники повернул голову. Аарон смотрел на него в упор. В медовых глазах плескалось что-то такое, от чего у Ники перехватило дыхание.
— Получилось? — спросил он.
— Нет, — честно ответил Аарон.
Воздух между ними стал осязаемым. Ники чувствовал его на губах, на коже, под рёбрами.
— Аарон, — выдохнул он.
— Что?
— Я...
Ники замолчал.
Слова застряли в горле комком. Признание, которое нельзя произносить вслух. Правда, которая разрушит всё.
— Ты чего? — тихо спросил Аарон.
— Ничего, — Ники отвёл взгляд. Встал. — Пойду я.
— Ники.
Голос Аарона остановил его на полпути к двери.
Ники обернулся.
Аарон смотрел на него снизу вверх. Маленький. Светлый. С учебниками, разбросанными вокруг, как защитный круг.
— Если это про то, о чём я думаю, — сказал он тихо, — то игнорировать бесполезно.
Ники сглотнул.
— А что полезно?
Аарон помолчал.
— Не знаю, — наконец ответил он. — Я тоже ищу ответ.
И вернулся к конспектам.
Ники постоял ещё секунду, потом вышел.
В коридоре он прислонился спиной к стене и закрыл глаза.
Сердце колотилось где-то в горле.
«Тоже ищу ответ».
Что это значило?
Тоже?
Ники боялся даже думать об этом.
Но мысль уже застряла в голове, пустила корни, начала прорастать.
Он посмотрел на дверь гостиной. Там, на полу, среди учебников, сидел Аарон.
Маленький. Светлый. С медовыми глазами, которые смотрели на Ники так, будто видели насквозь.
Ники развернулся и ушёл в свою комнату.
В голове крутилось одно слово.
«Тоже».
---
Аарон сидел на полу, сжимая ручку так, что костяшки побелели. Перед глазами плыли формулы, но он их не видел. Он видел только лицо Ники в тот момент, когда тот спросил про «неправильное». И свой собственный ответ. «Тоже ищу ответ». Идиот. Зачем он это сказал? Теперь Ники будет думать. Анализировать. Копать. И найдёт. Аарон закрыл глаза и уронил голову на руки. Светлые волосы упали вперёд, скрывая лицо. В груди ныло. Потому что ответ он и правда искал. Но боялся, что найденное окажется страшнее, чем незнание.
После того разговора избегать друг друга стало невозможно. Воздух между ними наэлектризовался до предела. Каждая случайная встреча в коридоре, каждое мимолётное касание — всё обретало вес. И однажды, когда они столкнулись у выхода после тренировки, расстояние между ними сократилось до нуля.